Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Что такое "клинит на поттериане"?

Это когда опаздывая в школу/на пары/на работу ты судорожна смотришь на часы и думаешь: "Пешком или все-таки трансгрессировать?"

Список фандомов

Гарри Поттер[18347]
Оригинальные произведения[1186]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[451]
Блич[260]
Звездный Путь[249]
Мерлин[226]
Робин Гуд[217]
Доктор Кто?[210]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[171]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[131]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[102]
Произведения А. и Б. Стругацких[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[26]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[46]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[49]
Фандомная Битва - 2014[17]
I Believe - 2015[5]
Байки Жуткой Тыквы[1]
Следствие ведут...[0]



Немного статистики

На сайте:
- 12468 авторов
- 26835 фиков
- 8421 анекдотов
- 17337 перлов
- 642 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Without Irony

Оригинальное название:Without Irony
Автор/-ы, переводчик/-и: tsukinofaerii
пер.: Юми-ко
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Размер:миди
Пейринг:Стив Роджерс/Тони Старк
Жанр:Action/ Adventure, Angst, Romance
Отказ:Материальной выгоды не извлекаю
Цикл:W.I.P.E. [1]
Фандом:Мстители
Аннотация:Открыть файл TS_762-b.ims... Иногда, когда жесткий диск полностью выведен из строя, единственное, что остается сделать, это отформатировать его и начать все сначала. Проснувшись, Тони не имеет понятия, кто он, что сделал, и даже где находится. Одни говорят, что он был злодеем, другие – что героем, гением или сумасшедшим. Кто он сейчас, еще предстоит выяснить, но, похоже, у него не так много времени, чтобы разобраться в себе. Мир разваливается на части, а компьютер в голове создает хаос, так что опции ограничены. Стиву Миру гораздо больше нужен Железный человек, чем Тони Старк.
Комментарии:Вселенная: Marvel 616
1-я часть дилогии W.I.P.E.
Ссылка на оригинал: http://archiveofourown.org/works/148868
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Не закончен
Выложен:2012.09.19 (последнее обновление: 2012.09.19 08:43:24)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [2]
 фик был просмотрен 2609 раз(-a)



Форматирование диска С ….
Установка резервной копии файлов stark_ae_0133 .....
Установка extr_wipe.exe .....
Установка extr_rewrite.exe ....
Перезагрузка системы .....


- Если ты это слушаешь, значит, тебе скоро станет очень весело. Это значит, они спасли тебя по каким-то причинам. Герои, да? Жить с ними невозможно, но и умереть тебе не дадут.

Твое… наше? Старик, это так странно. Наше имя Энтони Старк. Тони. Мы гений и выздоравливающий алкоголик, который частенько расхаживает в металлической броне. Что тут скажешь? Когда-то это казалось хорошей идеей. Еще у меня в голове компьютер, но сейчас на нем должны стоять ограничения, так что можешь об этом не волноваться, если только он не активируется. Кроме того, в данный конкретный момент нас, наверное, ненавидят больше, чем кого-либо другого на этой планете, и по большей части это моя вина. Я сожалею.

- Я не буду рассказывать, как ты оказался в таком состоянии. Там, разумеется, есть несколько миллиардов людей, которые будут рады просветить тебя на этот счет, и потом, ты можешь позже посмотреть запись. Насколько я нас знаю, ты посмотришь ее в любом случае, что бы я ни сказал. Ты сделаешь все так, как сочтешь нужным, и поверь, в конечном итоге ты, вероятно, тоже возненавидишь меня.

- Вот то, что я хочу, чтобы ты знал:

- То, что мы делали… что я делал, было правильно. Я в это верю и не отступлюсь от своих убеждений. Не извиняйся за меня, потому что я не жалею о том, чему посветил свою жизнь. Мир все равно рухнул, но, по крайней мере, я остался верен себе и сделал все, что мог. Я выбрал меньшее из зол. Это, конечно, все равно зло, но хотя бы меньшее. Случилось то, чего я не смог предвидеть, и я потерял все, но такова жизнь. Я это понимаю. Но ты не станешь повторять мои ошибки. Я в этом уверен.

- У тебя новый мозг, усовершенствованная модель с чистым жестким диском. Ты получил свой второй шанс. Не провали все так же, как это сделал я.




Меня окружала темнота. Легкая, приятная темнота. В ней так легко было тонуть, просто парить в невесомости, где ничто не могло меня побеспокоить. Я услышал слабый шорох и обрывки человеческой речи, но все это казалось далеким, и было мне совершенно безразлично. Не было нужды напоминать мне, что пробуждение – плохая идея, я и сам это знал. Гораздо лучше было бы остаться здесь, где нет боли и ничего нельзя испортить.

Потом голоса стали громче, и вскоре от них уже некуда было деваться. Они были повсюду, окружали меня со всех сторон. Почему бы им просто не заткнуться? Почему они не хотят оставить меня мертвым?

- Он приходит в себя?

- Пульс учащенный, другие жизненные показатели в норме. Похоже, что да.

- Перестань дергаться, Роджерс. Ты прям как курица-наседка.

- Послушай, Хилл…

Голоса смешались, сливаясь с устойчивым сигналом аппаратов, и запульсировали у меня под веками. В уютную темноту моего бытия вторглись физические ощущения: шероховатая поверхность под кончиками моих пальцев, трубка, через которую я дышал, холодный воздух, обдувавший мою кожу. Как бы я ни старался зажмуриться, свет прожигал веки, а шум становился все громче.

Свет был слишком ярким, мой череп будто кололи тысячами иголок, не спасали даже закрытые веки. Все, на что меня хватило, это приподнять руку – совсем чуть-чуть, но она тут же бессильно упала. Мне хотелось задушить себя подушкой, но я был слишком слаб, да и, похоже, это в любом случае не помогло бы. Потеря сознания приводит к снижению давления и нормализации дыхания.

Вот жалость-то.

- Ребята, вы можете вести себя потише? – произнес один из голосов – мужской, приятный и немного раздраженный – прямо у меня над ухом. – Он просыпается! Тони, ну давай, открой глаза.

Я попытался сказать «нет», но получилось только исковерканное нагромождение звуков, в которых никто не нашел бы смысла, за исключением, разве что, скруллов. Темнота звала меня, словно сладкоголосая сирена, но окружающий мир был слишком реален, независимо от того, хотел я этого или нет. Морщась от боли в голове, я приоткрыл глаза, насколько хватило духу.

Особняк в Оклахоме… Слишком светло, слишком много ярких пятен, слишком удобно – вот, что я мог сказать о комнате, в которой находился. Это не больничная палата. Слишком домашняя атмосфера, даже для хосписа, и пахнет не так, как в больницах. Не хватает антисептиков. Там было полно больничного оборудования, а кровать была передвижная. И все же, что-то подсказывало мне, что это жилой дом, хотя и не могу сказать, откуда взялась такая уверенность.

Надо мной склонились какие-то люди – просто размытые фигуры с разным цветом кожи, от темной до такой бледной, что она сливалась с потолком, как на загадочных картинах пост-модернистов. Я поморгал слезящимися глазами, и лица людей стали более четкими. По крайней мере, теперь я чувствовал себя менее беспомощным. Ненавижу беспомощность.

Правда, это длилось только до того момента, когда я разглядел выражения их лиц: на некоторых была написана откровенная враждебность. Да что там враждебность, они явно жаждут со мной разделаться. Самым безобидным из них было нейтральное выражение, которое, на самом деле, тревожило еще сильнее. У меня возникло странное ощущение, что эти люди уже вынесли мне приговор, а я очнулся только для того, чтобы его выслушать.

Хотя объективно я был в ужасе, вместо сковывающей по рукам и ногам паники, которой следовало ожидать, ощущалось только смутное беспокойство. Может, они меня чем-то накачали?

Стоило мне об этом подумать, как тут же пришел ответ. Перед моим внутренним взором пронесся стройный, совершенный поток данных и вторгся напрямую в лобную долю мозга. Морфин, посредством инъекции в левую руку три часа назад. Справиться с ним оказалось не сложнее, чем с назойливыми мыслями, и информация послушно отошла на второй план – постоянный поток данных о моей жизнедеятельности, который в дальнейшем всплывал, только когда случалось что-то экстраординарное.

Как же это жутко.

- С возвращением. – Роуди Темнокожий мужчина гордо усмехнулся, как будто то, что я пришел в себя, было исключительно его личной заслугой. Может, так оно и было, хотя я в этом сомневался, потому что он был совсем не похож на врача. Его мундир украшали знаки отличия – подполковник – подсказал услужливый информационный поток в моей голове. Серебристые нашивки в виде дубовых листьев на воротнике – выше майора, но ниже полковника – служебной униформы, без ремня и головного убора – возможно, он здесь неофициально. Я считывал информацию так же легко, как с книжных страниц: сравнение с другими рангами, значение медалей, висевших на груди – все, вплоть до состава нитей, из которых было сделано его пальто: семидесятипроцентная шерсть, прочная, легкая, качество: среднее. Единственное, что отсутствовало – это имя, и это было даже более жутко, чем информация о моем собственном артериальном давлении: 131/88. – Ты очнулся как раз вовремя. Мы уже начали волноваться.

- Говори за себя, - язвительно бросила Мария Хилл темноволосая женщина, стройная, с развитой мускулатурой и маленькой грудью – выглядела они при этом так, будто способна проломить кулаком железную стену. Несмотря на то, что была значительно ниже ростом, чем полковник, она держалась так, словно была выше по званию. Может, так оно и было, хотя я не заметил на ней никаких знаков отличия. – У некоторых из нас есть более важные дела, чем волноваться о Старке. Мы на пороге войны, если вы все не забыли.

Что бы я ни собирался ей ответить – обозвать ее ядовитой гарпией не казалось особо хорошей идеей, больше походило на попытку суицида, как заманчиво бы это ни было, – все мои слова утонули в приступе хриплого кашля. Перед глазами все поплыло и вспыхнуло бесполезное предупреждение – дыхательные судороги. Кашель сменился спазмами по всему телу и жжением в легких, горящих от недостатка воздуха.

Низкий уровень кислорода.

А не пошел бы ты. Как будто я сам не знаю.

Я откинулся на матрас, задыхаясь и беспомощно дергаясь, затем кто-то просунул руку мне под плечи и понес к губам холодную емкость с водой, освежившей мое пересохшее горло.

Вдох. Выдох. Глотнуть воды и постараться не подавиться. Данные о составе: фтор, средство для мытья посуды: марка неизвестна, мята: дробленая, свежая. Вдох. Выдох.

Помогло, по крайней мере, я смог опереться на своего спасителя и сосредоточиться на чем-то кроме судорожных сокращений в легких. Один из мужчин – Дон Блейк, блондин в медицинском халате, возможно, врач – поддерживал меня за плечи. Остальные стояли позади, большинство из них выглядело так, словно им не по себе, кроме чернокожего мужика со стаканом.

Надо бы сказать ему «спасибо».

Вдох. Выдох. В горле больше не першило, так что я снова попытался заговорить. Черт, почему бы нет? В худшем случае подполковник просто даст мне еще воды.

- Спасибо. – Говорить было больно, голос звучал сипло и слабо, но я хотя бы больше не кашлял. – Где я?

- Долгая история, - ответил полковник. – Тебя чертову уйму времени держали под арестом в МОЛОТе, но теперь ты в безопасности. Осборн не сможет тебя достать.

Кто-то пытается меня достать. Как мило.

