Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Гостевая
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Разговаривают Сириус с Джеймсом по Сквозному зеркалу:
- Ну и как тебе Лилин праздничный ужин?
- Нормально. Помфри сказала, завтра выпишет.

Список фандомов

Гарри Поттер[18196]
Оригинальные произведения[1134]
Шерлок Холмс[694]
Сверхъестественное[432]
Блич[260]
Звездный Путь[246]
Мерлин[225]
Робин Гуд[215]
Доктор Кто?[206]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![178]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[168]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[130]
Звездные врата: Атлантида[119]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[102]



Список вызовов и конкурсов

Winter Temporary Fandom Combat 2017[22]
Фандомная Битва - 2016[26]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[46]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[48]
Фандомная Битва - 2014[15]
I Believe - 2015[5]
Байки Жуткой Тыквы[1]
Следствие ведут...[0]
Still Life[7]



Немного статистики

На сайте:
- 12244 авторов
- 26798 фиков
- 8216 анекдотов
- 16919 перлов
- 638 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Собрать воедино

Автор/-ы, переводчик/-и: kasmunaut
Бета:mummi (Mummica)
Рейтинг:PG-13
Размер:мини
Пейринг:Нимфадора Тонкс, Ремус Люпин, ОМП, Том Риддл
Жанр:Action/ Adventure, Drama
Отказ:Все права на персонажей принадлежат Дж. Роулинг. Данное произведение создано исключительно в личных развлекательных целях и не влечет за собой коммерческой выгоды
Вызов:Британский флаг - 8
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Если душу можно расколоть на семь частей, то, может быть, потом эти части можно и собрать обратно?
Комментарии:Жанр: джен, гет, драма, притча, роудмуви, стимпанк
Предупреждения: посмертие (в том числе иная магия, как в посмертии и положено), немагическим АУ не является
Фик написан на Британский флаг-8, тема "Поиск дома"
Каталог:Пост-Хогвартс
Предупреждения:Tекст не требует предупреждений
Статус:Закончен
Выложен:2015.12.21 (последнее обновление: 2015.12.21 09:56:26)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [3]
 фик был просмотрен 726 раз(-a)



Вернуться. Немедленно. Только это и было важно. Плотно зажмуренные глаза все еще болели, помня вспышку яркого света. Тонкс не понимала, где она сейчас. Лишь одно чувствовала: не там, где должна быть. Открывать глаза было страшно. Но сколько она еще сможет так играть в кошки-мышки? Сколько будет прятаться за собственными веками?

И тут ее носа коснулось перышко. Раз, другой. Затанцевало у ноздрей. Тонкс оглушительно чихнула. Веки распахнулись сами. Над ней колыхалось огромное крыло с лиловыми перьями. Крыло сделало плавный взмах. Раздался звон. Крыльев было два. Второе – бронзовое. Ну или какого-то похожего металла. Искусно сделанные металлические перья с чернением, одно к одному, потрясающая работа.

Лицо обладателя крыльев было видно плохо. Он возвышался над лежащей Тонкс, а сверху на них обоих падал сокрушительный световой поток. Против света смотреть было трудно. Сев и прикрыв глаза козырьком ладони, Тонкс увидела вокруг зелень, какие-то деревья, а среди них – ажурные колонны, над ними – сияющие своды, сквозь которые угадывалось голубое небо. Она тут же вспомнила папин альбом по истории архитектуры, который любила рассматривать в детстве. Как ей было жалко, что викторианский Хрустальный дворец сгорел и она никогда его не увидит!

Крылатый сделал несколько нетерпеливых взмахов, и ветерок заставил обнаженную кожу покрыться мурашками. Тонкс прикрыла рукой грудь, гадая, куда девалась одежда и давно ли этот тип на нее пялится, и на всякий случай обросла шелковистой белой шерстью – будто шубку надела.

– Первый раз здесь такое вижу! – произнес хрипловатый голос. Похоже, его обладатель давно ни с кем не разговаривал. – Вообще-то, тебе надо было подумать об одежде.

– Что это еще за разговор?! Будто это я о ней вовремя не вспомнила! Кто-то свистнул ее, и все!

– Да нет, прямо сейчас вот подумай!

Тонус попробовала сосредоточиться. Минута – и рядом уже валялся ее домашний халатик. Только совершенно новый. Без любимого чернильного пятна на мордочке одного из краппов, весело вилявших на нем раздвоенными хвостами.

Мгновенно избавившись от шерсти, она накинула халат и встала, завязывая пояс. Крылатый тип оказался с нее ростом. На голове копна нечесаных разноцветных прядей, от зеленого до лимонно-желтого, от серебристого до малинового. На лоб сдвинуты очки-«консервы», как у летчика или шофера старинного автомобиля. Загорелое лицо и шальные, совершенно золотые глаза.

– Ты кто?

– Хэмфри.

Золотоглазый протянул руку. Совершенно гладкая. Но под ногтями – чернота, будто забилась земля или сажа.

– И? Просто Хэмфри, и все?

– Потом. Нам не стоит тут валандаться, если не хочешь упустить кое-кого.

Хрустальный дворец – даже если это был не он, Тонкс мысленно назвала место так – казался необозримо огромным. Куда больше, чем на старых гравюрах. Будто галереи продолжались зеркальными коридорами. И везде совершенно пусто. Одинаковые деревья тоже множились, уходя в бесконечность.

