Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Теперь в Хогвартс детей отвозят школьные автобусы - по одному для каждого факультета. И в каждом автобусе есть объявление о запрете на разговоры с шофёром.

Рэйвенкло: "Строго воспрещается разговаривать с водителем".
Гриффиндор: "Будет лучше не разговаривать с шофером".
Хаффлпафф: "Нет никакого интереса разговаривать с шофером".
Слизерин: "Запрещено отвечать шоферу".

Список фандомов

Гарри Поттер[18480]
Оригинальные произведения[1241]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[140]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12702 авторов
- 26942 фиков
- 8624 анекдотов
- 17686 перлов
- 677 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 16 К оглавлениюГлава 18 >>


  Необыкновенное лето

   Глава 17. Железный лес
Стоило только Локи выйти за порог комнаты, как происходящее с ними двоими стало казаться ему чем-то сродни сну или фантазии. Им овладела мучительная неуверенность, действительно ли Тор сказал то, что сказал, не передумает ли он, не пойдет ли по какой-нибудь неведомой причине на попятный. Эти опасения терзали его нервы, обострившиеся до такой степени, что, казалось, если бы сейчас Локи встретил кого-то на лестнице, и этот кто-то обратился бы к нему с каким-нибудь вопросом, Локи просто не смог бы сдержать рвущийся наружу крик.
Но ему никто не встретился.
В столовой близнецы излагали Лафею причину очередной своей драки.
- Значит, так, мы договорились бежать до того кверкус робур*, кто быстрее... - тараторил Хельблинди.
- Враньё, - перебивал Бюлейст. - Сперва я был под акациа фарнезиана**, потому что искал там мяч...
Посещение ботанического сада произвело на них большое впечатление, поэтому они выспросили у садовника названия всех растений, какие только можно было найти в окрестностях Иггдрасиль-холла, и выучили с помощью энциклопедии их латинские названия, чем повергли своего отца в глубокое недоумение.
- Где ты искал мяч? - озадаченно переспросил он.
Близнецы, перебивая друг друга и повышая голос, принялись повторять свою историю.
Локи не стал обнаружить своего присутствия: пользуясь тем, что до ужина оставалось еще с четверть часа, он ушел в гостиную и остановился в эркере, стараясь успокоиться. На сад уже опустились сумерки, густая листва деревьев задевала оконные стекла, качаясь на ветру. Локи сам не знал, сколько простоял там, - по внутренним ощущениям прошла уже целая вечность, но никаких внешних признаков, способных подтвердить это, не было. Он открыл окно, глубоко вдохнул прохладный воздух и, задернув штору, вернулся обратно.
Спор близнецов по-прежнему продолжался, а в коридоре недалеко от ведущих в столовую дверей, привалившись плечом к стене, стоял Тор, должно быть, не решаясь войти и прервать семейную сцену. Локи было достаточно одного взгляда на его спину, чтобы с таким трудом достигнутое внутренне равновесие полетело к чертям.
- Не знаю, как проживу до конца ужина, - прошептал он, подходя к Тору. Тот не обернулся, но на скулах его проступил ощутимый румянец.
- Тебе не страшно? - спросил он.
- Немного, - признался Локи. - Но я очень хочу этого. С тобой. Пожалуйста, не смотри на меня, иначе я умру прямо здесь, - добавил он, прижимаясь к плечу Тора.
Тот с шумом выдохнул воздух, а потом все-таки развернулся и обнял Локи, мягко и успокаивающе.
- Локи, - сказал он так, словно это было самое ласковое слово на свете. - Я люблю тебя и никогда не сделаю тебе ничего плохого. Ты мне веришь?
- Верю, - Локи вздохнул и отстранился. - Давай встретимся после ужина на террасе.... Я уже скучаю по тебе.
- Я тоже, черт побери! - воскликнул Тор, удерживая его за руку. - Быстрей бы они все легли спать!
- Может, подсыпать им снотворного?
Оба нервно захихикали.
- Ладно. Всё. Я пошел, - сказал Тор, выпуская рукав Локи из пальцев.
- Иди.
Локи отступил на шаг, проводил его спину взглядом и метнулся к парадным дверям - ему нужно было потянуть время, чтобы прийти к ужину не одновременно с Тором и ненароком не выдать себя. Обогнув дом, он поднялся по ступенькам на террасу, открыл заднюю дверь и поспешил в столовую. Все, кроме Фригг, были уже в сборе.
- Простите! - сказал Локи, отодвигая свой стул и ловя недовольный взгляд отца.