– Кто?

Негромкие разговоры на заднем плане оборвались так внезапно, как будто их обрубило лезвием гильотины. Даже рыжеволосая дамочка в черном Пеппер, которая демонстративно меня не замечала – и Джеймс Барнс и Черт черт черт Стив о боже Стив

ОШИБКА. Стабильность системы нарушена. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,0187 минут.
Ре-инициализация процессора.


… и двое в костюмах, разрисованных под американский флаг, умолкли.

Вот черт. Что я такого сказал?

Щелкнув колпачком от ручки, док подложил мне под спину подушку и взял свой планшет, приготовившись записывать.

- Норман Осборн, - подсказал он очень мягким голосом, каким обычно успокаивают норовистых лошадей. Похоже, он давно не брился. Это казалось странным на фоне идеального порядка, царившего в комнате. – Директор МОЛОТа. После битвы тебя держали под арестом, ты впал в кому в процессе удаления данных.

Что-то было в его голосе – что заставило мое сердце сжиматься от гнева и беспомощности и… я не знаю. Что-то. Что-то плохое, от чего свело желудок как от кислого молока. Может, это было чувство вины, хотя я не имел понятия, виноват ли в чем-то перед ним. Я опустил взгляд на свои руки, чтобы не смотреть ему в глаза.

Все ждали, когда я продолжу. Напряженно. Похоже, аналогия с гильотиной была более чем уместной: все они только и ждут шанса, чтобы покромсать меня на лоскуты. Есть ли среди них хоть кто-то, перед кем я не должен извиняться?

Особо раздумывать было не над чем: всего лишь смутные намеки и странный, бессмысленный сон. Судя по всему, я получил травму головы в той битве, о которой упоминал док. Галлюцинации. Или процесс удаления данных? Не уверен, что хочу знать, что это значит.

Если бы все было так просто.


Пеппер Рыжая сдавленно всхлипнула. Она выглядела так, словно вот-вот расплачется. Может, ей известно больше, чем мне.

Что ж, пора взглянуть в лицо правде.

- Расскажите мне, что произошло. Пожалуйста.

И тут разверзся кромешный ад, у меня было такое чувство, что где-то рядом началось извержение вулкана. Рыжая стремительно выбежала из комнаты, прикрывая рот ладонью. Коротышка бросилась за ней следом. Может, они лесбиянки? Это было бы очень сексуально.

Ряженые в костюмах и подполковник орали, перебивая друг друга, и я не мог разобрать ни слова. Запись. В центре этого хаоса доктор, словно воплощенное око бури, сохранял спокойствие и сосредоточенность, мне даже захотелось, чтобы он подошел к моей кровати – для большей уверенности. Но он просто стоял и ждал, пока все успокоятся.

И ждал.

И ждал.

В тот самый момент, когда я и сам уже готов был присоединиться к скандалу, док, кажется, понял, что без его вмешательства не обойтись. Он стукнул своей тростью, и вспыхнула молния Тора… Откровенно говоря, я не понял, что он сделал. Но, что бы это ни было, у него получилось. Крики стихли, прекратился истошный писк аппаратов, сменившись тихим гулом.

Ряженые тоже заткнулись.

Чертовски полезная трость.

- Хватит, - негромко сказал док. – Тони, что ты помнишь?

- Сон. Пробуждение. – Я пожал плечами. – До этого ничего не помню. Но поверьте, я стараюсь.

- Не получается? – Стивстивстивстив

ОШИБКА. Стабильность системы необратимо нарушена. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,098 минут.
Ре-инициализация процессора.


Тот, что повыше – еще один блондин с челюстью, которой можно дробить камни – прочесал пальцами волосы. Вид у него был такой, как будто он готов выбежать из комнаты вслед за девчонками.

- В чем дело, Дон? Какую игру ты затеял, Тони?

Док, по крайней мере, вроде бы принял мои слова за чистую монету, спасибо и на этом.

- Ты что-то говорил про сон? – спросил он, приподняв брови. – Что тебе снилось?

Постельный режим, случайно, не предусматривает какую-нибудь выпивку? Я бы сейчас отдал за нее целое состояние, или даже два.

Я покорно рассказал свой сон, начав с нашего имени. У меня не было причин держать это в секрете, к тому же, не думаю, что эти люди будут доверять мне, если я стану что-то утаивать. Хотя, судя по их взглядам, они в любом случае не будут. Но больше рядом со мной никого не было, а мысль о том, чтобы оказаться один на один с целым миром, даже не зная своей фамилии, была настолько ужасающей, что мне казалось, будто у меня выпилили часть грудины, оставив на ее месте пустоту. Мою грудь тесно охватывала плотная повязка, и я был готов держать пари, что там что-нибудь вроде треснутых ребер.

Наверное, действие морфина закончилось. Хорошо. Быть обдолбанным не лучше чем напиваться до потери сознания довольно паршиво.

Когда я закончил свой рассказ, никто, казалось, не хотел что-либо говорить, или даже смотреть на меня. Доктор опять что-то записывал, а остальные трое явно были в шоке. Подполковник спустился на пластиковый стул у стены и сжал голову руками. Двое красно-бело-синих мальчиков даже не старались сделать вид, что избегают моего взгляда.

Черт, да что такого я им сделал?

Тот из них, что был пониже, рассмеялся холодным как скрежет сломанного агрегата жутковатым смехом.

- Вот же чокнутый сукин сын, - с иронией протянул он. – Он знал, что мы его никогда не простим, и сделал так, чтобы… Этот мудак…

- Замолчи, Баки. – Стив Стив Стив

ОШИБКА. Стабильность системы необратимо нарушена. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,0015 минут.
Ре-инициализация процессора.


Он посмотрел на меня своими удивительно ясными голубыми глазами. Лазурь выдал информационный поток. Я не мог не согласиться. Это тот оттенок, которым поэты обычно описывают бескрайнее небо. Восхитительный.

- Ты уверен, что больше ничего не помнишь?

Чего он от меня хочет? Ой, извиняюсь, оказывается, я все помню. Просто прикалывался.

- Мне жаль.

- Не так сильно, как мне. – Его лицо исказилось. – Нам надо посовещаться. Это все меняет. Дон?

- Я присмотрю за ним, - кивнул доктор – похоже, Дон. Ему подходило это имя. – Не думаю, что Тони это нужно прямо сейчас. Позже у него будет время на разговоры.

Никто даже не попрощался, выходя из комнаты. Ну, подполковник хоть потрепал меня по плечу мимоходом. Уже что-то.

Я остался наедине с доктором, который, кажется, не был расположен к разговорам, с собственной пустой памятью и потоком данных под веками. Прекрасно. Я откинулся на мягкие подушки, и от этого движения грудь пронзила резкая боль. Что бы там со мной ни случилось, должно быть, это было очень хреново, если чувствовалось даже через морфий, которым меня обкололи.

Надеюсь, хоть кто-нибудь расскажет мне, в чем дело. Я не стану задерживать дыхание.

Несколько минут я просто пялился в потолок. Дон был таким тихим, что можно было подумать, его и нет, и я узнал о себе кое-что новое: оказывается, я очень, очень не люблю быть один.

Вот без этой конкретной информации я прекрасно мог бы и обойтись.



Видимо, мое полусонное молчание было настолько раздражающим, что даже док не мог его выносить. Как только… Стив как ты можешь быть живым ты же умер я видел тебя я сам тебя убил это моя вина моя вина моя вина

ОШИБКА. Стабильность системы необратимо нарушена. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,0061 минут.
Ре-инициализация процессора.


… один из тех людей – высокий блондин, похожий на Адониса – вернулся в комнату пару часов спустя, тот схватил свою чудо-трость и торопливо захромал к выходу. После того, как они все отреагировали на меня после пробуждения, я уже не удивлялся, но можно же было хотя бы сделать вид, что я не настолько отвратителен, как утечка радиоактивных отходов.

Может, я ужасно плохой собеседник?

Я снова и снова возвращался к вопросу, что же я им всем такого сделал. Вырезал их семьи? Я не чувствовал себя злобным чудовищем, но как это вообще можно почувствовать? Если бы они оставили меня одного, можно было бы попробовать. Если не углубляться в сложности, то я, наверное, на темной стороне силы просто не слишком хороший человек.

У Адониса был такой вид, словно только что умер его любимый щеночек, и это было уже слишком. Может быть, я должен был чувствовать себя виноватым – судя по всему, я тут единственный возможный убийца щенков – но не могу же я мучиться из-за того, чего не помню.

- Давай, док, скажи прямо. У меня сифилис?

Блондин нахмурился. Фантастическое выражение. Которое делает его еще более сексуальным, если такое вообще возможно.

- Как ты можешь шутить после всего, что случилось?

- Так ведь я ничего не помню об этом, уж лучше я буду шутить, чем испепеляться под вашими взглядами. – Двигать плечами было больно, поэтому я ограничился гримасой. – Надеюсь, кто-нибудь все-таки просветит меня?

- Я не знаю, что тебе сказать, - виновато признался блондин. Виноватое выражение, безусловно, ему совсем не подходило. Из-за челюсти, наверное. Такие челюсти бывают только у правильных парней. – Это длинная история, и по большей части я при всем этом не присутствовал.

- Может, для начала назовешь свое имя? – Он моргнул и, о мой Бог, какие у него были ресницы. Такие же светлые, как и волосы, из-за чего я их не сразу заметил. – Нет, серьезно, мне осточертело звать тебя Блондином. Уверен, твое имя звучит получше.

Теперь он смотрел на меня так, будто у меня вдруг выросла вторая голова.

- Ты действительно совсем ничего не помнишь, да? А говоришь так же как всегда, по большей части.

- Абсолютно ничего. Сожалею.

Видеть его колеблющимся тоже казалось странным, но он все-таки ответил.

- Меня зовут Стив.

ОШИБКА. Стабильность системы необратимо нарушена. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,0164 минут.
Ре-инициализация процессора.


- Стив Роджерс.

ОШИБКА. Стабильность системы необратимо наруруруруруруру…
Проблема обнаружена, Экстремис отключен, чтобы предотвратить повреждение системы.
Проблема вызвана следующими файлами: extr_rewrite.exe
INACCESSIBLE_BOOT_DEVICE
Перенастройка системы.


- Тони! Тони? – Он тряс меня за плечи, так сильно, что моя голова моталась из стороны в сторону. В голубых глазах светилась тревога. Щетина у него была такая же светлая и незаметная, как ресницы.

- Ничего…

- Перестань. Ты в порядке? Ты просто взял и отключился. Боже, не поступай так со мной снова, ладно?

- Нет, я в порядке. Правда. Понятия не имею, что случилось. – Я попытался усмехнуться, но меня корежило, как рыбу, выброшенную на берег, и все, чего мне хотелось, это упасть к нему на грудь и провалиться в небытие. С близкого расстояния он выглядел еще восхитительнее, а его имя… Стив. Одно их тех слов, что легко и приятно произносить, мягко перекатывая на языке, – от него веяло силой. С его-то сложением, не удивительно. – Значит, Стив, да? Тебе идет это имя.

- Спасибо.

Ну вот, ему снова не по себе. Я уже начинал подозревать, что на самом деле убил каких-нибудь чертовых щенков. Голос во сне говорил, что меня все ненавидят, но я не думал, что это так буквально.

- Ну, что ж, ты Стив, а я – Тони. Для начала неплохо. Как мы познакомились?

- Ты был рядом, когда меня вынули из глыбы льда и разморозили.

