Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

-Как Поттер мог завалить меня экспелиармусом?
-Мой Лорд, Поттеры только и делают, что нарушают правила.

Список фандомов

Гарри Поттер[18491]
Оригинальные произведения[1241]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[140]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12706 авторов
- 26963 фиков
- 8628 анекдотов
- 17688 перлов
- 678 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

 К оглавлениюГлава 2 >>


  Манчестерские каникулы

   Глава 1
– Эйлин!

Я вздрогнула, и перо, занесенное над пергаментом, оставило на нем некрасивую закорючку. Зря я не закрыла дверь кабинета. Хорошо, хоть котел с огня уже сняла, – если бы меня отвлекли в процессе варки зелья, отвлекший узнал бы о себе много нового.

– Ой, прости, я не вовремя?

Я чуть не рассмеялась. Подойти ко мне во время рабочего дня – это значит подойти не вовремя, независимо от того, чем я в этот момент занимаюсь. Лиз каждый раз об этом забывает, а я каждый раз ей прощаю. Она младше меня почти на десять лет, поэтому некоторое легкомыслие ей простить можно. Кроме того, приятно, когда тебе не только смотрят в рот, но и подкидывают иногда свежие идеи. А то за двенадцать лет на одном месте можно разучиться изобретать.

– Что у тебя, Лиз?

Она проходит в кабинет и садится в кресло, с интересом посматривая на стоящий на столе котел.

– У моего отца в эту субботу юбилей. Соберется толпа маглов, и я сойду с ума, если рядом не будет никого из наших! Эйлин, приходи к нам!

Слова Лиз доходят до меня не сразу. Я все еще думаю о том, что собиралась записать результаты эксперимента (которые ничем не порадовали, но отрицательный результат – тоже результат), и поэтому не сразу могу сообразить, что ответить. И переспрашиваю:

– Мне? На юбилей к твоему отцу? А зачем?

– Я же говорю – чтобы я с ума не сошла! Эйлин, ты же не хочешь, чтобы я сошла с ума? Он мне сам сказал – приводи подруг, вот я тебя и приведу!

Не знаю, можно ли нас с Лиз назвать подругами. Ладно, пусть будет подруга, я согласна. Логика у Лиз странная. Как будто она, маглорожденная, переносит общество маглов тяжелее, чем я, чистокровная. Ну, скажем так – почти чистокровная. Почему-то все, начиная с Блэков и кончая самой Лиз, пытались обозвать меня полукровкой. Может быть, потому что я неплохо ориентируюсь в мире маглов? Так происхождение тут ни при чем, все дело в желании учиться. У всех и у каждого. А как еще может смотреть на жизнь сотрудник отдела Экспериментальной Магии, независимо от того, чем он занимается – зельями, чарами или чем еще? Наука – это образ мыслей, а не просто род занятий.

– Твой отец в курсе, какие у тебя подруги?

– Он еще ни одной не видел. Но очень хочет знать, с кем я работаю. Я уже про тебя рассказывала!

Мерлин. Что Лиз про меня могла рассказать? Что я – живое приложение к «Теории зельеварения», разговариваю исключительно научными терминами и никогда не выхожу из дома без котла в одной руке и пакетика с сушеными травами в другой?

– Ты хочешь продемонстрировать меня своим родителям или своих родителей мне?

– Что?

Лиз меня явно не понимает. Впрочем, я тоже хороша – разговариваю академическим языком, а потом удивляюсь, почему про меня анекдоты рассказывают.

– Если ты хочешь познакомить своих родителей со мной, необязательно приводить меня на юбилей.

– Так заодно и познакомишься! Там будет полно народа, а мне неудобно быть одной!

Эту логику я понять уже не в силах. Ладно, раз Элизабет так хочет меня на этом празднике видеть, надо сделать ей приятное. Будем считать это практикой по магловедению.

– Хорошо, убедила. Я приду. Объясни, куда приходить, что надевать и что отвечать гостям в ответ на вопрос, где мы работаем.

– Мы работаем в секретной лаборатории! – радостно выпаливает Лиз. Ответ на этот вопрос она явно подготовила заранее. – И занимаемся там органической химией.

– Какой химией?

Надо будет перечитать «Краткий справочник магловских наук», иначе попаду впросак. Ибо с женщинами моего вида обычно хочется заводить разговоры о... ну, скажем, об органической химии, а я очень смутно представляю себе, чем она отличается от неорганической.

Лиз, похоже, сама не знает, что это такое, потому что медлит с ответом. Только я собираюсь обратить ее внимание на другие заданные мной вопросы, как дверь кабинета открывается и на пороге появляется Барти Крауч из аврората.

А так хорошо все начиналась... Только я собиралась попробовать то же самое, но с другой дозой лунного камня...

– Мое почтение, мисс Риверс. Добрый день, мисс Принц. У меня к вам просьба.

– Слушаю вас, мистер Крауч.

Пользуясь тем, что Крауч подошел к самому моему столу и лица Лиз уже не видит, девушка поднимает глаза к потолку и тяжело вздыхает. Со стороны посмотреть – и не скажешь, что Крауч ровесник Лиз. Скорее, он выглядит и ведет себя как мой ровесник. Предельно вежлив, предельно подтянут, ни одного лишнего слова. Если я могу иногда позволить себе немного отвлечься и поговорить с Лиз не по делу, то он – ни в коем случае. Далеко пойдет.

– Посмотрите, пожалуйста, вот это зелье. Конфисковали в лавке в Лютном переулке. Подобного еще видеть не приходилось.

– Мне тоже не приходилось, – говорю я, пристально рассматривая протянутый пузырек.

Работы на день минимум. Плакал мой эксперимент. Почему-то в аврорате считают, что Эйлин Принц способна, бросив быстрый взгляд на зелье, определить его состав, способ приготовления, действие, побочные эффекты, а также срок в Азкабане за изготовление оного. Поэтому добрую половину времени Эйлин Принц работает на аврорат.

И ведь есть у них свои эксперты! Но они все поголовно уверены, что я сработаю лучше, поэтому со всеми сложными случаями бегут ко мне. А сложных случаев у них – больше половины от общего количества.

– Когда я могу ждать результата?

