Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гриффиндорец уверен что мы живем в лучшем из миров. Слизеринец этого опасается.

Список фандомов

Гарри Поттер[18471]
Оригинальные произведения[1236]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[136]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12667 авторов
- 26942 фиков
- 8604 анекдотов
- 17671 перлов
- 665 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Право ночи

Автор/-ы, переводчик/-и: Susan Ivanova
Бета:нет
Рейтинг:NC-17
Размер:мини
Пейринг:Дин/Сэм
Жанр:Drama
Отказ:отказ
Фандом:Сверхъестественное
Аннотация:когда желания становятся выше возможностей, на помощь придет ночь и скроет все тайны
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:слэш, инцест, UST
Статус:Закончен
Выложен:2015.06.28 (последнее обновление: 2015.06.28 13:27:57)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 1769 раз(-a)



Право ночи.
Это название придумал Дин, сам не зная, зачем.
То, что было между братьями, называлось бы просто привязанностью, заботой, братскими чувствами, но нужно было как-то обозначить границы дозволенного.
Впрочем, границы определялись только желанием Дина уступить младшему брату.

Дин заботился о Сэмми, как и полагалось старшему брату. Кормил, следил, учил, мыл, даже укладывал спать, и, конечно же, утешал, когда папа был далеко.
Сэм сворачивался в защитную позу, обхватив себя за колени, тихо плакал, зная, что папа придет еще нескоро, а Дин, не в силах ничего изменить и как-то утешить брата, ложился рядом, притягивал Сэмми к себе под бок, обнимал и шептал, что папа обязательно вернется.
- Вот увидишь, Сэмми.
- Обещаешь? – всхлипывал Сэм, затихая в руках брата.
- Обещаю, - Дин поглаживал руки брата, перебирал волосы, целовал в макушку, как это делал папа, и заверял братишку в том, что папа придет завтра, зная, что «завтра» - понятие растяжимое и иногда несбыточное.
А четырехлетний Сэм просто верил Дину и доверял всем своим сердцем.

- Иди сюда, Сэм, - Дин отогнул одеяло. – Замерзнешь.
- А папа скоро приедет? – Сэм обернулся, стоя у окна и глядя на унылый осенний пейзаж, мокнущий под дождем.
- Папа на охоте, - Дин встал, закутавшись в одеяло, и подошел к брату, притянув его к себе и укрыв одеялом, как в кокон.
- А вдруг он не вернется? – прошептал Сэм, вздрагивая.
- Папа вернется, вот увидишь, - ответил Дин, слегка подталкивая брата к кровати. – Ложись. Завтра папа будет дома. Обязательно привезет тебе подарок.
Сэм послушно лег в кровать, пригрелся у бока брата, потом повозился и перевернулся, глядя ему в глаза. – Ты же не любишь, чтобы мы спали вместе, - пробормотал он. – Ты говорил, что я уже взрослый.
- Право ночи, Сэмми, - Дин поплотнее закутал брата в одеяло и легонько щелкнул по носу. – Все, спи.
Сэм уже не ребенок, ему семь лет, он многого не понимает, но все-таки знает, что Дин любит его, хотя днями напролет ворчит, что Сэм ноет, ведет себя, как девчонка, распускает сопли и не верит в то, что отец вернется.
Но эта фраза про право ночи – это здорово. Право ночи – это то, в чем Дин никогда не откажет. Право ночи – это право Сэма на любое желание. Дин может исполнять желания, убедился Сэм. Пусть даже нечестным способом.

Сэму одиннадцать.
В это время уже пора бы перестать бояться темноты, грозы и клоунов, но как назло сегодня по телевизору крутили старый ужастик с клоунами, отчего Сэм проснулся с криком и разбудил Дина.
- Сэмми? – хрипло поинтересовался тот. – Ты чего?
- Ничего, - дрожа, ответил Сэм, выпутываясь из своего одеяла и ложась к брату. – Дин, можно я посплю с тобой?
- Сэм, ты же… - начал Дин.
- Право ночи, - напомнил Сэм.
И Дин, конечно, сдался.
- Спи, - вздохнул он, обняв Сэма и прижавшись к нему всем телом.
- Дин, - позвал Сэм.
- Ну, что еще? – беззлобно, но очень устало спросил тот.
- Право ночи – это навсегда?
- Навсегда, Сэм. Спи.
- Это значит, что ты не оттолкнешь меня, если я приду?
- Все верно. Спи.
- Дин…
- Сэм, спи!
- Ты ведь не бросишь меня?
Дин завозился и шумно вздохнул в макушку брата.
- Никогда на свете, - заверил он.
- Дин, а ты меня любишь?
- Сэм, спи давай!
- Ди-и-ин!
- Люблю я, люблю. Сэм, ночью для тебя – что угодно сделаю, только спи.
- А днем?
Дин надрывно вздохнул.
- И днем. Но ты уже взрослый, так что никаких телячьих нежностей при папе.
- А ночью? – сразу ухватился за эту фразу Сэм.
- Ночью… ночью – это ночью. Все, Сэм, спи. Завтра в школу.
Сэм перевернулся и обнял Дина за шею, закинул на него ногу, пригрелся и заснул.

Сэм прекрасно знал о том, что Дин в лепешку ради него разобьется, но выполнит свою часть сделки. Право ночи – это право просить, что угодно. В разумных пределах, конечно. Не луну с неба, не звезду на блюдечке, но что-то более важное – попкорн, например, шоколадку или просто возможность спать рядом с ним. Конечно, Дин не бросался сразу же разыскивать брату шоколад или игрушку, но всегда находил требуемое утром, когда Сэм просыпался один в кровати, или днем, когда Сэм был в школе.
Сэм не просил почти ничего, а если и пользовался кнопкой давления на Дина, делал это тогда, когда действительно было нужно.
Дин мог все… кроме одного – чтобы папа не уходил на охоту.


Право ночи стало гораздо больше, глубже и сложнее, когда Сэму исполнилось четырнадцать.
Переходный возраст, гормональная перестройка организма, капризы, истерики, хлопанье дверью, крики о том, что его никто не понимает – этого хватало с лихвой и брату, и отцу.
Сэм мог дуться целыми днями, мог не разговаривать, сидя в библиотеке за учебниками или книгами, мог портить старшему брату свидания с девчонками, дерзить отцу и даже сбегать из дома.
Право ночи стало не более чем фикцией… до первого же раза.