Он ответил так быстро и прямо, что я машинально кивнул, и только через 3.742 секунд до меня дошел смысл его слов, и тогда я рассмеялся, немного пересмотрев свое мнение о Стиве. Не только смазливая мордашка и тело порнозвезды, а? Разморозили. Он что, правда решил, что я куплюсь на эту чушь?

- Нет, серьезно, как мы на самом деле познакомились?

10.481 секунд молчания стали ответом на мой вопрос.

Черт.

- Ты не шутишь, да?

Он покачал головой.

- Я провел шестьдесят лет, замороженным во льдах Атлантики до того, как меня нашли: ты и остальные Мстители.

И что, к Дьяволу, я должен был на это сказать?

- Это невозможно.

- Откуда тебе знать? У тебя же амнезия. – Он был серьезен, как лабрадор, притащивший хозяину мертвую белку, но от этого еще труднее было принимать его всерьез. Меня так и подмывало проверить, нет ли у него хвоста. Надо было так и сделать. Вероятно, долго после этого я бы не прожил, но его вид сзади определенно того стоил.

Но у меня перед глазами уже мелькали сухие строчки данных из области общей биологии, информируя меня о том, что именно происходит с человеческим телом под воздействием холода. Расторжение межклеточных связей, говорилось там. Отсутствие жизненно важных функций. Непоправимый вред жизненно важным органам. Обморожение.

- Человеческое тело перестает функционировать и умирает, когда внутренняя температура достигает двадцати восьми градусов по Цельсию и остается в таком состоянии на длительный период времени. Без использования процесса быстрой заморозки в безопасной среде ты был бы мертв задолго до того, как впасть в состояние анабиоза.

Говорят, пока мертвец не остыл, он еще не совсем мертв, но, думаю, это не тот случай.

Может, если бы я вдруг встал на голову, он перестал бы так на меня пялиться?

- Откуда ты это знаешь?

Хороший вопрос.

- Просто знаю и все. Это… - Как же мне это назвать? Это не воспоминания. Оно просто есть. – Это информационный поток. Здесь. – Я указал на бегущую перед внутренним зрением строку. К моему удивлению, она замерла и потянулась в воздухе вслед за пальцами. Ух-ты. Это что-то новенькое. И это круто, черт.

- Не похоже на симптомы амнезии.

А то я сам не знаю.

- Похоже, у моей амнезии именно такие симптомы. – Стив шестьдесят лет провел замороженным, как упаковка креветок, и моя амнезия еще кажется ему странной? Обычно то, что показывают в фильмах про потерю памяти – полная чушь. Не моя вина, что на этот раз все вышло по-другому. – Это лазерный луч. Или что-то вроде того. Я не по своей воле забыл именно ту часть жизни, которая касалась моей личности.

Стив смотрел на меня с грустью, как будто я отобрал у него мертвую белку.

- Нет, это был именно твой выбор.

Оу.

Мы оба синхронно опустили взгляды на одеяло. Так было легче, чем смотреть друг другу в глаза, ну и одеяло вроде как было довольно симпатичное. Простой геометрический узор и зеленоватые тона. Не так уж и плохо.

Секунды тикали. Насчитав ровно шестьдесят, я запихнул счетчик подальше – туда, где он не слишком раздражал меня. Может, я свихнулся от информационной перегрузки, и поэтому стер себе память? Считать секунды неловкого молчания – ну кто так делает? Злодеи и психи, вот кто. Или параноидальные ублюдки, не обремененные социальными навыками, но их, наверное, тоже можно отнести к злодеям. Я не должен удивляться, что они все меня ненавидят. Может, для всех было бы лучше оставить меня там, где я был.

- Что? – Стив резко поднял голову. – Нет!

Вот дерьмо, я что, вслух говорил? Надо бы уже перестать задавать глупые вопросы.

- Слушай, может, я и не имею понятия о том, что происходит, но я не слепой. Ни один из вас не рад, что я очнулся. Разве нет? – Он ничего не ответил, но это и был ответ. – Дона едва хватает, чтобы проверить мне пульс. Девчонки вообще убежали – «и скорее всего не для того, чтобы предаться страстному лесбийскому сексу» – а твой костюмированный близнец абсолютно точно предпочел бы видеть меня наколотым на вертел. Остаетесь вы с подполковником, но и вы тоже не горите желанием прыгать от радости, как я успел заметить. Нужно было оставить меня там.

- Тони.

- Зачем я здесь, Стив?

Он поежился. Стул заскрипел, как будто вот-вот собирался разломиться пополам. Стив смотрел на свои руки, то сжимая, то разжимая кулаки, словно это помогало ему думать. Может и помогало, уж не знаю.

- Ты хороший человек, Тони, - сказал он наконец. В его голосе слышался намек на вопрос, но я ничего не хотел об этом знать. – Я не всегда тебя понимаю, но у тебя доброе сердце.

- И что? В чем тогда дело?

Он пожал плечами, на которых были нашиты синие полоски. Костюм, покрытый мелкими чешуйками, напоминал кольчугу, как у какого-нибудь рыцаря из книжки сказок. Интересно, где он прячет своего коня и щит и меч.

- У нас были разногласия. Ты победил. Я проиграл. Вот, что произошло.

Он, должно быть, шутит. Вся эта шумиха из-за каких-то разногласий? После рассказа о десятилетиях, проведенных во льду, это как минимум странно, нет, в самом деле? Разве что-нибудь когда-нибудь бывает так просто?

- Мы что, решили расстаться и поспорили из-за того, кто забирает собаку?

- Нет!

- Я тебе изменял? - И все наши друзья решили встать на его сторону? Поэтому меня все ненавидят? Тогда зачем я сделал то, что сделал? Извращенный способ суицида? Но это не объясняет всей той ерунды, которая была в моем сне. Может, я просто драматизирую. – Или я тебя бросил?

- Что? – Казалось, Стив сейчас задохнется. Его кожа из бледной стала ярко-красной как броня, и от этого он теперь выглядел как шестнадцатилетний подросток. Наверное, мне надо завязывать с собачьими аналогиями. Он гораздо больше похож на ребенка, иначе откуда бы взялось странное желание посадить его к себе на колени, пусть даже он раздавил бы их своим весом. – Нет, ничего подобного! – Определенно, это было расставание. Непростое расставание, и судя по его взгляду, я, должно быть, разбил ему сердце. - Тебя не интересуют мужчины.

Западать на Капитана Америку Стива Роджерса самого отъявленного гетеросексуала во всем мире – это самая глупая идея, которая когда-либо приходила мне в голову. Он, наверное, пошутил? Разумеется, меня интересуют мужчины. Когда такой как он входит в комнату – все эти литые мускулы под кожаным костюмом и волевой подбородок – и говорит, что он меня не привлекает, это просто абсурд.

- Ну, ты вот меня интересуешь.

Черт. Он что, перестал дышать? Норма дыхания снижена до десяти процентов.

- Стив? Ты в порядке?

Что обычно делают, если человек перестает дышать?

Я уже хотел встряхнуть его, но в этот момент он глубоко вдохнул, мотнув головой, и отодвинулся. И это было хорошо – не думаю, что у меня хватило бы сил трясти его, он такой огромный. Еще упал бы на меня.

А вот это весьма заманчивая мысль.

Стив снова покачал головой и поднял взгляд. Теперь уже у меня возникли проблемы с дыханием – я успел забыть, какие голубые у него глаза.

- Я в порядке. Просто… Удивлен, но все нормально, правда. Дивно .

- Как ты сказал, «дивно»? – Ой, этот взгляд не сулит мне ничего приятного. – Ладно, я понял, пусть будет дивно. А теперь расскажи мне о том, чего я не помню.

Я не удивился, когда он покачал головой. На его лице все еще горел слабый румянец. Интересно, если я ущипну его за щеку, он меня ударит?

- Слушай, это сложно, и я не тот, кто может все объяснить.

- Почему нет? – Это уже переходило все границы разочарования. Какого черта я натворил, что никто даже не хочет сказать мне, в чем я виноват? – Стив, я не могу вспомнить свою фамилию и, очевидно, сделал тебе что-то плохое, как и всем остальным. Кто скажет мне, если не ты?

- Пеппер, - ответил он с той твердостью, с которой духовные лица обычно отвечают на вопросы об устройстве Вселенной. – Она сможет все объяснить. Может, даже принесет газетные вырезки.

Я мало что вынес из его слов, только то, что никто не хочет мне помогать.

- Отлично. Когда я смогу с ней встретиться?

- Я… - Опять больная тема? Я просто продолжаю наступать на одни и те же грабли. Я всегда так делаю. – Я поговорю с ней. Может быть, она зайдет к тебе.

Может быть. А. Ох.

- А ей-то я чем насолил?

Он ухмыльнулся, сдержанно, словно нехотя, и мой желудок опять скрутил спазм. Ну не засранец ли я? Не интересуюсь мужчинами, ха!

- Ну, скажем, ты вел себя как Тони Старк.



Глухой стук каблуков по потертому ковру вывел меня из задумчивости, нарушив монотонное гудение аппаратуры. Не то чтобы я хоть до чего-то додумался. Когда ничего не помнишь, думать как-то трудновато.

Снова та рыжая дамочка – на этот раз в степенной черной юбке, однако, достаточно короткой, чтобы подчеркнуть красоту ног. А ноги у нее были что надо. Она прислонилась к двери и обняла себя, словно у нее болели ребра. У ее ног стоял черный портфель – похоже, чехол для ноутбука.

Сколько времени прошло с тех пор, как Стив вышел в эту дверь? Восемнадцать часов, семнадцать минут, двадцать одна секунда. Я не думал, что так много. Я спал, или просто медленно соображаю от наркотиков? Морфин. Ненавижу наркотики.

- Я не знаю, что тебе сказать. – Она шмыгнула носом. Глаза блестели… от слез?

С чего бы ей плакать? Никто другой этого не делал. В моем распоряжении имелись только растворенные в крови остатки морфина, чтобы притупить боль, так что заставить себя принять сидячее положение было практически невозможно, но мне удалось приподняться, ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза. Это определенно была маленькая победа.

- Ты Пеппер, да? Стив сказал, ты можешь рассказать мне все. – Еще Стив говорил, что она будет злиться, но она не выглядел сердитой. Просто очень грустной.

Пеппер кивнула, слегка улыбнувшись. Ее глаза казались еще зеленее в обрамлении покрасневших век, а веснушки выделялись на бледной коже как пятна чернил. Интересно, где еще у нее есть веснушки?

- Пеппер Поттс. Я работала на тебя до того, как все случилось.

- Что это «все»?

Она потерла грудь ухоженными пальцами. Под тонкой тканью блузки мелькнула повязка.

- История нашей жизни. Я могу дать тебе основные сведения, но там слишком много информации для одного разговора, так что я принесла ноутбук. Это поможет тебе занять себя, пока не оправишься от того, что сделал Осборн.

Основные события плюс способ узнать остальное самому – это казалось чертовски хорошим предложением. Гораздо лучше того, что мог дать мне Стив.

- Спасибо.

Она подошла и села в ногах кровати, от чего скрипнул матрас. Затем поставила рядом с собой ноутбук и открыла его, словно установив между нами границу. Возможно, граница нам не помешает.

- С чего мне начать?

Это был провокационный вопрос. С чего можно начать, когда в принципе ничего не знаешь?

- С начала? Кем были мои родители? Когда я родился? – Она бросила на меня вопросительный взгляд, и я, не удержавшись, пожал плечами. – Я этого не помню.