Сев на свое место, он быстро опустил глаза, словно содержимое тарелки чрезвычайно заинтересовало его. На самом же деле так было удобнее украдкой наблюдать за окружающими.
Близнецы сидели тихо, как мыши - должно быть, им все-таки влетело. Лафей хмурился. Его еще влажные после душа волосы курчавились больше обычного, и он досадливо откидывал их со лба. Жест был Локи знаком - отец, похоже, нервничал. Один тоже был сам не свой. Судя по тому, как старательно они с Лафеем избегали смотреть друг на друга, причина их подавленности становилась все очевиднее безо всякого дедуктивного метода.
Впрочем, на Локи премьер-министр взглядывал с мягкой рассеянной улыбкой, говорившей о том, что никакие внешние обстоятельства не способны повлиять на его симпатию и расположение. Ох, знал бы он про них с Тором!..
Локи покрепче сжал ложку - нервы его были натянуты почти до предела, и он давился ужином, не чувствуя вкуса пищи. После второй перемены блюд он все-таки рискнул посмотреть на Тора - и тотчас встретил его взгляд.
Тор, похоже, не собирался особо скрываться. Улыбаясь одними глазами, он взъерошил волосы и заложил ложку за ухо на манер карандаша. Локи хмыкнул и быстро обвел взглядом стол - но все были слишком заняты своим десертом и, к счастью, не обратили на проделки Тора внимания.
И Локи больше не прятал глаза, - допивая свой чай, он смотрел на Тора, и Тор смотрел на него, и они оба могли теперь вести свой безмолвный диалог, чтобы сократить время разлуки.
Наконец этот самый долгий в их жизни ужин закончился. Сложив салфетку, Локи мгновенно улизнул на террасу, а через минуту следом за ним пришел и Тор.
- Думал, это никогда не закончится, - страдальчески воскликнул он. - Прогуляюсь до пруда, мозги проветрю. Пойдешь со мной?
- Иди один, - покачал головой Локи. - Холодно.
Оба понимали, что причина скорее в нервном возбуждении, чем в холоде - вечер был свежее предыдущих, но не настолько свежим, чтобы вызывать озноб, но Тор все равно стянул с себя толстовку и набросил ее Локи на плечи.
В этот момент на террасе появился Лафей и в изумлении уставился на Тора и Локи, стоящих друг перед другом.
Под этим взглядом, с каким обычно, должно быть, охотники на крокодилов выслеживают свою добычу, Тор героически связал рукава толстовки узлом, чтобы она не падала, и пробормотал:
- Ну, я пойду.
- Ага, - сказал Локи.
Они безмолвно попрощались до скорой встречи, Тор отступил и с напускной беспечностью спустился в сад.
Лафей подошел к сыну, на ходу доставая из пачки сигарету и хлопая себя по карманам в поисках спичек.
Локи вопросительно посмотрел на него - отец курил исключительно редко, и, как правило, связано это было с какими-то большими неприятностями. Он собирался спросить, что случилось, но Лафей опередил его.
- Что у вас с ним? - спросил он хмуро, кивая в сторону крыльца, с которого только что спустился Тор.
В тоне его было что-то такое, что Локи не задумываясь солгал:
- Ничего.
- Вот и славно, - кивнул Лафей. - Если мерзнешь - сходи за своим свитером. И никаких дел с Тором, это понятно? Никаких дел. Дай мне слово.
- Но почему? - сразу взвился Локи, тем самым выдавая себя с потрохами. - Ты можешь объяснить?
- Нет.
- Тогда и мой ответ - нет. Я не стану ничего обещать.
Лафей подцепил его подбородок и поднял, заставляя взглянуть в глаза.
- Что тебе этот Тор? Ты етун.
Локи вздрогнул от того презрения, которое прочел в его взгляде.
- Чего ты на нас взъелся?! Он любит меня! Он сказал, ему плевать, что я етун! – выкрикнул он с отчаянием.
- Он лжет, - сказал Лафей жестко. - Он выберет не тебя, если возникнет ситуация, когда ему придется выбирать.
Это было как удар под дых - так несправедливо и так мучительно обидно, что Локи не мог сдержать слез.
- Но я точно знаю, что это - не так! - воскликнул он. - Тор доказал мне это!
Глаза Лафея метали молнии.
