Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Рон спрашивает у Гермионы:
- Хочешь чипсов?
Г: - Нет,они вредные.
Р: - Ты тоже вредная,но я же тебя хочу..


С.М.

Список фандомов

Гарри Поттер[18480]
Оригинальные произведения[1241]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[140]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12702 авторов
- 26942 фиков
- 8623 анекдотов
- 17686 перлов
- 677 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Загадки без ответов

Автор/-ы, переводчик/-и: Мириамель
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Размер:мини
Пейринг:Холмс/Ватсон
Жанр:General
Отказ:не претендую на чужие права.
Фандом:Шерлок Холмс
Аннотация:"- Тише, умоляю, не произносите имен! Теперь вы понимаете, почему я настаиваю на полной – подчеркиваю, полной, - конфиденциальности?
Холмс поджал и без того тонкие губы, нахмурился и опустил взгляд в пол, раздумывая. Если секунду назад я был уверен, что в самом скором времени буду избавлен от общества мистера Инкогнито, то сейчас моя уверенность начала таять".
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:слэш, UST
Статус:Закончен
Выложен:2010.06.21 (последнее обновление: 2010.06.21 22:58:03)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 4021 раз(-a)



Я никогда не претендовал на остроту ума или особенную наблюдательность – это всегда было прерогативой Холмса – и никогда не мог самостоятельно разгадать загадки, с которыми приходили в наш дом самые разные люди. Обычно мой друг бывал настолько любезен, что вводил меня в курс дела – если не в процессе расследования, то сразу по его завершении. Мне даже не раз удавалось вытянуть из него подробности какого-нибудь давнего случая, имевшего место до нашего знакомства. Только однажды он наотрез отказался давать какие либо комментарии по делу, несмотря на то что расследование велось в то время, когда я вновь жил на Бейкер-стрит и потому мог наблюдать за его ходом. Стоит отдать Холмсу должное, в тот раз он не пользовался моей помощью, что может в какой-то мере оправдать его скрытность.
Однако, в силу некоторых обстоятельств, о которых речь пойдет ниже, я все-таки узнал правду – не по причине особой внимательности или догадливости, и уж конечно не потому, что Холмс нарушил данное нашему клиенту слово. Нет, дело в простом совпадении, не случись которого, я и по сей день находился бы в полном неведении и, возможно, так и не избавился бы от некоторой обиды.
В силу понятных причин обнародовать этот случай невозможно, и поэтому я не публикую данный рассказ. Тем не менее, как добросовестный биограф, я чувствую себя обязанным оставить в память о том деле нечто большее, чем несколько беспорядочных и злых записей, оставленных в дневниках за 1894 год. Некоторые читатели могли бы обвинить меня в излишней дотошности (какой смысл тратить время на то, что не будет прочитано) – но тем больше причин не выносить эту рукопись на публику.

В то ничем не примечательное воскресное утро я спустился к завтраку первым. Зная о привычках моего друга и его склонности к весьма нерегулярному образу жизни, я не стал его дожидаться, а приступил к трапезе один. Однако не успел я пригубить кофе и развернуть «Таймс», как в гостиной появилась миссис Хадсон.
- Доктор! К мистеру Холмсу посетитель.
- Но Холмс еще не спускался!
- Я так и сказала джентльмену, который дожидается в прихожей, но он и слышать ничего не желает. Думаю, это один из клиентов.
- Хорошо. Если вы уверены, что наш гость пришел не с угрозами, то пригласите его войти. Я разбужу Холмса.
Поднимаясь по лестнице, я успел усомнился в том, что посетитель заслуживает уважения. В самом деле – время для визитов было самое неподходящее, и хотя я привык к тому, что наше жилище всегда открыто для пришедших за помощью, бесцеремонность сегодняшнего гостя показалась мне чрезмерной.
Перед дверью в спальню Холмса я замер на мгновение. Впервые мне довелось будить его – обычно это ему приходилось поднимать меня с постели в любое время ночи, чтобы я мог помочь ему в одном из опасных приключений.
Нажав на ручку, я приоткрыл дверь. В спальне было светло – Холмс не потрудился с вечера задвинуть шторы. Сам он лежал на боку, лицом к выходу. Я успел сделать к нему два шага, намереваясь потрясти за плечо, но это оказалось лишним. Ни один мускул не дрогнул на его лице, только поднялись веки; в меня вперился цепкий взгляд серых глаз.
- Ватсон? - голос Холмса был хрипловатым со сна, но четким и энергичным.
Я даже вздрогнул от неожиданности. Дьявол, разве может человек спать так чутко и просыпаться так незаметно?
- Вы не спите? Надеюсь, вы простите меня, дорогой друг, за то, что вторгаюсь так неожиданно.
- Ерунда, Ватсон. Пришел клиент?
- Вы как всегда проницательны.
- Прекрасно! Не далее чем вчера я сетовал на то, что давненько не подворачивалось интересного дела. Спускайтесь, окажите любезность нашему гостю, а я присоединюсь к вам через пять минут.

