Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

В морг поступили три трупа и у каждого блаженная улыбка на лице.
Работник морга дает объяснения прибывшему аврору:
"Первый - знаменитый маг, директор Хогвартса Альбус Дамблдор, 75 лет, скончался от инфаркта,
занимаясь сексом с молодой любовницей, потому и улыбается.
Второй работник министерства, Артур Уизли, 45 лет, выиграл в лотерею 1000 галлеонов,
купил на все деньги огневиски и упился до смерти, чем и объясняется
счастливая улыбка.
Третий - Златопуст Локонс, 30 лет, умер от удара молнии"
"А этот-то чему рад?", спрашивает аврор.
"А он решил что его фотографируют!"

Список фандомов

Гарри Поттер[18567]
Оригинальные произведения[1253]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12787 авторов
- 26907 фиков
- 8685 анекдотов
- 17712 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 68 К оглавлению 


  Смех в лицо предрассудкам

   Глава 69. Видишь: ты есть там, во всех наших песнях
Серый снег, туман, асфальт – нас встречает утро,
Все куда-нибудь спешат, холодно кому-то,
И никто не разглядел, взгляд потупив сонный:
Вместе облако и дым в хмуром небе над районом...

© гр. Пионерлагерь Пыльная Радуга – "Облако и дым"




– Мама, я хочу вот это!..
Пронзительный детский возглас эхом разнесся по торговому залу, и Джордж, шагнувший в дверь, не удержался от улыбки. Оживление в магазине всегда заряжало энергией, увлекая, как в водоворот, в атмосферу веселья и праздника. Чтобы прочувствовать ее, достаточно было просто пройтись вдоль полок, на которых без конца что-нибудь шуршало, гремело, надувалось и лопалось, – однако для него утренний обход с недавних пор приобрел новый, глубоко личный смысл. Слишком уж отпечатались в памяти развороченные витрины и обгорелые стены, и, лавируя между рядами, Джордж каждый раз поневоле искал подтверждение тому, что страшная картина осталась только в его кошмарах. Ричи с его опытом курсов по психологии называл это посттравматическим расстройством, Сириус понимающе хмурил брови, а Фред, если замечал маневр близнеца, будто бы враз становился меньше ростом, всем своим видом демонстрируя желание трансгрессировать куда-нибудь подальше, и последнее, чего хотел бы Джордж, – это вновь заставлять его испытывать чувство вины. Однако сейчас в радиусе видимости не наблюдалось ни брата, ни вообще хоть кого-то из домашних, так что он, пользуясь моментом, проверил отделы на первом этаже, быстро заглянул на второй и лишь после этого двинулся в сторону кассы. Коробка с Отвлекающими Обманками на ближайшем прилавке пришлась как нельзя кстати: мальчик, клянчивший у матери игрушку, в восхищении присвистнул, когда одна из Обманок, пущенная метким броском, с пронзительным писком скрылась в дверях подсобки.
– Иммобилус! – среагировал за стеной знакомый голос, и по паркету сбивчивой дробью простучали каблуки. – Добро пожаловать… – в проеме, поправляя на ходу волосы, появилась Джейн: подняла голову и вмиг просияла, – дорогой.
– Надо же, – усмехнулся Джордж, раскрывая для нее объятия. – А я-то уж подумал, тут целый заговор.
– Очень смешно. – Она прильнула к его груди и потерлась щекой об отворот мантии. – Мы хотели, чтобы ты выспался, вот и все.
Ну вот, опять. Джордж еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Тема эта успела утомить его до чертиков, но Джейн и Фред упрямо стояли на своем, твердя, что, пока тянулась проклятая портсмутская история, он был опорой для них обоих, так что теперь больше всех нуждается в отдыхе. Будто бы ему требовалось еще что-то, кроме как видеть их снова в строю: брата, как прежде отпускающего шутки одну за другой, и девочку-солнце, рассекающую на шпильках с привычной скоростью. «Любимая обувь и регулярный секс – вот мои атрибуты нормальной жизни», – заявляла она, и раз уж близнецы не имели ничего против второго пункта, то и первый под вопрос ставить не брались. Тем не менее, Джордж до сих пор постоянно ловил себя на том, что старается подставить ей плечо. Просто на всякий случай.
– Если не сработало, кофе еще горячий. – Фред возник за их спинами и закинул руку брату на шею. Джордж обернулся, встречая улыбку – точное отражение собственной, – накрыл его ладонь своей и сжал. Джейн повторила жест, и все трое замерли, наслаждаясь моментом, слушая, как сердца бьются в ритме на три счета.
Ричи, выглянувший последним, уловил их настроение в мгновение ока.
– Утро явно доброе, – оценил он, салютуя Джорджу. – Эй, слушайте, там заказ, который из Рединга: его проверял кто-нибудь?
– Я проверял, – бодро отозвался Фред, – он готов.
– Ага, – Ричи в задумчивости кивнул самому себе. – Тогда я пойду отправлю, только… – Выудив из-под прилавка небольшой сверток, он протянул его Джейн. – Когда Флер придет, передайте ей, ладно?
Фред с насмешливым интересом вздернул бровь, в глазах заплясали лукавые искорки.
– Серьезно? И ты туда же? Тоже запал на блондиночку?
Ричи отмахнулся от него, как от назойливой мухи.
– Просто отдайте. Бесплатно, – непривычно едким тоном уточнил он и, одарив Фреда укоризненным взглядом, скрылся наверху.
– Что с ним такое? – озадаченно поинтересовался Джордж.
– А, это из-за печенья. – Фред подавил ухмылку. – Он притащил с утра, оставил на прилавке, а я взял и ценник прицепил – сикль за штуку. И все разобрали, представляешь? За пару часов. Предложил ему это дело на поток поставить, а он в ответ, мол, совести у меня нет. И вот теперь дуется.
Из груди Джейн вырвался обреченный вздох.
– Нет, – пробормотала она Джорджу в плечо и, отстранившись, отступила на шаг. – Это… не из-за печенья.