- Он уже успел заморочить тебе голову? Прекрати. Он такой же, как его отец. Это просто блажь. Я знаю, о чем говорю. Послушай, - уже мягче добавил он, проводя ладонью по мокрой щеке сына. - У каждого из нас рано или поздно появляется в жизни человек, которого впоследствии ты будешь называть "человеком, который тебе не достался". Память об этом гаденыше будет долгие годы отравлять тебя. Не важно, из какой он был сферы - личной или профессиональной... Не важно, чего именно ты от него хотел - любви, внимания, опыта в каком-нибудь ремесле... Важно одно - он мог бы дать тебе нечто, но не дал, или дал, но не так много, как ты хотел... И он остается твоей несбывшейся мечтой. Ты будешь все время додумывать его, очищать от шелухи, наделять новыми свойствами, рисовать новыми красками… Постепенно в твоем сознании он как некий реально существующий субъект совершенно растворится, и останется только то, что ты сам про него сочинил. Возможно, на деле он вовсе не так хорош, не так умен, не столь искушен в том, чего ты ждал от него...
- Но возможно и другое! – горячо возразил Локи. – Возможно, он именно ТАК хорош! Тогда все эти разговоры - просто попытка утешить себя в своей неудаче! Может, на самом деле, он - тот единственный, с кем ты будешь счастлив!
- Да-да. Именно так и работает эта иллюзия. Лучше сразу избавиться от нее. Выкинуть вот отсюда, - Лафей ткнул сына пальцем в лоб. - Принять тот факт, что он тебе не достался, его нет, он не твой - но это не делает тебя хуже. Вот в чем суть.
- Разве не важно - бороться за мечту?!
- Нет. Надо бороться за реальность. Иначе всю жизнь потратишь на строительство воздушных замков. У тебя никогда ничего не будет с Тором. Чем быстрее ты это осознаешь, тем лучше. Я же желаю тебе добра. Пойми.
- Я понимаю, - заверил Локи, глядя на отца злыми, покрасневшими от слез глазами. – Я отлично тебя понимаю. Ты не обо мне сейчас говорил, а о себе... И об Одине. Это он тебе не достался, не так ли... Но ты… Ты все еще любишь его. Да?
- Да, - сказал Лафей, помедлив. - Люблю.
- И поэтому я не могу быть с Тором?
- Нет.
- Тогда почему? Почему?! Ответь мне! – Локи снова сорвался на крик.
- Он твой брат.
- Что?!
- Один – твой отец.
- В каком... смысле? – пробормотал Локи и невольно отступил на шаг.
Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Лафей первый отвел взгляд и облокотился о перила, хмуро уставившись в глубь сада.
- Мне было семнадцать, когда мы с ним познакомились, - произнес он негромко. – Я только окончил школу и приехал в Асгард поступать в ремесленное училище. Мы встретились совершенно случайно, и я тогда, конечно, не думал, что все обернется так. Мы оба не думали. У него была своя жизнь - он защитил диплом, женился, получил хорошую должность в министерстве… Я знал, что он никогда не будет моим. Меня устраивали наши отношения, а потом… перестали устраивать. Я понял, что Один способен сидеть на двух стульях и при этом чувствовать себя вполне комфортно. Он не собирался ничего менять. Я не смог так дальше. Бросил всё и вернулся в Етунхейм… Но увез с собой кое-что в память о нем... Его я не счел нужным ставить в известность о том, что у нас будет ребенок. Ты появился на свет уже в Етунхейме, и все считали тебя чистокровным етуном. Один узнал о твоем существовании всего полгода назад, - Лафей наконец обернулся к сыну и замолчал, пораженный эффектом, какой произвели на Локи его слова. Тот выглядел так, словно его только что приложили по голове чем-то тяжелым.
- Почему же ты... не сказал мне сразу? – проговорил он слабо.
- Я хотел уберечь тебя, - сбавил обороты Лафей, но Локи не оценил этой запоздалой заботы о своем душевном состоянии. Напротив, он пришел в неистовство и совершенно потерял голову.
- Уберечь? От чего?! – уточнил он ядовито, как никогда прежде не позволял себе разговаривать ни с кем из близких.
- Ты знаешь, как в Етунхейме относятся к асам, - раздраженно ответил Лафей. – Я приложил массу сил, чтобы скрыть твое происхождение. Даже твоя мать, - которая тебе вовсе и не мать! - не знала правды.
- Тогда зачем же ты рассказал мне это теперь?
Лафей вперил в него тяжелый взгляд.
- Потому что я хочу, чтобы ты уехал оттуда. В Ванхейм, в Асгард, куда угодно. Чтобы ты был счастлив.
- Счастлив? – передразнил Локи срывающимся от ярости голосом. – Странное представление о счастье! Всё было хорошо до этого дня... Тор – мой брат… О, боги… Ты как нарочно… Как нарочно!..