Симметрично, правильно, безмятежно. Но в груди ворочалось беспокойство, будто ей и вправду нужно было куда-то спешить.

– Как же мы попадем туда, куда нам надо? Точнее, выберемся отсюда? Или это прямо здесь?

– И да, и нет. Сейчас увидишь.

Хэмфри надвинул очки на глаза и, взлетая, подхватил ее. Быстрее, быстрее... Чугунные столбы замелькали, сливаясь в сплошную переливчато-серую полосу. Стеклянный потолок тоже превратился в размытое марево. Но при этом вдруг начал менять форму. Словно поднимался, заостряясь.

Крылья над ней перестали взмахивать. Хэмфри, планируя, широко распахнул их. Действительно, потолок был уже другим. Поддерживающие его колонны, похожие на сросшиеся кости, переходили в стрельчатые арки, на которые опирался стеклянный свод. Деревьев здесь не было, зато по огромному залу бродили динозавры. Стоп, нет. Это был музей. Со скелетами на постаментах. Вытянутые шеи гигантских ящеров застыли огромными знаками вопроса. Но ответ не заставил себя ждать.

Из-за ближайшей колонны вышел кто-то очень знакомый. Он еще не видел Тонкс, восторженные глаза были обращены к фасетчатому куполу. Таким она Ремуса не помнила. Молодым, с гладким лицом без шрамов.

Хэмфри опустил ее на голубые плиты пола и опустился сам. Едва ноги Тонкс коснулись пола, она побежала. Налетела на мужа, врезалась в него, чуть не сбила с ног. Обняла, уткнулась в мягчайший серый свитер. И пока вжималась в него лицом, над головой что-то грохотало, слышался далекий плач и стоны. Отстранилась, посмотрела в глаза – почти такие же золотые, как у Хэмфри – все стихло. Память о Битве тут же начала ускользать: уцепиться за нее, удержать было невозможно. Они снова обнялись, крепко-крепко, и память опять нахлынула. Тедди. Как далекий теплый сон. Может, это было не с ней? Но на свитере Ремуса появилось мокрое пятно – там, где она касалась его щекой.

Сзади раздался звон. Они резко разомкнули объятия, Тонкс обернулась. Хэмфри неловко переминался с ноги на ногу. В одной из витрин – в опасной близости с бронзовым крылом – зияла дыра.

– Прошу прощения, нас ждут еще в одном месте.

Ремус приподнял брови:

– Молодой человек, это очень важно? Моя жена никогда еще не была в Оксфордском музее естественной истории. Мне бы хотелось показать его ей, пока вы не разнесли все экспонаты в щепки. С детства мечтал здесь побывать. Дора, кстати, ты нас не представишь? Это какой-то твой родственник?

Тонкс по-новому взглянула на крылатого. К каким родственникам можно было его отнести? Пожалуй, странному костюму из мягкой золотистой кожи мог бы позавидовать Драко. Если бы не художественные прорехи в самых разных местах.

– Почти, – промямлил Хэмфри, прежде чем она сама собралась с ответом. Тонкс опять пыталась вспомнить что-то важное, но не смогла. – Вы еще сюда вернетесь, если захотите. Потом. Пока у нас срочные дела. Тут недалеко как раз есть один... Ответит на все ваши вопросы. Я передам вас ему, и... Давайте, давайте, я не знаю, сколько он еще будет ждать.

Тонкс переглянулась с Ремусом, который хотел было что-то еще сказать, но Хэмфри протянул им руки:

– Хватайтесь. – И, сжав протянутые ладони, снова взмыл в воздух, увлекая за собой их обоих.

Все вокруг расплылось, потом сгустилось, обретя знакомые очертания. Мощные кирпичные опоры, круглые своды. Кингс-Кросс. Только какой-то совершенно циклопический и очень светлый, словно отмытый. Или сквозь фильтр кинокамеры – ностальгия, искрящиеся блики. Рапид. Иначе чем еще объяснить, что, как ни пытались они нагнать уходящего вдаль старика в развевающихся темно-синих одеждах, но расстояние только увеличивалось, пока тот не растворился в сиянии.

Хэмфри наконец остановился и невнятно выругался.

– Опять опоздал.

– Опять? – переспросил Ремус.

– Долгая история, – отмахнулся лохматый ангел (ибо как еще назвать чувака с крыльями?) и опять сдвинул очки на лоб. – Ну ладно. Придется и дальше самим разбираться. Сейчас поезд какой-нибудь придет... – Он порылся в карманах своего странного одеяния и вытащил блокнот в добротной кожаной обложке с чеканкой и тиснением, но перепачканный чем-то вроде машинного масла: – Сейчас расписание посмотрим... Ой, не то совсем. Ладно, проехали. Ну то есть наоборот. Короче, разберемся. Тогда я просто помогу вам попасть...

– Домой? – с надеждой спросила Тонкс. Хотя сейчас она не очень понимала, где ее дом. Слово вырвалось машинально.

– Ну да, что-то вроде. Куда захотите. Я надеюсь, вы двое хотите одного и того же. – Хэмфри взмахнул руками и взвыл – похоже, разбил костяшки о стоящую совсем рядом лавку. Тут же из-под нее раздался какой-то невыносимый, пронзительный скулеж. Его невозможно было слышать, как невозможно слышать скрип совиных когтей по стеклу.