Пеппер на секунду опустила веки.

- С начала. Ладно. – Когда она открыла глаза, они снова блестели, но Пеппер уже не выглядела такой расстроенной, как раньше. Может, все не так уж и плохо. – Твое полное имя Энтони Эдвард Старк. Твоего отца звали Говард, а мать – Мария. Говард Старк был основателем кампании по производству оружия. Ты родился…

Запись данных.

Ее голос с интонациями профессионального рассказчика гипнотизировал, наверное, таким голосом хорошо рассказывать сказки перед сном. Она держала безупречный ритм, и я поймал себя на том, что больше вслушиваюсь в сам звук, чем в слова. Меня не слишком беспокоило, что какие-то подробности могут затеряться. Кусочки информации, как паззлы, занимали в моей голове строго определенное для них место. В некотором смысле.

- А потом был акт о Регистрации. И началось то самое «все».

Этого было достаточно, чтобы от моей рассеянности не осталось и следа. Моргнув, я сделал все возможное, чтобы сесть более прямо. Пеппер тоже выпрямилась – во время своего рассказа она все время немного наклонялась вперед. Что у нее под этой повязкой?

- Регистрация?

- В значительной степени именно она разрушила наш привычный мир. Ты поддержал этот закон. Говорил, что это неизбежно и приравнивает суперспособности к оружию. – Она продолжала говорить, даже не глядя в мою сторону. – Он назывался «Акт о регистрации сверхлюдей».

Больно. В глазах потемнело, и закружилась голова от бешеного потока данных, который все набирал обороты. Похоже, информация о Регистрации была одной из тех вещей, которые пробивались даже сквозь мою амнезию. Точная формулировка закона, сторонники, противники, даты – все встало по местам, выстроившись в четкую картинку у меня в голове. В истории все еще было полно белых пятен, и не хватало многих значимых деталей, но общее представление я получил.

- Тони! – К моим щекам прижались гладкие ладони Пеппер, ее взволнованное лицо было очень близко. – Ты в порядке?

Я все время всех пугаю. Надо с этим завязывать.

- Извини. Я просто… кое-что вспомнил. АРС. Теперь я в курсе.

Ее лоб прорезали морщинки, и она вдруг стала выглядеть лет на десять старше. Это из-за меня они появились? Она слишком молода, чтобы иметь морщины.

- Дон сказал, что ты не можешь ничего вспомнить. Твой мозг был отформатирован.

- Ну, я ведь помню, как разговаривать. – Почему мне приходится об этом напоминать? – Просто есть кое-что, чего я пока не вспомнил. Что значит, мой мозг отформатирован?

- Тебе никто не сказал?

- Кроме тебя и Стива со мной никто не разговаривает. – Дон не в счет. Нельзя же назвать разговором указания вроде: «Сделай глубокий вдох». – У меня такое ощущение, что я собрал в контейнер ваших любимых зверушек и бросил туда гранату.

У нее был очень приятный смех, где-то даже успокаивающий. Интересно, есть ли у нее дети? Из нее, наверное, вышла бы прекрасная мать. Пеппер устроилась поудобней, на этот раз границы между нами не было.

- Не совсем так, но я не та, у кого стоит спрашивать. Я была на твоей стороне.

Кажется, никто не был на моей стороне. Даже я сам.

- Расскажи мне.

- Для этого я и принесла ноут. – Она пристроила ноутбук у себя на коленях и включила его. С шипением откинулась крышка, и он стал раскладываться. Сперва выдвинулась клавиатура со стандартным алфавитно-цифровым набором значков. Вверху было три дополнительных строки символов, значение которых просто всплыло в моем мозгу, как до этого аббревиатура АРС. Интерактивный экран развернулся во всю ширину, на черном фоне мигал курсор с надписью «Старк». – Я уверена, что упустила бы слишком много деталей. Ты собрал все соответствующие заметки и статьи в файл на рабочем столе, так что можно воспользоваться им. – Она тихонько рассмеялась. – Думаю, ты уже тогда все это планировал.

Я такой ублюдок.

- Но что за чушь про удаление?

Пеппер склонила голову и закрыла глаза. На лицо упала прядь волос, выбившаяся из прически.

Не задумываясь о том, что делаю, я убрал прядку ей за ухо.

- Пожалуйста. Мне нужно знать, и у меня такое чувство, что ни в одной статье нет ответа на этот вопрос.

- Не трогай. – Она оттолкнула мою руку, и выглядела при этом так, словно вот-вот поднимется с места и уйдет.

Ладно, трогать не буду. Я послушно сложил руки на коленях.

- Пожалуйста?

Она отвела взгляд, но расслабилась.

- В конце войны со скруллами твой авторитет был подорван, и Норман Осборн в конечном итоге захватил власть над ЩИТом, переименовав его в МОЛОТ. – Она замешкалась, вводя в компьютер запрос о войне со скруллами, так что я просто обратился к своему внутреннему источнику информации. Когда Пеппер продолжила, ее голос был тихим, как на похоронах. – Он сумасшедший. Абсолютный безумец. Чтобы не дать ему добраться до списка зарегистрированных героев, ты удалил все копии. В том числе и ту, что была у тебя в голове.

Как можно удалить то, что у тебя в голове?

Экстремис: Sys 3.2.127.8.0
Файл: extr_wipe.exe
Функция: Форматирование дисков, максимальная поддержка функциональности систем жизнеобеспечения во время процесса.
Статус задачи: выполнено на 100%


Ух-ты. Ладно, вот, значит, как. Буду знать.

- Если я удалил сам себя, то почему я здесь…

Экстремис: Sys 3.2.127.8.0
Файл: extr_rewrite.exe
Назначение: Перезапись и удаление системных файлов, отмеченных EXTR_WIPE.exe, в то время как система функционирует в полную силу. Поддержание целостности системы путем блокировки противоречивых данных. Защита данных, имеющих жизненно-важное значение для поддержания функциональности системы. Замена отмеченных файлов новыми данными при работающей системе.
Статус задачи: выполнено на 5.9%


- Хватит! – Я с размаху хлестнул себя ладонями по лбу, безуспешно пытаясь облегчить боль, вызванную потоком данных.

- Тони! – Пеппер перехватила мои запястья и заставила опустить руки, удерживая неожиданно крепко. – Что ты делаешь? Чего хватит?

- Информации! – В голове все еще звенело, но поток информации уже успокоился, схлынув на задний план, но даже так он ощущался, как угроза. Если я стану задавать слишком много вопросов, он вернется, но, по крайней мере, это случится не сейчас. – Это… эта штука. У меня в голове. Экстремис? Думаю, она пытается приносить пользу, рассказывая мне обо всем.

- Это должно так происходить? – С близкого расстояния ее глаза были еще ярче, чем я думал. Хотя, может, это из-за лопнувших кровеносных сосудов.

- Ты меня спрашиваешь?

- Хороший вопрос. – Она отпустила мои запястья и медленно отстранилась. Ноутбук валялся на полу, он снова сложился, став аккуратным и компактным. Должно быть, там все на автоматике. Держу пари, в эту штуку встроены амортизаторы. Если его сделал я, то так оно и есть, а, похоже, именно я его и сделал, потому что на нем стоит мое имя.

Глубокий вдох помог прояснить мысли. Я был почти уверен, что действие морфина давно закончилось, но не собирался в этом признаваться. Боль в груди, какой бы сильной она ни была, все же лучше наркотического дурмана.

- Ладно, значит, я удалил все из своей головы и, кажется, перезаписал какие-то из старых файлов. Потрясающе. Так теперь мне просто нужно…

Тут в комнату вбежала та брюнетка с короткими волосами, которая была здесь, когда я проснулся. Она посмотрела на меня, потом дернула Пеппер за руку, подняв ее с кровати.

- Пойди посмотри! Там Осборна показывают.

- Что? Эй, что? – Это тот парень, который заставил меня слить свою память? Войну? Мне кое-как удалось спустить ноги на пол, все тело будто кололи иголками. – Осборн? Подождите, я тоже пойду.

Брюнетка бросила на меня взгляд, которым, наверное, можно было бы резать стекло. Ну вот, опять.

- Ты останешься здесь, Старк.

Пеппер не стала вырываться. Они вместе выскочили за дверь, оставив меня одного, и никто не захотел мне помочь.

Как будто это меня остановит.

Что ж, посмотрим, что у нас есть. Кровать с дурацкими перилами, столик на колесиках – это мне мало чем поможет – и большой такой ковер на полу. Придется обойтись своими силами.

Я слез с кровати, каждое движение отзывалось резью в груди. Встав на ноги, я ощутил себя младенцем, не научившимся еще держать равновесие. В вертикальном положении это оказалось гораздо сложнее. В комнате, похоже, не было ничего, на что я смог бы опереться, а держаться только за счет рук было просто невыносимо.

Что ж, значит, надо быть осторожнее. Хорошо. У меня получится.

Крошечными шажками я поплелся к двери. Ковер был мягкий и пушистый, и от этого передвигать ноги было еще сложнее. Стоило сделать пару шагов, и меня шатнуло вбок. Я ухватился за столик, но, как и следовало ожидать, тот откатился в сторону, и я рухнул на пол.

Боль была такой резкой и сильной, что я всерьез начал подозревать, что у меня сломаны ребра. Другие части тела тоже давали о себе знать, особенно затылок. Мне оставалось только ждать, когда боль утихнет, и я снова смогу дышать.

Нет.

Я не могу ждать. Они скоро вернутся, и просто запихнут меня обратно в постель. Никто так и не расскажет мне, что происходит. Наверное, даже если бы у ворот собралась толпа, требуя выдать мою голову, они бы и тогда мне ничего не сказали.

Я поднялся на колени, а потом встал, снова цепляясь за кровать.

Ладно, я просто проверял, какой на ощупь ковер. Мягкий. Надо запомнить.

Зато теперь я точно знал, как нужно двигаться, чтобы не упасть. Первый шаг получился вполне удачным. Второй тоже. Болезненными ощущениями, конечно, не следовало пренебрегать, обычно из этого не выходит ничего хорошего, - но сейчас это не имело значения. Добравшись до коридора, я был вынужден опереться на стену, но все же продолжил свой путь.

Я не знал, в каком направлении ушли девушки, но, к счастью, мне это было и не нужно. Сквозь открытую дверь в дальнем конце коридора до меня доносился громкий, решительный голос. Я сделал очевидный вывод, что именно туда мне и нужно.

Левая нога. Правая. Главное, не забывать дышать. С морфином было бы легче, но я слишком хорошо знаком с его действием, чтобы желать себе такого облегчения. Меня бы не удивило, если бы у этой штуки в моей голове и сейчас нашелся ответ на все мои вопросы, но я очень не люблю чего-то не понимать и при этом не иметь возможности избавиться от этого. Вот когда я выясню, что конкретно она собой представляет и как попала ко мне в череп, тогда, может, и смогу полагаться на нее.

- … сверхчеловеческой угрозы. Они отказались подчиняться законам страны, которую называют своим домом. Эта мелочная вендетта – всего лишь насмешка над всеми теми, кого они клялись защищать…

Норман Осборн Этот человек, похоже, умеет играть на чувствах толпы, как на скрипке. А еще, мне показалось, что он на кого-то здорово взъелся. Так это и есть Осборн? Правда, я и сам, наверное, веду себя не вполне адекватно, так что в этом деле из меня плохой судья.