- Что ты мелешь? – перебил Лафей. - Что с тобой такое? Ты - сын премьер-министра Асгарда... Да любой етун от зависти удавится! А у тебя на лице мировая скорбь!
- Но я люблю его! Я люблю Тора! Я его выбрал, а он выбрал меня... Что будет, когда он узнает...
- Да наплевать на Тора, - окончательно разозлился Лафей. - Я не хочу даже слышать эти ребяческие бредни... Тебя ждет стабильное, обеспеченное будущее. Ты понимаешь это? Эмоции приходят и уходят. Они не должны определять твою жизнь.
- О, конечно, - прошептал Локи. Глаза у него были совершенно дикие. – Ты всегда ставил положение выше эмоций... И что, ты счастлив? Думаешь, я поверю в это, глядя, как ты из-за каких-то бредовых принципов выбрал одиночество?
- Замолчи! – рявкнул Лафей, но Локи, не слушая его, продолжал скороговоркой:
- А может, тебе просто нравится быть брошенным?.. И ты хочешь, чтобы я тоже был таким, как ты, хочешь, чтобы и я тоже до конца своей жизни был никому не нужен!
Лафей, размахнувшись, влепил ему пощечину, такую звонкую, что, казалось, с кустов посыпались листья. Глаза Локи заволокло красным туманом. Он попятился и, не разбирая дороги, бросился прочь.

***
- Что случилось? – спросил Один, когда Лафей ворвался в его кабинет и, в ярости оттолкнув с дороги журнальный столик, плюхнулся на диван.
- Я сказал ему всё, - скрипя зубами, выдавил Лафей. – Не так, как хотел. Он… Мы… - он внезапно замолчал и беспомощно всплеснул руками. Один сел рядом.
- Успокойся. У Локи твой характер. Дай ему время, чтобы переварить новости. Я сейчас найду его и сам поговорю с ним. Все будет нормально, вот увидишь.
Лафей покачал головой.
- Мы с ним никогда раньше не ссорились. Никогда. Он доверял мне… Что теперь будет?
Один увидел в его глазах боль, и, не выдержав этого, отвел взгляд.
- Я поговорю с ним, - повторил он, поднимаясь, и достал из бюро бутылку и стакан. – Он умный мальчик и все поймет, когда успокоится. Выпей, - договорил он, передавая стакан Лафею. – Тебя трясет.
- Я не ожидал такой реакции, - пробормотал Лафей, залпом выпивая свой коньяк. – Мне казалось, я всё предусмотрел… Но Тор… разумеется, я не учел этого проклятого мальчишку…
- О чем ты говоришь? – спросил Один, забирая пустой стакан у него из рук. – Налить тебе еще?
- Не надо. Просто, ради всего святого, найди Локи. А я... пойду к себе. Мне нужно подумать, что делать дальше.
Когда дверь за ним закрылась, Один плеснул себе коньяку и тоже, вслед за Лафеем, осушил стакан до дна.
Искать Локи не пришлось – тот явился к нему сам, неслышно проскользнул в кабинет и замер. Глаза его лихорадочно блестели, одну щеку украшало красное пятно. Один покачал головой, догадываясь, что именно Лафей подразумевал под словами «сказал не так, как хотел».
Он поманил сына к себе, и, когда тот подошел, взял его за руку.
- Ты выглядишь очень расстроенным, - сказал он мягко. – Тебя так огорчила новость о нашем с тобой родстве?
Он постарался смягчить улыбкой свои слова, но брови Локи были по-прежнему нахмурены.
- Не каждый может похвастаться родством с премьер-министром Асгарда. Воображаю открывшиеся мне блестящие перспективы и все такое… - сказал он так, словно произносил заученную роль.
- Локи, - перебил Один, крепче сжимая его руку. – Что с тобой?
- Ничего, - прошептал Локи, делая слабую попытку вырваться. – Всё в порядке. За исключением того, что вы… вы оба… лгали… мне… нам с Тором…
Он все-таки вырвался и отступил на шаг. Один сделал успокаивающий жест, давая понять, что не станет удерживать его.
- Лафей хотел дать тебе время узнать меня получше. Он не был уверен, что мы с тобой сможем так сразу поладить, - произнес он мягко. - Я не стал с ним спорить… Я хочу сказать, у него были свои причины думать так. И я не могу винить его за это. Но он был неправ в том, что сомневался во мне. Сомневался, что я смогу полюбить тебя так, как он сам тебя любит. Он потребовал этой отсрочки, потому что должен был быть уверен во мне. В том, что я смогу быть твоим отцом. Я тогда и сам не знал наверняка, получится ли у меня… Ты видишь, я больше привык к работе, чем к семейной жизни… Но теперь я могу твердо сказать – у меня получится. Мне достаточно было всего лишь раз взглянуть на тебя, чтобы понять это. Ради тебя я готов поменять всё в своей жизни. Потому что с каждым днем ты становишься для меня все дороже. Не думай, пожалуйста, что я могу недостаточно любить тебя только из-за того, что мы так недавно знакомы.