По гостиной расхаживал плотный высокий джентльмен, представительный, с прекрасной осанкой. Он крутил в руках черную тросточку и то и дело кусал кончики пышных усов песочного цвета. Заслышав мои шаги, он резко затормозил и двинулся мне навстречу.
- Мистер Холмс, полагаю?
Голос его показался мне излишне пронзительным и громким; впрочем, это можно было списать на тот факт, что он очевидно волновался.
- К сожалению, вы ошиблись. Доктор Ватсон, к вашим услугам. Мистер Холмс спустится к нам с минуты на минуту. Присаживайтесь. Желаете выпить?
- Нет, - отрывисто бросил он в ответ на мою тираду, покосился недоброжелательно и возобновил прогулку по комнате.
Чтобы потерять аппетит, мне требуется нечто более существенное, чем грубость незнакомца, почему я как ни в чем не бывало вернулся к завтраку.
В надежде обнаружить что-либо касающееся дела, с которым пришел невежливый джентльмен, я проглядел криминальную хронику, но не обнаружил ничего подходящего.
Холмс присоединился к нам даже быстрее, чем обещал. У него было мало времени, да и час стоял еще ранний, поэтому он не стал облачаться в сюртук, а ограничился старым темным халатом, левый рукав которого был прожжен после одного из неудачных экспериментов.
- Доброе утро. Я Шерлок Холмс. Мой друг сообщил, что вы прибыли по важному делу. Думаю, будет лучше, если мы приступим к нему безотлагательно. Садитесь и расскажите…
- Мистер Холмс, мое дело, чрезвычайно щекотливое, требует…
- Доктор Ватсон – мой коллега и помощник, вы можете полностью доверять ему.
Затрудняюсь сказать, сколько раз я слышал эту фразу из уст Холмса. Ничего удивительного – наши клиенты зачастую не желали огласки и потому настороженно относились к моему присутствию. Большинство – все, до сегодняшнего дня, - в конце концов удовлетворялось заверениями великого сыщика и приступало к сути дело. В этот же раз все пошло по-иному. Гость заговорил нетерпеливо и уверенно, продолжая обращаться исключительно к Холмсу, словно я отсутствовал и не мог слышать его ответа:
- Да, да, да, я читал эти рассказы, я знаю, что вы ему доверяете и что на его честность можно положиться. Тем не менее, как только вы услышите об обстоятельствах дела, которое привело меня к вам, то сразу поймете, почему я категорически против его присутствия.
Мы прошли на кухню – и там ощущение дежа вю пропало. Здесь несомненно царствовал другой человек, имеющий более правильное представление о таких важных вещах как, например, порядок. Пока я осматривался, Холмс приблизился к накрытому подносу и заглянул внутрь.
Холмс сложил руки на груди и довольно холодно произнес:
- Сожалею, мистер, это невозможно.
Посетитель – который до сих пор так и не удосужился представиться – нахмурился, обернувшись на меня, и запустил руку за пазуху. С каждой секундой разговора этот господин казался мне все менее и менее приятной личностью. Пошарив во внутреннем кармане, он извлек на свет визитную карточку, имя на которой я, сидя за столом, различить не смог… впрочем, не то чтобы я особенно старался. Ведь я все еще пытался убедить себя, что гораздо больше заинтересован завтраком, чем посетителем. Тот же, в свою очередь, продолжал поиски и, присовокупив к карточке карандаш, нацарапал что-то на обороте и протянул Холмсу. Мой друг взглянул на надпись, но по его лицу нельзя было понять, что он по этому поводу подумал.
- Дело касается моего сына, - высокий голос задрожал, а с ним и пухлые щеки. Растеряв всю самоуверенность, он просительно заглянул в глаза моему другу – первая слабость, проявленная за время визита. Я почувствовал бы жалость, если бы не был так раздражен. – Мистер Холмс, его погубят, один вы способны его спасти!
- Но, мистер… - мой друг перевернул карточку, чтобы прочесть фамилию.
- Тише, умоляю, не произносите имен! Теперь вы понимаете, почему я настаиваю на полной – подчеркиваю, полной, - конфиденциальности?
Холмс поджал и без того тонкие губы, нахмурился и опустил взгляд в пол, раздумывая. Если секунду назад я был уверен, что в самом скором времени буду избавлен от общества мистера Инкогнито, то сейчас моя уверенность начала таять.
- Сожалею, Ватсон. Мне действительно очень жаль, но я понимаю требования нашего гостя. Нет-нет, сидите, - взмахнул он руками, когда я стал подниматься со стула, - что вы. Продолжайте наслаждаться кофе, мы обсудим дело наверху.
- Не трудитесь, - я надеялся, что весь мой облик излучал ледяное спокойствие. – Я уже позавтракал. Не смею вас более задерживать.