Ремус поднырнул под скамейку и выпрямился с чем-то маленьким и красным на руках. Оно беспорядочно шевелилось и исторгало звуки, от которых ныли ребра. Младенец. «Тедди» – имя снова вспыхнуло перед глазами. Но не образ. Тонкс не могла оторвать взгляд от этого странного существа, от его уродливого, сморщенного лица – уродливой карикатуры на нормальные младенческие лица. Израненное, будто ободранное, существо не льнуло к Ремусу, а словно отбивалось.

– Дай сюда. – Тонкс решительно отобрала у мужа странного младенца. С ребенком на руках она никогда еще не была неуклюжей.

– Да бросьте вы! – проговорил Хэмфри.

– То есть как это?! – взъярилась Тонкс.

– Да буквально. Старик, который ушел, объяснил бы, что этому не поможешь. Ему ничего и не сделается, если вы его зашвырнете куда-нибудь, но и лучше не будет, хоть грудь ему давай, хоть что.

Хэмфри словно читал мысли. Тонкс уже машинально собиралась приложить младенца к груди, но вдруг поняла, что никакого молока нет и в помине, а грудь снова стала маленькой. Снова? Она уже начинала уставать от этой игры с памятью в кошки-мышки.

– Не смей мне больше говорить такое! – Если бы в руках был не младенец, а какой-нибудь предмет, она бы обязательно зашвырнула бы им в Хэмфри. – Ты, кажется, собирался отправить нас домой?

– Скорее, помочь найти дом.

– Никакого дома у меня быть не может, пока тут младенцы на вокзалах валяются.

– Да, теперь вижу, что не родственник, – протянул Ремус, которому идея бросить тут несчастное создание тоже явно не понравилась.

– Ну почему?! Блэк какой-нибудь бессердечный, – нахмурилась Тонкс.

– Не Блэк я никакой, – обиделся Хэмфри. – Когда я родился, между прочим, Блэков еще никаких и не было вовсе. Хотя этого я тогда знать не мог. Потом рассказали.

Младенец на время затих, и Тонкс заинтересовалась странным ангелом, который имел неосторожность родиться, будто обычный человек.

– Так ты не ангел, что ли?

– Ну как, ангел-хранитель на испытательном сроке. Как многие, кто младенцами умерли. Только мне испытательный срок никак не зачтут, всё продлевают... – Хэмфри смущенно чесал кончиком бронзового крыла второе, то, что на вид было из плоти и перьев.

В душе у Тонкс зашевелилось нехорошее подозрение, но к истине первым начал подбираться Ремус.

– Чей-чей ангел-хранитель? – произнес он тоном, в котором слышалось беззвучное рычание. Тонкс на секунду померещились оскаленные клыки. Хэмфри покраснел и молчал, то глядя на нее, то отводя глаза.

– Да, чей? – подхватила она и сделала вид, словно хочет сгрузить младенца Хэмфри на руки.

Такой угрозы несчастный недотепа не выдержал и раскололся.

– Ну, твой, – пробормотал он еле слышно и отвернулся, сделав вид, что ищет взглядом подходящий поезд.

Повисшее молчание становилось все более напряженным, пока не взорвалось пронзительным гудком. Поезд действительно был. Он скользил к ним по рельсам и вскоре мягко затормозил так, что Тонкс оказалась прямо у двери. Прозвучал еще один гудок, и младенец ответил на него пронзительным визгом.

Поезд – это было не очень-то подходящее слово. Вагон был всего один, и он же – паровоз. К ним словно подплыл невиданный корабль. Точнее, шлюпка, потому что мест в ней было человек на шесть-восемь. У корабля был нос, украшенный резной фигурой, и вздымавшиеся деревянные крылья, скрепленные латунными полосками. Одновременно странный объект напоминал паровой автомобиль: высокая тонкая труба, огромные колеса. Но двигался он по рельсам, как паровоз, и так же гудел.

Хэмфри тут же воспрял духом и бодро затараторил:

– Ну вот, это ваш. Вам надо только сесть, представить место, где вы хотите оказаться, и – вуаля! – Он снял очки-консервы и протянул их Ремусу. – Вот, пригодится. А это, правда, оставьте здесь. Ничего вы с ним не сможете сделать. И для него. Оно даже не целое. Так... кусочек. Может, по дороге Альбуса этого вашего все-таки встретите, он вам все и объяснит. Халатик сменить советую на что-то дорожное. Ну там кожа, кармашки всякие. А я полечу, пожалуй...

– Стоп-стоп-стоп, молодой человек. – Ремус снова обнажил невидимые клыки. – Как я понимаю, с миссией своей вы не справились, раз мы здесь, и главное – с вами встретились. На этом вашем вокзале мысли как-то расползаются, но мне кажется, что суть я улавливаю. Так что вам как минимум продлят испытательный срок, если не хуже.

– А если я еще и пожалуюсь? – подхватила Тонкс, почувствовав, к чему клонит муж. – Ты должен нам как минимум рассказать, что за история с кусочками. Почему он не целый? – Существо заскулило, она начала его покачивать, но быстро поняла, что такого обращения, в отличие от обычных младенцев, оно совсем не любит. Как только перестала, существо тут же затихло.

– Э-э, ну ладно. Но если вы свой локомобиль упустите, не знаю, найдется ли новый. Вы бы садились...

– Только после тебя, – мгновенно среагировал Ремус. А Тонкс наставила на Хэмфри младенца, как автомат или палочку, поднятую для Ступефая.