Локи молчал, опустив голову. Но он по крайней мере не пытался сбежать, и это обнадеживало.
Один медленно обнял его за плечи, заставил сесть на диван и опустился рядом с ним.
- Почему ты плакал? - тихо спросил он.
Локи дёрнул плечом, словно не в силах справиться со странной судорогой, сводившей его мышцы.
- Это... уже неважно, - ответил он усталым голосом. - Мы поругались с Лафеем.
- Да, он заходил ко мне, расстроенный, - подтвердил Один. - Но тебя тоже можно понять, ведь такие новости получаешь не каждый день... Мне жаль, что мы невольно огорчили тебя, но ни один из нас этого не планировал. Мы оба очень тебя любим, ребенок, - добавил он ласково. - Я знаю, что должен еще заслужить право называть тебя так, потому что я очень виноват и перед тобой, и перед Лафеем...
Локи сглотнул и нерешительно посмотрел на Одина.
- Вы его любите? - спросил он тихо.
Один утвердительно склонил голову.
- Люблю. И всегда любил только его.
- А как же Фригг? И Фьергюн, мама Тора?
Один невольно поморщился.
- Мы не всегда можем быть с теми, с кем хочется, - признался он с неохотой. - Лишь по-настоящему независимый человек может выбирать. Когда я женился в первый раз, я зависел от своих родителей. Позднее - от своего статуса. Хотя, если хочешь знать правду, - мне было все равно, что со мной будет, когда мы с Лафеем расстались... Он был моей жизнью. Однажды ты сам узнаешь, что это такое... - он улыбнулся своей особенной улыбкой, за которой всякий раз приоткрывался краешек его другой, тайной жизни, в которой для него не существовало никого, кроме Лафея. - Я влюбился в него с первого взгляда, хотя в тот момент не понимал этого... Подсел к нему за столик в привокзальном буфете. Он посмотрел на меня, и едва не прожег взглядом дыру. Ты знаешь, иногда его глаза способны воспламенять то, на что обратятся. Так было и в тот раз. Он только посмотрел - и я словно пеплом осыпался. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Как и никогда позже - ни с кем, кроме Лафея... Он читал книгу моего деда. Сказал, что автор пишет толково, но чересчур идеалистично и догматично. Я не признался ему, что состою с автором в родстве, но высказывания Лафея показались мне не лишенными смысла. Мы проговорили целый час, а потом мне нужно было уезжать. Я уходил от него с мыслью, что совершаю ошибку. Шло время, а ощущение, что я хочу, что я должен снова его увидеть, не ослабевало. Напротив, оно разгоралось с каждым днем. И я нашел его. Он не забыл меня, и это послужило мне еще одним знаком... Мы стали встречаться время от времени, гуляли по городу, разговаривали... Думаю, он все быстро понял, гораздо быстрее, чем я. Но давал мне возможность все осознать. И, когда я пришел к нему со своими чувствами, он уже ждал меня. Он все время ждал меня... А я все время заставлял себя ждать. Был дураком... В последний раз я встретил его этой весной, в министерстве, и тоже случайно... То есть, теперь я знаю, что в нашей истории не было никаких случайностей - только насмешки судьбы и ее уроки. Так вот, мы встретились, и он рассказал о тебе. Я думаю, что это - чудо. Всё, что в моей жизни связано с ним - чудо. Особенно - ты, мой мальчик, - он привлек Локи к себе, прижимаясь губами к его макушке, и оба замерли, вслушиваясь в эту новую связь, возникшую между ними.
Локи сам не знал, почему снова плачет, но никак не мог остановить своих слёз, которых оказалось почему-то чертовски много. Ему наконец стали понятны корни иррациональной симпатии, которая почти мгновенно возникла у него и к Одину, и к Тору... И он, конечно, был счастлив, что теперь, как бы ни сложились обстоятельства, эти двое все равно навсегда останутся в его жизни... но к этим мыслям примешивалось и горе оттого, что любить Тора как прежде он уже не сможет... и что Тор теперь, наверное, снова помирится с Сиф... почему-то эта мысль оказалась самой болезненной - ревность пронзила его, словно нож.