До конца коридора было очень, очень далеко. Кожа покрылась липким потом, одежда противно липла к телу, как будто меня кто-то столкнул в бассейн. Комната в конце коридора была рабочим кабинетом моего отца или чем-то вроде того, выдержанные в спокойных тонах с роскошной отделкой из красного дерева, повсюду там стояли шкафы для бумаг и картотек. Сквозь прозрачные занавеси проникал золотистый солнечный свет. На стремянке стоял маленький телевизор, кто-то явно прибавил изображению контрастности и яркости. С экрана смотрел человек с самой странной прической, которую я когда-либо видел, очевидно, он давал пресс-конференцию. Я не заметил у него в руках никаких записей, но говорил он легко, свободно. Его показывали вблизи – только голову и плечи. На нем была броня Железного Патриота. Что-то в его позе показалось мне странным. Через пару секунд я понял, что именно.

Я мог бы побиться об заклад, что он носит что-то вроде брони. Это одна из тех вещей, которые я забыл? Костюмы для официальных встреч теперь делают из металла? Да нет, не похоже.

- … похищение Энтони Старка, более известного как Железный человек, из-под стражи МОЛОТа не оставляет нам выбора. Теперь нам предельно ясно, что противники регистрации собирают силы, намереваясь выступить против закона, который они отвергают. Они выступают против всего, на чем стоят Соединенные Штаты – против демократии, свободы слова, права свободно ходить по улицам, не опасаясь попасть под перекрестный огонь чужой войны.

- И поэтому МОЛОТ немедленно аннулирует гражданство США для всех незарегистрированных сверхлюдей, которые находятся на американской земле, и объявляет их врагами. – Камера поймала взгляд Осборна, и у меня по коже побежали мурашки. Ладно, он все-таки псих. Как можно смотреть ему в глаза и не видеть этого? Если в его голове удастся отыскать хотя бы одну здравую мысль, я сотру свой мозг заново буду крайне удивлен. – Это распространяется и на всех тех людей, которые сознательно окажут им помощь или предоставят убежище. Мы официально в состоянии войны.

Экран погас.

- Чего Осборн хочет этим добиться? – громко спросил кто-то у дальней стены. Я был почти уверен, что это тот парень с костюмом как у Стива, но сейчас он оделся во все черное, так что сложно было сказать наверняка. – Мы и так вне закона. Что изменится с отменой гражданства?

- Лицензия на убийство. – Женщина, которая увела от меня Пеппер, удобно привалилась к стене, скрестив руки на груди. Как и Джеймс, она была в черном с головы до ног, но выглядела все же менее брутально. Вопреки расслабленной позе, ее лицо было мрачным, словно грозовое небо. – Это значит, что они будут стрелять на поражение, Джеймс, и никто не станет выяснять, действительно ли мы представляем угрозу, просто нажмут на курок.

- Ты знала об этом, не так ли, Хилл? – в голосе Джеймса звучала злая ирония.

- Слушай сюда, ты, ничтожество. – Пеппер, стоявшая рядом с ней, вздохнула с раздражением и взяла ее за запястье, но Хилл, очевидно, не собиралась никого слушать. – Я делала то, что должна была делать, и если твое драгоценное…

- Хватит. – Стив встал между спорщиками, словно рефери на ринге, ну, или воспитатель в детском саду. Синяя кожа его костюма поскрипывала при каждом движении. Он его когда-нибудь снимает вообще? Хотя бы когда спит? – Попридержите свой пыл для Осборна. Нам понадобится много сил, чтобы справиться с ним.

- Не надо. – Слова слетели с моих губ, прежде чем я успел подумать, и все обернулись ко мне. Может, у меня такая привычка, всюду влезать без очереди? – Не надо с ним драться. Он именно этого и добивается.

- Откуда ты знаешь? – По крайней мере, подполковник не стал отмахиваться от меня. Я был бы не против, если бы он все время носил мундир. Ему чертовски идет униформа. Однако в джинсах и рубашке с открытым воротом он тоже неплохо смотрелся. – Тебе известно что-то такое, чего не знаем мы?

Нет, то есть да, но это сложно объяснить.

- Он вас провоцирует, - сказал я. Колени противно дрожали, но мне было плевать, я держался за дверь. Черт, я совсем выдохся. Надо продолжать. Если я позволю себе расслабиться, то просто упаду. – От того, что он объявил вас солдатами вражеской армии, не будет никакой пользы ровно до тех пор, пока вы действительно ими не станете.

- Тони. – У меня едва не подкосились ноги, таким теплым и успокаивающим был голос Стива. Я подумал, что мог бы заснуть под его голос. Проклятье, у меня уже глаза слипались. – Тони, - повторил Стив, - ты уже как-то применял свой метод футуризма, но ничего не получилось. Это не сработает.

Что, правда?

- Что еще за метод футуризма?

- Проекция будущего события, созданная при помощи вероятностей и логики, на основе заданных параметров и известных моделей поведения, - пояснила Пеппер. Она сжала губы, когда Стив бросил на нее недоверчивый взгляд. – Тони объяснял мне ее несколько раз. Во всяком случае, он оказался прав во всем, что касалось Красного черепа, и никто не смог бы предсказать это, имея на руках лишь ту информацию, которой мы тогда располагали.

Даже я не могу строить теории при полном отсутствие данных.

- Дело не в этом. Это просто… - Это просто информация и логика, и еще тысяча других вещей, которые я не мог выразить словами. Слова имеют смысл, смысл показывает намерения. Намерения, в свою очередь, создают широкую картину возможностей, из которой можно сформировать наиболее вероятную интерпретацию. – Это просто здравый смысл.

В углу, почти скрытом стойкой картотеки, кто-то пошевелился. Здоровяк с длинными светлыми волосами и огромным – больше моей головы – молотом в руках громко и недовольно заворчал. Как, черт побери, я мог его не заметить? Он же размером с целый дом!

- Как ни противно мне прислушиваться к словам предателя, - проговорил он, - они того заслуживают. Зеленый гоблин не стал бы так открыто бросать нам вызов, если бы не ждал, что мы его примем.

- Надо что-то делать! – воскликнул Джеймс. Он хлопнул ладонью по большому круглому щиту Стива, и тот зазвенел, словно колокол. – Если будем сидеть сложа руки, Осборн победит и обратит Землю в ад.

- А если мы дадим себя убить, то все равно все закончится именно этим! – огрызнулась Хилл. – Слишком рискованно бросаться в омут только потому, что у тебя обострилась паранойя, дружок.

Спор разгорелся с новой силой. Если они всегда так ведут себя в сложных ситуациях, то не удивительно, что «Акт о регистрации» проскочил мимо них, как шарик, из которого выпустили воздух.

- У меня есть план.

И у меня на самом деле был план. Слегка безумная идея, вцепившаяся в мой мозг, будто хищная птица когтями, но я чувствовал, что это может сработать. Надо было только немного собраться с мыслями, и я смог бы все объяснить, даже если сам не до конца понимал. В этом был смысл – жутковатый, правда, но был. Судя по всему, прежний я был весьма предусмотрительным, и оставил мне информацию об АРС.

Футуризм, ага. Чушь собачья.

Все продолжали орать друг на друга, а Стив пытался их утихомирить, только Пеппер обратила внимание на мои слова.

- Откуда у тебя взялся план? – устало спросила она. – Ты только что обо всем этом узнал.

- Отсюда. – Я приложил палец ко лбу, выпустив дверь, и меня тут же повело. – Думаю, я что-то придумал еще до всей этой… до того, как лишился памяти. Я разработал план для такой ситуации.

А вот это привлекло внимание Стива, и он повернулся ко мне, перестав выговаривать Джеймсу и Хилл. Он стоял напротив окна, и в лучах света казался усталым атлантом, слишком долго державшим мир на плечах.

- Нет.

- Стив…

- Нет! – резко оборвал он, заставив вздрогнуть не только Пеппер, но даже Джеймса, мне же с трудом удалось не выпустить из рук спасительную дверь. – Это больше не твоя битва. Ты вышел из игры, когда стер себе память.

- Нет, это не так! – Все уставились на нас, словно на парочку обезьян в зоопарке. Вот так же дети смотрят на родителей, когда те ссорятся. – Я все еще здесь. Если бы я на самом деле хотел уйти, то просто пустил бы себе пулю в лоб.

Стив побледнел. Что я такого сказал?

- Тебе нужно отдохнуть, - сухо сказал он. Все в нем, начиная от интонации и кончая языком тела, кричало, что он уверен в том, что поступает хорошо, правильно. Но он прогнал меня прежде, чем у меня появился шанс хотя бы узнать, что это за игра, из которой я, по его мнению, вышел. Мне казалось, раз я не стал удалять эту часть информации, значит, она достаточно важна. Это значило, что я должен им помочь.

Внезапное и невыносимо мучительное чувство вины стиснуло горло, словно чудовище из какого-то дурацкого фильма ужасов.

ОШИБКА. Стабильность системы под угрозой. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,037 минут.
Ре-инициализация процессора.


- Я могу помочь, - не сдавался я. – Просто позвольте мне.

- Пеппер, Мария, отведите его в комнату. – Стив отвернулся, и как бы ни был хорош его вид сзади, это не отменяло того факта, что он меня просто выгнал. – А потом возвращайтесь. Мне понадобится ваша помощь в разработке стратегии. Вы обе ориентируетесь в ситуации лучше, чем я.

Девчонки вцепились в меня с двух сторон и потащили обратно в комнату. В буквальном смысле потащили. Я упирался как мог и протестовал на протяжении всего пути, так что к концу у меня все болело, а на пятках, кажется, остались ожоги от соприкосновения с ковролином. Разумеется, они все это проигнорировали.

Добравшись до комнаты, они сообща свалил меня на кровать. Пеппер была растрепанная и запыхавшаяся, а ее повлажневшая от испарины блузка местами стала увлекательно прозрачной. В разрезе было хорошо видно повязку у нее на груди; оттуда, где бинты сдвинулись, исходило слабое голубоватое свечение. Пеппер не успокоилась, пока не поправила мне одеяло. А потом смерила меня строгим взглядом.

- В этот раз оставайся на месте, Тони.

Хилл – нет, Мария, так ее называл Стив – кинула ноут мне на колени. К несчастью, она не так запыхалась, как Пеппер, так что мне не удалось полюбоваться тем, как вздымается ее грудь… Думаю, она вообще не из тех женщин, у которых может вздыматься грудь.

- Сделай себе одолжение и выясни сам, почему это больше не твое дело, - предложила она. – Может, извлечешь из этого урок, или даже два.

- Мария, - зашипела Пеппер, оправдывая свое прозвище. – Он ничего не помнит. Оставь его в покое.

- Если у тебя такое трепетное сердце, Поттс, это еще не значит, что и у меня оно такое же. – Презрительно фыркнув напоследок, Хилл повернулась и вышла.

Пеппер пробормотала что-то себе под нос – эй, разве настоящие леди употребляют такие слова? – и включила компьютер. До того, как тот успел развернуться, она унеслась вслед за Хилл, закрыв за собой дверь.

Я посмотрел на ноутбук, на экране высветился ярко-синий логотип. Будь у меня хоть немного сил, я пошел бы за ними, но, стоило мне приподняться хотя бы на несколько сантиметров, и комната тут же начинала вращаться с бешеной скоростью. Я откинулся на подушки и закрыл глаза, пережидая приступ головокружения.

Ладно, хорошо, идти туда было плохой идеей. У меня сегодня просто день плохих идей. И, судя по реакции окружающих, это для меня вполне типично.