– Нет?.. – Фред казался сбитым с толку. – Но тогда… Погоди, он что, правда на Флер запал?
– Да никто ни на кого не запал. – Джейн опустила взгляд и осторожно, будто на пробу, подцепила ногтем край ленты, перевязывающей бирюзовую бумагу. – Тут… другое совсем. В субботу у отца его годовщина… четыре года, и для него… это все еще тяжело.
Вздумай она облить их из палочки ледяной водой – эффект был бы тот же. Джордж уставился на брата, такого же ошеломленного, и рука сама собой взметнулась к вороту форменной рубашки – оттянуть, ослабить, лишь бы избавиться от удушающего чувства.
Фред привалился бедром к прилавку и сдавленно выругался сквозь зубы.
– Черт, солнце!.. Раньше предупредить не могла?
– Он вообще никому говорить не хотел. И мне не сказал бы, если б не наши планы. Я число сама не знала – помнила только, что весной, без меня… и какой это для него был удар. Такое, конечно, всегда удар, но… они были близки с отцом, очень. Так что это… больная тема. – Джейн обернулась к лестнице, словно опасалась, что Ричи выскочит из-за перил, как черт из табакерки, размахивая Удлинителем Ушей на манер кистеня. При других обстоятельствах Джордж от души рассмеялся бы, представив такую картину, но сейчас было совсем не до того.
– Мы можем помочь? – спросил он. – Хоть чем-нибудь.
– Да чем тут поможешь, – Джейни мотнула головой. – Я схожу с ним на кладбище – с утра, перед Хогсмидом. Предлагала и занятия перенести, преподам написать – но он ни в какую. А вы… просто будьте пока с ним помягче, ладно? Он психанет, как поймет, что вы в курсе, но лучше уж так… – Она осеклась, не договорив, устремив взгляд ему за спину, и губы растянулись в улыбке. – Хей, а вот и ты!
– Доброе утро! – прозвенело знакомое сопрано, и Джордж повернулся, чтобы ответить.
Флер Делакур шла к ним через зал своей легкой грациозной походкой – так, словно почти не касалась пола, и мантия из струящейся ткани только усиливала эффект. Не иначе как на это и был расчет: в чем друзья успели убедиться наверняка, так это в том, что эта девушка чертовски хорошо знает, что делает.
– Мне кажется, или у вас тут половина патентов всей Британии за последние пару лет? – уточнила она, кивая на стеллажи.
– Обижаешь, – в тон ей откликнулся Фред. – У нас минимум две трети.
– Отлично сработано, – оценила Флер, оглядываясь по сторонам, и карликовые пушистики за стеклом заверещали в надежде привлечь ее внимание. – А за это я вообще аплодировать вам готова, – она приподняла подол мантии, демонстрируя нос туфли из последней коллекции метаморф-моделей. – Моя новая любовь.
Посылка с подарками отправилась к ней на следующее же утро после вечеринки у Люпинов. Брать деньги француженка отказалась наотрез, так что Джейн с Ричи недолго думая собрали ей целый набор из магазина: туфли, полный комплект Щитовой одежды, с десяток косметических зелий и столько же видов фирменных сладостей. Коробка по итогу вышла до того внушительной, что даже две совы согласились взять ее только за доплату, но Джейн не была бы Джейн, если бы ее останавливали такие мелочи.
– Этой модели месяца на два должно хватить, – сообщил Фред. – Но у тебя бессрочный абонемент, так что проблем не будет – просто лови доставку.
– Ребята, не нужно… – попыталась возразить Флер, но он жестом остановил ее:
– Даже не обсуждается. Без тебя я бы тут не стоял.
– И, кстати, это тоже тебе! – спохватилась Джейни, передавая ей сверток. – От Ричи.
– Да вы с ума сошли! – задохнулась Флер. – Вы и так уже мне… О боги, он правда их сделал! – Обертка хрустнула, являя на свет стройный ряд клубничин в белой глазури. – Я и не думала… – Она в растерянности качнула головой, и на мгновение Джордж за фасадом ослепительной уверенности различил земную девушку, искренне тронутую сюрпризом. – Он здесь? Я хочу поблагодарить…
– Сейчас вернется. – Джейн выдвинулась вперед, отделяясь от близнецов, но все еще не разнимая с ними рук: с Фредом они соприкасались лишь самыми кончиками пальцев, а с Джорджем сцепились мизинцами, как при детской клятве. «Все в порядке, – кожей к коже, негласно, между строк. – Я никуда не денусь». – Будешь кофе? – А это уже снова адресовалось Флер.
– Да, спасибо.
– Ричи, как спустится, отправим к вам, – заверил Джордж, и Джейни послала ему воздушный поцелуй, прежде чем подцепить Флер под локоть и утянуть в сторону подсобки.
Фред проводил их взглядом и, поддернув рукав мантии, проверил часы.
– Что-то застрял он там, – пробормотал он себе под нос.
– Волнуешься? – поддразнил Джордж.
– А не должен?
Понадобилось усилие, чтобы скрыть улыбку. В том, что чувства других заботят Фреда куда больше, чем он стремится показать, Джордж не сомневался никогда, и все же видеть подтверждение каждый раз было приятно, как впервые. И Ричи заслуживал этого – получить в ответ то, что сам всегда отдавал так щедро. И пусть он не просил ничего взамен – тем важнее было с их стороны исправить давнее упущение. Джордж вновь поднял глаза на близнеца, разделяя с ним эту мысль.
– Он сильнее, чем кажется, – добавил уже вслух, ободряюще сжимая его плечо.
И заранее знал, что скажет на это Фред:
– Как и все мы.