- Вы... расскажете всё Тору? - спросил он, и в сознании мелькнула безумная надежда, что Один не считает необходимым посвятить Тора в эту семейную тайну...
Но Один с искренним удивлением взглянул на него.
- Конечно! - произнес он. - Ты хотел бы сделать это сам? Вы так сдружились... Возможно, ему было бы радостнее узнать это от тебя.
- Нет-нет, - испуганно ответил Локи. - Я... Нет, я не могу.
- Тогда я поговорю с ним, - сказал Один, озадаченно взглядывая на Локи, и протянул ему свой платок. - Давай позовем его прямо сейчас, и... нет?
Локи снова отрицательно помотал головой.
- Я лучше пойду... пройдусь немного, - сказал он.
Один кивнул и еще раз мягко коснулся лба Локи губами: он знал, что Лафей тоже всегда стремился к уединению в ситуациях, связанных с большим наплывом эмоций, поэтому не стал его удерживать.

***
В саду уже совсем стемнело и все яснее ощущалась прохлада. По телу пробегал озноб, и Локи поежился, осматриваясь. Черные кусты принимали пугающие очертания человеческих фигур. Ни фонари на аллее, ни лампа на террасе не горели, - только окна второго этажа освещали верхушки деревьев. У Тора было темно. Интересно, где он сейчас? Может, просто слишком плотно задернул шторы? Сидит на постели, перелистывая журнал, и нетерпеливо поглядывает на часы, ожидая, что Локи поднимется к нему... Ждет, не зная, что прежнего Локи, его Локи уже не существует, он умер сегодня вечером на террасе Иггдрасиль-холла, и вместо него появился какой-то другой человек, с которым ни Тор, ни даже сам Локи пока не был знаком.
Локи задрал голову и посмотрел на тёмное окно, в которое не однажды забирался по карнизу. "Брат... Мой брат", - прошептал он, с мучительным стыдом и наслаждением вспоминая обжигающие лицо поцелуи и ощущая, как при этом воспоминании щеки снова начинают пылать.
Разве Тор мог всерьез быть ему братом? У Локи уже были братья, и он искренне любил их и готов был на все ради них, но они не вызывали в нем желания, потому что казались ему такой же неотъемлемой и привычной частью жизни, как ландшафт местности, в которой он родился и вырос.
Тор был существом из другой жизни, более того, Тор был солнечным светом этой жизни, ее путеводной звездой. Сейчас ощущения Локи были сродни чувствам моряка, который вел лодку по ночному штормовому морю, ориентируясь на свет маяка, и этот маяк неожиданно погас. Блуждая в темноте, он задавался вопросом, к какому берегу пристать, и не находил ответа. Он еще не успел осознать, что и прежний Тор тоже прекратил свое существование, и что главным его страхом был страх встречи с этим новым Тором.
Слоняясь вдоль дома, он услышал приглушенные голоса и под воздействием любопытства подошел ближе. Говорили двое, судя по всему, в гостиной - окно, которое он давеча забыл закрыть, было задернуто занавесом, и говорившие вряд ли догадывались, что их хорошо слышно с улицы. Локи знал, что подслушивать нехорошо, но, узнав голос Одина, а потом и Тора, мгновенно приник к раме, стараясь не повредить расположенную под окном маленькую клумбу.
- Это что, такая шутка? - говорил Тор, и голос его звенел, как тетива, которую лучник проверяет перед тем, как сделать выстрел.
Локи затаил дыхание.
- Я не стал бы шутить такими вещами, - сдержанно ответил Один. - Есть причины, по которым я не рассказал тебе этого сразу, но они тебя не касаются.
- Но это же просто невозможно, - возразил Тор. - Он всего на два года меня младше... Ты ведь был тогда женат на маме... Ты что же, изменял ей?
- Не груби. Это тоже тебя не касается. И потом, дело прошлое.
- Да никакое оно не прошлое! - закричал Тор. - Я живу на свете семнадцать лет, и вдруг выясняю, что все это время у меня был какой-то там брат, про которого я знать не знаю...
- Замолчи и сядь, - повысил голос Один, но Тора было уже не остановить.
- Это полный бред! - выкрикнул он с ненавистью. - Он не может быть моим братом! Я никогда не назову его братом! Он етун! Он живет за шесть тысяч миль отсюда, у Хели на рогах, в сточной яме мироздания, и ты думаешь, я поверю, что...
В этот момент выстрел, наконец, достиг цели: у Локи потемнело в глазах. Он, должно быть, на миг потерял сознание, потому что очнулся сидящим на земле под окном гостиной. В голове шумело - это разливалась по крови отрава слов Тора, яд его предательства.