- Сэм, кончай, а! - поморщился Дин, одеваясь. – Посидишь за своими книжками, почитаешь, телик посмотришь. Еда есть, есть кофе, чай.
- Я не хочу, чтобы ты уходил! – заявил Сэм, волком глядя на брата. – Ты опять пойдешь в бар, а когда придешь, от тебя будет вонять этими противными духами!
- Я же не виноват, что девушки ими пользуются, - развел руками Дин.
- Они все глупые, эти твои девчонки! – разозлился Сэм. – А ты бросаешь меня из-за них!
- Сэм, хватит уже, - устало поморщился Дин. – Ты нудишь уже месяц. Сколько можно? Я же учил тебя, как можно склеить девчонку – чего тебе еще от меня надо? У меня есть потребности, в конце концов.
- Ты бросаешь меня каждый раз, когда отец уезжает, чтобы заняться сексом с этими противными девчонками! – разозлился Сэм.
- А что еще делать? – тем же тоном ответил ему Дин. – Торчать тут с тобой? Смотреть телевизор? Ты уже не ребенок, развлеки себя сам и дай мне хотя бы пару дней в неделю отдохнуть от постоянного контроля за тобой.
Сэм взбесился до такой степени, что сбежал в ванную и хлопнул дверью, едва сдерживая слезы и зная, что Дин все равно уйдет.
Он сам не знал, чего он хотел, но только не одиночества. Дин, конечно, взрослый, ему-то уже восемнадцать, он даже был на охоте с отцом, а Сэм только и делал, что учился. Он мог постоять за себя, знал, как обращаться с оружием, но слишком застенчивый характер не позволял так же легко, как старший брат, находить себе подружек.
Дин рассказывал секреты обольщения девчонок, но Сэм робел каждый раз, когда хотел подойти к девочке. Да и девочки его возраста вели себя как-то неприятно, хихикали над ним, никогда не ходили поодиночке, снова хихикали, откровенно смеялись, а еще приторно пахли духами. Конечно, были и те, кто вел себя адекватно, но они все были страшными, носили брекеты, или же у них были прыщи. А Сэм хотел бы познакомиться с красивой девчонкой… такой же красивой, как брат, может, даже его возраста.
Сэм, глотая слезы, корпел над учебниками, поужинал, принял душ и снова сел на уроки, занимаясь до одиннадцати часов, после чего почистил зубы и лег в кровать.
Дин вернулся чуть за полночь, тихо вошел, разделся, ненадолго скрылся в душе, а потом сразу завалился спать.
Сэм ощутил горькую обиду – он-то торчит в мотеле, а Дин развлекается. А как же право ночи? Как же желания Сэма?
Сэм сел на кровати и взглянул на брата – Дин уже спал, слегка похрапывая во сне.
Сэм спустил ноги с кровати и перебрался к Дину, обняв его со спины. Может, не самая лучшая поза, но Сэм уже не мелкий мальчишка, он начал вытягиваться.
- М-м-мн? – спросонок пробормотал Дин, ощутив тепло.
- Спи, Дин, - ответил Сэм.
- Сэмми? – Дин вдруг резко развернулся – сна ни в одном глазу – и отшатнулся от него. – Ты что здесь делаешь?
- Пользуюсь правом ночи, - дерзко ответил Сэм.
- Сэм, это не шутка, - напрягся Дин.
- Ты обещал мне! – чуть не закричал Сэм. – Ты обещал, что не оттолкнешь меня! Ты обещал, что это навсегда!
- Ты был ребенком, – испугался Дин таких страстей. – Сэм, хватит орать. Иди на свою кровать. Что на тебя нашло? Спермотоксикоз? Забыл, как пользоваться рукой?
- Ты обещал, - повторил Сэм, рывком сев на кровати. – Ты соврал мне! Ты как отец! Ты хуже отца! Вы оба мне врали!
Он спрыгнул с кровати и принялся одеваться.
- Куда собрался? – поинтересовался Дин, поднявшись.
- Гулять, - ответил Сэм, путаясь в джинсах.
- Далеко ли? – Дин стиснул зубы.
- Тебе-то что? – огрызнулся Сэм, дергая молнию вверх и пиная ботинки.
- Сэм, успокойся, - попросил Дин.
- Отвали.
- Ты же знаешь, что я тебя никуда не выпущу.
- И что ты сделаешь? – окончательно вышел из себя Сэм. – Ну, что? Запрешь меня в ванной? Расскажешь отцу? Вы мне надоели!
Дин выслушал обвинения, подошел к брату и пинком отправил его ботинки под кровать – Сэм насупился и с силой врезал брату в лицо.
Дин вытерпел, но быстро скрутил Сэма, заломив ему руку за спину и обхватив его поперек груди, удерживая барахтающееся тело в крепком захвате.
- Сэм, успокойся, - попросил Дин. – Сэмми, хватит, ты делаешь себе больнее.
- Отпусти меня! – взвизгнул Сэм. – Отпусти! Ты врал мне!
- Я никогда тебе не врал, - серьезно произнес Дин. – Я никогда не нарушал слово, которое тебе дал, - он встряхнул Сэма, чтобы тот пришел в чувства. – Но ты уже не ребенок, ты должен понимать, что можно, а что нельзя. А если отец узнает? Сэмми, если отец увидит тебя в моей кровати?
- Ты мне врал, - вдруг сдался Сэм, шмыгнув носом. – Ты сказал, что ночью я могу быть с тобой.
- Сэм, - Дин отпустил руку брата.
- Я тебя ненавижу, - Сэм резко развернулся, блестя влажными от слез глазами, и ударил Дина в живот, отскочив к своей кровати.
- Ты ведешь себя, как истеричная девчонка, - бросил Дин, вытерпев и это.
- А ты – как придурок! – прошипел Сэм, сдирая с себя джинсы и закутываясь одеялом с головой.
Дин тяжко вздохнул, закатил глаза, взглянул на подрагивающую гору под одеялом – опять Сэм разнылся! – и подошел к его кровати.
- Подвинься, - потребовал он, ткнув Сэма в бок.
Сэм всхлипнул, отодвинулся к краю и разогнулся, позволяя Дину забраться в кровать под одеяло и обнять его.
Сэм всхлипнул еще пару раз, пододвинулся ближе к теплу, нашарил руку Дина и стиснул ее.
- Извини за лицо и живот, - пробормотал он.
- Спи, - потребовал Дин.
- Дин, - Сэм перевернулся и взглянул на него.
- Чего тебе еще? Опять будешь драться? – нахмурился Дин.
- Не буду, - покачал головой Сэм. – Ты серьезно насчет того, что никогда не оттолкнешь меня ночью?
- Я прибью тебя подушкой, - пообещал Дин.
- Дин, - тише произнес Сэм.
- Сэм, я точно сейчас тебя…
- Поцелуй меня?
- Сэм, это…
- Дин, пожалуйста. Ты обещал. Это право ночи. Ты же обещал мне!
- Сэмми, ты мой брат. Ты понимаешь, что…
- Ты обещал. Один поцелуй, всего один.
- Ты что, до сих пор нецелованный?
- Дин, пожалуйста. Ну, пожалуйста!
- Сэм, это…
- Только один. По-настоящему.
Сэм дотронулся до щеки брата и провел костяшками по его скуле.
- Ты спятил, - ответил Дин, но все же наклонился к брату и коснулся губами его губ. – Доволен?
- Научи меня целоваться, - еще тише попросил Сэм.
- Ну, все, хватит! – Дин резко сел и собирался уже вернуться к себе, но Сэм схватил его за руку.
- Мы можем ничего не говорить, - предложил он. – Совсем ничего. Так не будет неловко. Дин, пожалуйста, ты же обещал, ты дал слово. Дин, ну, пожа…
- Ладно, - вдруг согласился Дин. – С этого дня право ночи будет действовать только молча. И никаких обсуждений днем!
Сэм торопливо закивал, удерживая его руку.
- Дин, - едва слышно позвал Сэм.
Это было трудно, ведь Дин знал Сэма совсем маленьким, менял ему пеленки, поил из бутылочки, возился к ним, когда у брата резались зубки, но он сам виноват с этим правом ночи, он дал слово, а Дин Винчестер никогда не нарушает данное слово. Никогда – тем более брату.
Он повернулся к Сэму, собираясь с духом, провел ладонью по его волосам, аккуратно притянул за шею и наклонился к его губам.
Не бог весть что, такой поцелуй и девчонку не возбудит, но Дину неожиданно понравилось. Сэм отвечал с энтузиазмом, но слишком быстро, жадно, мокро, больше кусаясь, чем целуя.
Такого еще учить и учить, а то отпугнет всех девчонок ужасной техникой.
Но для первого раза было достаточно и такого урока, решил Дин.
Все равно Сэм продолжит доставать его с этим правом ночи, а Дин сам виноват – слово придется держать.