Что-то коротко звякнуло. Открыв глаза, я увидел, что ноутбук уже загрузился. На рабочем столе завис курсор с надписью «Старк», все было выполнено в сходной, приятной для глаз цветовой гамме. Хоть в чем-то имелась логика. Значки, папки, иконки – все сделано по стандарту компании, и даже с улучшениями все это я помнил на уровне инстинктов.

Что ж, оставалось последовать хорошему совету и все выяснить. Попытка не пытка.



Несколько дней, согласно компьютеру в голове, ко мне никто не приходил. Поначалу Дон приносил мне еду и проверял жизненные показатели, так что я не ощущал себя совершенно одиноким. Через пару дней меня отключили от всех аппаратов, и агония в груди сменилась тупой ноющей болью. Тогда подносы с тарелками начали появляться прямо у дверей вместе со сменной одеждой. Ванная была рядом, так что я ни в чем не испытывал нужды.

Я снова остался один. Я действительно ненавижу одиночество.

Единственное преимущество было в том, что у меня оставалась масса времени на то, чтобы читать. И я читал, черт возьми. Я изучил «Акт о регистрации», который оказался точно таким, как сохранился у меня в голове. Я читал новости, пресс-релизы, редакционные статьи, комментарии – все до мельчайших подробностей. Где-то на периферии зрения все время мигало Запись, так что я знал наверняка, что запомню все это более чем хорошо.

И все таки, мне по-прежнему было довольно жутко.

Это были не только статьи, а еще интервью и пресс-конференции. Видеть себя со стороны было странно, и немного попахивало вуайеризмом. А еще было больно. Я действительно настолько самоуверен? Этой внутренней силой были пропитаны даже последние записи, сделанные за несколько дней до того, как газеты запестрили заголовками: «Тони Старк пропал» и «Глава движения за Регистрацию – беглец?».

Кажется, прежний я был чем-то похож на сороку, только вместо блестящих побрякушек собирал каждую крупицу информации и сберегал в надежном месте. Я не знал, насколько важными он считал эти сведения, если хранил их вот так. Там не хватало многих деталей, кусочков, вырезанных из видеозаписей. Это было похоже на какой-то мемориал или памятник, только отретушированный.

И я знал, где искать утерянные кусочки.

В самом дальнем углу разветвленной файловой системы, так глубоко, что можно легко пропустить, была папка под названием «КЭП». Попытавшись открыть ее, я выпал из реальности на несколько часов, но получил только головную боль. Каждый раз, когда я снова пытался ее открыть и получить доступ к файлу, у меня перед глазами появлялось сообщение об ошибке в системе, я терял сознание и приходил в себя много позже, не имея представления о том, что видел. Очевидно, этот файл был заблокирован программой extr_rewrite.exe. Наверное, та самая противоречивая информация, о которой упоминалось в описании системы.

Целый день я теребил этот файл, как больной зуб, пытаясь заставить его работать. Возможно, мне необходимо знать то, что в нем содержится, и я не мог позволить себе остановиться. Если быть честным, я так старался в основном из-за того, что мне со всей очевидностью не стоило этого делать. Но с каких это пор я честен с самим собой?

Рано или поздно я узнаю, что в этом файле. Я Тони Старк, и я не могу слишком долго держаться в стороне.



На восьмой день моей вынужденной изоляции около полудня меня навестил подполковник, я в это время лежал, свернувшись клубком, на кровати, собираясь с духом перед очередной попыткой открыть папку «КЭП». Он все так же прекрасно выглядел, как я помнил с прошлой встречи, но в этот раз был одет в костюм из черного спандекса, не оставлявший никакого простора воображению. В сгибе локтя он нес что-то похожее на шлем, который пропустили через уплотнитель для мусора очевидно пришел в состояние негодности.

- Здорово, приятель. – Он перебросил мне свою помятую железяку. – У меня для тебя работенка, если не возражаешь, конечно.

Мои рефлексы полностью восстановились, так что я легко поймал шлем до того, как он успел врезаться мне в голову и вызвать еще больше проблем с памятью. Вблизи стало понятно, что дело еще хуже, чем я думал. Множество пластин, из которых состоял шлем, были согнуты и искорежены, кое-где торчали порванные провода и сломанные плата, тут и там на блестящей металлической поверхности чернели подпалины. Пустые глазные прорези смотрели на меня, словно умоляя наполнить их жизнью.

- Извини, я не занимаюсь переработкой металлолома.

Удивительно, но подполковник рассмеялся, а затем плюхнулся на кровать, подогнув под себя одну ногу.

- Вот это тот Тони, к которому я привык.

- Ты ко мне привык? – Его поза открывала мне прекрасный вид на все достоинства фигуры, сильные мускулистые бедра и широкую грудь. М-м-м, ням-ням. – Мы что, встречались?

Он отпрянул с удивленным смешком.

- Нет, ничего такого. Не то чтобы ты не пытался, но я не по этой части. – Он пожал плечами, будто извиняясь. – Мы были просто друзьями.

А у меня чертовски хороший вкус в выборе друзей, будь я проклят.

- Ладно, подполковник. – Я аккуратно отложил шлем, развернув его так, чтобы он не смотрел на меня. – Если мы друзья, то давай начнем с имен. Как тебя зовут?

- Джеймс Роудс, - машинально ответил он. – Но ты звал меня Роуди.

«Роуди». Хорошо звучит. Так же как «Стив». Стив, который вовсе не говорил, что не интересуется мужчинами. Надо запомнить.

- Отлично. Так чем я могу помочь тебе, Роуди? Ты сказал, есть работенка?

Он указал кивком головы на останки шлема.

- Моя броня повреждена в последней битве. Мне нужно, чтобы ты ее починил.

Он что, пошутил? Не похоже. Всю последнюю неделю я изучал свое прошлое, и вроде было очевидно, что я именно такими вещами и занимался всю жизнь, но сейчас… он просто не мог говорить серьезно.

- Ты не забыл, что я не совсем тот, кем был раньше? Обмотай эту штуку скотчем, и все будет в порядке.

Стоп. Перемотать запись.

Воспроизведение: Моя броня повреждена в последней битве.

В последней битве? Итак, они ввязались в войну, сыграв на руку полоумному Осборну. Почему никто ничего не сказал мне?

Глупый вопрос. Стив сказал, это их дело. Они не хотят, чтобы я участвовал, думают, что я трусливо вышел из игры. Даже если я действительно так поступил, это не значит, что я должен и дальше оставаться в стороне. По крайней мере, это объясняло, почему никто из них ко мне не приходил – никто не хотел сообщать мне новости. Или они просто меня не выносят. Скорее всего, так и есть.

- … в подвале. В любом случае, если ты не сможешь этого сделать, то мы ничего не теряем.

Что я пропустил?

- Извини, я тебя не слушал. Что?

Роуди закатил глаза, но терпеливое выражение на его лице говорило о том, что ему не привыкать. Полезная информация.

- Я сказал, что броню построил именно ты, и ты можешь ее починить. В подвале есть все, что нужно. В самом худшем случае тебе снова придется пройти тесты на иммунитет, а я выбываю из борьбы.

Ну, если смотреть с такого ракурса…

- Это наверняка лучше, чем киснуть здесь в одиночку. – Ноутбук сложился, снова став компактным. На всякий случай я захватил его с собой, вместе с помятым шлемом. – Показывай дорогу, добрый человек.

И он показал. Поразительная картина. В доме было очень даже неплохо. Стены, обшитые деревянными панелями, мягкие ковры, дорогая обстановка. Даже картины в подходящих по стилю рамах, судя по всему, были подлинниками. Такое внимание к деталям наверняка обошлось недешево.

Мы спустились по лестнице на три этажа, а затем еще ниже, в подвал. В отличие от всех остальных дверей, эта была заперта на пять замков с кодами. Роуди глянул на меня мельком и быстро набрал код на тачпаде.

Запись.

Может, эта компьютерная штука мне и пригодится.

Подвал оказался мечтой писателя, специализирующегося на научной фантастике. Длинные ряды люминисцентных ламп освещали помещение, достаточно большое, чтобы запарковать в нем шесть большегрузных тягачей, и еще осталось бы немного места. Пространство заполняли ящики, коробки, пакеты и полусобранные агрегаты – и все это было похоже на гигантскую игровую комнату, в которую давно не наведывалась горничная. Там было все, включая сборочный конвеер, стрельбище – для тестирования баллистики? – и демонтажную раму. Один угол был полностью забит компьютерной аппаратурой и мониторами. Пол в этой части помещения был сделан из гладкого стекловидного материала, в котором отражались огни потолочных ламп.

Это просто рай.

- Все это, должно быть, стоит целого состояния.

- Вполне может быть. Ты никогда не мелочился, если речь шла о твоих игрушках.

- Моих игрушках? - Так это я сделал? Думаю, я не преувеличивал, когда называл себя гением. Все вокруг было настолько высокотехнологичным, будто попало сюда из будущего. У меня уже руки чесались от желания покопаться во всем этом. Я сделал шаг вперед.

Обнаружено беспроводное соединение. Идет установка.
Порт 40183-браво открыт. Подключение.
Скорость 500MBpns. Система защиты оперативная. Загрузка Stark Enterprise OS Steel IX.
Обнаружена новая конфигурация жесткого диска. Автоматическое резервное копирование.
……………………………………………………………………………………………………….
Автоматическое резервное копирование завершено. Идет загрузка резервного диска на защищенный сервер. Пожалуйста, подождите.
Загрузка завершена. Добро пожаловать, мистер Старк.


Внезапно земля ушла у меня из-под ног, грудную клетку прошило фантомной болью, и я покачнулся. Роуди схватил меня за плечи, удержав в вертикальном положении. С каждым вздохом мою голову заполнял поток информации, который тут же обрабатывался и записывался. Сердцебиение, температура, мои жизненные показатели, показатели Роуди, обновления, сохраненные данные, входящие сигналы, сообщения системы GPS о положении десятков вещей по всему миру. Информация обрушивалась со всех сторон, блокируя мои чувства, подтверждая новые соединения и предлагая все новые и новые россыпи данных.

В отчаянии, я ухватился за что смог, пока меня не смыло этим бешеным потоком.

Применить фильтр: OK_Lab_Sensors
Применить фильтр: OK_Lab_ Network
Применить фильтр ограничения: OK_Lab_Mainframe vol 1-3; минимизировать данные о жизненных показателях.


Интенсивность потока снизилась до минимума, и я наконец смог вдохнуть без того, чтобы знать точное количество углекислого газа в воздухе.

Роуди погладил меня по щеке, он хмурился и смотрел на меня с беспокойством.

- Тебе никто не говорил, что твои глаза выглядят очень странно, когда ты так делаешь?

- Возможно. Хотя я, вообще-то, не помню, чтобы когда-то так делал. – Я обессилено привалился к его груди. Хорошие мышцы. Твердые. Мне какую-то секунду даже не хотелось отстраняться, но, в любом случае, Роуди был не из тех, с кем у меня что-то могло быть, даже если бы ему нравились мужчины. И все же отодвигаться было больно, в буквальном смысле. От движения опять заныло в груди.

Роуди великодушно позволил мне сохранить остатки достоинства и позволил стоять самому, без его помощи. Проклятье.

- Пока мы не ушли от темы, что с тобой вообще было?