Передернув крыльями, ангел понурился и полез в странное сооружение на колесах.

– Ты давай, рассказывай, не теряй времени, – настаивал Ремус, залезая следом.

– Она сразу поедет? – поинтересовалась Тонкс, устраиваясь на заднем сидении.

– Мотриса-то? Только когда захотите. Давайте посидим пока. Я вам все расскажу, и...

– Не надейся. – Тонкс, у которой были заняты руки, на секунду отрастила еще одну кисть, на носу, и показала неприличный жест. – Но рассказывай.

– Ну, есть там у вас чувак такой. От которого, собственно, все беды. Я с ним за ваши лет пятьдесят уже второй раз погораю. Сначала у меня другая подопечная была, Миртл... Плохо дело кончилось. Тогда он был еще симпатичный такой. Я даже сам на него немного заглядывался. Может, поэтому так с Миртл и сглупил. – Хэмфри подергал себя за настоящие перья так, что ненароком вытащил одно небольшое, и дальше все время вертел его в руках. – А потом началось – глаза красные, чешуя, нос свой красивый не пойми на что променял... Но главное – душа. Порченую душу мы сразу видим, чернота из глаз сочится. Тогда сразу теряешь всякий интерес. Ну вот. Когда этот тип еще в Хогвартсе учился, узнал про гадость такую, хоркруксы. Убиваешь кого-то, душа раскалывается, а отколотый кусочек ты хвать – и как в консервную банку закатываешь. Во что-нибудь подходящее. Чтоб потом открыть и пользоваться, если свой оставшийся огрызок не убережешь, упустишь. И этот ваш. Том. Так увлекся, что банок этих назакатывал аж семь штук. И правда, пригодились они ему. Лучше бы протухли. Впрочем, тухлыми они были уже сразу.

Пока Хэмфри рассказывал, в голове у Тонкс всплывали картины прошлого. Отстраненно, будто слайды сменяли один другой. Отвращению и ужасу в этом мире словно не было места. Сожаление и горечь – вот что она могла чувствовать. Но тоже – просто как мелодию, от которой щемит сердце. Она вспоминала погибших, и слезы снова текли у нее из глаз. Но с омерзением отбросить жалкий комочек плоти, скрежетавший у нее на руках, Тонкс все равно не могла.

– Так вот. В результате их всего восемь получилось. Таких, как этот. И каждый – гнилая, ущербная часть. Там, в вашем мире, от них уже избавились, почти от всех. Почти все уже здесь. Последние два на подходе. А был когда-то ребенок, такой, как и я, когда родился. Нормальный, а не это.

– Уже здесь – это где? – осторожно спросил Ремус.

– Ну, сложно сказать. – Хэмфри пожал плечами, бронзовые перья стукнули о дерево повозки.

– А отыскать их можно? – подхватила Тонкс мысль, которая тоже только что пришла ей в голову.

– Да зачем?! – с ужасом воскликнул ангел.

– Ну целая душа-то точно жизнеспособнее, чем кусочек, нет? – пояснила Тонкс. – В любом случае, ты навалял, тебе теперь отрабатывать. Говоришь, еще две на подходе? Похоже, ты многое знаешь. Ремуса вот нашел запросто. Вот эти две давай отыщем – там и посмотрим.

– Кстати, Дора, ты понимаешь, что это значит? Если они на подходе? – Ремус положил руку ей на локоть и улыбнулся самой ее любимой улыбкой.

– Гарри... – прошептала Тонкс. – И это значило еще и «надежда», и «Тедди», только последнее слово она не могла сейчас произнести вслух.

***

Хэмфри ничего не оставалось, как смириться и воплощать их идею – даже если он считал ее безумной.

– Ну, если вы точно уверены, надо все-таки тронуться в путь. Просто подумайте – «вперед, к цели!». Мы далеко не уедем, но будем в движении. Так я почувствую, куда нам надо, и смогу управлять скоростью, чтобы оказаться в правильном месте.

Тонкс переглянулась с Ремусом: «Готов?» – «Готова?», и они кивнули друг другу.

Автомотриса дала гудок и плавно тронулась. Вскоре Тонкс увидела, как убегающие назад столбы в третий раз сливаются в пульсирующую пелену. Хэмфри сидел впереди, рука лежала на красивом латунном рычаге, торчавшем из панели красного дерева. Минут через пять он плавно нажал на него. Скорость изменилась, пространство засветилось другим оттенком.

– Ремус, сюда. Держи эту штуку так вот, а я взлетаю.

– Что-то не помню, когда мы успели сойтись так близко, – пробормотал Люпин, но послушался.

– Ну как, почти родственники, – ехидно улыбнулся Хэмфри, прыгнул на самый «нос» и раскинул крылья, застыв там, словно еще одна резная фигура. Через секунду он оторвался от локомобиля и взмыл.

Тонкс почувствовала, как вокруг что-то изменилось. Воздух наполнился отблесками пламени и каким-то зеленым сиянием, словно рядом стеной вставал лес. Высоко, на пол-«неба», взметнулась тень огромной змеи, будто невероятных размеров воздушный змей. Еще секунда – и Хэмфри был снова в локомобиле с еще одним скулящим младенцем на руках. Он тут же передал его Тонкс. Она подхватила тельце одной рукой. И сама не поняла, как это получилось – но в руках у нее снова был один ребенок. Только больше, как шестимесячный. Но такой же израненный и карикатурный.