Днем они общались, как обычно, ни словом, ни делом, ни взглядом не давая повода заподозрить себя в непотребстве, но ночами, когда отца не было дома, Сэм одним прикосновением требовал своего, быстро учась и совершенствуясь.
Хорошо, что вскоре нагрузка стала больше как в школе, так и с охотой, отец стал брать сыновей с собой все чаще, а это означало меньше свободного друг для друга времени.
И все же Сэм нарушал молчание днем и ночью.
Поцелуи становились все более глубокими, страстными, когда Сэм терял голову и начинал, как ему казалось, незаметно тереться о бедро брата членом, шептал мольбы не отстраняться, позволить ему пойти чуточку дальше, обещал никогда не заходить слишком далеко.
Дину вся эта нездоровая ситуация не нравилась, но он уже ничего не мог поделать – однажды вручив себя брату ночью, он не мог забрать себя назад.

Но гормоны брали свое, у Сэма появились подружки, теперь уже и он приходил домой, благоухая сладкими девичьими духами, запирался в ванной, подолгу прихорашивался перед зеркалом, а Дин облегченно переводил дух, считая, что брат перебесился.
Но Сэм так не думал.

- Дин, это не то, что ты думаешь, - выдал он как-то после справления шестнадцатилетия.
- Ты о чем? – Дин оторвался от телевизора.
- Ну, то, что мы делаем, - смутился Сэм.
- Сэм, у нас уговор! – напрягся Дин.
- Я просто хочу все объяснить! – взмолился Сэм.
- Ладно, но последний раз, – разрешил Дин.
- Я… - Сэм облизнул губы и подсел на диван к брату. – Я знаю, что ты мой брат, я люблю тебя, как брата…
- Рад это слышать, - чуть нахмурился Дин.
- Дин, дай мне договорить. Ты… я только хочу доставить тебе удовольствие, ничего такого. Да, девчонки, я понимаю, но когда их нет, Дин, есть я. Я люблю тебя, мне нравится смотреть на то, какой ты ночью, мне нравится чувствовать тебя, что тебе приятно.
- Сэмми, - предупредил Дин.
- Я никогда не перейду черту дозволенного, - пообещал Сэм, - только позволь мне хотя бы иногда быть рядом. Ты не понимаешь… Дин, я… мне это нужно, я хочу чувствовать тебя, просто чувствовать, целовать, ласкать. Никакого секса, а то, что есть между нами – это не считается.
Дин вздохнул.
- Сэм, это считается, - тихо произнес он. – Ты большой мальчик, ты знаешь, что такое инцест.
- Тебе не нравится, когда я тебя целую? – прошептал Сэм. – Тогда скажи, я никогда тебя и пальцем не коснусь.
- Сэмми… Черт, ну, почему ты просто не мог помолчать? – Дин стиснул виски ладонями. – Я дал тебе это право ночи, мы делаем то, что не должны делать, делаем молча, но…
- Я никогда не забывал, что ты мой старший брат, - убито произнес Сэм. – Но… когда ты рядом, когда обнимаешь меня, целуешь, ласкаешь, я чувствую себя в безопасности, я знаю, что ты в безопасности, что нам просто хорошо вдвоем.
Это было сравнимо с ударом поддых. Сэм знал, куда бить – безопасность младшего брата была для Дина смыслом жизни.
- Я понял, так что давай просто… - Дин махнул рукой. – Сэм, делай, что хочешь, только не заигрывайся. Я не железный, да и ты больше не ребенок. Это серьезно, Сэм.
- Я понимаю, - Сэм потянулся к губам брата, но тот отвернулся.
- Сейчас только вечер.
Сэм поджал губы и виновато вздохнул.
Все-таки, Дин прав – есть жесткие рамки, которые никогда нельзя переходить.


Отец узнал случайно.

Сэм залез в кровать брата в одних трусах, нетерпеливо огладил грудь Дина и нежно пощекотал его член, целуя небритую щеку и слегка покусывая шею.
Они были на охоте, славно потрудились, но отец уехал на новую, еще более сложную, оставив сыновей одних.
Дина все-таки задело, но не сильно, а Сэм испугался.
Не в страхе дело, но ночью он никак не мог уснуть. А если бы Дин умер? А если бы Дин сейчас не спал рядом, а лежал там, в болоте?
- Сэмми-и-и, - заворчал Дин, просыпаясь.
- Я все сделаю сам, - зашептал Сэм, осторожно ложась сверху – Дин неосознанно обхватил брата за талию. – Я только…
Сэм скользнул по сильному телу Дина вниз, подался вверх, чувствуя, как Дин начал просыпаться и возбуждаться, облизнув губы и тихо застонав.
Сэм наклонился к его губам, лизнул пухлую нижнюю, поцеловал верхнюю, потираясь телом о горячее тело брата, сцеловал стон удовольствия, когда Дин провел ладонями по спине Сэма, замер на пояснице, не позволяя себе заходить слишком далеко, и ахнул, когда Сэм лег на него полностью, притираясь своим членом к члену брата – тесно, горячо, так сладко.
Дин запустил руку в волосы Сэма, притянув его к себе еще ближе, подался бедрами вверх – теперь ахнул уже Сэм.
- Ди-и-ин!
- Тихо, Сэм, - предупредил Дин, снова утягивая его в поцелуй. – Медленнее, - попросил он.
Сэм двинул бедрами вверх, прикусил губу брата, начал обцеловывать его подбородок, мочку уха, шею – все, до чего мог дотянуться, продолжая двигаться.
- Можно, я?.. – одними губами попросил он. – Можно?
Дин даже не понял, чего Сэм хотел, но кивнул, надеясь на его благоразумие.
Сэм завозился, приспустил свои трусы, отогнул резинку трусов Дина, оголив влажную головку его члена, на ощупь провел по ней пальцем – Дин чуть выгнулся под ним и закусил губу – и подался вперед, ощущая, как кожа касается голой кожи.
- Можно? – снова спросил Сэм, жадно пожирая глазами раскрасневшегося брата.
- Сэм, заткнись уже! – взмолился Дин.
Сэм снял трусы брата, потом свои и лег сверху.
- Ди-и-ин!
Это было лучше, чем секс с девчонками, намного интимнее. Это было больше, чем любовь – вот так лежать и тереться членами.
Возбуждение пьянило, хотелось двигаться так вечно, чтобы Дин так сладко постанывал, чтобы едва сдерживался.
- Давай, Сэмми, - прошептал Дин, чувствуя, как брат мелко задрожал.
- Ты первый, - застонал Сэм, ощущая, как поджались яички, как оргазм неумолимо подкатывает, дрожа на кончике члена, но сорвался первым, громко застонав, оросив бедра Дина горячей спермой, дергаясь в его объятиях и, наконец, услышав тихий ответный стон, почувствовал толчки внутри члена брата, влажность на его животе.
Сэм тяжело дышал, сдувая челку со лба, и ждал, что Дин спросит, получил ли Сэм, что хотел, успокоился ли он, наконец, но Дин молчал, разглядывая его и поглаживая по спине.
- Тебе было хорошо? – шепотом спросил Сэм. Вопрос глупый, он же почувствовал ответную реакцию, но не спросить было невозможно.
- Спи, - одними губами приказал брат, притянув его к себе.
Сэм повозился, нашел где-то на простыне чьи-то трусы, вытер себя и Дина, улегся на его руку и заснул.
Зато Дин еще долго поглаживал брата по спине и думал о том, что вот теперь Сэма будет сложно удержать от продолжения.