- Думаю, мой мозг как-то связан с лабораторией. – Поморгав, чтобы в глазах прояснилось, я прошел к компьютеру, и соединение стало еще чище. И все же с щекочущим ощущением в затылке я подумал, что вполне обошелся бы без подобного вмешательства. Компьютер, должно быть, с радостью помог бы мне. - Видимо, я забыл что-то отключить. На меня просто свалилось слишком много информации разом.

- Экстремис, по идее, должен быть недоступен. – Роуди последовал за мной сквозь окружающий бардак и зашипел, споткнувшись обо что-то. – Так сказал твой голографический двойник.

- Я ведь жив, не так ли? – Пол в углу с компьютерами загорелся, высветив точно такую же стрелочку с надписью «Старк», как на ноутбуке. Так это монитор? Он был таким огромным, что на нем можно было с комфортом разлечься. – Может, это ограниченное соединение. Судя по всему, система перенастроена.

- Как скажешь. Это ты у нас гений, а я простой летчик.

По краю гигантский монитор был окружен тонкой полоской войлока. Подумав, что она там не просто так, я разулся и встал на экран босыми ногами. Роуди, не говоря ни слова, сделал то же самое. Он бывал здесь раньше?

- Я больше не гений. Просто обычный человек.

- Конечно. Можешь называть себя хоть феей Динь-Динь, только почини мою броню.

Когда мы ступили на экран, он засветился под нашим весом, и по нему прошла белая рябь. В одном углу располагалась стандартная рабочая панель с нормальным монитором, рядом с которым лежал планшет размером с книгу.

Зачем этот мега-монитор, когда есть рабочая система?

Взяв в руки планшет, я частично получил ответ на этот вопрос. Он разложился перевернутой буквой «Т». Верхняя часть идеально повторяла напольный экран, а рукава служили клавиатурой. Четыре белые точки соответствовали расположению наших с Роуди ног. Думаю, аппаратура нормальных размеров меня просто не удовлетворяла.

- Похоже, мне нравилось все большое. – Экран оказался сенсорным, все файлы на нем были расположены логично и удобно. Ну ладно, это вранье, на самом деле расстановка была довольно беспорядочной, и я понятия не имел о значении хотя бы одной из множества буквенно-цифровых меток. Беглый осмотр показал, что там была уйма всего – от открыток с кошками до книг в формате PDF. Они разворачивались под нами, заполняя пол бесполезной чушью. – А еще я любил головоломки.

Роуди фыркнул.

- Не стану спорить ни с тем, ни с другим. Так что, ты можешь заставить эту малютку работать?

- Не знаю. – Я все глубже и глубже закапывался в сетку файлов, едва удостаивая папки взглядом, а затем двигался дальше. – Я даже не могу до конца определить, что это за штука – привет, дорогуша, не подскажешь, что ты такое? – В самом конце файлового древа, заключенный в более чем пятидесяти папках, обнаружился файл под именем «Дорогой Тони v3.0 Ха» – единственный, чье название имело хоть какой-то смысл.

Две белых точки на экране пододвинулись к папке. Когда я обернулся к Роуди, он стоял над ней и смотрел вниз, будто на чью-то могилу.

- Это что-то важное, - сказал он подозрительно глухим голосом. – Версия 3.0, вот как он об этом думал.

- «Он», а не «ты». – Как удручающе. Несмотря на то, что это правда. – Новая модель, которая не повторит ошибок старой? – Роуди не стал прожигать меня сердитым взглядом, но у меня сложилось впечатление, что ему этого очень хотелось. – Вот, что это такое. То есть, чем это должно было быть. Знаешь, новые модели не всегда лучше старых. Иногда они всего лишь новее.

Я ткнул папку кончиком пальца.

Файл открылся, все в нем было упорядочено и аккуратно помечено в противоположность остальной части файлов. «Основная броня», «Экстремис», «Специальная броня», «Военная машина», «Щ.И.Т.», «Скруллы» и так же, как на ноутбуке – «КЭП». Не будучи полным идиотом, я проигнорировал последнюю и открыл папку с основной броней. На экране высветилось еще несколько папок – и мы снова вернулись к беспорядочной маркировке. Я наугад выбрал одну из них и ткнул дважды, чтобы открыть.

На мониторе стали разворачиваться чертежи и спецификация бронированного костюма, наслаиваясь друг на друга до полной визуализации, в конце появилась 3D-проекция. На полях документов были нацарапаны крошечные рукописные примечания и уравнения без всяких указаний и ссылок.

На мой взгляд, в спецификации очевидно отсутствует несколько ключевых деталей: вся система электропроводки, диаграммы, сведения об операционной системе. Эти файлы не предназначались как руководство, всего лишь как личное напоминание или отвлекающий маневр для тех, кому удалось бы проникнуть так глубоко в систему. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что некоторые документы попросту были испорчены. Кто-то, вероятно, тоже заметил бы неправильность, но это могло бы заставить их отказаться от своих действий, сочтя их безнадежными. Если это придумал я, а так оно и было, то в чертежах должны быть ошибки, тонко продуманные, которые вели к гораздо более тяжелым последствиям, чем, к примеру, использование простой стали при изготовлении полетного блока корпуса.

Под нашими ногами раскинулась вся та же документация, только гораздо большего размера – проекция была даже больше, чем реальная броня. Заметки можно было читать с расстояния, но они не были гротескно огромными. Вероятно, здесь найдется даже стилус, чтобы писать. Позже поищу.

Роуди сделал шаг назад и присел на корточки, разглядывая модель шлема величиной едва ли не вполовину человеческого роста. Он оперся ладонью об экран для равновесия, и шлем увеличился и разложился на составляющие, растянувшись по всей длине монитора. Когда Роуди поднял голову, на его губах играла усмешка, и хотя слезы все еще блестели в уголках глаз, заговорить о них, наверное, значило проявить отсутствие чувства такта.

- Ох, старик, ну и затейливые же у тебя игрушки.

Глазное отверстие лицевой панели шлема было прямо под моей ногой. В развернутом виде стало заметно еще больше примечаний, написанных по краям металла: информация о сплавах и температурах, результаты тестов на прочность и гибкость.

- Похоже, что так.



У меня ушло около часа на то, чтобы понять: последняя броня, Военная машина, была гораздо проще Железного человека, и так было даже лучше для нее. Каждая схема Железного человека была рассчитана на постоянную модернизацию. Он был создан, чтобы меняться, совершенствоваться, чтобы его в любой момент можно было разобрать на части и снова собрать. Электроника была настолько прихотлива, что ей требовалось постоянное внимание, чтобы держать на должном уровне. Даже содержать чертову штуку в чистоте проще было в разобранном виде. А если она уже разобрана, то какой смысл собирать ее, не усовершенствовав предварительно все, что только можно.

В отличие от нее, Военная машина была сделана для того, чтобы выдержать все возможные удары и доставить Роуди домой в лучшем виде, а затем ее можно было протереть ветошью и убрать в сторонку до следующего раза. Это была прочная, выносливая и замечательная во всех смыслах инженерная конструкция. Железный человек определенно не пережил бы того, что превратило ее в металлолом.

Роуди протянул мне перчатку, сделанную из металла, похожего на бронзу, но быстрый анализ лабораторных сканнеров показал, что это был более сложный сплав. Хорошо. Бронза слишком хрупка.

- Ты можешь ее починить? – спросил он, помахав перчаткой. Диапазон движения в области запястья составлял всего одну десятую от положенного, и, должно быть, все остальные части находились в таком же плачевном состоянии. – Не стану лгать тебе, старик, Осборн провернул просто адский трюк. Мне повезло, что я смог выбраться без посторонней помощи.

- Тебе повезло, что ты вообще смог выбраться. – Я повертел в руках кусок металла, пытаясь понять, что бы это могло быть, затем, пожав плечами, бросил его в кучу неопознанного хлама. Рассортировать основные детали было легко, и я сделал это, не прерывая разговора. Прикасаться к прохладной, слегка шероховатой поверхности было приятно, как будто я вернулся домой. – В файле говорится, что эта штука была разработана с таким учетом, чтобы выдержать ядерный взрыв. Что там случилось?

- Ядерный взрыв.

Он, должно быть, пошутил. Осборн не мог. Не существовало в мире людей, настолько ненормальных, чтобы бросаться ядерными бомбами. Пожалуйста, пусть это будет шутка. Подняв глаза, я встретил взгляд Роуди.

Боже, он не шутил.

У меня перехватило дыхание.

- Что произошло? – Датчики направляли мои руки, так что я мог уделять работе только половину своего внимания. - Сколько людей погибло?

- Нисколько, слава Богу. – Он выглядел усталым, как, наверное, выглядел бы любой на его месте. Его взгляд был отсутствующим, будто он смотрел на что-то, чего я не мог увидеть. – Три дня назад мы напали на след одного из давних приспешников Осборна. Перебежчика, которого тот бросил на старом авианосце посреди Атлантического океана. Мы подумали, что его можно спасти, убедить его выступить в открытую против Гоблина.

- Это была ловушка?

- Да, ловушка, - подтвердил он. – Все было подстроено, чтобы выманить нас. Тор сделал… думаю, это было что-то божественное. Когда бомба взорвалась, это защитило всех, кто находился на корабле. Я был в воздухе. Мне не хватило времени, чтобы спуститься… чертовски сильно шарахнуло, я даже подумал, что придется добираться домой вплавь.

Кажется, я держал в руках грудную пластину. Она и выглядела, как грудная пластина, если только на них бывают складки.

- Ты ходил к врачу? Учитывая, как сильно повреждена эта штука, я удивлен, что ты не истекаешь кровью.

- Тор дал мне добро на перелет, - сделав это непонятное заявление, Роуди присел на стул. - Ну так что? Сможешь починить?

- Думаю, мне придется создать ее заново. – Подняв грудную пластину, я показал ему места, не подлежавшие ремонту. – Если оставить старые части, то я не могу гарантировать, что броня будет надежной. – Она, вероятно, развалится, как карточный домик под порывом ветра, но это не стоит упоминать. Роуди только что пережил то, что способно сровнять с землей целые города, хорошие новости ему определенно не повредят. – Лучше изготовить все новое.

- В тебе осталось достаточно Тони Старка, чтобы это сделать?

Я понятия не имел. Осталось ли? Хотел ли я снова стать этим человеком? Тем, кто все испортил своими излишне упорными стараниями?

- Есть только один способ это выяснить.

Удалив остатки пластины с корпуса, я взялся за тачпад и стилус, который обнаружился в пустой кофейной чашке вместе с насованными туда карандашами и ручками.

- Мне нужен один день, чтобы разобраться в спецификации. Ты видел файлы – они в полном беспорядке. И я не знаю, как работает производство, поэтому точно сказать ничего не могу. – Перед глазами проносились данные, информирующие меня о возможностях лаборатории, но пока еще говорить было рано. Многое придется делать вручную. Подключение автоматизированных систем могло бы помочь. Программирование – это задача человека. Вот, наверное, почему это мое слабое место. – Есть идеи о том, какие изменения следует снести в последнюю модель?

Роуди широко улыбнулся, как ребенок в рождественское утро, получивший подарок.

- Ей бы не повредило дополнительно оружие.

Учитывая, какой огневой мощью уже обладал этот костюм, в это трудно было поверить, но я все равно взял его слова на заметку. Поразмыслив, я решил также поработать над усилением двигателей и перепроверить систему защиты от радиации. Это может существенно облегчить положение в будущем, если случится еще один ядерный взрыв.