***

Пасхальные каникулы в Хогвартсе всегда считались чем-то вроде указателя на общей дистанции: «Внимание, вы приближаетесь к финишной прямой. Сосредоточьтесь на подготовке к экзаменам», – так что домой уезжать в эту пору решались только самые отчаянные. Гермиона, несмотря на бурную историю приключений, себя к таковым никогда не относила и каждый учебный год – за исключением прошлого, который и годом-то можно было назвать с большой натяжкой – на Пасху оставалась в замке, всю неделю посвящая подготовке. В преддверии же выпускных экзаменов лишняя возможность усесться за книги и вовсе казалась благословением – даже для нее, намного опережавшей школьную программу. А Гарри с Роном иначе вообще не разобрались бы с долгами: им, разрывающимся между учебой и квиддичем, времени не хватало катастрофически, и лишь неизменная помощь лучшей подруги позволяла хоть как-то держаться на плаву.
– Честное слово, Гермиона, ты – святая! – как молитву, повторял Рон, когда по возвращении с тренировки она вручала им сэндвичи и стопку своих конспектов. – Без тебя мы давно пропали бы.
В случае с квиддичем каникулы означали только одно: что стадион все это время будет свободен, и четыре капитана едва не передрались, пока составляли график. Гарри не уточнял, выпал ли ему жребий или он сам выбрал для тренировки день вылазки в Хогсмид, чтобы в кои-то веки обойтись без зрителей, – но вместо шоколадных яиц из «Сладкого королевства» гриффиндорской сборной сегодня предстояло пробовать новую тактику, тогда как Гермиону в «Трех метлах» ждала Джейн, непреклонная в своем стремлении вытащить подругу из замка.
«Уже не помню, когда в последний раз выбиралась куда-нибудь», – жаловалась она в последнем своем письме, и хотя Гермиона готова была поспорить, что это блеф, не уступить все равно не смогла.
– Надо же, какие времена настали, – заключил Рон, оглядев ее, сбежавшую к ним по лестнице, – ты развлекаться идешь, а мы вкалываем, – и с досадой покосился на свой «Чистомет». – Скажи мне кто раньше – я б ни в жизнь не поверил.
– Я принесу тебе сливочного пива, – пообещала Гермиона.
– Лучше яду, – пробурчал он. – Аконит отлично подойдет.
– Не так быстро, – подал голос Гарри, очнувшись от размышлений. В последнее время он уходил в них все чаще – должно быть, сказывалась усталость. – Ты же не хочешь оставить команду без вратаря.
– Гарри, да ради всего святого!.. – Рон страдальчески закатил глаза. – Выключи капитана и верни мне моего друга, хоть ненадолго! Я с ним уже черт знает сколько не разговаривал!
Другу он, впрочем, тоже жаловался на капитана и график тренировок – притом с таким пылом, что кому-то со стороны и впрямь могло показаться, будто пребывание в сборной тяготит его, как великое бремя. Нужно было знать Рона, чтобы понимать, что жалобы в его случае – не более чем способ выплеснуть напряжение. Кубком он грезил чуть ли не больше всех в команде, а то, что сражаться в финале предстояло со Слизерином, лишь подливало масла в огонь. Победа над заклятым соперником и без того считалась делом принципа, а уж оставить за собой последний школьный сезон и вовсе приравнивалось к джекпоту. Симус уверял, что в школе уже вовсю принимают ставки и почти ни у кого нет сомнений, что матч выйдет даже жестче, чем четыре года назад, когда капитанский значок носил Вуд, – а ведь та игра запомнилась как одна из самых грязных за всю историю Хогвартса.
– Малфой хвалится, что заказал какую-то супер-крутую насадку, – продолжал Рон. – Вроде как таких еще даже в продаже нет: и маневренность повышает, и скорость чуть ли не вдвое…
– Он каждый год что-то заказывает, разве нет? – напомнила Гермиона. – И ни разу ему это не помогало.
– Это да. – Уголок губ Рона приподнялся в усмешке. – Мастерство-то все равно не купишь ни за какие деньги. Эх, до чего ж я хочу посмотреть на его крысиную рожу, когда Гарри поймает снитч! А он пусть со своими насадками пойдет и засунет их себе…
– Рон! – Гермиона дернула его за рукав, призывая умолкнуть: впереди, отделенная от них лишь коротким коридором и стайкой перешептывающихся когтевранок, возвышалась профессор Макгонагалл, и то, что собирался озвучить Рон, ей бы точно не понравилось. Зато Дин и Симус, которым она втолковывала что-то своим фирменным строгим тоном, явно предпочли бы, чтобы внимание декана переключилось на кого-нибудь другого.
– Мистер Томас, – различили друзья, подойдя ближе: декан, судя по всему, уже начинала терять терпение, – участие в выпускной церемонии – ваша прямая обязанность как старосты факультета!
– Подготовка церемонии, профессор. – На лице Дина не дрогнул ни один мускул. – От нее я и не отказываюсь, сделаю все, что нужно. Но идти на бал или нет – это уже личное мое решение.
– Позвольте узнать, с чего такая принципиальность? Чего вы пытаетесь добиться?
– Мне просто нужно уехать пораньше. Это ведь не запрещено, так?
– Мистер Томас…
– Никто и не заметит, так что какая разница? – пожал плечами Дин и тут заметил в стороне неловко мнущуюся троицу. – О, а вот и вы! – Прозвучало так убедительно, будто они и вправду договаривались о встрече. – Простите, профессор, мне пора на тренировку. Нельзя заставлять команду ждать. С вашего позволения, – Гарри с Роном и опомниться не успели, как он уже шагнул к ним, невозмутимый и спокойный, как если бы Макгонагалл за его спиной не сжимала губы в гневе. – Ну что, идем?
Взгляд декана прожигал им затылки, но даже после того, как она осталась далеко позади, завести разговор никто так и не решился. Дин шел впереди всех широким шагом, расспрашивать его казалось неуместным, так что Гермиона испытала искреннее облегчение, когда квиддичисты, пожелав ей удачного дня, свернули в сторону стадиона. Симус же вызвался проводить до ворот – единственная прогулка, которую он теперь мог себе позволить. Побег из школы в день слушания стоил ему разрешения на выход вплоть до конца года, и из-за этого Гермиона тоже до сих пор ощущала себя не в своей тарелке. Конечно, они не тащили его за собой, но ведь наверняка смогли бы отпросить у Макгонагалл, если бы попытались. Другое дело, что в тот момент всем было не до него.