Джон зашел к сыновьям рано утром, заметил спящего на груди Дина Сэма, а когда более чутко спящий старший сын открыл глаза, почувствовав на себе чей-то взгляд, молча кивнул на дверь и вышел, позволяя Дину встать и одеться.
- Дин, - начал Джон, зайдя в свой номер, - ты понимаешь, что творишь?
Сын стиснул зубы, глядя на отца волком.
Дин – совсем взрослый, в его взгляде больше нет той покорности подростка. Теперь он начал матереть, а скоро заявит свои права на жизнь и взгляды на охоту.
- Сэм – мой брат, отец, - ответил Дин.
- Ему шестнадцать, - напомнил Джон.
- Это ничего не меняет.
- Слушай, я понимаю…
- Он мой брат, отец. Мой младший брат. И точка.
Джон молча кивнул.
Он не заметил трусов рядом с кроватью, не понял, что сыновья под одеялом были обнажены, а что до сна в одной кровати, так было и хуже.
В конце концов, были вещи, знать которые Джон просто не хотел. Его мальчики должны быть достаточно сильными, чтобы сражаться, чтобы защищать друг друга, жить, бороться, а остальное решит время. Он тоже не вечен, а если сейчас нарушить этот дуэт неосторожным обвинением, он разобщит детей, отдалит одного от другого.
- Буди брата, пора завтракать, - решил он, отметив, как лицо Дина расслабилось.
Когда сын ушел, Джон поджал губы.
Правильно или нет, решать, видимо, уже не ему. Дин взрослый парень, достаточно разумный, чтобы не давать волю фантазии, а Сэм… с ним сложно, но это действительно не отцовское дело.


Скандалы начались как-то незаметно.
Сэм заявил о намерении уехать учиться, бросить охоту, разругался с отцом. Что касалось Дина, то он не стал ни убеждать брата, ни кричать, ни взывать к совести. Да, горько и обидно, что брат ведет себя, как эгоистичная сволочь, но в этом есть и вина Дина.
В конце концов, Сэм – взрослый парень. Семья – святое, охота – долг… но в глубине души Дин был только рад тому, что брат, наконец, решился на свой путь, свое мнение.
Сэм уехал, обжился в университете, встретил девушку, и хотя ночами иногда накатывало желание просто обнять родного человека, брата, защитника, Сэм давил любое проявление слабости в зародыше, понимая, что так будет только лучше. В конце концов, Дин был прав – инцест до добра еще никого не доводил, ну, и что, что у них не секс, а только поцелуи и фрот.
Для Дина это мука, а Сэм и без этого достаточно потрепал ему нервы.

Но все как-то накатило по-новой, стоило только Дину появиться снова.
Толчок, подсечка, Сэм, лежащий под нависающим над ним старшим братом – от этого перехватило дыхание.
То, с какой усмешкой Дин обратился к нему, то, как улыбнулся, то, как подал руку, помогая встать – слава богу, Джессика появилась вовремя.
Ночь, право ночи - вспомнил Сэм. Поцелуи, ласки, стоны, кожа, пот, соль, страсть, трение, жар, вспышка…

В первую же ночь после отъезда из Стэнфорда, после попыток найти причину смерти Джессики, уже в мотеле, куда они въехали, на полдороги к чему-то новому, Сэм, не говоря ни слова, пробрался к брату в кровать, обнял его со спины, ткнулся носом в шею и затих, мелко дрожа и беззвучно плача.
Право ночи – молчание и исполнение любого желания.
Единственным желанием Сэма в эту ночь была близость родного брата.
Дин осторожно погладил его руку на своем животе, слегка похлопал, молчаливо прося разрешения чуть отодвинуться, а когда повернулся лицом, все так же, не говоря ни слова, притянул Сэма к себе, уложив его на руку и поцеловав в лоб.
Длинный, лохматый, растерянный, такой родной, глупый бедолага Сэмми.
Если б только Дин мог сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить боль брата, он бы горы свернул, достал с неба все звезды ради улыбки Сэма, вынул бы свое сердце, только бы не чувствовать его боль, как свою, только бы не лежать вот так, прижимая его к себе, плачущего, одинокого, и молиться всем богам, чтобы он пришел в себя.
Потерять любимую тяжело, разбитое сердце плохо поддается лечению, а из Дина плохой доктор.
Все будет плохо, подумал Дин, поглаживая брата по голове и спине. Все будет с каждым разом, с каждым днем только хуже, но Дин – старший брат, Дин несет ответственность за Сэма, его работа – охранять младшего брата, быть стражем, охранником, собакой – кем угодно. И отступить нельзя. Да и куда отступить? Как?
- Все будет в порядке, Сэмми, я с тобой, - шептал Дин, утешая то ли его, то ли себя. – Все будет хорошо, обещаю.
Слова, в которые Дин даже не верил. Клятва, которую он не смог бы выполнить.


Тем не менее, Сэм кое-как приходил в себя, рвался на поиски отца, спасал людей, истреблял нечисть, а Дин все ждал, когда же рванет бомба замедленного действия.
Они пережили происшествие на озере и упокоили дух мальчика, они справились с демоном в самолете – Дин сам готов был лезть к брату обниматься, только бы почувствовать себя живым, на земле и без этой тряски воздушных ям, потом Дин убил своего двойника-оборотня, и, разглядывая свое же лицо на этой твари, едва не сошел с ума.
Сэм держался, когда пришлось иметь дело с проклятьем индейцев, где братьев приняли за семейную пару, страдал от видений, от того, что Дин легко цеплял подружек, выставляя его самого в машину и всю ночь кувыркаясь в номере с очередной девчонкой, Сэм кое-как пережил одержимость призраком, когда они работали в психушке, куда забрались двое подростков, но когда Дин едва не умер от удара током, сорвался.
Стоило только вернуть брату жизнь и будущее, исцелиться, пусть и неправильным путем, тем же вечером Сэм плюнул на право ночи и присоединился к Дину в душе.
Дин хоть и испугался, хоть и пытался вырваться, даже кричал, что сию же минуту убьет его, если Сэм не уберет свой зад из душевой, но Сэм послал к черту все правила и притянул Дина в поцелуй, жадно оглаживая его тело ладонями.
И пусть неправильно, пусть был всего лишь вечер, пусть Дин сопротивлялся, но Сэм даже не мог прошептать слова мольбы, не мог вздохнуть, чтобы позорно не разреветься от страха. Он притягивал Дина к себе, как только мог сильно, сжимал мышцы на его руках, покрывал поцелуями лицо, ерошил мокрые иголки коротких волос, безмолвно просил, умолял понять его, принять, не отталкивать, просто немного потерпеть, пока бы он пришел в себя, тяжело дышал, а когда Дин сдался окончательно, когда все понял и ответил, упал на колени и без раздумий взял у него в рот.
Если раньше они балансировали на краю пропасти, теперь они сорвались.
Хотел ли Сэм делать родному брату минет, нет ли – было уже не важно. Нужно было почувствовать его, прочувствовать, убедиться в том, что жизнь не покинула его, что он живой, здоровый, вот он, рядом, отчаянно пытающийся сдерживаться, но уступающий, всегда уступающий младшему брату.
Никогда и никому в жизни Сэм не стал бы делать ртом подобное. Никогда не хотел ни одного мужчину. Но Дин – это другое дело. Ему было можно.
Сэм стонал от переизбытка чувств, сосал сильно, усердно, неумело, иногда царапая кожу зубами, слыша шипение Дина сверху, а когда подстроился, поймал нужный ритм, когда Дин запустил в его волосы пальцы, то ли стараясь оттолкнуть, то ли делая массаж, Сэм насадился глоткой на ствол и сглотнул, едва находя возможность дышать.
Дин задрожал, не сдержался – толкнулся бедрами вперед, коротко охнув, наполнил рот брата спермой и едва не сполз вниз по стенке кабинки, если бы Сэм не удержал его, вцепившись в колени.
- Сэм, - осторожно начал Дин, даже не зная, как теперь себя вести. – Вставай давай.
Сэм сплюнул сперму в сток, не поднимая головы, ткнулся лбом в бедро брата и закрыл глаза, стараясь отдышаться и прийти в себя.
Он нарушил слово, данное Дину, перешел границы. И дело было не в стыде, от которого Сэм не мог поднять голову и посмотреть брату в глаза – дело было в нечеловеческой усталости, в страхе, боязни потерять то немногое, что еще осталось ценного. Отец пропал, Дин чуть не умер, а Джессику и вспоминать больно. Вдобавок их бывший дом, призрак мамы… кто еще не сойдет с ума?
- Сэмми, вставай, - повторил Дин, ухватив его подмышкой и потянув вверх.
Сэм поднялся, поцеловал Дина в плечо и снова закрыл глаза, чувствуя, как Дин глубоко вздыхает и поглаживает его по плечам.
- Право вечера, а? – до смешного жалко пробормотал Сэм.
- Нет, Сэм, - коротко ответил Дин. – Ты моя семья, я ради тебя душу отдам, ты знаешь, но не делай так больше. Сэм, пожалуйста, не делай так. Я люблю тебя, ты мой брат, я стану любовником ночью, если ты хочешь, но только не так. Я не могу. Я просто не могу.
- И я не могу, - горько признал Сэм, подняв голову и глядя брату в глаза. – Все изменилось, Дин, все стало сложнее, мы уже не дети. Какая разница, ночью это произошло бы или днем? Неужели это так важно?
- Для меня важно, - ответил Дин, обняв его за шею. – Ночью проще, ночь все скроет, но днем, напоказ… А что дальше? Сэм… Сэмми, не надо, - зашептал он, прижавшись лбом ко лбу брата. – Так нельзя. Мы братья, родная кровь.
- А чем ночь отличается от дня? – так же тихо спросил Сэм, обнимая Дина за талию.
- Тайнами, которые хранит ночь, - ответил Дин. – Работой, которую нужно выполнять днем. Сэм, пожалуйста, не надо.
Сэм, стиснув зубы, кивнул и отодвинулся, разглядывая Дина.
- Я помогу, - потянулся он к члену Сэма.
- Мне не нужно, - Сэм же отступил на шаг, убирая руки и показывая, что он совсем не возбужден. – Прости, я… Я пойду. Я больше не… Я даю слово, Дин. Прости.
Когда он вышел, Дин привалился спиной к задней стенке кабинки и закрыл лицо ладонями.
Хотелось завыть, заорать. Он же старший брат, как он мог допустить такое? Как только посмел? Как?
Но Дин до упора выкрутил кран, чувствуя, как вода постепенно холоднеет, терпел и старался восстановить дыхание. Он больше ничего не может сделать. Он старший, он обязан терпеть. Сцепить зубы, улыбаться и терпеть, как бы ни было больно и паршиво.
Если отпустить Сэма сейчас, он сбежит и… Дин просто потеряет смысл жизни, как собака, которую увезли в лес, бросили и уехали, а она рванула следом за машиной, пытаясь ее догнать, не понимая, что произошло, почему хозяева ее бросают, если она их так любит. Собака будет бежать, пока не издохнет или пока не сотрет лапы, только бы вернуться к людям, даже если она им уже не нужна, а судьба Дина – быть рядом с Сэмом, подставлять плечо, защищать любой ценой, потому что это вбито с малолетства, это засело в печенках, это как собачья преданность и несение службы днем и ночью, не важно, больно, страшно, устал он или при смерти.
Когда Дин вышел из ванной, Сэм делал вид, что спал. Пусть так, так даже лучше, решил Дин, чувствуя вместо облегчения головную боль.