Надо ли упоминать, что предательство Холмса полностью лишило меня аппетита? Заглянув в свою комнату, я переоделся, чтобы отправиться в клуб, - отсиживаться в спальне было бы унизительно, а в больнице меня не ждали. Когда я проходил через гостиную, эти двое замолкли, словно заговорщики, но я не удостоил их и словом, а только отвесил сдержанный поклон, чтобы не нарушать приличий. Часовая пешая прогулка, несколько партий на бильярде, большинство из которых я выиграл – одну даже у весьма сильного противника – способствовали улучшению моего настроения; не настолько, конечно, чтобы полностью простить Холмса и забыть о жестокой обиде, которую он мне нанес.
Перед тем, как вернуться домой, я навестил одного давнего приятеля, и поэтому снова очутился на Бейкер-стрит вечером, в семь часов. Как и следовало ожидать, Холмс отсутствовал – без сомнений, занятый расследованием утренней загадки. Я устроился у камина, закурил сигарету и положил на колени один из романов, к которым с таким пренебрежением относился мой друг. Ждать мне пришлось довольно долго, хотя тогда я и убедил самого себя, что просто наслаждался домашним уютом, а вовсе не старался дождаться вестей о деле, в которое меня не сочли нужным посвятить. Только в десятом часу хлопнула входная дверь и на пороге появился Холмс – точнее, его силуэт: я не поднял головы и наблюдал за ним боковым зрением, поэтому его фигура виделась мне не совсем отчетливым пятном.
- Ватсон? – тихо окликнул он меня.
Я решил сделать вид, будто полностью поглощен чтением и не сознаю, что происходит вокруг. Холмс тем временем зашел за спинку кресла; послышалось звяканье, потом бульканье – я догадался, что он наливает себе выпить; строчек перед глазами я не видел, хоть и продолжал сидеть, уткнувшись в книгу и чувствуя, как нарастает напряжение в шее и плечах. Попытки завязать разговор были возобновлены лишь после того, как пустой стакан поставили обратно на стол.
- Ватсон, вы обиделись.
- Нисколько, Холмс, - я рассудил, что продолжать играть в глухого и дальше вышло бы попросту глупо. – На этот раз вы ошибаетесь.
Я наконец обернулся. Надо отметить, что дело, каким бы оно ни было, не оставило моего друга равнодушным. Он кусал губы, а глаза его бегали, преимущественно в районе пола. А может, он чувствовал себя виноватым за то, что так бесцеремонно исключил меня из расследования? Что ж, как ни приятно мне было бы так думать, я все же не настолько чужд здравому смыслу и потому всегда знал, насколько ему не свойственны любые эмоции. Таким образом, ждать от него сочувствия не приходилось.
- Что же, и прекрасно. Миссис Хадсон, - крикнул он, - несите ужин!
Поглощали пищу мы в молчании. Ни у меня, ни у Холмса не было особого аппетита, хотя оба мы прилежно поглощали еду, принесенную нашей квартирной хозяйкой. Друг мой был, несомненно, весь в размышлениях о преступлении, – я только в тот момент осознал, что даже не в курсе, было ли оно убийством, ограблением или чем-то другим. На этот раз я не мог составить Холмсу компании и наивными вопросами подвести к разгадке, и потому не пытался раскрывать рот иначе как для того, чтобы отправить в него очередную порцию бифштекса.
После ужина, убрав из-за воротничка салфетку и промокнув губы, Холмс поспешил к себе наверх, откуда вернулся спустя некоторое время в очередном маскарадном костюме. На этот раз он смотрелся прирожденным щеголем; он выглядел в нарядном сюртуке так естественно, словно не отдавал в обычное время предпочтение старым, протертым, но привычным вещам. Дополняли облик тонкие усики, чрезвычайно аккуратные и пижонские. Перед тем, как выйти, он приподнял модную шляпу и изобразил полупоклон в мою сторону, а затем исчез, не дождавшись ответа.
Я решил, что незачем дальше сидеть в одиночестве – такая прогулка могла занять сколь угодно много времени, а я отнюдь не питал склонности к ночным бдениям. Но даже когда я лежал в постели, сон все равно не шел. Вместо него мою голову посещали разные мысли – в основном малоприятные и зачастую несправедливые по отношении к моему другу, сейчас я признаю это. Но тогда я был глубоко оскорблен и не способен к непредвзятым суждениям.
Забыться мне удалось уже под утро, когда небо за окном начало сереть и я чувствовал себя сонным и разбитым. Ничего удивительно, что этот день и следующий прошли вяло и бездарно. Единственной отдушиной стали мои пациенты – больше никакое занятие не способно было поглотить меня. Возможно, для медицинской карьеры вышло бы лучше, прекрати Холмс вообще пользоваться моей помощью – я не помню, когда последний раз так самозабвенно отдавался своим прямым обязанностям. Да и что мне оставалось? Холмс появлялся только на короткое время, бросал несколько ничего не значащих фраз, избегая при этом моего взгляда, и снова исчезал. А я мог лишь гадать о том, где он и чем занимался.