– Я пришлю вам служебную записку, мистер Крауч. Боюсь, что сегодня не успею.

Он слегка наклоняет голову и уходит. Я тяжело вздыхаю и обращаюсь к Лиз:

– Иди. Поговорим после работы.


Все утро субботы я прокрутилась перед зеркалом. Одежду, разумеется, пришлось подбирать в последний момент, ибо в предшествующие дни я нашла себе более важное занятие – изучение «Краткого справочника магловских наук», а также тех книг, на которые давались в нем ссылки. Зато теперь я знаю, чем органическая химия отличается от неорганической, и могу поддержать интеллектуальный разговор на эту тему. А если будут интересоваться подробностями моей работы, отвечу с важным видом, что она секретная. В процессе изучения «Общей химии» пришло несколько интересных идей, и если бы не настоятельная потребность подбора одежды, а также обещание Лиз за мной зайти, я бы сейчас сидела в домашней лаборатории и работала.

Итак, что мы имеем? В тридцать лет я выгляжу на двадцать пять, и это хорошо. На этом все мои достоинства кончаются и начинаются недостатки. Волосы абсолютно прямые, брови густые и насупленные, подбородок тяжелый... Физиономия в совокупности производит весьма отталкивающее впечатление и нежелание общаться с ее обладательницей на любые темы, за исключением разве что органической химии.

С одеждой не легче. Мантии отменяются. Любые. А кроме мантий мне, по-моему, ничего не идет. Покопавшись в шкафу, нашла темно-синее платье, с длинными рукавами и глухим воротом, длиной до середины икры. В таком платье только в школе преподавать. Зельеварение или органическую химию.

Есть еще магловский костюм, приобретенный специально для выходов в Лондон. Бежевая юбка ниже колен, клетчатый жакет и белая блузка с кружевным воротником. Нарядным его не назовешь, но за неимением другого сойдет. Тем более что во внутренний карман жакета очень хорошо ложится волшебная палочка.

– Эйлин! – донесся снизу голос матери.

Что случилось? Неужели Лиз? Так ведь еще рано!

– Эйлин, иди сюда! Тебе письмо пришло!

Мне? Письмо? От кого мне могло прийти письмо? Единственный человек, который может мне написать, – это профессор Слагхорн, да и то он обычно пишет не домой, а на работу.

Бросив недовольный взгляд в зеркало, я спускаюсь вниз. И застаю следующую картину – опрокинутая вазочка с цветком, сидящая прямо на скатерти очень сердитая серая сова и не менее сердитая мама. Беру письмо, но сова не улетает, а продолжает смотреть на меня весьма подозрительным взглядом. Ответа ждет?

На свитке пергамента – фамильный герб, смутно знакомый. Точно я помню только герб Блэков, над остальными приходится долго думать или лезть в справочник. Отправитель – Ранульф Лестранж. Издаю удивленный возглас, и мама, собравшаяся было выходить из гостиной, оборачивается и кидает на меня вопросительный взгляд.

Читаю письмо и не могу понять, что от меня нужно Лестранжу. В самых изысканных выражениях он приглашает меня зайти к нему в гости в любое удобное для меня время, например сегодня в восемь вечера. Или завтра.

Сегодня я точно не могу. Но почему вдруг Лестранж про меня вспомнил? Он на два года старше меня, в школе мы почти не общались, у них была своя компания, у меня своя. После школы мы виделись только один раз – на свадьбе у Блэков.

Идти, не идти... Сова негромко ухнула, поторапливая меня с ответом, и я решила идти. Если я не пойду, то не узнаю, зачем понадобилась Лестранжу.

– Акцио пергамент! Акцио перо! – говорю я и быстро пишу ответ. Выражаю почтение мистеру Лестранжу, сожалею, что сегодня я не имею возможности его посетить, но зато завтра в восемь я целиком и полностью к его услугам.

Сова улетает, и я облегченно вздыхаю. Теперь можно вернуться в свою комнату и закончить приведение себя в порядок.

– Эйлин! – голос матери застает меня у первой ступеньки. – К тебе гости!

О Мерлин! Лиз решила прийти на час раньше. Сейчас мне достанется...

– Иду! – кричу я и бегу в прихожую встречать Лиз.


Когда я посмотрелась в зеркало в комнате Лиз, я себя не узнала. Сначала даже подумала, что это шутки зеркала. Но зеркало в доме родителей Лиз было самое обыкновенное, магловское, и показывало только то, что в нем отражалось. А отражалась в нем симпатичная девушка лет двадцати-двадцати двух, с короткими черными вьющимися волосами. За два часа Лиз ухитрилась соорудить на моей голове нечто, напоминающее прическу, причем безо всякой магии. Накрасила мне ресницы, подвела глаза... Я удивлялась – как она не устанет со мной возиться, ведь можно то же самое сделать с помощью палочки за пять минут?

– Ты не понимаешь, – говорила Лиз, доставая из косметички коробочку с пудрой. – Вся прелесть косметики в том, что она и видна и незаметна одновременно. Ты можешь преобразовать свою внешность с помощью магии, но это уже будешь не ты.

Я не совсем поняла, что она хотела сказать, но тем не менее позволила ей делать со мной все, что заблагорассудится.

Мой костюм Лиз забраковала и выдала мне зеленое платье без рукавов и с очень пышной юбкой. Когда я взяла платье в руки, то подумала, что сидеть придется сразу на двух стульях – на один я в этой юбке просто не помещусь.

– А палочку куда класть?

– Зачем тебе палочка? Оставь ее в комнате.

Вот тут я возмутилась. Изменение внешности безо всякой магии я еще могла понять, но отсутствие палочки под рукой приводило меня в ужас. Пусть мне не придется применять волшебство, пусть весь вечер я буду изображать добропорядочную маглу, но палочка должна быть в пределах досягаемости. На всякий случай.

После почти получасового спора Лиз наконец-то уступила и принесла жакет, короткий и очень маленький. Внутренних карманов в нем не наблюдалось, но Лиз что-то к чему-то пришила, и я получила возможность держать палочку под жакетом. И незаметно, и удобно выхватить в одно мгновение в случае чего.