Кэсси, бывшая девушка Дина, Мэг, кольт, смерть отца, некромант, демон перекрестка, адский пес, вирус кротон, такое близкое дыхание смерти и тихая обреченность принятия, в то время как Дин продолжал бороться, люди, похожие на Сэма, с паранормальными способностями, душа священника, считающего себя ангелом, признание брату в вере и молитве каждый день, Трикстер, Мэдисон…
Сэм крутился, как белка в колесе, держался, как мог, но Мэдисон… Со стороны судьбы это было подло – сперва давать надежду на что-то светлое, на какие-то чувства, а потом рвать с мясом обратно.
И Дин не святой, у него подружек больше, чем у любого среднестатистического американца, но Сэму с этим катастрофически не везет. Мэдисон – это последняя капля.
Хорошая девушка, нежная, страстная… которую Сэму пришлось убить своими руками.
Слезами горю уж точно не поможешь, думает Сэм, вернувшись с Дином в мотель.
В эту ночь Сэм наказывал себя тем, что лежал в кровати один, не чувствуя ничего, хотя душа и тело рвались в объятия брата, к его живительному теплу, пониманию, но Дину самому было несладко, а он сам никогда не стал бы делать первый шаг. И поэтому Сэм всю ночь смотрел в стену стеклянным взглядом, встал утром с жуткой головной болью, давил брату на мозги и жалел себя.
Чертов эгоист, думал Сэм про себя, но от самобичевания тоже легче не становится.

Тюрьма, джинн - Дин, кажется, оттягивается на полную катушку и не унывает. В тюрьме паршиво и очень страшно за брата, но бывало и хуже. Но вот джинн бьет по больному.
В какой-то иной реальности Сэмми счастлив с Джессикой, они собираются пожениться - Дин уверен, что у них были бы красивые дети. Мама жива, папа умер не от лап какой-нибудь твари, а из-за сердца. И не беда, что Сэм относится к Дину, как к неудачнику, что они не общаются, что Дин ему даже не нужен – важнее счастье брата, то, что он доволен, что у него все хорошо, а не какие-то мелочи.
Но фантазия разбивается, джинн мертв, подружка оказывается увиденной в каком-то журнале картинкой, Джессика мертва, отец и мама тоже, а Сэм заверяет, что лучше такая жизнь, чем придуманная, где они друг другу не нужны, но Дин отчего-то знает, что он лжет.
Той ночью Сэм убеждал его губами, ладонями, глазами, ластился, как кот, льнул к телу брата, зацеловывал – Дин сдался, отвечал, но его мысли были далеки от постельных утех. Шестое чувство вопило во все горло о том, что грядет буря, ураган, что все то светлое, что есть между братьями, снесет к чертовой матери, оставив только пыль.
Сэм вдруг замер, остановился, поняв, что Дин уже не возбужден, и лег рядом.
- Дин, не думай об этом, - пробормотал он.
- М? – очнулся Дин. – О чем?
- Не знаю. О том, о чем ты думаешь. О джинне. О судьбе. Обо всем. Жизнь налаживается, Дин. Все будет хорошо.
Ни черта не будет хорошо, подумал Дин. Что-то грядет и так шарахнет, что костей не соберешь, но пугать Сэма не хочется.
Дин лишь перевернулся к нему лицом, притянул к себе и замер так, желая никогда не выпускать его из рук.
И плевать на весь мир.


Накрыло разом. Да так, что не вздохнуть.
Слезы градом, колени не держат, в душе такая дыра, что до конца жизни не затянется.
Не смог, подвел, опоздал, не защитил.
Сэм лежал бледный, непривычно тихий, а Дин готов был умолять небеса на коленях, чтобы Сэм открыл глаза, чтобы полез обниматься, да что угодно сделал бы, хоть решился на полноценный секс!
Мысли лезли дикие, абсурдные, горькие, но других почему-то не было.
Сэм мертв, Дин виноват в его смерти.
Вот и все.
Тот не узнает, что такое любить настолько сильно, что от потери трудно заставить себя вздохнуть, кто никогда не терял настолько дорогого для себя человека.
Сэм был для Дина всем – светом в окне, смыслом жизни, другом, братом, единственной любовью, луной и всеми звездами. Недаром же все девушки говорили, что Дин ни на кого не смотрел с такой любовью, как на младшего брата, никому не был настолько фанатично предан, как брату.
Был предан, любил, оберегал, но…
Решение пришло довольно быстро – сделка. И пусть впереди всего год – это даже много в обмен на долгую жизнь Сэма. Душа в обмен на дыхание, улыбку и крепкое объятие – неплохая сделка.