– Я могу и тебе что-нибудь принести из «Сладкого королевства», если хочешь, – предложила она, но Симус только отмахнулся:
– Не бери в голову. Мне Ричи столько всего прислал, уже складывать некуда. Знай я, что будут так баловать, еще раньше бы с вами сбежал, – возвестил он с озорной улыбкой, и не улыбнуться в ответ было просто невозможно. – Нет, правда: подумаешь, Хогсмид! Еще немного – и хоть каждый день сможем туда ходить. Вот если б рупор забрали – тогда да, засада.
– Хорошо, что профессор Макгонагалл любит квиддич, – засмеялась Гермиона. – Без тебя финал был бы не тот.
Симус поглядел на нее с благодарностью, но она говорила от сердца, без тени лукавства. С ролью комментатора он справлялся не хуже, чем в свое время Ли Джордан, и мог своими остротами оживить даже самый вялый матч. Неудивительно, что декан не торопилась его отстранять.
– Честно, я сам не ожидал, что так втянусь. – Симус крутанул перстень на пальце. – Вроде болтал себе – и ладно, а теперь… – и запнулся, отводя глаза. – Не знаю, может, это глупо… На ВВР ищут стажеров, – выпалил он скороговоркой, быстро и лихорадочно, словно боясь передумать, – в том числе в спортивную рубрику, и я подумал, может, мне стоит…
– Боже, Симус, конечно! – Гермиона всплеснула руками. – Еще как стоит! Это отличный шанс!
– Ну, шанс там невелик, на самом деле, – с сомнением пробормотал тот. – Кого попало вряд ли возьмут, но мало ли…
– Не попробуешь – не узнаешь! – запальчиво возразила Гермиона. – И что значит – «кого попало»? Я помогу с резюме, если нужно, напишем, что есть опыт… И душа лежит, что еще важнее! Серьезно, эта работа прямо для тебя!
Симус вскинул голову, и она с удивлением обнаружила, что щеки у него порозовели – и вовсе не от ветра. Эту его сторону – неуверенного мальчишку за маской говорливого проныры – она видела впервые, но тем сильнее была тронута оказанным доверием.
– Ты… правда так считаешь?
– Ну конечно. – Гермиона ободряюще коснулась его плеча. – А ты разве нет?
– Честно? – усмехнулся он. – И в мыслях не было. Хотя я вообще особо не загадывал: думал, вернусь в Ирландию, а там как пойдет.
– Так ты планировал вернуться?.. – Впереди показались ворота, и Гермиона замедлила шаг, не желая обрывать разговор на середине.
– Скорее, мать хочет меня вернуть. Спит и видит у себя в отделе: чтоб, знаешь, с портфелем, при галстуке… Все как у людей. – Голос его звучал вроде бы насмешливо, но Гермиона умела читать между строк.
– А ты не хочешь, – констатировала она, и он развел руками, признавая ее правоту:
– Теперь уже нет.
– Эй, вы, сладкая парочка! – гаркнул от ворот Филч, злющий как всегда. – Или давайте сюда свои разрешения, или ступайте обратно! У меня, по-вашему, дел нет, кроме как стоять и ждать, пока вы наболтаетесь?
– Ага, прям обделался, – проворчал Симус так, чтобы слышала только Гермиона, и она вновь не удержалась от смешка. – Ладно, увидимся. Привет Сириусу.
– Джейн.
– Тогда тем более, – хмыкнул он, салютуя ей на прощание, и, развернувшись, бодрой поступью двинулся в сторону школы. Полы расстегнутой кожанки трепыхались на ветру у него за спиной, точно сложенные крылья, делая его похожим на одного из воронят, оккупировавших Хагридовы грядки.
Завхоз проводил его свирепым взглядом – и помрачнел еще больше, убедившись, что у Гермионы, в отличие от ее спутника, с разрешением все в порядке.
– До семи быть в замке, – проскрежетал он, возвращая ей бумагу, и неохотно посторонился, чтобы пропустить.
Дорога в Хогсмид пробуждала воспоминания: в одиночку она ходила по ней лишь в ту пору, когда тайком навещала Сириуса в его укрытии. Три года назад – а кажется, будто в прошлой жизни: осунувшееся лицо с поджатым ртом, холод в глазах, «мистер Блэк» вместо заветного имени. «И вот где мы сейчас», – прошептала Гермиона в поднятый ворот мантии, словно приободряя сквозь время ту, прежнюю себя – взъерошенную девчонку, опасливо озирающуюся по сторонам, храбрящуюся изо всех сил, но в душе изнывающую от страха. – Посмотри, у тебя все получилось».
Деревня встретила ее праздничной суетой и галдежом не хуже, чем в Большом Зале во время завтрака. По мощеным улочкам вовсю сновали люди, каждая вторая витрина возвещала счастливый час, а с главной площади гремела музыка и чей-то громовой голос с преувеличенным энтузиазмом зазывал на пасхальные гуляния. К счастью, мадам Розмерта знала толк в заглушающих заклятиях: стоило перешагнуть порог «Трех метел» – и все посторонние звуки вмиг исчезли, как по щелчку.
Подругу Гермиона заметила сразу: та сидела за дальним столиком у окна, в белой ветровке, максимально выделяющей ее из толпы волшебниках в мантиях. До чего в духе Джейн – явиться в волшебную общину в маггловской одежде, подумала Гермиона, и мысль эта отозвалась теплотой на сердце. Возвращение к старым привычкам – хороший знак, да и выглядела Джейни совсем как прежде, до Портсмута: к лицу вернулся цвет, в движения – привычная легкость; и мальчишка-официант за стойкой не сводил с нее глаз, только и ожидая, пока она допьет свой горячий шоколад, чтобы тотчас повторить ее заказ.