Вся эта подготовка меня так вымотала, что я даже не заметила, как дом наполнился гостями. Лиз меня кому-то представляла, а я механически кивала головой и отвечала «Очень приятно». Мне показалось, что поначалу ее родители смотрели на меня с некоторой опаской, но, увидев, что я не собираюсь на их глазах превращать чашки в мышей и тарелки в лягушек, расслабились и даже прониклись ко мне симпатией.

Честно говоря, я не понимала, зачем Лиз меня позвала. Она прекрасно себя чувствовала и без моей поддержки. Оживленно болтала с каким-то светловолосым молодым человеком, забыв об опасности сойти с ума среди толпы маглов. Если кому-то и угрожала такая опасность, то мне. Я вообще не люблю больших сборищ, даже свой собственный день рождения последние несколько лет не отмечала.

Рядом со мной сидел пожилой мужчина, чем-то неуловимо напоминающий Тиберия Огдена. Его мне представили, но имя вылетело у меня из головы. Сначала он бросал заинтересованные взгляды в мою сторону, а потом, увидев, что я тоже с интересом его рассматриваю (я пыталась понять, кого же он мне напоминает и почему), заговорил со мной. Лиз почему-то оказалась от меня далеко, да еще и занята была своим разговором, так что мне рассчитывать было не на кого. Впрочем, беседовать с маглом было не так страшно, как казалось изначально, а даже интересно. Он спросил, где я работаю, я ответила, как мы с Лиз договаривались – в одной лаборатории, занимаюсь органической химией.

– Небось, новое оружие разрабатываете? – хитро прищурился мой сосед.

– Нет, что вы, – поспешно ответила я, но, похоже, своего собеседника не убедила.

– Я понимаю, что вы не можете об этом говорить, все секретно, я еще с войны привык. Вы, наверное, не помните войну, совсем тогда ребенком были. Уже почти двадцать лет назад прошло, а я как сейчас вижу, что тогда сделали с Лондоном.

Я знала, о чем он говорит. Мы жили недалеко от Лондона, но нас, к счастью, не тронули. А маглорожденные из Лондона рассказывали страшные вещи. Тогда, в сороковом году, даже Хогвартс-Экспресс отменили, единственный раз за все время его существования. Дети добирались кто чем: я – через камин, кто-то «Ночным рыцарем», кого-то забирали взрослые. После сорокового года некоторые школьники, оставшиеся без дома, даже проводили летние каникулы в Хогвартсе, хотя обычно это было не принято.

– Мне тогда было одиннадцать, и я училась в школе, в Шотландии. Но я помню, мне рассказывали.

Вспомнился рассказ Эйвери о том, как он попал под бомбежку. Он так часто это повторял, что надоел даже своим ближайшим друзьям. А меня еще после первого раза покоробил сам его тон. Его искренне забавляло зрелище рушащихся и горящих домов, а если что-то и беспокоило, то только правомерность применения им магии для самозащиты. Я тогда не стала ему ничего говорить, просто сделала вид, что разговор меня не касается.

– А ведь сейчас разрабатываются вещи куда более страшные. Вы, конечно, знаете об атомном оружии?

Если я что-то и знала, то давно позабыла. Поэтому слушаю с интересом. Об атомном оружии, о разоблачении советских шпионов в Кембридже, о том, как хорошо было при Черчилле и как все разваливается сейчас, и еще множество интересных сведений, которых не давали нам на уроках магловедения. Увлекаюсь настолько, что забываю, где нахожусь, и прихожу в себя, только когда Лиз дергает меня за рукав:

– Эйлин, ты танцевать будешь?

– Что? – застигнутая врасплох, я не могу сообразить, чего от меня хотят.

– Идите, танцуйте, – кивает головой мой собеседник, – а то заговорил я вас.

Лиз повела меня в соседнюю комнату, где уже собралось несколько человек из числа молодежи – все они поглядывали на стоящий на полированной тумбочке черный ящик с ручкой сбоку.

– Для любителей погружаться в прошлое ставлю любимую мелодию моего детства! – торжественно объявила Лиз, доставая из конверта черный диск и кладя его на ящик. Как же он называется? Вертится на языке название, а припомнить не могу. Граммофон? Патефон?

При первых звуках музыки я замерла. Все мысли, которые у меня в голове на данный момент были (а после разговора с соседом по столу их было множество), мгновенно испарились. Меня подхватило и понесло. Я даже сама не заметила, что танцую, я не разглядела как следует своего партнера, успела только обратить внимание, что он темноволосый, очень серьезного вида и примерно мой ровесник.

Мне так не хотелось, чтобы это кончалось! Хотелось раствориться в этой мелодии, плыть по течению и наблюдать за первыми лучами весеннего солнца. Весна ведь скоро! Как я могла забыть...

Когда мелодия кончилась, на Лиз тут же налетела какая-то бойкая девица, попросила поставить что-то повеселее, и я вернулась в столовую. Веселиться у меня настроения не было. Не хотелось слушать что-то еще после той замечательной музыки.

– Что это было, Лиз? – спросила я, когда она на минутку подбежала к столу глотнуть еще вина.

– Оркестр Глена Миллера, «Серенада солнечной долины», – быстро проговорила Лиз и опять унеслась.


Я никогда еще не проводила выходные так бездарно, как в то воскресенье. Полдня провалялась на диване с томом «Новейшей магловской истории», но осилила едва ли две главы. Потом отправилась на Диагон-Аллею и бесцельно там прошаталась оставшиеся полдня, так ничего и не купив. В голове вертелась вчерашняя мелодия, заглушая собой две сотни догадок, зачем я понадобилась Лестранжу.

Опять передо мной в полный рост встала проблема одежды. Надеть парадную мантию? А не слишком ли много чести Ранульфу? С другой стороны, являться в слишком затрапезном виде нельзя – еще подумает, что я нуждаюсь. Наконец я остановилась на строгой темно-зеленой мантии безо всяких украшений. Просто, со вкусом и по-слизерински.

Ровно в восемь я бросила в камин горсть летучего пороха и произнесла: «Замок Лестранжей!» Когда кружение комнат и каминов перед глазами прекратилось, я было подумала, что залетела не туда. Мрачное помещение с каменными стенами походило на пригодное для жилья еще меньше, чем моя лаборатория в Министерстве. Но почти в то же мгновение я заметила Ранульфа Лестранжа, подающего мне руку.