Сэм кричал, ругался, взывал к совести, но было слишком поздно. Его выводило из себя спокойное выражение лица брата, его улыбки, заверения, что все нормально, все под контролем, что все будет хорошо.
Сэм бесился, готов был плеваться ядом, если б мог, искал выход, искал хоть что-нибудь, но не находил.

Рождество выдалось слишком теплым, в чем были виноваты языческие божки, с которыми Дин и Сэм успешно справились, выйдя победителями с минимальными потерями.
Амулет на шее Дина тускло поблескивал в свете дешевых гирлянд на жалком подобии рождественской елки.
Когда-то давно Сэм подарил Дину этот амулет. Глупый, нелепый, но Дин с тех пор его никогда не снимал, считая это символом братской любви и привязанности.
Последнее Рождество Дина обязано было быть самым лучшим, так что Сэм постарался, как смог – елка, подарки, яичный коктейль, улыбка от уха до уха, гирлянда, снег за окном, телевизор со старыми фильмами в программе и последний подарок, какой только мог сделать Сэм.

Они достаточно выпили, Дин уже готов был смеяться над любой дурацкой шуткой, даже там, где ее не было, так что Сэм погасил свет и задернул шторы, создавая интимный полумрак с перемигивающимися лампочками гирлянды и светом телевизора.
- Пойдем, - мягко попросил он, поднимая Дина на ноги.
- Обязательное окончание праздника? – улыбнулся Дин. – А как же танцы? Сэмми, я хочу танцы! Дай мне покуражиться! Или пойдем лепить снеговика и играть в снежки? Пошли, а?
- У меня есть более заманчивое предложение, - прошептал Сэм, бережно, точно Дин вдруг сделался из хрупкого драгоценного фарфора какой-нибудь китайской династии, притянув его к себе за талию и наклонившись к его губам.
Раньше Сэм был нетерпелив, раньше мог даже шантажировать правом ночи, но теперь Дин мог отказаться от всего. Достаточно было малейшего жеста… но Дин вдруг сам притянул Сэма за шею и углубил поцелуй.
Сэм стянул с себя рубашку и футболку, обнажил торс брата, жадно огладив его ладонями и чуть сжав соски, зная, как они чувствительны, запрокинул ему голову, выцеловывая шею, и стиснул его ягодицы.
- До конца? – понял Дин, не отступая и не зажимаясь.
- Если захочешь, - предложил Сэм. – Только если сам захочешь.
- Хочу, - сдался Дин.
Обычно нетерпеливый, резкий, жадный до ощущения горячего тела под собой, Сэм ласкал брата очень нежно, так, как нравилось Дину, как делал сам Дин со своими многочисленными подружками.
Зацеловывал, прикусывал, зализывал, расслаблял, возбуждал, раздевал, заставлял забыть, кто он, где, с кем.
На сдвинутых заранее кроватях, путаясь в одежде, глядя друг другу в глаза, почти не отрываясь от губ друг друга, перекатываясь друг на друга, потираясь друг о друга, нетерпеливо порыкивая…
Сэм все-таки занял верхнее положение, опрокинув Дина на спину и подняв его руки вверх, зажав их одной своей, низко наклонившись к его лицу, но уже не целуя.
- Остался последний подарок, Дин, - прошептал он, скользнув всем телом вниз по груди брата, обласкав губами и языком его напрягшиеся соски, проведя влажную дорожку по животу, лизнув пупок и нежно, как величайшее сокровище, поцеловав головку его члена, распластавшись животом на кровати.
- Сэ-э-эм, - застонал Дин тихо.
- Только, если захочешь, Дин, - напомнил Сэм. – Я не буду давить.
- Просто сделай это, - попросил Дин.
И Сэм сделал.
Сэм обвел языком уретру, пощекотал уздечку, втянул головку в рот, пососав и поиграв с ней языком, вобрал глубже в рот, пропустил до горла, придерживая Дина за бедра и поглаживая его тело, после чего отстранился и подтянулся на руках, не красуясь, но представляя себя в выгодном свете. Нашарил где-то валявшийся в ногах презерватив и натянул его на член Дина, и, не давая времени сообразить, что происходит, оседлал его бедра, потянувшись за поцелуем, притерся всем телом, подстроился и, направив твердый ствол в себя, начал понемногу опускаться на него.
- Сэ-э-эм! – застонал Дин, моментально протрезвев и ухватив брата за талию. – Ты что?
- Тс-с-с, все хорошо, - прошептал-прошипел Сэм, стараясь успокоить брата, расслабиться и одновременно напрячь нужные внутренние мышцы. – Ты ведь хочешь, да? – зашептал он. – Я хочу. Очень хочу. Всегда хотел. Ты такой… Ты невероятный, Дин! Хочу твои губы, хочу всего тебя, всего без остатка.
- Я весь твой, - ответил Дин, боясь пошевелиться, пока Сэм в такой неудобной позе опускался на него. – Я твой со всеми потрохами. С душой и телом, мыслями и всем прочим. Сэ-э-эм!
Невероятно узкий, адски горячий, возбужденный, потеющий, шумный, болтливый даже в постели, самый любимый, самый ценный – Дин захлебнулся собственными мыслями, когда Сэм, наконец, полностью опустился на его член, тяжело дыша.
Красивый, чертовски красивый, длинный, сильный, гибкий, с рельефными мышцами, отличным прессом, стройными ногами, томными губами и длинным ровным членом, задорно торчащим вверх – Сэм был, как ожившая мечта.
От первого же движения вверх, Сэм застонал, закусив губу и прикрыв глаза.
- Сэмми? – спросил Дин коротко.
- Я в порядке, Дин, я растянулся, - ответил Сэм. – Дай мне минутку, хорошо?
Дин готов был отдать всю жизнь только за то, чтобы Сэм просто был рядом.
- Я не хочу тебя поранить, - прошептал он.
- Все хорошо, Дин, - повторил Сэм, снова приподнявшись и медленно опустившись.
- Сэмми, ты… - Дин осторожно приподнял его и выскользнул из его тела. – Давай по-другому. Тебе так будет легче.
Сэм позволил опрокинуть себя на живот, приподнялся на локтях и коленях и бесстыдно выпятил задницу.
- Ты уверен? – уточнил Дин.
- Я уверен, Дин, хотя я хотел бы видеть тебя в наш первый раз.
- Доверься мне, ладно? Я… Сэм, просто доверься. Я никогда не причиню тебе вреда.
Тугое колечко мышц едва поддалось вторжению – Дин сам вспотел от напряжения, когда Сэм напрягся под ним и когда головка ткнулась в его анус.
У Дина никогда не было такого опыта, он понятия не имел, что нужно сделать, но если Сэм уже попробовал его принять, значит, можно и так.
- У меня есть… - Сэм протянул руку под подушку и достал тюбик любриканта.
Дин едва не засмеялся от нервного перенапряжения. Братишка подготовился, но о самом главном как-то подзабыл.
Дин вылил почти весь тюбик на свой член, размазал скользкий гель по всей длине и погладил поясницу Сэма.
- Готов?
- Давай.
Головка скользнула внутрь, ствол начал медленно погружаться в тело – Сэм уронил голову на руки и прогнулся в спине еще больше.
- Тише-тише, - придержал его прыть Дин. – Не спеши.
Войдя полностью, Дин согнулся, чтобы дотянуться до шеи Сэма, очень медленно опустил его на кровать полностью, не выходя из его тела, обхватил под грудь и поцеловал в уголок рта, не дотягиваясь до губ, но Сэм сам справился, выгнулся, лизнул Дина в губы, поднял одну руку и огладил его руку.
- Возьми меня, - попросил он.
Дин волнообразно шевельнул бедрами, ощущая тесноту и жар внутри тела брата, медленно подался назад-вперед, придерживая его под грудью и зацеловывая лицо, толкнулся чуть быстрее, сорвав с губ Сэма тихий стон, толкнулся еще раз, чуть решительнее, потом еще, и опять – Сэм прогнулся, практически зажав Дина в себе, потом плавно подался назад, привстал на колени и локти, поднялся на колени полностью и широко развел ноги, заведя руки за голову и обхватив ими Дина за шею.
Не слишком удобная поза для первого раза, решил Дин, но спорить не стал, обхватив брата за торс одной рукой, второй придерживая его под бедро, и толкнулся.
Сэм резко выдохнул и задрожал всем телом.
- Больно? – прошептал Дин, целуя его в шею.
- Нет, продолжай, - ответил Сэм. – Давай, Дин. Ну, же!
Дин чуть изменил позу, толкнулся вперед, еще – и Сэм низко застонал.
- Еще!
- Вот так?
- Да-а-а!
Дин взмок сам – поза была неустойчивой, опасной, но остановиться он уже не мог, чувствуя ответную реакцию Сэма.
Бедра как будто зажили своей жизнью, подаваясь вперед-назад, возбуждение накатило по-новой, Сэм извивался в руках Дина, мелко дрожал, стонал, но в какой-то момент не удержался на коленях и подался вперед слишком быстро, упав на кровать, но не успел Дин ничего сказать или спросить – просто перекинул длинную ногу через голову Дина перевернулся на спину и подтянул колени к груди.
- Сэмми, - выдохнул Дин, оглядывая подрагивающего от нетерпения брата, его влажный член, похотливо-влажные искусанные губы.
- Дин, давай, – потребовал Сэм тихо, раскрываясь еще больше.
Дин закинул его ноги на свои плечи, одним движением вошел в его тело и наклонился к его губам.
- Удобнее? – шепнул Дин.
- Быстрее! – застонал Сэм, притянув его за шею и тяжело дыша.
Дин приноровился и снова вошел в нужный ритм, не сводя глаз с брата. Чуть изменив угол проникновения, Дин услышал длинный томный громкий стон:
- О, да-а-а!
- Сэм, Сэмми… Сэ-э-эм… - не выдержал Дин, продолжая вбиваться в податливое нутро стонущего и задыхающегося брата, отпустившего шею Дина и вцепившегося теперь в его бицепсы, чтобы удержаться на одном месте и не елозить по кровати.
Крышу рвало обоим и вот теперь остановиться не мог ни один из них.
Сэм корчился от удовольствия, широко открывал рот, заглатывался воздухом, умолял, просил, стонал, кричал и требовал еще и еще, а Дин как заведенный шептал его имя, в сумасшедшем ритме двигая бедрами.
В какой-то момент Сэм отцепился одной рукой от Дина, просунул себе между ног и начал дрочить, выгибаясь на кровати все больше и больше, едва не закатывая глаза.
- Давай, Сэм, - задохнулся Дин, глядя на встрепанного, раскрасневшегося, до боли возбужденного брата. – Давай, Сэмми.
- Я кончаю! А-а-ах, кончаю, Ди-и-ин! – Сэм с такой силой дернулся, что Дин едва не выскользнул из него, но все же смог удержать бьющееся в оргазме тело, услышать громкий полустон-полувой, увидеть, как член Сэма исторгает из себя несколько струек, в то время как сам Сэм в это время сжимал и разжимал внутренние мышцы, дополнительно стимулируя Дина.
- Сэ-э-эмми! – застонал Дин, балансируя на самом краю оргазма.
- Хочу тебя, - хрипло потребовал Сэм. – Кончи на меня, Дин.
Дин едва успел выйти и сорвать презерватив, доводя себя до кульминации – сперма брызнула на живот Сэма, на член, руку, окропила мошонку. Дин запрокинул голову, зажмурился и закусил губу, чтобы не завопить во весь голос от ошеломительного, самого бурного оргазма в своей жизни.
- Боже, какой ты красивый! – восхищенно прошептал Сэм, притянув его к себе и зацеловывая его губы.
- Сэмми, - у Дина кружилась голова, перед глазами все плыло, тело налилось приятной усталостью, а в голове не осталось ни одной мысли.
- С Рождеством, Дин, - Сэм уложил его на себя и крепко поцеловал.
- С Рождеством, Сэм, - ответил Дин, тяжело дыша и отвечая на поцелуй.
- Ложись, - Сэм отодвинулся и позволил брату упасть на подушки.
- Я вытру, - Дин поднял свою футболку и вытер живот Сэма.
Сэм притянул его к себе, уложил на руку и так же, как когда-то делал сам Дин, поцеловал в лоб, позволяя заснуть на своей груди.
То было самое лучшее Рождество.