Локи не слышал продолжения разговора, все звуки вдруг исчезли, и осталась только свистящая пустота. Бесчувственными пальцами он развязал узел свитера Тора, все еще болтающегося на его плечах - тот соскользнул на землю, но Локи даже не заметил этого. Медленно поднявшись на ноги, он посмотрел на сломанные цветы на клумбе, сделал шаг, неуверенно, как человек, который впервые после долгого перерыва встает и начинает ходить, - оступился, сделал второй шаг, возвращая мышцам воспоминание о движении, которое они как будто утратили, - и, наконец, побежал.
Он бежал так быстро, словно позади него разверзалась пропасть - на самом же деле пропасть открывалась впереди, и по дну ее текла огненная река. Это было подобно агонии смертельно раненого зверя, ослепшего от боли и ярости. Локи не был в этот момент самим собой, поскольку совершенно не помнил, как достиг изгороди, как вытащил веревку и перемахнул через ограду, и как бросился в лес, наугад, не разбирая дороги. Он чувствовал, как, извиваясь, норовили сбить его с ног узловатые древесные корни, как хлестали по лицу колючие ветки, как темнота предательски запутывала дорогу - и в то же время все это как будто происходило не с ним. Это бегство было словно спуск с крутой горы на санках - снег и мелкие льдинки бьют из-под полозьев и застилают глаза, так что время между моментом, когда ты оттолкнулся ногами от земли, и моментом, когда, уже внизу, санки, движимые силой инерции, замедляют ход и наконец останавливаются, сжимается до точки, в которой все твое существо, умирая от ужаса, на миг словно отключается, и никак потом не может вспомнить, что же произошло там, на участке между вершиной горы и ее подножием.
Запнувшись об очередной корень, Локи упал, и сразу почувствовал навалившуюся на него усталость. Вместо того, чтобы подняться и продолжить путь, он заполз под какой-то куст и тихонько заскулил, потому что слёз, чтобы плакать, у него не было.
В сущности, если подумать, Тор не сказал ничего, что Локи не слышал бы раньше. Тор даже не сказал ничего сверх того, что уже сам говорил раньше. Но все это оставалось в далеком прошлом, потому что в их жизни началось новое летоисчисление в тот момент, когда Тор бросил в фонтан монетку, доверяя ей свое мучительное, невысказанное желание, когда брызнул в лицо Локи волшебной водой... когда запечатлел на его губах первый поцелуй своей любви.
Что ж, Локи ошибся. Тор, несмотря ни на что, всегда в глубине души оставался асом и всегда считал его, Локи, етуном. Значит, то, что произошло сегодня – все равно случилось бы, рано или поздно, даже если бы Тор не оказался его братом.
Осознание неизбежности всего произошедшего лишь усиливало горечь. Сидя под кустом в ночном лесу, жалкий, как выброшенная на улицу кошка, Локи испытал последовательно приступ ненависти к Лафею, за то, что произвел его на свет и тем самым обрек на мучения, к Одину, за то, что согласился признать его своим сыном и тем самым только усугубил пропасть между тем, чем Локи не хотел быть, и тем, чем он никогда не смог бы стать, и, наконец, к самому себе – за излишнюю беспечность, самоуверенность и слабость.
Он был убежден, что именно эта слабость в конечном счете погубила его. Когда-то, несколько лет назад, он уже допускал такую ошибку, позволив своей самовлюбленности возобладать над бдительностью и осторожностью. Именно тогда какие-то отморозки, он даже не запомнил, сколько их было, пятеро или шестеро, здорово избили его, и, если бы не подоспевшие братья, Хель его знает, чем бы все закончилось - толку от близнецов в драке не было никакого, но своими криками они спугнули нападавших, и те разбежались. Потом они все втроем сидели за сараями, близнецы ревели от страха, а Локи жевал снег, сплёвывал кровь и напряженно размышлял над только что полученным уроком. Он взял с братьев слово, что они ничего не расскажут деду. Лафей в ту пору работал в соседнем городишке и появлялся дома только на выходных. Он бы, конечно, сразу поднял тревогу, но Локи боялся, что это может лишь еще больше навредить их семье, и без того считавшейся в поселке чересчур гордой и зазнавшейся.
С тех пор Локи взял за правило не открывать лишний раз рот, не лезть, куда не просят, не отвечать тем, кто заговаривал с ним на улице, и, главное, - быстро бегать.