– Здравствуй, Эйлин, – сказал он так просто, как будто последний раз мы виделись не двенадцать лет назад, а вчера. – Иди за мной.

Первым моим побуждением было возмутиться. Столько лет не виделись, а он говорит со мной таким тоном, как будто я домашний эльф. Но больно уж неприветливой была та комната, в которой мы находились, и покинуть ее хотелось как можно скорее. Вдруг в полу люк, ведущий в подземелье, в котором живет голодная мантикора?

Ранульф подошел к стене и изобразил палочкой в воздухе какой-то знак. Стена отъехала в сторону. Теперь понятно – это у него такая защита от незваных гостей. Если кто-то придет без приглашения или ошибется камином, он будет вынужден любоваться на каменные стены, пока из подземелья не вылезет мантикора... Хотя насчет мантикоры я преувеличиваю. Зачем такие сложности? Ошибся камином – бери летучий порох и шагай обратно.

За стеной оказался длинный темный коридор. Каменный свод терялся где-то наверху, а на стенах висели гобелены, рассмотреть которые в темноте я не успевала. Мы шли очень долго, и я засомневалась, что мы вообще куда-нибудь придем. Замок Лестранжа казался по размерам сравнимым с Хогвартсом, а по коридорам Хогвартса можно бродить часами.

Мы повернули направо, спустились на несколько ступенек, прошли по коридору не менее темному, но более тесному, потом повернули еще раз, поднялись по узкой лестнице, опять повернули в какой-то коридор, на этот раз освещенный... Я зачем-то пыталась понять направление, но сбилась после второй лестницы. Наконец мы оказались перед стеной, на которой висела картина, изображающая замок в горах. Явно не этот, ибо таких гор поблизости не наблюдалось. Ранульф снова сделал знак палочкой, и картина повернулась, открывая проход.

Комната, в которую мы вошли, напомнила мне гостиную Слизерина, за исключением разве что окон. Но окна были занавешены плотными темно-зелеными гардинами с кистями и в расчет не принимались. В дополнение ко всему тут был ярко горевший камин, вызвавший у меня раздражение. Ну и какого дементора мы шли почти целую милю по этому замку? У входа в гостиную висел портрет молодой волшебницы в лиловой мантии. Женщина смерила меня подозрительным взглядом и отвернулась. Где-то я ее видела. Не жена ли это Ранульфа, умершая от лихорадки пару лет назад?

– Я привел ее, милорд, – сказал Лестранж, прервал мои размышления.

– Хорошо, – отозвался из глубины комнаты знакомый голос. – Можешь идти.

Это он меня привел? Хорошенькие, однако же, манеры у аристократов! Я почувствовала, как злость, начавшая было пробуждаться в комнате с камином и там же заснувшая, очнулась снова. Но больше ничего подумать я не успела, ибо тот же голос обратился ко мне:

– Эйлин, подойди сюда.

Посередине гостиной стоял стол, вокруг него было расставлено несколько кресел на одинаковом расстоянии друг от друга, и в одном из кресел сидел... Том Риддл. Среди тех двухсот догадок, которыми я забавлялась сегодня, про Тома Риддла не было ни одной.

– Садись, – непринужденно сказал он. – Выпьешь вина?

Я кивнула. Тут же на столе из ниоткуда возникла бутылка, два хрустальных бокала и ваза с фруктами. Я налила себе вина и, пользуясь паузой, стала рассматривать Тома. За двенадцать лет он, конечно, изменился. Но не так, как мы все, тот же Лестранж, к примеру. Что скрывать – в школе Том Риддл мне нравился. И не только мне – на него заглядывалось полшколы, начиная с Валбурги Блэк и заканчивая бедняжкой Миртл с Хаффлпафа. Но им было приятно любоваться издали, а чем ближе мы знакомились, тем больше он начинал меня пугать. В ближайшее его окружение я не попала, но после истории с Тайной Комнатой и не стремилась.

Странным было то, что гордые аристократы вроде Лестранжа или Валбурги Блэк (ее младшие братья были более либеральны в вопросах чистоты крови, особенно Альфард) начисто забывали о том, что Риддл – полукровка. При этом все они дружно считали полукровкой меня. Лестранж, похоже, до сих пор так считает, судя по тому, как он на меня поглядывал.

Сейчас, глядя на Риддла, я вижу, что привлекательного в нем осталось совсем мало, а то и вовсе не осталось. Зато то, что меня пугало, разрослось в полной мере. Лестранж в тридцать два не таков, как в восемнадцать, но он всегда остается Лестранжем. А вот Том Риддл Томом Риддлом быть уже перестал. Нет в нем ничего от того мальчика, на которого я заглядывалась в школе.

– Ты работаешь все там же, Эйлин? В отделе Экспериментальной Магии?

Я снова кивнула.

– Тебе удалось открыть что-нибудь новое?

Я не сдержалась:

– Да разве у нас что-нибудь откроешь, когда каждые пять минут прибегают авроры – то им зелье приготовь, то экспертизу приведи, то консультацию дай! Как будто без меня ни на что не способны!

Том усмехнулся.

– А вы все удивлялись, почему я не пошел работать в Министерство. Пойти в Министерство – значит связать себя по рукам и ногам мириадами правил. Правила лучше устанавливать самому, чем подчиняться им.

Слова были знакомы еще по школе, но тон стал другим. Тон человека, знающего, что говорит. Он что, собрался устанавливать собственные правила? В замке Лестранжа, похоже, уже установил.

Я не смогла удержаться от иронии:

– Ты можешь предложить что-то другое? Без правил мир не способен существовать.

– Да, могу, – голос Риддла был предельно серьезным. – Я предлагаю тебе присоединиться ко мне. У тебя будет возможность заняться исследованиями, не отвлекаясь на мелочи.

Видит Мерлин, я ожидала чего угодно, включая предложение руки и сердца, но не такое! Перспектива более чем заманчивая. Уйти из Министерства туда, где никто не будет каждые пять минут тебя дергать, наконец-то заняться самостоятельной работой... Я ведь так и не реализовала ни одной идеи, пришедшей мне в процессе чтения магловских книжек по химии.