Хэмфри захлопал глазами. Похоже, подобное он видел в первый раз.

– Ну вы даете, – пробормотал он. – И что, я заработал от вас хороший отзыв?

– Не раньше, чем найдешь остальных, – торжествующе улыбнулась Тонкс. – А там посмотрим.

Ремус показал ей большой палец.

Вокруг снова мелькало и дышало серое. Потом словно пошел снег, посветлело. В воздухе замелькали белые тени огромных пушистых крыльев. Будто множество едва видимых ангелов собрались здесь и чего-то ждали. А потом разом торжествующе взмыли вверх.

Хэмфри повторил свой маневр и через минуту вернулся с еще одним визжащим ошметком плоти. А спустя мгновение Тонкс прижимала к себе одного-единственного, на вид годовалого, ребенка – свернувшегося в позе эмбриона, мышцы сведены так, что не распрямить, глаза плотно зажмурены, словно от ужаса.

Белые крылья остались далеко позади. Суматошное мелькание снова распалось на отдельные быстро убегающие назад колонны, но вскоре и они исчезли, а по сторонам развернулись пестрые покрывала – зеленые луга с яркими брызгами цветов, перелески, синеющие вдалеке горы...

– Куда теперь? – спросил Ремус.

– Давайте к Миртл. Ее я точно знаю, где искать. И знаю: то, что вам надо, с нею. – Хэмфри даже как-то приободрился и смелее смотрел им в глаза. – Отдыхайте, ни о чем не думайте, поведу я.

Путь, сначала прямой, вдруг стал поворачиваться, будто железная дорога вообразила себя тропинкой, вьющейся между холмов. Ярко-синее небо, с которого лился свет, хотя солнца видно не было, стало дымчато-сапфировым. Начали сгущаться сумерки – но так и не перешли в ночь. Деревья вздымали бесплотные белые ветви. В лугах колыхались серебристые травы – длинные, как струящиеся волосы. В какое-то мгновение показалось, что рельсы заворачивают прямо в небо. И тут машина остановилась.

– Край призраков, – прошептал Хэмфри, зябко кутаясь в крылья. – Вылезайте.

Они пошли прямо к горизонту, которого не было. Лишь небосклон, в который можно было упереться. И темный силуэт на его фоне. Спина девушки. Только спина. Так, возможно, выглядит утопленница, всплывшая вниз лицом. Эта девушка будто была здесь не вся. Но, в отличие от утопленницы, она казалась живой. Спину сотрясали рыдания. А еще Тонкс заметила, что несчастная тоже держит младенца. Но видна была только тень за сапфировым сводом.

Хэмфри потоптался нерешительно, а потом подошел и похлопал девушку по плечу.

– Миртл, не надоело тебе? Отпусти его. За ним пришли.

В ответ раздался глухой голос, как бы с той стороны.

– Хэмфри, ты? Ты что, идиот? Очень мне нравится его держать. Я все отшвырнуть его пытаюсь, зашвырнуть подальше, а он все зде-е-есь! Гад такой!!! Уби-и-ийца! Издеваешься, да-а?! – И снова приглушенные рыдания.

– Послушай, Миртл. Просто отпусти, понимаешь? Теперь можно. Его возьмут. – Голос Хэмфри звучал неуверенно. – Главное – отпустить. Тогда и тебя отпустит.

– Можно подумать, мне нравится сидеть в этом дурацком туалете, а-ы-ы!!!

– Миртл, ты слышишь меня? – попробовала вмешаться Тонкс. – Я пришла тебе помочь. Ты меня помнишь, нет? Я Тонкс, девочка с Хаффлпаффа с разноцветными волосами.

Миртл действительно перестала плакать и, похоже, повеселела.

– Конечно, помню, ты хорошая. Над тобой тоже все смеялись, потому что ты неуклюжая.

– Ну вот и хорошо. Попробуй просто отдать мне то, что держишь.

– Ка-ак? Я ничего не могу-у!

– Просто разожми руки и доверься Тонкс, – снова вступил Хэмфри. – И все будет тип-топ!

– Ну ла-адно. А вы не уйдете сразу?

– Нет-нет, не уйдем, – заверила ее Тонкс.

И тут несколько событий случилось одновременно. Небо осветилось, словно начало всходить солнце, задул ветер, погнав по небу легкие желтоватые облака. На руках у Тонкс спал мальчик лет двух – почти спокойно, только зубами впился в кулачок, до крови. А среди цветущего луга лежала Миртл, без своих толстых очков, и улыбалась кому-то – возможно, муравью, ползущему по травинке.

– К ней придут, – шепотом сказал Хэмфри. – А теперь назад, в мотрису. – Повернулся и пошел первым. И Тонкс заметила, что несколько перьев на его лиловом крыле стали белоснежными. Они сияли ярко, указывая им путь.

***

– Может, кто-то еще тоже вот так держит свой кусочек? – спросила Тонкс, когда они снова ехали, постепенно набирая скорость.

– Эх, если да, то найти его будет довольно легко. Хуже с теми, которых отпустили. Отпустившему легче, а этот фрагмент может затеряться или раствориться, если совсем слабый. Но у вас есть компас – ваше стремление помочь чуваку. Так что вперед, теперь ведите вы.