– А вот и ты! – Гермиона и опомниться не успела, как уже оказалась в объятиях. Джейн стиснула ее плечи, поцеловала в щеку, а затем, отстранившись, придирчиво осмотрела с головы до пят. – Ох, Мерлина ради, ты вообще отвлекаешься от книжек? Или дорвалась – и гори все синим пламенем?
– И я по тебе соскучилась, – парировала Гермиона, присаживаясь на свободный стул. – Сливочное пиво с имбирем, пожалуйста, – обратилась она к подошедшему официанту.
– А мне еще один… Вау, спасибо, – Джейн в момент справилась с удивлением и, одарив парня кокетливой улыбкой, приняла у него чашку. – Вот это сервис.
– Прости, я задержалась, да?
– Нет, это мы поторопились, – отмахнулась Джейни. – С утра были дела, выходили с запасом, но быстро управились. Ричи тоже заранее в замок пошел. Лишь бы не завис там где-нибудь по дороге. – По лицу ее пробежала легкая тень, и Гермионе хватило этого, чтобы насторожиться:
– Дома все нормально?
– Это у нас-то? – съехидничала подруга, но, встретив обеспокоенный взгляд, поспешила уточнить: – Да шучу я, шучу, все в порядке. Твой от тебя не отстает – сутками в аврорате, без выходных, весь в отчетах. Может, и ночевал бы там, если б мы не обещали, что сами за ним явимся, если до девяти не придет.
– Спасибо, – Гермиона подавила вздох. Ей ли было не знать, что Сириус никогда ничего не делает наполовину: защищать – так насмерть, работать – так на износ. Добавить к этому чувство обязанности перед коллегами, в час нужды вставшими за него горой, – и выходит по-настоящему убийственная смесь.
– И кстати, – опомнилась она, подцепляя сумку, – передашь ему письмо, хорошо? Не стала сову гонять, ты же все равно его вечером увидишь…
– Так я вам сову заменяю, – хихикнула Джейн, забирая у нее конверт. – Точно, а про сову он тебе рассказывал?
– Что?
– Ох, это с ума сойти, какой прикол! – Вышло чересчур громко, и на звук повернулось сразу несколько голов, включая все того же участливого официанта. – В общем, он с утра забыл обед на кухне. А Ричи, добрая душа, решил, раз такое дело, отправить с совой…
– Куда, в аврорат? – Гермиона едва не поперхнулась пивом.
– Круче! Сириус на вызове был, в закрытой какой-то зоне – и вот, значит, прилетает туда сова, натыкается на купол, садится ждать… А в посылке подливка мясная с рисом, представь, как пахнет вкусно… В общем, к тому времени, как наш бравый аврор оттуда вышел, сова это все уже благополучно доедала.
Теперь на них, хохочущих в один голос, таращился уже весь паб, но в кои-то веки Гермионе тоже не было до этого никакого дела. Она уже и не помнила, когда в последний раз смеялась так сильно – до боли в животе и сведенных скул, и отдала бы еще дороже, чтобы увидеть лицо Сириуса при этой сцене.
– Ну а Фред как? – уточнила она, вытерев глаза. – Справляется?
– Вполне, – в голосе Джейн зазвучала гордость. – Иногда еще, конечно, тянется за палочкой по привычке, но в целом – я думала, будет хуже. Отвлекаем, как можем: Ричи, вон, взялся его учить на гитаре играть. Вроде получается. Но праздник нам все равно нужен позарез – а то ведь даже двадцать лет их до сих пор не отметили. Только с матерью.
День рождения близнецов в этом году выпал аккурат на самый конец триместра, так что вечеринка плавно сдвинулась в сторону Пасхи, а после того, как и каникулы затерялись в калейдоскопе забот, тренировок и домашних заданий, Гермиона уже и вовсе списала ее со счетов. Что ж, выходит, поторопилась с выводами.
– Знаю, у вас аврал, – продолжила Джейн, прежде чем она успела возразить, – но надо же когда-то и отдыхать, а то совсем себя загоните! Гарри сказал, на следующих выходных у них тренировок нет, и Сириус обещал отгул взять… Всего на денек! Махнем куда-нибудь в парк, развеемся… Симуса вон заодно поздравим – у него же тоже день рождения на носу…
– Симус не сможет. Его вообще теперь больше никуда не выпустят.
– Я тебя умоляю! – фыркнула Джейни. – Попросим Сириуса, он даст бумажку, типа: «назначено собеседование в аврорате на такой-то день». Кто проверять-то будет?
– Так вы уже все продумали? – насмешливо уточнила Гермиона, приподнимая брови. Не иначе как всей честной компанией разрабатывали план. А может, уже и бумагу эту самую подготовили, с них станется.
– Это называется ответственный подход. Думала, ты оценишь. – Джейн сделала еще один глоток из чашки, отставила ее и подалась вперед. Взмах ресниц – и от веселья в глазах не осталось ни следа: теперь они смотрели с неподдельной тревогой. – Эй, – потянувшись через стол, она поймала руку Гермионы и сжала запястье. – Тебе и самой уже надо отвлечься, иначе свалишься еще до экзаменов. Совсем ведь себя не бережешь.
– Кто бы говорил, – нахмурилась Гермиона. – Это тебя мы чуть не…
Пальцы на ее запястье сомкнулись крепче, почти до боли.
– И тебя тоже.
– У меня было не настолько… – запротестовала Гермиона, но Джейн не дала ей закончить:
– Да ради всего святого, в тебя пуля попала! А если бы в голову или в артерию – ты могла прямо там на месте умереть, ты не понимаешь?
Они не обсуждали ту ночь, слишком измотанные последствиями, чтобы возвращаться к началу. С одной стороны, Гермиона предпочла бы, чтобы так оно и оставалось, но с другой – не понаслышке знала, как порой важно закрыть гештальт.
– Я… о себе тогда вообще не думала. Просто увидела пистолет и что Сириус под прицелом... а дальше уже, мне кажется, инстинкт сработал. Одна мысль осталась: не дать до него добраться. Даже про Щитовое не вспомнила, хотя наверняка успела бы.
Джейн молчала несколько секунд, потом мотнула головой, точно стряхивая оцепенение.