Это с одной стороны. А с другой? Риддл ведь не просто по старой школьной дружбе мне работу предлагает. Даст ли он заниматься тем, чего хочу именно я?

– А чем ты занимаешься, Том? – спрашиваю, чтобы оттянуть момент принятия решения.

– Не зови меня этим именем, – морщится Риддл.

– А как же тебя называть?

– Лорд Волдеморт.

Ого, еще и лорд. Начинаю смутно припоминать, что как-то в этом духе Лестранж и Эйвери обращались к нему еще в школе, но только в узком кругу. Что за ребячество, право слово, – придумывать себе новое имя, когда тебя не устраивают имена твоих родителей! Когда-то очень давно моя прапрабабка вышла замуж за магла по фамилии Принц, так что же – ее детям надо было отказаться от фамилии?

– Ты не ответил мне, чем ты занимаешься. Я должна знать, что ты мне предлагаешь.

– Видишь ли, Эйлин, я не устанавливаю себе рабочий день с восьми до семнадцати и не расписываю план работы на год вперед.

Шпилька в мою сторону. Хотя я иногда засиживаюсь на работе и допоздна. Но насчет плана он в точку попал. Есть у меня такая вредная привычка – планы составлять.

Слушая Тома, я все больше и больше понимала, что говорит он явно не все. Пускаться в путь, не зная начальных условий, мне не хотелось. Отказывать сразу тоже не хотелось. Больше мыслей не было, если не считать не отпускавшую с утра «Серенаду солнечной долины».

– Я не тороплю тебя Эйлин, – мягко сказал Риддл, глядя на меня. – Подумай.

– Хорошо, – отвечаю я. – Я подумаю.

Подумать я, конечно, подумаю, но данных для размышлений явно недостаточно. А Риддл больше ничего не скажет. И тем более не скажет Лестранж. Придется делать выводы, исходя из неполных данных. Ну что же – мне и таким приходилось заниматься.

– Лестранж! – повелительно произнес Риддл.

Я была уверена, что за этими стенами не слышно даже громкого крика, не то что тихого голоса. Но Ранульф появился мгновенно.

– Проводи нашу гостью.

Я встала, бросила печальный взгляд на камин и вышла из гостиной вслед за Ранульфом.


Ночь с воскресенья на понедельник я спала плохо. Мне снилось, что я вернулась в Хогвартс, на пятый курс и мне надо сдавать СОВ, а у меня нет ни одного учебника. Пока я искала учебники (почему-то в школьном дворе), я наткнулась на Тома Риддла, несущего в одной руке метлу, а в другой атомную бомбу. Он намеревался сбросить ее на ближайшее магловское поселение, не иначе. Я прикинула масштаб разрушений и поняла, что мне надо срочно предупредить директора. И пока я бежала по коридору, в одном из окон увидела яркую вспышку... и проснулась.

Приснится же такое. Результат перенасыщенных событиями выходных. Раньше я никогда так бурно их не проводила.

Утром у меня все валилось из рук, а когда я пришла на работу, то минут пять тупо смотрела на совершенно чистые листы рабочей тетради, пока наконец не сообразила, что взяла из шкафа не ту тетрадь. Та тетрадь лежала на положенном месте, но нашла я ее почему-то не сразу. Взяла в руки, открыла и, пока пыталась сосредоточиться, в комнату вошла Лиз. Поглощенная борьбой с собственной рассеянностью, я не сразу ее заметила и пропустила несколько первых фраз.

– Он тобой очень заинтересовался!

– Кто? – спросила я с недоумением, думая о Томе Риддле. Он мной заинтересовался, это факт. А как ему ответить, я не знаю.

– Да ты меня не слушаешь! – обиженно проговорила Лиз. – Я тебе говорю – Тобиас Снейп...

– Кто такой Тобиас Снейп?

– Он с отцом вместе работает.

– И что? – Я все еще никак не понимала, что от меня хочет Лиз. Вчерашняя встреча заслонила собой все.

– Он меня про тебя спрашивал! И предлагает тебе встретиться! Он хотел тебе позвонить, но я сказала, что у тебя нет телефона... Почему на самом деле вы не поставите себе телефон? У меня в лондонской квартире нет камина, а вдруг понадобится срочно что-нибудь сообщить?

– Лиз, не говори так быстро, у меня голова болит. Откуда он взялся, этот Снейп?

– Эйлин, ну ты совсем заработалась! – Лиз от избытка эмоций всплескивает руками. – Я же представляла тебе всех гостей! Ты в эту субботу с ним танцевала!

Неправда, я не заработалась. Не успела. Наоборот, слишком активно отдыхала.

– И что он от меня хочет?

– Он хочет с тобой встретиться.

– Зачем?

– Ну зачем люди встречаются?

Откуда я знаю, зачем люди встречаются? Лестранж меня пригласил, чтобы устроить встречу с Томом Риддлом. А предположить, что я могла понравиться с первого взгляда незнакомому маглу, – полная нелепость.

– Он в курсе, сколько мне лет?

– В курсе. Он слышал твой разговор с мистером Ричардсом.

– С каким мистером Ричардсом? С которым мы говорили об атомном оружии?

– О каком оружии? – переспрашивает Лиз.

– Атомном! – раздражаюсь я. – Кто из нас маглорожденный?

– Ладно, – примирительно говорит Лиз, – мы с ним уже договорились. Он в субботу приезжает в Лондон, мы с тобой встретим его на вокзале, и вы пойдете гулять.

Под напором Лиз мне ничего не остается, как сдаться. Почему бы на самом деле не встретиться с этим маглом? На чистокровных после вчерашнего мне уже смотреть не хочется.

– Хорошо, уговорила. А куда мы пойдем? Не вести же его на Диагон-Аллею?

– Эйлин, да ты что, Лондона не знаешь? Здесь тысяча мест, куда можно пойти! Так уж и быть, первый раз я сама с вами погуляю. А сегодня или завтра мы отправимся по магазинам, подберем тебе что-нибудь приличное. У тебя даже пальто нет, а тот костюм, что ты мне показывала, лет пять как из моды вышел!

– Но он удобный! Я в нем по Лондону ходила!