Работа над броней, по крайней мере, позволяла мне не чувствовать себя так, будто я пытаюсь отыскать наперсток в темной комнате и с завязанными глазами. Я легко поворачивал детали в руках, данные с мейнфрэйма текли так гладко, что было трудно определить, где они кончались и начинались мои собственные мысли. Но большая часть исходила от меня самого, и это знание, прочно укоренившееся и неотторжимое, было приятным. Держа в руках инструменты – мои инструменты, в моей лаборатории, в доме, который был моим или принадлежал кому-то, кто действительно хорошо ко мне относился, – я наконец мог обрести твердую почву под ногами.

Теперь все, что мне нужно, это подходящий рычаг.

- Что еще происходит, Роуди? – Я подошел к тому месту, где на экране в порнографических подробностях раскрывались последние схемы Машины войны. От этого зрелища у меня прямо-таки зудели пальцы, но я заставил себя не отвлекаться от основной задачи. Броня требовалась Роуди как можно скорее. У меня просто не было времени делать все с нуля, как бы мне этого ни хотелось. – Ты первый, кто навестил меня после Стива. Расскажи мне новости.

- Их не так уж много, - признался он, усевшись верхом на вращающийся стул, стоявший у края напольного монитора. – Бесконечные разговоры и никаких идей. Осборн взял нас в тиски, и он это знает.

- Это война образов. – Медная обшивка, каким местом я думал, используя медь в покрытии лицевой пластины? Стоит один раз окунуться в озеро, и она позеленеет, да и грубого обращения совсем не выдерживает. Должно быть, это какая-то уловка. Так что же я на самом деле использовал? В этом бардаке случайно не найдется спектрометр? – И мы в ней – плохие парни. До тех пор, пока общественность с этим согласна, мы ничего не сможем сделать.

Роуди со скрипом раскачивался на стуле вперед-назад.

- Для парня, который ничего не помнит, ты как-то слишком уверен с том, что говоришь.

- Я успел многое прочитать. – Получится ли перенаправить эти провода в плечо? Немного настроить – и можно увеличить мобильность на 20%. – Мне целую неделю нечем было заняться. Здесь кое-чего не хватает – файлы, которые я не могу открыть, бреши в спецификации, которых посторонний человек ни за что бы не заметил, – но, по крайней мере, суть мне ясна. И суть в том, что мы в заднице.

- Потрясающий вывод.

- Я так и думал. Так что же там произошло, о чем никто не хочет мне рассказывать? – Я отсоединил резервную систему на плече, отправив ударно-спусковой механизм орудия в утиль. Он служил помехой общей эффективности устройства, и я могу его заменить при перепроектировании плечевой пластины. – Или они просто не удосуживаются прийти, чтобы рассказать. Я даже ни разу не видел, откуда берется еда.

- Доктор Стрэйндж поручил это одному из своих людей. Они осторожны. – Ровный, почти механический голос Роуди заставил меня поднять голову, но по его лицу ничего нельзя было прочесть. Ни малейшего намека на улыбку.

Возможно, я не хочу ничего знать об этом.

- Ладно. А как насчет всего остального?

- Кэп пришел к тому же выводу, что и ты. – Роуди сложил руки на спинке стула. Хотелось бы мне, чтобы он воздержался от подобных поз. Его плечи меня отвлекали. – Война слов, война образов. Мы пытаемся заставить Осборна дискредитировать себя, но это не так просто. Он…

МСТИТЕЛИ, ВАЖНОЕ СООБЩЕНИЕ. ПОДГОТОВКА К ПРИЕМУ СИГНАЛА.

Крошечный красный коммуникатор появился на ладони Роуди даже раньше, чем компьютер успел закончить трансляцию объявления. И все же я оказался быстрее. Прежде, чем он мог включить передатчик, мэйнфрэйм принял сигнал и воспроизвел через динамики.

- Военная машина, это команда Альфа. Отзовись, Военная машина. Давай же, Джим, если ты слышишь, ответь!

Голос Стива был громким и немного сердитым. Черт. Что там на этот раз случилось? Не может быть, что это из-за меня. Я просидел взаперти целую неделю.

- Слышу тебя четко и ясно, капитан. Что происходит?

- У нас тут ситуация. Тор и Стрэйндж эвакуируют раненых. Команда Бета идет через шесть часов после них, команда Альфа еще через шесть. Затем мы переходим на режим радиомолчания до дальнейших распоряжений.

- Раненых? – мой голос был таким громким, что эхом разлетелся под потолком. В своем воображении я видел гору трупов. Джеймса, который даже не хотел смотреть мне в глаза, но уж точно не мог быть старше тридцати. Пеппер, которая была так добра ко мне. Мария, которая доброй не была, но определенно не заслуживала смерти. – Откуда взялись раненые? Почему радиомолчание? Что случилось?

- Джим, - голос Стива стал тихим, но лучше бы он кричал. – Что он делает на линии? Он должен быть в безопасности в своей комнате.

«В безопасности в своей комнате». Как маленький мальчик, чьи мама и папа поругались.

- Вы не имеете права держать меня взаперти! Это и моя война тоже! – Может, она была моей больше, чем чьей-либо еще. Это моя вина, что все вышло из-под контроля. – Я не останусь в стороне.

- Джим!

Роуди поднял взгляд, как будто обращался к потолку.

- Ты сказал починить броню. Ну так познакомься с моим ремонтником.

После недолгого молчания в эфире раздалось тихое ругательство.

- Прекрасно. Делай все, что нужно, чтобы вернуться в строй. Но не позволяй этому зайти слишком далеко.

Пока я исходил злостью, Роуди пожал плечами, как будто Стив мог его увидеть.

- Ты же знаешь, как это обычно бывает.

- Да, знаю. – Я прямо-таки видел, как Стив с досадой покачал головой. – Мы поговорим, когда я вернусь на базу. Тони, не совершай опрометчивых поступков. Конец связи. – Он отключился прежде, чем я успел что-либо сказать, например, какое это свинство с его стороны держать меня под замком.

Планшет под моей ладонью загудел, и на нем замигало сообщение, что я уже пять минут держу палец на одном элементе. Собираюсь я работать с ним или нет?

Вздохнув с отвращением, я нажал «нет» и отодвинул схему в сторону, оставив ее на потом.

- Чувствую себя окруженным любовью.

- Не вини его. – Роуди снова навалился на спинку. – Он всегда такой. Вы двое совсем с цепи сорвались перед тем, случаем в здании суда

ОШИБКА. Стабильность системы под угрозой. Изменение конфигурации данных.
Перезагрузка через: 0,0034 минут.
Ре-инициализация процессора.


… он ушел в подполье, и сейчас вы даже не можете нормально поговорить обо всем. С твоей амнезией, я имею в виду. – Его пальцы, затянутые в черную перчатку, беспокойно барабанили по спинке стула. Теперь, когда лаборатория обеспечивала поддержку моим человеческим чувствам, я смог разглядеть тонкие серебристые проводки, которыми была пронизана ткань перчаток. Наверное, так движения тела передаются броне. На внутренней стороне костюма должны быть накладки, которые регистрируют мышечные импульсы через нервную систему. Золотая сетка была бы лучшим проводником. Интересно, смогу ли я уговорить Роуди заменить ее?

- Когда мы разговаривали, он вел себя нормально. Даже мило. – Да, определенно надо поставить золотую.

Окунуться с головой в работу было проще, чем лелеять обиду на Стива. Итак, у нас были разногласия. Жесткие. Это еще не значит, что я бесполезен. У меня есть все, что нужно, чтобы построить еще один костюм Железного человека. Я мог бы, по крайней мере, проводить спасательные операции. Если обычные люди без всяких суперспособностей могли быть полезными, то почему я – нет?

Я могу помочь, черт возьми, если только Стив снизойдет до того, чтобы позволить мне это.

Снаружи грянул раскат грома, такой оглушительный, что даже ручки в стакане задребезжали. Роуди встал.

- Ну да, Стив может быть очень милым, только не всегда им бывает. - Он ткнул ногой в мою заметку про внутренние накладки брони, по монитору прошла рябь. – Никакого золота, Тони.

- Но…

- Нет. – Это было сказано со смехом, который хоть как-то разрядил обстановку. – Послушай, я схожу посмотреть, не нужна ли моя помощь Блейку и Стрэйнджу. А ты просто оставайся здесь и занимайся делом, хорошо? – Он еще раз стукнул ногой по монитору, вызвав еще больше ряби. – И никакого золота. Серьезно. Я не хотел его раньше, не хочу и сейчас.

Мне было больно смотреть, как Роуди уходит, но от того, что у меня была работа, становилось легче. По крайней мере, это было в моих силах. Стив не хотел сражаться вместе со мной, но я хотя бы мог обеспечить Роуди всем необходимым для следующей битвы. Даже на случай нового ядерного взрыва. Такие как Осборн не останавливаются ни перед чем на пути к своей цели, и им плевать, что при этом могут пострадать миллионы людей.

«Не совершай опрометчивых поступков». С этого-то все и началось. Если бы я не морочил себе голову, обдумывая каждый свой шаг по нескольку сотен раз, то ни за что не совершил бы всего того, о чем писали газеты.

Опрометчивость, как же. Я никогда ничего не делаю, не просчитав и не продумав все заранее.
...на главную...


сентябрь 2018  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

август 2018  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

...календарь 2004-2018...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2018.09.18 19:46:23
Не забывай меня [2] (Гарри Поттер)


2018.09.16 05:45:00
Сыграй Цисси для меня [0] ()


2018.09.15 17:08:33
Рау [0] ()


2018.09.13 23:59:17
Отвергнутый рай [15] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.09.13 10:43:39
Хроники профессора Риддла [585] (Гарри Поттер)


2018.09.11 23:06:13
Потомки великих. Слепая Вера [12] (Гарри Поттер)


2018.09.10 23:07:00
Ящик Пандоры [2] (Гарри Поттер)


2018.09.10 12:56:28
Добрый и щедрый человек [2] (Гарри Поттер)


2018.09.09 14:23:00
Лёд [3] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.09.07 11:09:44
Охотники [1] (Песнь Льда и Огня, Сверхъестественное)


2018.09.04 20:51:57
Дамблдор [2] (Гарри Поттер)


2018.09.03 22:22:17
Прячься [1] (Гарри Поттер)


2018.09.01 15:22:06
69 оттенков красно-фиолетового [0] (Мстители)


2018.08.31 23:59:52
Моя странная школа [2] (Оригинальные произведения)


2018.08.30 15:14:36
Змееносцы [7] (Гарри Поттер)


2018.08.29 15:09:49
Исповедь темного волшебника [2] (Гарри Поттер, Сверхъестественное)


2018.08.24 12:35:06
Vale et me ama! [0] (Оригинальные произведения)


2018.08.21 16:32:11
Солнце над пропастью [103] (Гарри Поттер)


2018.08.17 17:52:57
Один из нас [3] (Гарри Поттер)


2018.08.14 12:42:57
Песни полночного ворона (сборник стихов) [2] (Оригинальные произведения)


2018.08.12 22:06:53
От Иларии до Вияма. Часть вторая [14] (Оригинальные произведения)


2018.08.09 11:34:05
Вынужденное обязательство [3] (Гарри Поттер)


2018.08.07 23:34:52
Вопрос времени [1] (Гарри Поттер)


2018.08.06 14:00:42
Темная Леди [17] (Гарри Поттер)


2018.08.06 08:40:07
И это все о них [3] (Мстители)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2018, by KAGERO ©.