Они вели по очереди. Чтобы сосредоточиться, Тонкс закрывала глаза. Потом наступал черед Ремуса, а она любовалась безлюдными пейзажами, навевающими дремоту. Вдруг что-то изменилось. Островок возделанной пашни на краю дремучего леса. Беленый домик, дымок из трубы.

– Надо проверить, что там. Пойдемте, – кивнул Хэмфри.

Пройти надо было совсем немного. Хозяин сам вышел им навстречу. Загорелый приземистый человечек с длинными усами. Он вел в поводу лошадь. Нет, поняла Тонкс, приглядевшись. Лошадь просто шла рядом с ним, будто беседуя.

– Похоже, албанский крестьянин, год смерти неизвестен, – прошептал их проводник. – Был такой эпизод. Видно, все у него в порядке.

Их тепло встретили, пригласили в дом. Там обнаружилась хозяйка, горшочки с тушеным мясом, гора свежих овощей. Говорили, прекрасно понимая друг друга. Словно сердцем. Хозяин хвалил урожай и жаловался на то, что не так давно из леса начал раздаваться тоскливый плач. Единственное, что его огорчало.

– Найти не могу болезного, чтобы помочь. И что делать, не знаю. Правда, плач все тише и тише...

Когда Тонкс сказала, что они готовы пойти на поиски, крестьянин вызвался проводить. Лес был сказочный – даже более сказочный, чем Запретный. Густые, словно нарисованные на рождественской открытке елки клонили в разные стороны острые макушки. Из-под нижних, широко распластанных ветвей вылезали грибы, словно специально, чтобы их заметили.

Тонкс пришлось передать спящего ребенка, которого она так и несла, Ремусу, и исколоть руки в кровь, чтобы выцарапать из еловых лап еще одно красное, сморщенное существо.

Назад Ремус нес постанывающего во сне, но почти нормального с виду мальчика с шапкой черных волос и довольно красивым лицом. На вид ему было года три.

***

– Осталось только два, – произнес Хэмфри после того, как долго что-то разглядывал на приборной доске. Кроме латунного рычага, там виднелись всевозможные циферблаты, барометры и всякие непонятные приборы – с луной и солнцем, с римскими цифрами... На одном вместо символов можно было разглядеть крошечных человечков, двигающихся от младенчества к старости. В отдельном окошке прокручивалось что-то вроде бесконечной карты, и странная гибкая стрелка, оканчивающаяся медной ладошкой с вытянутым указательным пальцем, меняла угол и ползала по ней туда-сюда. – Но приготовьтесь, вам может стать очень грустно. Не передумали?

– Мне давно должно было стать грустно, – ответила Тонкс. – Но что-то не получается. Вместо этого просто бешено руки чесаться начинают... – Хэмфри, поерзав, на всякий случай отодвинулся от нее подальше. – ...Там, где иголками исколола.

Они снова въехали в зону сумерек. В этот раз стало еще темнее. Тонкс показалось, что еще чуть-чуть – и выглянут звезды. Автомотриса двигалась все медленнее и в какой-то момент остановилась, словно во что-то упершись.

Хэмфри вылез, сделал шага три, просунул руку сквозь невидимую преграду и, слегка раздвинув ее, как занавеску, поманил их к себе. Из щели падал желтый свет, похожий на искусственный. Не то электрическая лампочка, не то множество свечей. Тонкс с ребенком на руках, а за ней Ремус протиснулись в проем вслед за Хэмфри.

Они оказались в замкнутом пространстве – одновременно огромном и безумно тесном. Словно колодец, стены которого уходили вверх в бесконечность, теряясь в сизом тумане. Но стен-то не было. Только нагромождение этажерок, шкатулок, пуфиков, табуреточек и везде – золото, золото, золото... И свечи, прямо на резьбе ящичков и полировке узорчатых шкафов с изогнутыми ножками. От свечей поднимался душный смрад. Видневшиеся тут и там драгоценные камни и зеркала покрывала копоть. Но самым омерзительным оказались белесые змеи, сползавшие по всем поверхностям вниз. Наслоения чешуи – будто кожная болезнь. Это был воск, бесконечной лентой стекавший вниз со свечей, которые, похоже, горели, не прогорая, много лет на одних и тех же местах.

Где-то за башнями из сокровищ послышался грохот и вопли. Кто-то орал, чем-то колотили. Что-то падало, со звоном раскатывались монетки. Шум приближался.
Сквозь узкий проход между этажерками с трудом протиснулась толстуха. Розовое пышное платье закапано воском, по густому слою пудры на лице и груди – потеки пота.

Женщина что-то волочила за собой, как дети тащат огромного медвежонка или говорящую куклу. Внезапно она дико вскрикнула и тряхнула рукой, словно хотела избавиться от надоевшей игрушки. Тонкс с ужасом увидела, что это очередное уродливое подобие младенца – побольше прочих и, видимо, с зубами: ими оно вцепилось в руку толстухи и никак не разжимало челюсти. Даже когда та схватила какой-то канделябр и с руганью начала колотить по «младенцу».

– Хэпзиба! Хэпзиба Смит! – Хэмфри старался перекричать вопли и грохот. Хэпзиба не реагировала.