– Когда? Десять лет назад?

– Какая разница?

– Большая! Ты должна выглядеть современно!

Ладно. Современно так современно. Хотя я не очень понимаю, что это означает. Я бы не стала каждый год менять одежду только потому, что она, видите ли, выходит из моды. Почему я должна подо что-то подстраиваться?

Только я собралась ответить Лиз, что я на все согласна, даже на пальто (которое мне в самом деле не помешает, ибо зимний мой плащ смотрится совсем не по-магловски), как услышала новый голос. Знакомый и очень язвительный:

– Вас можно отвлечь, мисс Принц?

И принесло же этого Крауча в то самое время, когда я с Лиз о пустяках болтаю!

– Мистер Крауч, – говорю я таким холодным тоном, что если бы в котел передо мной была налита вода, она бы обратилась в лед, – перед тем как войти в чужой кабинет, надо стучаться.

– Я знаю, мисс Принц, – отвечает он мне таким же тоном, – но, во-первых, дверь вашего кабинета была открыта, а во вторых, вы сами назначили мне прийти в девять утра.

А ведь действительно назначила. И успела забыть.

Я делаю знак Лиз, чтобы она шла к себе, и лезу в шкаф за второй рабочей тетрадью. Хорошо, что все нужные выводы уже сделаны и записаны еще в пятницу, когда я не страдала рассеянностью.

Ничего, это скоро пройдет. Может, даже уже сегодня.


– Ну почему здесь так много народу?

Лиз пожала плечами.

– Что ты хочешь, это же вокзал!

– На Кингс-Кросс никогда так тесно не было! – возражаю я. У меня кружится голова, мне хочется спать, в крайнем случае – сесть на скамейку и сидеть. С неба сыплется невнятная морось, непохожая ни на дождь, ни на снег, под ногами хлюпает что-то, несомненно содержащее воду, вокруг толчея, я цепляюсь за руку Лиз, чтобы не потеряться, и чувствую себе ужасно. Уже не хочется никого встречать, хочется домой, в тепло и уют. Интересно, если бы я сейчас находилась на Диагон-Аллее, мне было так же холодно и промозгло? Или это на меня магловское окружение так действует?

Для поднятия настроения пытаюсь себе представить Лестранжа на этом же вокзале. Как ни странно, помогает. Одна только мысль о том, какую гримасу состроит Ранульф, когда его случайно толкнут локтем, вызывает на моем лице улыбку. Я отпускаю руку Лиз, поправляю шляпку и оглядываюсь по сторонам с таким видом, как будто этот вокзал принадлежит мне, и я зашла посмотреть, как здесь идут дела.

– Нам туда! – восклицает Лиз и бежит по платформе.

Я не бегу. Я иду спокойным шагом уверенного в себе человека. И совсем не волнуюсь. Почему я должна волноваться? Я даже в прошлое воскресенье не волновалась, встретив Риддла, с которым не виделась двенадцать лет.

А ведь вопрос с Риддлом так и не решен. Не до того мне было. Никогда не думала, что такая задача, как покупка пальто и шляпки, может занять целую неделю. И что бегание по магазинам куда утомительнее, чем работа. Несмотря на то что домой я приходила не очень поздно, сил на обдумывание чего-то серьезного уже не оставалось. Пару раз у меня возникало желание послать все к дементорам, и если я этого не сделала, то исключительно потому, что объявила свои действия научной работой на тему «Эйлин Принц в магловском мире».

Где Лиз? Ага, вон она впереди, кому-то машет рукой. И кричит мне:

– Эйлин, иди сюда! Скорее!

Зачем торопиться? Подхожу не спеша, чтобы Тобиас Снейп имел возможность полюбоваться мною в полный рост. Сейчас я выгляжу старше и серьезней, чем тогда на вечеринке. Длинное серо-голубое пальто, шляпка в тон, небольшая сумочка, чуть-чуть косметики (исключительно, чтобы подчеркнуть глаза) – в общем, деловая женщина с хорошим вкусом. Тщательно разработанный нами образ. Не устаю удивляться – почему Лиз не надоело со мной возиться? Может, она тоже эксперимент проводит?

– Последний раз я был в Лондоне лет пять тому назад, – говорит Снейп. Пока он рассматривает меня, я рассматриваю его. Чуть повыше меня ростом, худое, вытянутое лицо, нос, пожалуй, великоват, волосы прямые и черные, прямо как у меня. Не красавец. Ну так и я не красавица.

– Значит, мы сейчас пойдем гулять по городу! – радостно говорит Лиз.

– Давайте сначала выпьем кофе, – предлагаю я. – И гидом будешь ты. Я так давно не ходила по Лондону, что забыла, где что находится!

– А вы не в Лондоне живете? – спрашивает Снейп.

– В пригороде. А работаю в Лондоне. Но времени походить по городу обычно не хватает.

Действительно не хватает. А до последнего времени – и не хотелось. Лиз, с тех пор как пришла к нам в отдел, все время пытается вытащить меня то на прогулку, то на концерт, то в кино. А я упорно сопротивляюсь. Теперь она, по-видимому, желает компенсировать все наши несостоявшиеся прогулки. И первый раз за два года я готова пойти ей навстречу.

Когда мы вышли из кофейни, небо оставалось все таким же мрачным, но морось кончилась. Мы со Снейпом все еще приглядывались друг к другу. Я пыталась понять, чего он от меня хочет, а он – что я скрываю. Почему-то все думают, что я что-то скрываю. А я просто не люблю много говорить. И всю нашу долгую прогулку говорила в основном Лиз.

Водила она нас какими-то причудливыми зигзагами, а когда мы вышли на Оксфорд-стрит, я сделала страшные глаза и многозначительно посмотрела на Лиз. Мне эта улица скоро будет сниться в кошмарных снах наравне с Томом Риддлом и атомной бомбой. По-моему, на ней не осталось ни одного магазина готового платья, в котором я бы не перемеряла все. Когда мы вышли на Трафальгарскую площадь, я поняла, что переоценила свои силы и нуждаюсь в отдыхе. Посему предложение посетить Национальную галерею было мною отвергнуто. Там, конечно, тепло, но опять придется ходить, а мы и так уже пол-Лондона обошли.