Поздним вечером второго дня я, против обыкновения, еще не спал. Будучи человеком военных привычек, способным засыпать без искусственных стимуляторов, я уже три ночи почему-то страдал от бессонницы и теперь наконец сдался и решил выпить снотворного, за чем и спустился в гостиную, к серванту, где имелась некоторая надежда обнаружить лекарство. К своему удивлению, внизу я застал Холмса. Он согнулся в три погибели на диване и с сосредоточенной миной пришивал пуговицы к рубашке, в которой покинул дом тремя часами ранее. Стоило мне остановиться на пороге, как он поднял на меня глаза и вздрогнул, словно я застал его за каким-то неблаговидным занятием.
Удивительно, но вся моя обида и все раздражение разом исчезли, оставив после себя лишь беспокойство за здоровье моего друга. Куда бы ни завело Холмса расследование таинственного дела, в этом месте было небезопасно, раз ему пришлось драться. Правда, на лице и руках его видимых повреждений не было, но провести взаимно однозначное соответствие между отсутствием верхних пуговиц и дракой мог даже я.
- Добрый вечер, Ватсон. Не спится?
- Это уже слишком, - его обращение я проигнорировал. – Можете не говорить мне ни слова, но больше я не отпущу вас одного. В следующий раз вы не отделаетесь оторванной пуговицей.
Растроганный Холмс моргнул и отчего-то покраснел – наверное, наконец почувствовал стыд за то, что не поделился со мной информацией. Но, виноватый или нет, он ни на йоту не отклонился от своего курса. Ответ его был прежним, твердым и не допускающим дальнейших препирательств: обещание клиенту… случай заурядный, вовсе не интересный… все опасности позади, остался последний штрих etc. Рассерженный еще больше, чем за минуту до этого, я молча принялся шарить в ящике серванта, но не нашел там подходящего лекарства.
Однако мое тогдашнее желание вмешаться не шло ни в какое сравнение с тем, что я почувствовал, когда увидел на следующий день очередного визитера Холмса. Сперва я не замечал в невысоком субтильном юнце ничего подозрительного – до тех пор, пока не увидел его лица вблизи. Следует отметить, что пациентов у меня много, и запомнить каждого не представляется никакой возможности – я говорю, разумеется, не о постоянных клиентах, а о тех, кого лечил один-два раза. Данный субъект приходил ко мне всего один раз, однако его… жалобы оказались настолько… нетривиальными, что я не мог его не запомнить.
Узнав его, я с трудом удержался от… даже не знаю, от чего.
- Принесли? – резкий вопрос Холмса – хоть обращенный и не ко мне – вывел меня из ступора.
- Да, сэр.
- Прекрасно. Пройдемте наверх, чтобы не отвлекать доктора.
Мысль о том, что ничего не подозревающий Холмс окажется один на один с этим типом, привела меня в бешенство, однако воспитание не позволило вмешаться. Хотя… возможно, воспитание тут не при чем, а дело заключалось единственно в смущении, которое охватило меня, или в том, что просто не оказалось времени сориентироваться. Как бы то ни было, я допустил, что оба скрылись из поля моего зрения, а сам остался наедине со своими мыслями.
Теперь настал момент для самой неловкой и нелицеприятной подробности из всех, какие только мне приходилось описывать за всю карьеру литератора. Я сам себя поставил в весьма затруднительное положение. Раз уж я взялся записывать этот случай, то долг рассказчика требует не пренебрегать никакими подробностями, дабы не согрешить против истины. В то же время природная скромность удерживает меня от того, чтобы описать здесь все как есть. Да, не может быть и речи, чтобы обнародовать это произведение; но в жизни происходят разные случайности, и одна мысль о том, что рукопись может попасть в руки порядочной леди или, того хуже, невинной юной девушке, приводит меня в ужас и заставляет краске броситься в лицо, - словно это я совершал все ужасные вещи, о которых не могу даже спокойно писать. Итак, мне необходимо лавировать между стремлением донести до читателя истинную картину и желанием уберечь его от мерзостных подробностей.
Итак, приступаю; надеюсь, читатель извинит меня, если я ненароком оскорблю его чувства.