Довольно скоро он прослыл тихоней и паинькой, хотя не был на самом деле ни тем, ни другим – учителя, глядя в его честные голубые глаза, приходили в иррациональное умиление, рождавшее в них уверенность, что этот ребенок не способен на дурную мысль или поступок. Терпением, умом и хитростью он сумел внушить им представление о себе, как о самоотверженном, верном и исполнительном мальчике, и довольно скоро был назначен старостой школы. Это дало ему множество привилегий – от легального пропуска занятий до разного рода манипуляций, но главной привилегией была безопасность – подлые, но трусливые, етуны никогда не посмели бы напасть на того, кто стоял выше их на социальной лестнице, поэтому вчерашние враги теперь подобострастно здоровались с ним в коридорах, когда он, со значком старосты на груди, шел в учительскую или на урок. Скоро у него завелась даже свита, состоящая из поклонниц, шестерок, громил, готовых растерзать кого угодно по первому его слову, и приближенных особ, воображавших себя школьной интеллектуальной элитой. Теперь, стоило ему появиться в коридоре, как вокруг него тотчас собиралась толпа, ожидавшая приказов, поручений или хотя бы благосклонного взгляда. Но Локи прекрасно осознавал, что эта приобретенная им власть, гипнотизировавшая и делавшая покорными окружавших его баранов, целиком и полностью зависит от его значка. Поэтому он делал все, чтобы статус школьного старосты сохранялся за ним из года в год. Впрочем, конкурентов у него не было, ибо не родился еще етун, которому хватило бы хитрости и выдержки подсидеть Локи и свергнуть его с трона.
За этой властью Локи никогда не забывал, что на самом деле вся его сила – в предусмотрительности и способности мыслить на шаг вперед. Поверив Тору, он бессознательно переложил на него ответственность за собственную безопасность и душевный комфорт. Он вообразил, что рядом с Тором ему больше не надо ничего бояться.
Но благородство Тора и его любовь заканчивались там, где начиналось их с Локи родство.
Теперь Локи как-то придется строить самого себя с нуля, собирать по кусочкам. Даже сейчас, сквозь отчаяние, он понимал необходимость этого – потому что Лафей тоже всегда делал так.
При мысли об отце, обо всем том, что он наговорил ему, Локи, наконец, заплакал. Теперь на смену ненависти пришла жалость – ему было жаль и Лафея, и Одина, и Тора – собственное несчастье делало его душу открытой и уязвимой, и вся несправедливость мира, жертвами которой стали его близкие, сейчас больно ударяла по нему, не встречая на своем пути никаких препятствий.
Потом у него пошла из носа кровь, и, пока он думал, что с этим делать, ее натекла уже целая пригоршня, и он испугался, что потеряет сознание и захлебнется… это немного отрезвило его, и он вдруг осознал, что сидит на земле, в лесу, что он до смерти замерз и совершенно не представляет, как ему жить дальше. Медленно поднявшись на ноги, он побрел наугад в темноту, просто для того, чтобы немного согреться. Движение и необходимость сохранять координацию заняли все его мысли, отвлекая от главного, страшного, с чем он пока не научился сосуществовать. Через некоторое, неопределенно долгое, время, деревья как будто расступились. Сквозь их ветки приоткрылся краешек звездного неба, а вскоре лес и вовсе остался за спиной. Локи стоял на холме, а прямо над ним раскинулся высокий звездный купол. И это небо, усеянное звездами, было настолько больше Локи и всех его горестей, что тиски, сжимавшие его сердце, как будто немного ослабли.
Он посмотрел в долину – там, среди освещенных луной садов едва заметно желтел огонек. И ноги сами понесли его вниз, потому что, как бы он ни любил темноту, душа его все равно стремилась к свету.



--------------
* Quercus robur - Дуб черешчатый, или Дуб летний, или Дуб обыкновенный, или Дуб английский. Дерево.
** Acacia farnesiana - Акация фарнеза. Кустарник.

просмотреть/оставить комментарии [61]
<< Глава 16 К оглавлениюГлава 18 >>
октябрь 2020  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.10.27 20:07:33
Работа для ведьмы из хорошей семьи [10] (Гарри Поттер)


2020.10.24 18:22:19
Отвергнутый рай [25] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.10.22 20:24:49
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.10.22 20:10:23
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.10.19 00:56:12
О враг мой [106] (Гарри Поттер)


2020.10.17 08:30:44
Дочь зельевара [196] (Гарри Поттер)


2020.10.16 22:49:29
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.10.13 02:54:39
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 18:14:55
Глюки. Возвращение [239] (Оригинальные произведения)


2020.10.11 00:13:58
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.29 19:52:43
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.29 11:39:40
Змееглоты [9] ()


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [258] (Гарри Поттер)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.