– Сколько времени? – Лиз смотрит на часы и в ужасе хватается за голову. – Я обещала родителям, что приеду сегодня самое позднее к обеду!

Если она прямо сейчас аппарирует, то будет дома задолго до обеда. Но Лиз поражает меня тем, что не всегда пользуется волшебными способами передвижения. Иногда даже домой едет на поезде.

– Если у вас принято обедать в девять вечера, то к обеду, может, и успеешь, – слегка снисходительно говорит Снейп.

– Тебе хорошо так говорить, Тобиас, тебя дома никто не ждет! Ты на восьмичасовом поедешь, да? А я не могу ждать так долго! Если я вас оставлю, вы не обидитесь?

– Мы не обидимся, – говорим мы хором. Такое единодушие, кажется, поражает нас обоих, мы смотрим друг другу в глаза и чуть заметно улыбаемся.

Остаток дня мы провели в небольшом ресторанчике, неподалеку от Трафальгарской площади. Далеко от нее я бы и не ушла.

Оставшись вдвоем, мы наконец-то сумели разговориться. Причем говорил в основном Тобиас. Мне это было на руку, ибо я внезапно осознала, сколько деталей своей легенды я еще не продумала. Начиная с того, как я каждый день добираюсь на работу из пригорода и кончая подробностями самой работы.

Он на пять лет старше меня. «Мы могли пересекаться в Хогвартсе», – промелькнула мысль, но я тут же осадила себя, вспомнив, что он магл. Во время войны работал техником на военном аэродроме, получил техническое образование, потом открыл маленькую фирму по ремонту автомобилей и женился. Но жена ушла от него с американцем, а фирма прогорела. Он устроился инженером на машиностроительный завод в Манчестере (я не совсем поняла, на какой именно, но именно там они познакомились с отцом Лиз). Это было в конце сороковых. Живет он в Манчестере, в собственном доме. У него есть машина, собранная чуть ли не на свалке из запчастей, но в Лондон он предпочел приехать на поезде.

Я слушала с интересом, периодически переспрашивала и уточняла подробности. Было интересно посмотреть хотя бы краешек другой жизни, так непохожей на нашу. В ответ ужасно хотелось поделиться своей биографией, но самое главное приходилось урезать. В урезанном виде моя биография выглядела так: училась в Эдинбургском университете, не замужем и никогда не была, отец умер пять лет назад, мать работает в больнице (чистая правда – она действительно в больнице святого Мунго работает).

Вроде бы он ничего необычного не заметил. По крайней мере, ни одного опасного вопроса не задал. Интересно, как Лиз умудряется скрывать свой истинный род занятий от всех своих многочисленных магловских знакомых? Насколько я знаю, только ее родители в курсе того, что она волшебница, но не до конца понимают, что это такое.

Никогда не думала, что могу так просто сидеть и беседовать не по делу. Последний раз свидание в кафе мне назначил на третьем курсе Альфард Блэк. Сделал он это в набитой народом гостиной, я даже подумала, что он так шутит, но согласилась, чтобы поддержать игру. Мы два часа просидели у мадам Паддифут, изображая из себя счастливую пару, но беседовали на темы, которые ни одним влюбленным в голову не придут. В основном обсуждали вопрос потомков Слизерина в целом и Тома Риддла в частности. Я так поняла, что за этим он меня и позвал, – у меня были одни кусочки мозаики, а у него – другие.

– Боже мой! – сказал Тобиас, взглянув на часы. – Мне пора на поезд. Вы меня проводите?

– Конечно, провожу, – согласилась я, мысленно благодаря себя за внимательное изучение карты Лондона. А ну бы я заблудилась, куда бы мы потом пошли? В «Дырявый Котел»? И что потом со мной сделает Лиз и ее родители?

– Когда мы увидимся?

Я могу аппарировать к нему в Манчестер в любой вечер, но нельзя. По крайней мере, так сразу. Если он действительно собирается со мной встречаться регулярно, то придется все рассказать.

– Да хоть в следующие выходные, – сказала я и все-таки не сдержалась и задала прямой вопрос: – Чем я вас так привлекла? Я же страшно некрасивая, и от моды отстала, в общем и целом Лиз куда привлекательней меня.

– Вы необычная, – ответил он после легкой заминки (наверное, не ожидал такого вопроса).

Тут он прав. Но неужели это так заметно? Так и до нарушения Статуса о Секретности недолго.

– Надеюсь, я вас не разочарую.

– Нет, конечно!

Вот если он в ужасе от меня отшатнется, узнав, кто я, тогда точно разочарует. А пока – почему бы не поизображать из себя маглу и дальше? Это даже увлекательно.

Мы расстались на том же вокзале, вполне довольные собой и жизнью. Добравшись до дома, я поняла, что с нетерпением буду ждать следующей субботы.

Обещание подумать, данное Тому Риддлу, растаяло где-то в глубине сознания. Не хотелось о нем думать. Достаточно было других тем для размышления.


Мы с Тобиасом прогулочным шагом шли по набережной. Когда я выходила из дома, светило солнце, но стоило мне добраться до вокзала (я ехала магловским транспортом от Косого Переулка, чтобы не появляться внезапно посреди людной улицы), как половину неба заволокло облаками. Откуда они взялись – тоже аппарировали, что ли? Зато с неба ничего не капало, и погода для прогулок стояла самая подходящая.

Всю прошедшую неделю меня не оставляло удивительно хорошее настроение. Даже Барти Крауч вместо обычного вежливого отпора получил от меня вполне искренний любезный тон и трехчасовую лекцию о противоядиях. Произошло это в среду, и до конца недели он не появлялся, – видимо, осмысливал. Лиз я предложила выполнить давно сделанное обещание сводить меня в кино. Она долго думала, изучая репертуар кинотеатров, и в четверг мы с ней пошли на «Римские каникулы». Лиз его видела уже раза три и не уставала повторять, какой это замечательный фильм. Я смотрела на нее скептически, но фильм мне действительно понравился. В конце стало даже грустно. Никогда не думала, что у маглов могут быть те же проблемы, что и у нас. Попыталась объяснить Лиз, она меня не поняла. Она странным образом умеет не замечать то, что может ее задеть.