Тогда Ремус шагнул вперед и похлопал ее по плечу. Толстуха резко развернулась, заехав ему в живот так и не отцепившимся существом. Ремус, не растерявшись, подхватил его на руки и что-то рыкнул. Хэпзиба шлепнулась на пол, потрясая освобожденной рукой. Она тут же выдернула из ближайшей «башни» какую-то шкатулку и запустила в «младенца». Даже не посмотрев, что на шкатулке стояла еще одна. Хэмфри, Тонкс и Ремус с орущим существом на руках метнулись к другой «стене» колодца, чуть-чуть не угодив под шкатулкопад.

– Хоки! Хоки! Где ты, драная эльфийская шкура! – заорала Хэпзиба. «Младенец» скалил зубы и вторил ей диким воем. На вопли хозяйки, впрочем, никто не торопился.

– Пойдемте уж обратно. Точно не хотите здесь это оставить? – кивнул Хэмфри на трясущееся в руках у Ремуса существо.

– Может, мы тебя лучше здесь оставим? – пробормотала Тонкс, стиснув зубы. Она осторожно подобралась к Хэпзибе, с натугой громоздившей одну шкатулку на другую, и коснулась ее руки. – Эй, пойдемте с нами? Там хорошо, свежий воздух...

– Ничего не выйдет, – произнес сзади Хэмфри.

– Мадам, э-э-э, Хэпзиба!

Толстуха обернулась и окинула Тонкс мутным взглядом.

– Хоки? А ну за работу!

Тонкс решила подыграть ей.

– Хозяйка, хозяйка! Пойдемте со мной! Я кое-что нашла!

– Тащи сюда тогда, – буркнула Хэпзиба.

– Вам надо обязательно посмотреть, пойдемте со мной! – Придерживая ребенка одной рукой, другой Тонкс потянула Хэпзибу за рукав.

Все двинулись к все еще открытому проходу, за которым колыхались травы. Их аромат проникал даже сюда. Ремус вышел первым, Хэмфри медлил, явно подстраховывая Тонкс.

Хэпзиба замерла на пороге, вглядываясь в сумерки. Она втянула носом воздух и скривилась.

– Ну и вонища! Не-ет, не пойду! Во что ты хочешь меня втравить, паршивка?! – Хэпзиба со злостью топнула ногой. Секунду ничего не происходило, но внезапно Тонкс услышала нарастающий грохот – будто маленький камушек вызвал лавину в горах.

Даже сквозь слой золотистого загара было видно, как Хэмфри побледнел.

– Быстрее, быстрее!

Он вытолкнул Тонкс наружу, выскочил следом, и щель начала закрываться. Тонкс успела увидеть, как волна драгоценных щепок подхватывает Хэпзибу и уносит куда-то вглубь ее страшного убежища.

Ребенок на плече у Тонкс внезапно резко потяжелел. Она еле удержала его. Ремус, руки которого были теперь свободны, хотел взять мальчика – бледного, с прилипшей к влажному лбу косой челкой. Но Тонкс остро почувствовала, что до конца путешествия не имеет права отпускать его ни на секунду. Оставалось потерпеть совсем немного.

Кое-как она доковыляла до паровой повозки и с помощью Ремуса и Хэмфри опустилась на сидение. Локомобиль резким свистком попрощался с Хэпзибой и тронулся сквозь сумерки дальше.

***

Остаток пути Тонкс провела почти в забытьи. Руки ломило от ноши, кружилась голова. Она постоянно проваливалась в завершившуюся жизнь и то видела знакомые лица, то вглядывалась в какой-то первобытный ужас. Красные глаза горели в небе вместо звезд, покрытые чешуей руки тянулись к ее Тедди, лицо которого она наконец – впервые с начала путешествия – видела ясно. Срочно отвести, спасти, закрыть собой. Но мальчика Тонкс не выпустила ни разу.

Потом она смутно вспоминала берег моря и дочерна загоревшего мужчину, стоявшего босиком на мокром песке. («Один лондонский бродяга, Джо».) Им тогда пришлось побродить в дюнах, пока не нашли то, что искали.

Вспоминала и вересковую пустошь с редкими кустами можжевельника, и среди них – мрачный готический коттедж с тепло сиявшими окнами. Его молчаливых обитателей. Тонкс их худые лица кого-то безумно напоминали. Лишь какое-то время спустя она поняла, кого – мальчика, спавшего у нее на руках.

Женщина в черном, с поджатыми тонкими губами, вручила Ремусу какой-то сверток и поцеловала Тонкс в щеку.

Коттедж исчез. Тонкс стояла в светлеющих сумерках – словно запустили задом наперед кинопленку – а на руках у нее спокойно спал обычный младенец в одеяльце с вышитым вензелем «ТР».

***

За полднем наступил рассвет, и в его лучах они наконец подошли к дому. (Да, наконец – в настоящих солнечных лучах!) Это ее дом – никаких сомнений у Тонкс не было. Она много раз рисовала его – в детстве цветными карандашами, на лекциях Биннса – пером на пергаменте, палочкой в пыли – на аврорских дежурствах.

Закругленные веранды с витражными стеклами, палисадник с подсолнухами и пламенеющая оранжевым крыша с трубой набекрень.

За домом в утреннем тумане угадывалась река – ивы полоскали в ней седые ветви.

– Ну что ж. – Хэмфри не смотрел на нее, он теребил в руках книжечку с «не тем расписанием». – Вот вы и пришли.

– Характеристику написать? – улыбнулась Тонкс.