Благодаря некоторым весьма специфическим повреждениям, с которыми в свое время обратился ко мне вышеупомянутый молодой человек, я смог сделать единственно возможный вывод о его интимных предпочтениях. Более я не пророню ни слова, а тех, кто жаждет подробностей, отошлю к Ветхому Завету, книге Бытия, главе восемнадцатой и особенно девятнадцатой. Это был первый и, надеюсь, единственный случай за все годы моей практики, и благодаря такой исключительности я прекрасно запомнил внешность этого пациента. Говорю это исключительно для того, чтобы показать: ошибиться я никак не мог, это был именно он.
Оставшись в одиночестве, я не мог не прислушаться к тому, что происходило в спальне Холмса, как бы ни претило джентльмену подобное занятие. Правда, долго мучиться мне не пришлось: очень скоро оба снова показались в гостиной, а с души у меня упал камень; Холмс проводил гостя и вернулся. Усевшись у камина, он раскурил трубку, но так и не нарушил молчания. Мне и самому было не до разговоров – я решал моральную дилемму.
Вопрос стоял серьезный, но все же мне потребовалось не так уж много времени, чтобы набраться решимости, и тем же вечером я счел нужным завязать сложный разговор.
- Холмс, вы должны оставить это дело.
Я стремился к тому, чтобы тон выразил всю серьезность моих намерений и не позволил Холмсу попросту отмахнуться.
- В самом деле?
Некоторое время я молчал, не в силах подобрать необходимые слова. Когда я в конце концов почувствовал, что могу начать, Холмс избавил меня от затруднения.
- Долг врача не позволяет вам раскрывать тайны своих пациентов, - заговорил он тихо и спокойно. – Точно как священник не вправе рассказывать то, что услышал на исповеди. Есть, без сомнения, в этих правилах нечто не вполне разумное… как быть исповеднику, к которому приходит каяться серийный убийца?
Я подавил далеко не первое за свою жизнь с Холмсом: «Но как?..» и заставил себя промолчать. За столько лет я все еще не привык, чтобы меня видели насквозь.
- Допускаю, насчет убийцы я позволил себе некоторое преувеличение, но общую суть ваших терзаний уловил верно, не правда ли? – блеснул он в мою сторону серым взглядом.
В комнате царил полумрак, потрескивал уголь в камине, в кресле было мягко и тепло - имелись все условия для домашнего уюта; только его самого не было. Неторопливая речь Холмса остудила меня, но все равно я чувствовал, что в нашей гостиной витает дух, которого обычно не было и которого быть не должно. Духа настороженности и недоверия.
- Но успокойтесь, дорогой Ватсон. В данном случае вам не придется поступиться ни законами дружбы, ни долгом врача. Я в курсе того, что вы так хотите и не можете мне сообщить.
- Но тогда…
- Да?
Кровь медленно, но неотвратимо приливала к моим щекам. Положительно, эта история открывала во мне новые, неизвестные раньше черты: прежде у меня никогда не отнимался язык.
Холмс вздохнул.
- Боюсь, мне придется все-таки рассказать вам о подробностях этого дела.
- Я не навязываюсь. Кажется, ваш клиент был против моего вмешательства. Будет лучше, если вы сдержите слово, которое, без сомнения, ему дали.
- Бросьте, Ватсон. Вы уже знаете все, из-за чего мистер… хотя имя я предпочту все же не разглашать… из-за чего наш клиент настаивал на полной тайне. К чему теперь играть в скрытность?
Холмс щелчком отправил окурок в пламя и потянулся за следующей папиросой. Возражал я только из соображений приличия, и потому не стал дальше настаивать и приготовился слушать. Видя, что убедил меня, мой друг начал:
- Сын нашего гостя, втайне от семьи, разумеется, посещал клуб содомитов, соблюдая конспирацию и прочие меры предосторожности, принятые в подобных местах, - говорил он совершенно спокойно, словно этот рассказ ничем не отличался от наших обычных приключений. Уголки его губ подрагивали по время речи, словно он находил в этой истории что-то забавное – я так и не понял, что именно. – Сначала все что шло прекрасно, он получал что хотел и ни одной проблемы в придачу. Однако с течением времени он сблизился с одним из тамошних завсегдатаев, тем самым молодым человеком, который сегодня вызвал у вас такое возмущение. Месяц назад позавчерашний джентльмен решил устроить сыну выгодный брак. После непродолжительных размышлений некой леди было сделано предложение. Ничего, однако, не бывает столь радужным, всегда находится лицо, которое что-то не устраивает. Недовольным оказался наш сегодняшний гость. Он неоднократно устраивал нашему герою сцены ревности, сыпал угрозами, которые казались беспочвенными и от которых отмахивались. Выяснилось, правда, что этот юноша действительно имел компрометирующие письма, которые готов был обнародовать. Это, сами понимаете, грозило не только расстроенным браком – оно имело бы и гораздо более серьезные последствия, которые за очевидностью можно не перечислять. Ничего удивительного, что обезумевший отец кинулся за помощью.
Холмс перевел дыхание после долгого монолога и в упор смотрел теперь меня, словно наблюдая за реакцией на удивительный рассказ. Надо признать, это изрядно отвлекало, тем более что я никак не мог понять, какого именно отклика он от меня ждет.
- Но почему именно к вам? Я не вижу в этой истории работы для сыщика.
- Ее здесь и нет. Джентльмену требовалось только одно – вернуть письма. Вы же в своих рассказах слишком, как показал этот случай, превозносили мою способность разрешить любое затруднение и налегали на пренебрежительное отношение к законам.
- Хотите сказать, это я виноват в том, что вам пришлось заниматься этим грязным делом? – я впервые за вечер попробовал улыбнуться.
- Определенно, - проговорил он, сопровождая слова ответной улыбкой, настолько же неубедительной, насколько и моя. – Так же вы окажетесь виноватым, если во время одного из расследований меня убьют – ведь большинство клиентов услышало обо мне исключительно благодаря вам.
Напряжение, царившее в гостиной, почему-то не желало рассеиваться несмотря даже на то, что мы вновь обрели способность подшучивать друг над другом; но я продолжил стараться – слишком хотелось вернуть необходимую атмосферу комфорта и согласия.
- Невесело все это, Холмс, - вздохнул я и потянулся за графином с бренди. – Счастье, что вы смогли спасти бедного молодого человека, а ведь его жизнь могла бы оказаться поломанной из-за какой-то прихоти или минутного любопытства.
Холмс дернул рукой и прикоснулся к горлу, словно проверяя, застегнута ли верхняя пуговица.
- Наверное, мы вырождаемся, - продолжил я. – Мы слишком долго считали себя царями земли и привыкли к мысли, что нам все позволено. А теперь расплачиваемся за свою самоуверенность.
Холмс не ответил; он смотрел на огонь, и в его глазах плясали отсветы. Возможно, именно из-за необычного освещения мне показалось, что выражение его лица было странным, напряженным, а потом я поймал некое полудвижение, словно Холмс собрался заговорить, но передумал. Только спустя мгновение я понял, что виной всему был всего лишь вырвавшийся наружу и тут же спрятавшийся обратно язык пламени: игра света создала иллюзию движения. Я уверен, что все так и было.
Чтобы не уловить чего-нибудь еще, я переключил внимание на бокал с бренди. Некоторое время мы с Холмсом продолжали молчать, но в конце концов я решил вернуться к тому, с чего разговор начинался.
- Вы намерены продолжать это дело?
- Дорогой Ватсон, дело завершено. Уверяю вас, можете быть совершенно спокойным за мою репутацию и за мой моральный облик – больше мне не придется заводить двусмысленные знакомства, - он потер подбородок. – Осталась только встреча с почтенным джентльменом, имя которого я вам не сообщу, – вы ведь не станете против нее возражать?
- Нисколько, - ответил я, а про себя пожалел, что задал последний вопрос. О том, что вообще затеял этот разговор, я успел пожалеть ранее.
Чтобы не попасть впросак в третий раз, я не стал спрашивать – раз уж расследование окончено, - удалось ли Холмсу добыть письма, а если удалось, то каким образом.
Мой друг тоже не проронил больше ни слова. Он сидел все так же неподвижно, опустив голову и уставясь в потухший камин, когда я отправился спать.