Остаток недели я провела в размышлениях, правильная ли я слизеринка, коль скоро меня так потянуло к маглам. Под конец убедила себя, что закрывать глаза на существование магловского мира нереально и надо разрабатывать методы взаимодействия. Ну и что, что этим занимается целый департамент в Министерстве? У меня свои методы. Дальше размышлять было некогда, ибо пора было отправляться на свидание с Тобиасом. Лиз, слава Мерлину, уехала к родителям и нам не мешала.

Мы шли по набережной и беседовали. Тобиасу удалось меня разговорить, что вообще явление редкое. Хотелось рассказать какой-нибудь смешной случай из своей работы, которых случалось со мной множество, но приходилось жестоко фильтровать и подгонять под магловские понятия. Как рассказать, например, что лет пять тому назад меня прозвали «кровожадной Эйлин» и пустили обо мне слух, что на каждого приходящего ко мне в лабораторию, я бросаюсь с ножом и высасываю литр крови. А нужна-то была всего пара капель и всего-то пару раз.

– Однажды у меня один опыт все никак не хотел получаться. Десять раз пробовала – то одно, то другое... Намучалась ужасно, когда наконец-то получила то, что хотела. А за окном весь день туман стоял, так что не поймешь, сколько времени. Чувствую, что устала жутко, думаю – все, сейчас приеду домой и лягу спать. Собираюсь закрывать кабинет и уходить, а мне говорят – а куда это ты в такую рань? Как это рань, – удивляюсь я, – весь вечер работала, спать хочу! Какой вечер, отвечают мне, десять утра! Оказывается, я целую ночь просидела и не заметила.

– А родители не спохватились?

– А что родители? Мама в ту ночь сама на дежурстве была. Потом, она знает, что я на работе могу до ночи засидеться.

– Я помню, когда-то в своей мастерской мог полночи просидеть над машиной, – со вздохом сказал Тобиас. – Теперь уже не то. Устал.

– От чего?

– Не знаю. От однообразия жизни, наверное. Странно, во время войны, когда постоянно требовалось собирать все силы, когда находился в постоянном напряжении, я не уставал. А сейчас – устал. Всего каких-то пятнадцать лет прошло, а чувство такое, будто вся жизнь.

Странно. У меня иногда появляется чувство, что я бьюсь головой о стенку, особенно когда в момент рождения идеи приходится переключаться на срочное задание от аврората, но оно проходит. В такой момент я говорю себе, что времени впереди у меня много и я все еще успею.

– Вся жизнь так быстро не проходит. Мы еще молоды, мы все успеем!

– Мне бы ваш оптимизм...

– Так берите, мне не жалко! – рассмеялась я. Шедшая впереди нас парочка – довольно молодая девушка с мужчиной примерно моих лет – оглянулись и странно на меня посмотрели. Ну и пусть смотрят – что, уже посмеяться нельзя?

Тобиас тоже засмеялся. Только как-то неуверенно.

– Неужели вы никогда ни в чем не испытывали разочарования?

– Ну, бывало, – с сомнением ответила я, – но я очень быстро убеждаю себя, что если не удалось добиться успеха в одном, то в другом непременно получится.

– И даже в любви?

Тут я растерялась. Наверное, я по всем меркам, и магловским и магическим, могу считаться неудачницей, потому что ни одного романа у меня ни с кем не было. Но мне это никогда не мешало.

– Отсутствие опыта не означает отсутствие результата, – наконец отвечаю я.

– Неужели вы ни разу не были влюблены?

– Ну, если честно... В школе мне нравился один мальчик, но по нему половина школы вздыхала.

Зачем я это сказала? Две недели не вспоминала ни про какого Тома Риддла, а тут вдруг вспомнила, да еще и в разговоре с Тобиасом. А если он Лиз расскажет, и та пристанет ко мне с расспросами?

– А после школы вы его уже не встречали?

Вопрос звучит почти утвердительно. И ведь могла бы промолчать! Но у меня дурная привычка – сначала говорить правду, а потом думать. Иногда я сначала думаю, и тогда говорю не всю правду. Например, Лиз я всего никогда не говорю, боюсь ее напугать. Она ведь еще ребенок, в сущности.

– Встречала, недавно. Он мне работу предлагал.

– Работу? – спрашивает Тобиас недоверчиво.

А почему бы и правда не рассказать незаинтересованному и практически отстраненному наблюдателю? Свежий взгляд – он всегда полезен.

– Да, причем толком так и не объяснил, что он от меня хочет. Говорит, что способен предоставить мне полную свободу для исследований, это мне и подозрительно.

– У него своя фирма? Или он на кого-то работает?

Насколько я знаю, Риддл ни на кого, кроме себя, работать не будет. Но в магловском мире все иначе, чем в магическом, там просто-напросто людей больше, поэтому пробиться наверх куда труднее.

– Не думаю, чтобы он работал на кого-то. Деньги, скорее всего, ему дает его одноклассник, он жутко богат.

– А чем он занимается, вы знаете?

– В том-то и дело, что нет.

– Он вам и сейчас нравится? – каким-то странным тоном спросил Тобиас.


просмотреть/оставить комментарии [1]
 К оглавлениюГлава 2 >>
ноябрь 2020  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

октябрь 2020  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2020.11.20
Работа для ведьмы из хорошей семьи [15] (Гарри Поттер)



Продолжения
2020.11.25 16:30:33
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.11.25 01:09:59
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.11.24 00:28:50
Леди и Бродяга [4] (Гарри Поттер)


2020.11.12 22:03:57
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.11.08 19:55:01
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.11.08 18:32:31
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.11.08 18:24:38
Змееглоты [10] ()


2020.11.02 18:54:00
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.11.01 18:59:23
Время года – это я [6] (Оригинальные произведения)


2020.10.24 18:22:19
Отвергнутый рай [26] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.10.22 20:24:49
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.10.19 00:56:12
О враг мой [106] (Гарри Поттер)


2020.10.17 08:30:44
Дочь зельевара [197] (Гарри Поттер)


2020.10.13 02:54:39
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 18:14:55
Глюки. Возвращение [239] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 00:13:58
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [262] (Гарри Поттер)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.