– Тронутые, – заключила она с усмешкой. – Все мы. Может, поэтому и справляемся. – Губы ее чуть заметно дрогнули. – И да, прибереги эту речь для клятвы. Круче уже ничего не придумаешь.
Право слово, лучше бы они продолжали обсуждать Портсмут.
– Если честно, я хочу без этого обойтись.
– Без клятв? – встрепенулась Джейни.
– Без свадьбы.
От холода, которым повеяло от Джейн на этих словах, напиткам впору было бы покрыться инеем. Рука на руке Гермионы враз сделалась тяжелее, глаза напротив сузились в недобром прищуре.
– Не смей, – зашипела она. – Ты не можешь просто взять и передумать! Ты хоть представляешь, что с ним будет?
– Ради всего святого, Джейни! – От изумления Гермиона даже не сразу вернула себе дар речи. – Я про церемонию говорю! – Из груди вырвался нервный выдох: она будто оправдывалась, хотя упрекнуть себя было не в чем. – Вся эта шумиха, морока… это не по мне, понимаешь? Для меня достаточно, что я выхожу за того, кого люблю. А больше ничего и не надо.
– Черт, напугала! – Джейн казалась пристыженной – редкое для нее явление, и Гермиона мысленно сделала новую пометку в списке личных достижений. – Ну… как скажешь, конечно. Без свадьбы так без свадьбы, раз тебе так хочется. – В тоне, однако, все же проскользнули разочарованные нотки – кто-то другой бы, возможно, и не заметил, но Гермиона знала подругу слишком хорошо и знала, насколько остро та воспринимает ситуацию.
– Это ведь даже ничего не меняет: я и так уже считаю, что мы с ним женаты. А бумага – просто подтверждение. На всякий случай.
Она ожидала бурных возмущений, но Джейн, к ее удивлению, лишь задумчиво кивнула.
– На всякий случай, – повторила эхом, как завороженная. – Ну да. Мы с ребятами… тоже уже об этом думали.
– О свадьбе?
– О подтверждении, – Джейн глянула искоса, как если бы приняла вопрос за издевку. – Я на днях общалась с Флер… насчет завещания.
– Что???
У Гермионы словно воздух выбили из груди. Страшное слово полоснуло, как лезвием, готовое в момент вскрыть еще не зажившую рану, и страх потери вновь комом поднялся к горлу. «Случай нетипичный, – зазвучал в памяти голос целителя, – последствия могут проявиться даже спустя время…». Но, Мерлин, она же клялась, что все нормально!
– Не делай такие глаза, – поморщилась Джейни, – у Сириуса оно тоже есть. Мало ли что – а так хоть наследниками друг другу будем. Вариантов у нас все равно немного.
Практичный, разумный шаг – тем более для безбашенной троицы, – и при ином раскладе Гермиона оценила бы его высшей похвалой, но сейчас, при взгляде на Джейн в ее ослепительно белой куртке, Джейн, живую и полную сил, в неравном бою отвоевавшую обратно свою улыбку, на языке вертелось только «несправедливо». Ей бы не о завещании думать, а о «долго и счастливо», и вместо сценариев катастроф примерять вот такое же ослепительно белое платье…
Гермиона замерла, озаренная догадкой – внезапной, но до того очевидной, что впору было изумиться, как никто из них не пришел к ней раньше.
– А кто вас ограничивает?
– Прости?..
– Я не про бумаги, черт с ними!.. Я имею в виду, кто вам мешает устроить свадьбу? Для себя, такую, как вы хотите – с нарядами, тортом и что там еще…
Джейн уставилась на нее как на душевнобольную.
– В смысле, понарошку?
– Ну почему? – Чем дальше Гермиона развивала эту мысль, тем больше ею проникалась – и от Джейн, признаться, тоже ожидала большего энтузиазма. – Главное, чтоб для вас это было по-настоящему, а гостям какая разница? Они праздновать приходят, а не штамп проверять.
Отблеск неясной эмоции промелькнул на лице подруги: казалось, она то ли не позволяет себе поверить в такую возможность, то ли попросту не решается.
– Но… это разве считается?
– Если для вас – да, то для других – тем более, – пожала плечами Гермиона. – Эй, да в чем дело? Ты… разве не хочешь?..
– Нет, я… не знаю. – Джейн нервно заломила пальцы. – В смысле, мы ведь даже не обсуждали, и… Может, Фреду с Джорджем этого вообще не надо.
– А тебе?
– И мне… Я что, разве жалуюсь на что-то? – вспыхнула Джейни. – Или ты предлагаешь самой пойти и спросить: а не хотите ли, парни, на мне жениться?..
Почему бы и нет, вопросила про себя Гермиона. Троица на своем веку творила вещи и побезумнее. А уж насчет реакции близнецов – неужели она это всерьез? Да они сквозь огонь пройдут к ней, за нее – и прошли, и повторят без колебаний, если придется. Какие тут вообще могут быть сомнения?
Тем не менее, поджатые губы Джейн красноречивее любых слов говорили, что развивать эту тему она не намерена.
– Ты будешь еще что-то брать? А то я хотела еще заскочить в «Шапку-невидимку»… Там, кстати, новая коллекция, можем и платье выпускное тебе поискать, если хочешь.
Не больше, чем сунуть руку в клетку к соплохвосту, но отказаться сейчас означало бы окончательно испортить Джейн настроение.
– Давай. Погоди, только пива куплю ребятам, я обещала.
Пока она расплачивалась с официантом и укладывала бутылки в сумку, Джейни упорно смотрела в окно, хотя снаружи не происходило ровным счетом ничего, что заслуживало бы столь пристального внимания, – и это окончательно убедило Гермиону в том, что дело пора брать в свои руки. А раз чисто женскими силами не обойтись, что ж, решение очевидно: самое время подключить и мужские.
Видимо, на обратном пути все же придется заглянуть в совятню.
И вместо одного письма Сириус сегодня получит целых два.