А потом был вечный вторник и бесконечные смерти Дина, потом наступила среда и Дин снова умер, а Сэм искал Трикстера, а найдя – умолял вернуть время назад и оживить Дина.
Урок ли послушания закончился, или просто упрямство Сэма взяло верх, но Трикстер щелкнул пальцами, Дин снова стоял в ванной, а Сэм… Сэм бросился к нему, так крепко обнял, что Дин охнул от неожиданности.
Но даже игра Трикстера не подготовила Сэма к настоящей потере и зрелищу, когда адский пес напал на Дина и начал рвать его когтями и зубами, когда Дин кричал от боли и истекал кровью, а Сэм просил Лилит прекратить это.
И только держа тело брата в руках, проливая над ним слезы, Сэм понял, что найдет белоглазую тварь любой ценой, убьет ее, правдой или неправдой вернет Дина, а если нет – всем демонам призракам и прочей дряни лучше спасаться и забиваться в самые глубокие норы.


Дин и не ожидал, что ему так обрадуются по возвращении. Бобби чуть не убил опять, а Сэм…
Девушка в его номере удивила.
И продолжила удивлять и дальше, оказавшись демоном, все четыре земных месяца служа подстилкой и кормушкой для Сэма.
И от осознания того, куда покатился Сэм без старшего брата, Дину стало не по себе.
Сэм стал скрытным, начал врать, дела стали принимать неожиданный поворот.
Трикстер оказался архангелом, ангел, вытащивший Дина – неплохим парнем, мир будущего – кошмаром во плоти, а Дин снова не успел остановить Сэма, чтобы не допустить смерти Лилит и открытия врат ада.
Люцифер выбрался наружу, над миром нависла угроза Апокалипсиса, на сцену вышли новые персонажи, и только после гибели Гавриила и сделки со Смертью у братьев осталось совсем немного времени на себя.


Ночь выдалась холодная, но звездная.
Не самая плохая ночь перед финальной битвой добра и зла.
Они сидели в машине, пили пиво и смотрели на звезды.
- Кажется, что прошла вечность, - произнес Сэм. – Кажется, еще вчера я был ребенком, а ты укладывал меня спать.
Дин фыркнул.
- Ты младший брат, я старший, вот и вся разница, а укладывать тебя спать сейчас сложнее, чем в детстве.
- Дин, не ищи меня, - попросил Сэм, не отрывая глаз от неба. – Не надо.
- Сэм, это не обсуждается, - напрягся Дин.
- Дин…
- Сэм, все на этом!
- Дин, не вынуждай меня напомнить о праве ночи. Прошу тебя. Найди Лизу, Бена, живи нормальной жизнью.
- Сэмми…
- Ты обещал, Дин. Ты обещал мне, что право ночи – это мое право просить тебя о чем-то очень важном, о чем нельзя говорить днем. Я прошу тебя – отпусти меня, отпусти себя. Больше не будет никакого права, никаких ночей. Пожалуйста, Дин, выполни мою последнюю просьбу. И… и я больше не буду пользоваться этим правом. Хватит, Дин.
- Сдаешься? Складываешь руки?
- Когда-то все равно бы пришлось, ты же понимаешь.
- Тогда, когда ты зашел так далеко? Ты сам обещал, что до такого никогда не дойдет, но первым нарушил данное слово, а я держу свое, я всегда держу свое слово, данное тебе.
- Потому ты отпустишь меня и себя. Как часть сделки. Право ночи, Дин. Мое право просить о том, чтобы ты не искал меня и жил дальше.
Дин как сидел, так и упал лицом на сложенные на руле руки, закрыл глаза и молча покачал головой, не слушая просьбы брата.
Сэм – брат, Сэм – семья, все, что от нее осталось, Сэм – смысл жизни. Что еще делать, когда смысл исчезнет? Как жить без того, без кого сердце не бьется?
Не жить?