– Не надо. – Хэмфри повел живым крылом, теперь совсем пегим: лиловые перья вперемешку с белыми. – Только вот что. Дело ваше, конечно. Вам в любом случае будет хорошо здесь. Пока не вырастете из этого дома и не двинетесь дальше. Только вот ему... – Ангел кивнул на макушку с темным пушком, высовывающуюся из свертка. – Даже не знаю, как и сказать-то...

– Говори, – прошептала Тонкс. Совсем тихо, чтобы не разбудить младенца. А может, чтобы голос ее не предал. И почувствовала тепло Ремуса, вставшего за спиной и положившего руку ей на плечо.

– Вы подарили ему сегодня жизнь. И он ее еще не прожил. Это совсем новый человек. Как я когда-то. У меня больше такого шанса уже не будет – не по моей вине. А у него...

– Что надо делать? – глухо спросила Тонкс, уткнувшись носом в сверток.

– Пойдемте. – Хэмфри кивнул в сторону реки.

Они прошли сквозь осоку и тростники. На воде колыхалась корзинка-колыбель. Ни к чему не привязанная, она тем не менее никуда не уплывала, словно ждала. Струи скользили под нею.

Тонкс опустилась на колени и осторожно положила младенца в корзинку. Он улыбнулся во сне, не открывая глаз. Колыбель качнулась и заскользила по течению, аккуратно огибая коряги и намокшие ивовые пряди.

Хэмфри порывисто обнял Тонкс, расправил крылья – одно бронзовое, другое совсем белое – и, взлетев, устремился вослед.

– Очки себе оставьте, на память! – прокричал он. – За Тедди я тоже присмотрю-у-у!!! – донеслось по воде минуту спустя.

– Лучше не надо! –в ужасе крикнули в ответ Ремус и Тонкс, хором.

Переглянувшись, они медленно двинулись к дому. Руки у Тонкс еще немного болели. Саднило и еще что-то, глубоко внутри, но она не успела понять, что. Эту боль вытеснило совсем новое ощущение. Страшно чесалось в районе лопаток.

– Ремус, почеши, а? – Тонкс подставила спину.

Он послушался, но, охнув, сунул палец в рот.

Потом присмотрелся повнимательнее и рассмеялся.

– Что такое? – Тонкс немного обиделась.

– Забавные какие! Маленькие! На что только могут сгодиться? Эх, зеркало нужно.

Но Тонкс не смогла в полной мере разделить его веселье. Потому что когда они подошли к крыльцу и глянули в стекла веранды, в свете вновь восходящего солнца за спиной Тонкс уже вздымались два изящных, мощных крыла – бронзовое и лиловое.

И она точно знала, для чего они смогут ей пригодиться.

fin

Приложение в картинках:

Хрустальный дворец
Музей естественной истории в Оксфорде
Кингс-Кросс
...на главную...


май 2017  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

апрель 2017  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

...календарь 2004-2017...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2017.05.26
Созданные внушать страх [0] (Доктор Кто?)


2017.05.22
Между прошлым и будущим [1] (Оригинальные произведения)



Продолжения
2017.05.26 18:25:34
Другой Гарри и доппельгёнгер [6] (Гарри Поттер)


2017.05.26 15:16:33
Я только учу(сь)... Часть 1 [39] (Гарри Поттер)


2017.05.26 11:52:35
Обреченный на любовь [40] (Гарри Поттер)


2017.05.26 10:22:31
Возрождение Феникса [14] (Гарри Поттер)


2017.05.26 08:32:54
Закон и непорядок [11] (Белый воротничок)


2017.05.24 20:05:55
Книга ещё не первая. Некрасавец и Нечудовище [12] (Гарри Поттер)


2017.05.22 21:28:50
Наперегонки вслепую [1] (Гарри Поттер)


2017.05.22 10:21:02
Хан, душ и прорва проблем [0] (Звездный Путь, Мстители, Произведения Дж. Р. Р. Толкина, Тор, Торчвуд, Шерлок Холмс)


2017.05.22 02:14:08
Хвостатое приключение [10] ()


2017.05.21 09:28:21
И это все о них [0] (Мстители)


2017.05.20 21:03:08
Отвергнутый рай [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2017.05.20 12:15:46
Вынужденное обязательство [1] (Гарри Поттер)


2017.05.20 05:55:43
[disturbed] zero [3] (Евангелион, Научная фантастика)


2017.05.19 23:10:59
Я, арестант (и другие штуки со Скаро) [0] (Доктор Кто?)


2017.05.19 20:40:15
Свой в чужом мире [0] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2017.05.19 16:53:11
Право на поражение [5] (Гарри Поттер)


2017.05.19 01:01:48
Слизеринские истории [126] (Гарри Поттер)


2017.05.17 14:26:21
Десять сыновей Морлы [37] (Оригинальные произведения)


2017.05.17 09:45:54
Обреченные быть [2] (Гарри Поттер)


2017.05.16 23:02:56
Правнучка бабы яги. Кристаллы воспоминаний [8] (Гарри Поттер)


2017.05.15 02:51:56
Параллельная прямая [0] (Шерлок Холмс)


2017.05.15 00:08:43
Маленькие фики по ГП [4] (Гарри Поттер)


2017.05.14 20:14:49
Добрый и щедрый человек [2] (Гарри Поттер)


2017.05.12 23:37:55
Виктория (Ласточка и Ворон) [11] (Гарри Поттер)


2017.05.12 13:08:15
Не выходи из комнаты [13] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2017, by KAGERO ©.