***


После тренировки в раздевалке обычно царило приятное оживление. Все силы оставались на поле – или, вернее над ним – и прежде, чем заставить себя переодеться и доплестись до замка, требовалось хотя бы с четверть часа на передышку, за время которой команда успевала обсудить все на свете – от того, кто сколько раз сверзился с метлы, до вечных вопросов бытия. В прошлый раз Рон с Джимми Пиксом до хрипоты спорили о стихийной магии, а Дин мог часами проводить параллели между квиддичем и футболом и, когда входил в раж, не уступал даже Гермионе с ее настольной «Историей Хогвартса».
До недавних пор Гарри тоже с готовностью включался в обсуждения, комментировал, смеялся над шутками – дистанция между капитаном и остальными, к счастью, существовала только на словах, – однако с учетом новых открытий о самом себе на периферии замаячила проблема куда более насущная. Пару недель назад, наблюдая, как Пикс и Кут стегают друг друга скрученными футболками, он вдруг задался вопросом: а переодевались бы они при нем так свободно, если бы знали, с кем он целуется, – и с того момента ничего уже не могло быть по-прежнему. Сколько ни старался, никак не удавалось избавиться от липкого, удушающего чувства, словно он подглядывает за ними исподтишка, словно предает их доверие, не раскрывая правды, – и горло раз за разом сдавливало невидимыми тисками. Не то чтобы он действительно смотрел на кого-то, не то чтобы для самого что-то изменилось по отношению к ним – скорее, наоборот: все больше казалось, что одному лишь Ричи по силам пробудить в нем ту самую щекочущую легкость, – но стоило встретиться с кем-нибудь глазами – и сердце неизбежно пропускало удар, заставляя ощущать себя самозванцем в ожидании разоблачения.
– Эй, дружище, ты уснул, что ли? – окликнул его Рон, возвращая в реальность. Они с Дином стояли у дверей с метлами через плечо, Пикса и Кута видно не было – похоже, ушли еще раньше, не дожидаясь.
– Почти, – уклончиво ответил Гарри, поднимаясь на ноги. Натруженные мышцы отозвались болью, каждый шаг требовал усилия – а ведь сегодня еще предстояла прогулка с Ричи. Вот он обрадуется, когда к нему приковыляет такая развалина…
Уже на ходу Дин тронул его за локоть.
– Ты в порядке?
– Просто устал, – Гарри моргнул, благодарный за участие. – Здорово выложились сегодня.
– Вообще-то, это скорее мы у тебя должны спрашивать, – заметил Рон, и нетерпение в голосе выдало его с поличным: тотчас стало ясно, что вопрос он вынашивал с того самого момента, как они застали Дина за спором с Макгонагалл.
– Ну так спроси уже как есть, – предложил тот. – Дай угадаю: что за проблема с выпускным, да?
– Если это не тайна. – Рон выглядел сконфуженным, но любопытство давило сильнее.
Дин замялся на секунду, точно в сомнении, затем мотнул головой:
– Да нет, не тайна… – пробормотал он со вздохом. – Я скажу, но… без обид, парни, ладно? Тут… ничего личного, правда, просто… в целом поднакопилось. – Смуглые пальцы стиснули рукоять метлы. – Достали все эти двойные стандарты: бла-бла, мы идем в ногу со временем, а на деле все равно живем как в Средневековье. Чушь всякую заполняем про терпимость, про равноправие – а толку? Я ни семью, ни Энни пригласить не могу, потому что правила – но исключения ведь всегда найдутся, верно? Такие, как ваш приятель. Нет, он славный малый, – торопливо добавил он, заметив, как напрягся Гарри, – и это круто, что его приняли, и так и должно быть – но со всеми. А работает пока только с узким кругом.
– То есть, по-твоему, это мы виноваты? – ощетинился Рон. – Что Ричи – волшебник, а твоя девчонка – нет?
– Нет, конечно, – Дин примиряюще выставил перед собой ладони. – Говорю же, тут к системе вопросы. Если надо – выход найдется: вон, мать же со мной ходила в Косой переулок перед первым курсом. Организовали, впустили – и сюда наверняка тоже могли бы, хоть на один вечер… но никто не будет.
Каждое слово било точно в цель, и Гарри не находил что возразить. Дин во всем был прав, и еще тяжелее на душе становилось от того, как он говорил: не обвиняя, без тени упрека – всего-навсего констатируя факты.
– А если Дамблдора подключить?.. – Уши у Рона горели, и весь его вид выдавал желание повернуть время вспять и от души прикусить себе язык во избежание этого разговора. – Может, он пойдет навстречу…
– Да не надо мне навстречу, – Дин с досадой пнул камешек, попавшийся под ногу. – Это все должно по факту быть, без просьб, понимаешь? По-честному. А у нас все наоборот. Про то, чтоб на выходные домой отпускать, а не только в Хогсмид, уж сколько лет говорили – а разрешать-то в итоге стали чисто из-за вас, хотя вас это и раньше не сильно останавливало. И с гостями так же. Даже черт бы с ним, с Балом этим, тут само отношение… Как будто она не в счет, раз маггла. И мы не в счет. Может, еще и выбирать заставят?.. Так я тогда ее выберу – и пошло все к черту. – Последние слова прозвучали совсем глухо – горьким, каким-то отчаянным шепотом. Дин прочистил горло и отвернулся.
– Да ну, кто тебя заставит… – начал Рон, но Гарри наступил ему на ногу, заставляя умолкнуть.
Рон не мог понять до конца – и в том не было его вины. Он принадлежал этому миру всецело, не зная другого, не зная, каково разрываться надвое. От последнего Гарри, впрочем, тоже был далек, в отличие от Гермионы или Джейн, – его с миром магглов связывали лишь Дурсли, и этот якорь уж точно не стоил того, чтобы за него держаться; зато тема про отношение и «не в счет» отзывалась в душе со всей силой. Как бы поступил он сам, окажись Ричи на месте Энни – за скобками, приравненным к погрешности? Да и есть ли разница?..
Вытянув руку, Гарри осторожно опустил ее Дину на плечо.