Следующим утром несчастный отец нанес второй и последний визит в наш дом. Получив стопку писем и убедившись, что именно они угрожали его сыну, он долго и трогательно благодарил Холмса, тряс его за руку и вполголоса восторгался его расторопностью. Он то и дело искоса поглядывал на меня, но я придал своему лицу непроницаемое выражение, не подавая вида, что я в курсе его переживаний. Незачем показывать, что о его тайне узнал посторонний человек – это только добавило бы ему лишнее беспокойство. Я в тот момент осознал, насколько изменилось мое мнение об этом джентльмене. И нелюбезность, и недоброжелательность по отношению ко мне получили убедительное, достойное объяснение, и раздражение, которое он вызвал во мне, ушло, - теперь я не испытывал по отношению к нему ничего, кроме сочувствия.
- …о вознаграждении. Назовите любую сумму, какую только сочтете нужным, я не пожалею ничего для человека, который спас моего мальчика.
Друг мой не стал стесняться и запросил весьма немало, тут же получил пачку банкнот и небрежно опустил ее на комод, после чего проводил гостя до выхода.
А после вернулся в гостиную и уселся в углу. Изо рта его свисала сигарета, а отрешенный взгляд был направлен в никуда. Холмс наверняка устал за последние трое суток, да и сказать было нечего, поэтому я не стал беспокоить его разговорами, а, позавтракав в молчании, отправился к своим пациентам.
Больше мы ни разу не возвращались к этому делу и никогда не упоминали его в беседах. Оставив в дневнике несколько записей, по которым я при желании смог бы восстановить в памяти эти три дня, я до сего часа предпочитал делать вид, будто ничего подобного не имело места быть. Судя по такому же молчанию со стороны моего друга, таким было и желание Холмса – хотя я ни в коем случае не утверждаю, что могу читать в его сердце.
...на главную...


октябрь 2020  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.10.27 20:07:33
Работа для ведьмы из хорошей семьи [10] (Гарри Поттер)


2020.10.24 18:22:19
Отвергнутый рай [25] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.10.22 20:24:49
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.10.22 20:10:23
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.10.19 00:56:12
О враг мой [106] (Гарри Поттер)


2020.10.17 08:30:44
Дочь зельевара [196] (Гарри Поттер)


2020.10.16 22:49:29
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.10.13 02:54:39
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 18:14:55
Глюки. Возвращение [239] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 00:13:58
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.29 19:52:43
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.29 11:39:40
Змееглоты [9] ()


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [258] (Гарри Поттер)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.