Но жить пришлось.
Сцепив зубы, собрав волю в кулак, стараясь не бередить рану, не думать, дышать через силу, хотя воздух обжигал легкие, улыбаться, когда больше всего хотелось орать, работать, хотя хотелось наложить на себя руки, и каждый раз, каждый день отвечать Лизе на ее вопрос, все ли в порядке, утвердительным кивком, обманывая себя и ее.
Ни черта не в порядке! Ему нужен брат, ему нужен Сэм! Какой угодно, только бы живой, рядом, как можно ближе рядом!


Хотя когда желание исполнилось спустя год, стало только хуже.
Сэм, который не Сэм, решительный, собранный, ледяной, как айсберг, живущий какими-то странными инстинктами, позволивший вампиру укусить Дина… бездушный, как выяснилось потом.
Это было как обухом по голове.
Сэм без жалости, без понимания, сострадания, без эмоций. Сэм, который мог убить любого, как будто раздавить таракана – отрешенно, решительно и одним движением.
Сэм, который забрался в кровать к брату, оседлал его бедра и трахнул себя его членом безо всяких прелюдий, как будто на автомате.
Сэм, который слез с брата, наделся ртом на его член и отсосал, буквально выдоил насухо, до боли, до крика.
Сэм, который за это время не произнес ни одного звука, а когда отстранился и упал на соседнюю кровать, так же молча уснул.
Страшный Сэм, чужой, которого Дин испугался больше, чем чего бы то ни было.


Но душа вернулась в тело, хоть и стоило это удовольствие очень дорого.
Сэм стал собой, а Дин – уже нет.
В аду он жил лишь мечтой снова увидеть брата, но Сэм без души – это как открытая рана, незаживающая, гноящаяся, сколько ни чисти.

Ночь снова выдалась звездной, они сидели на машине, сосали пиво и глазели на небо в полном молчании.
Сэм со вздохом сполз на землю, уперся локтями в бампер, закрыл глаза.
Дин так же сел рядом, но не ища поддержки и не предлагая свою, а просто глядя вдаль, потеряв интерес к звездам, гадая, куда еще может довести вся эта нелепая ситуация, начавшаяся в детстве. Дин сам виноват, что позволил этому развиться. Тогда-то было дико, но тогда Сэм был ребенком, а потом все так запу…
- Я просто не знал, как сказать, что я тебя люблю, - прошептал Сэм, обняв брата и склонив голову к его плечу. – В детстве, - пояснил он. Дин промолчал, не в силах даже дышать. – Мне нравилось ощущение, что ты всегда рядом, - продолжил Сэм, не ожидая ответа. – Ты обнимал меня по ночам, когда мне было страшно. Знаешь, когда началось все по-настоящему? – спросил он, и тут же ответил, не ожидая вопроса: - В Рождество. В то Рождество, когда я подарил тебе амулет. Тогда я понял, что люблю тебя. Чуть больше, чем положено брату, но все равно правильно. Ты отстранялся, я пододвигался ближе, ты уходил от объятий, я лез к тебе в кровать ночью, ты считал, что объятия и поцелуи брата – признак педика, а я пытался уверить тебя в том, что это неправильно, так нечестно. Я целовал тебя, гладил, но я любил тебя, как брата. Ты был дороже отца. Знаю, что братья не трутся членами, не целуются взасос, но я получал то, на что имел право, как твой брат, Дин. Мне было мало похлопывания по плечу, недостаточно заботы, я хотел прикасаться, - Дин закрыл глаза и с силой зажмурился, чувствуя, что еще миг – и он позорно заревет, как девчонка. Это нелепое объяснение! Это нелепый момент! Самая идиотская ситуация из возможных! Почему только сейчас? Почему так? – И… секс… - снова начал Сэм. – Я ни о чем не жалею, если тебе интересно.
Дин выпростал руку и обнял его.
- И хочешь еще? – уточнил он тихо.
- А ты? – Сэм потерся носом о шею брата. – Хотя… нет, не отвечай, - передумал он внезапно. – Я дал слово все прекратить. Это все неправильно, ты прав, - Дин невесело усмехнулся. – Хотя кому какое дело, что между нами, верно?
На этот вопрос Дин не мог бы ответить однозначно.
Ангелам безразлично, демоны могут зубоскалить, сколько угодно и их слова не задевают, а люди принимают братьев за пару уже давно.
Вот только это действительно неправильно, хотя… хотя сладко, что и говорить.
Дин не стал говорить о последнем разе – Сэму это ни к чему, а для Дина это останется вишенкой на торте. Но не мараскиновой, не сладкой, а горькой, очень горькой вишенкой, чтобы надолго запомнить ее вкус.


Легче не становилось, видно, судьба не желала покоряться.
Стена в разуме Сэма рухнула, потом их ангелочек слетел с катушек, потом были левиафаны, чистилище, год Сэма в компании девушки и собаки, обиды, ангелы, демоны, черт знает что еще, Сэм намеренно давил брату на больное, Дин терпел – все, как всегда.
А что главное? Главное – они были слишком связаны друг с другом. Могли ругаться, драться, обниматься, могли быть околдованными, в другом мире, да где угодно, но они всегда оставались братьями, самой крепкой парой из всех, необычной, с набором причуд, но если младший падал, старший его поддерживал, если уходил старший – младший его останавливал.
Вместе, рядом, плечом к плечу, спиной к спине, рука об руку они продолжали бороться.
...на главную...


июль 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

июнь 2020  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.07.05 10:43:31
Змееглоты [5] ()


2020.07.05 09:41:03
Рау [6] (Оригинальные произведения)


2020.06.30 00:05:06
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.06.29 23:17:07
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


2020.06.29 22:34:25
Наши встречи [4] (Неуловимые мстители)


2020.06.26 22:37:36
Своя цена [22] (Гарри Поттер)


2020.06.24 17:45:31
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2020.06.21 07:52:40
Поезд в Средиземье [5] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.06.19 16:35:30
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.06.14 09:35:34
Работа для ведьмы из хорошей семьи [4] (Гарри Поттер)


2020.06.13 11:35:57
Дамбигуд & Волдигуд [7] (Гарри Поттер)


2020.06.12 10:32:06
Глюки. Возвращение [238] (Оригинальные произведения)


2020.06.11 01:14:57
Драбблы по Отблескам Этерны [4] (Отблески Этерны)


2020.06.06 14:46:13
Злоключения Драко Малфоя, хорька [36] (Гарри Поттер)


2020.06.01 14:14:36
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.05.29 18:07:36
Безопасный поворот [1] (Гарри Поттер)


2020.05.24 16:23:01
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.05.15 16:23:54
Странное понятие о доброте [2] (Произведения Джейн Остин)


2020.05.14 17:54:28
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.11 12:42:11
Отвергнутый рай [24] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.05.10 15:26:21
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.10 00:46:15
Созидатели [1] (Гарри Поттер)


2020.05.07 21:17:11
Хогвардс. Русские возвращаются [357] (Гарри Поттер)


2020.05.04 23:47:13
Prized [6] ()


2020.05.03 09:44:16
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.