– Мне жаль… что все так. И я…
Тоже вспылил бы, хотел сказать он. Тоже стоял бы на своем до конца. Тоже влюблен и хочу все сделать правильно. Однако с языка сорвалось совсем другое:
– Знаешь, я тоже никуда не пойду.
Дин вскинулся так резко, что обдал его порывом воздуха.
– Чего???
– Кому он вообще нужен, этот выпускной, – подхватил Рон, выступая у Гарри из-за спины. – Терпеть не могу танцы.
– Парни, да вы… с ума сошли? – Дин в растерянности переводил между ними взгляд. – Зачем вам… Серьезно, я же не для того…
– А при чем здесь ты? – хмыкнул Гарри. – Просто хотим отметить по-своему, без надзора. Но ты можешь прийти, если хочешь. И Энни.
В конце концов, не такая уж и большая жертва, хотя Гарри совесть в любом случае не позволила бы поступить иначе. Хватит уже с них привилегий – тем более если это сказывается на других. Конечно, с Хогвартсом бы хотелось проститься по-особенному и на позитивной ноте, но достаточно было припомнить «Сравнительное правоведение» с кучей рассованных Энни закладок, и последние сомнения отступали прочь, а благодарная улыбка друга не оставляла им шансов на возвращение.
Симус, встретивший друзей в гостиной, со своим решением и вовсе не колебался ни секунды.
– Я в деле, – объявил он, не успел Дин, все еще не отошедший от шока, пересказать новости. – Как говорят у нас в Ирландии, плох тот солдат, что не готов отдать жизнь за идеалы!
– О, ну раз такой смелый, Гермионе ты и расскажешь, – хохотнул Рон. – Она там не вернулась? – уточнил он у Гарри, заметив, что тот уже развернул Карту Мародеров.
Подруги не было еще и на подходе, зато точка с подписью «Ричард Вагнер» обнаружилась в совсем неожиданном месте: возле факультетских часов в вестибюле, тремя этажами ниже положенного кабинета заклинаний. Гарри даже проверил время, но только убедился, что от занятия не миновало и половины. А если вдруг по какой-то причине закончили раньше – почему Ричи не поднялся в башню? И что забыл внизу, как будто собрался уходить, не повидавшись? Какого дьявола вообще происходит?..
Нехорошее предчувствие заворочалось в груди. Уже на бегу, судорожно минуя повороты и коридоры, он просил, сам не зная, у кого, чтобы нашлось какое-то безобидное, очевидное объяснение, но едва вывернул на Парадную лестницу, сердце ухнуло куда-то вниз: Ричи сидел у подножия, обнимая острые колени, – зажатый, сгорбленный и совершенно потерянный. Сумка с книгами небрежно валялась у его ног.
– Рич?.. – неуверенно окликнул Гарри, сбегая по ступеням.
Тот дернулся, как от удара током, тут же вскочил рывком, но запнулся о ремень сумки. Гарри еле успел удержать его за локоть.
– П-привет…
– Что с тобой? Что ты тут делаешь, почему не у Флитвика?
– Он… – Губы у Ричи дрогнули. – Занятия не было. Я… все испортил. – Он и до того был бледен, но сейчас, произнеся это вслух, сделался почти прозрачным.
– Что?.. В смысле – испортил, чем?
– Профессор, он… сказал, сегодня без толку. – Ричи шумно сглотнул: дыхание у него сбивалось, фразы выходили короткими и отрывистыми. – Сказал, чтоб я приходил в себя… Думает теперь, наверное, что я псих. А вы… Черт, я же и вас подвел!.. Ну почему я такой кретин?!
– Так, стоп! – Гарри поймал его за плечи, обеспокоенно вглядываясь в лицо. – Успокойся, ладно? Смотри на меня… Ты никого не подвел, слышишь? – проговорил четко, почти по слогам. – Хочешь, прямо сейчас пойдем к Флитвику, мы с тобой, вместе, и… Нет?.. – Ричи замотал головой так отчаянно, что две пуффендуйки, выходившие в этот момент из дверей Большого Зала, остановились и вытаращились на них во все глаза. Одну Гарри сразу узнал: именно она на четвертом курсе пыталась пригласить его на Святочный Бал. Судя по прищуру, она тоже отлично помнила его отказ – и, надо думать, ситуацию это ничуть не упрощало.
– Ладно, тогда… просто пойдем отсюда, хорошо? – пробормотал он, сгребая Ричи в охапку, и под пристальными взглядами девушек потянул вверх по лестнице.
Укромные уголки в Хогвартсе они за последние несколько недель успели изучить вдоль и поперек, однако сейчас требовалось что-то попросторнее ниши за гобеленом и поближе Выручай-комнаты, потому что Ричи выглядел, словно от истерики его отделяли считанные минуты. При таком раскладе вариант виделся лишь один – не самый приятный, конечно, но всяко лучше, чем объясняться на виду у зевак.
– Это же женский туалет, – заикнулся Ричи, как и многие до него, смущенный табличкой на двери, но Гарри, отмахнувшись, подтолкнул его вперед.
В обиталище Миртл царила тишина, самой ее в обозримом пространстве не наблюдалось, хотя, когда Ричи взялся за кран, Гарри запоздало спохватился, что с нее станется выскочить прямо оттуда – для пущего эффекта. К счастью, у девочки-призрака, очевидно, в кои-то веки нашлись дела снаружи.
Несколько минут своды стен наполнял только плеск воды. Гарри ждал, привалившись к ближайшей кабинке, следя за отражением в треснутом зеркале. Наконец Ричи выключил воду, но поворачиваться все равно не спешил: так и стоял у раковины, опустив голову. Мокрая челка падала ему на глаза, подводка размазалась по щекам неровными пятнами.
– Прости, – прошелестел он едва различимо.
– Тебе не за что извиняться. – Под стук пульса в ушах Гарри шагнул к нему и застыл рядом, не решаясь коснуться. – Просто… расскажи, что случилось.
Ричи вытер нос ребром ладони.
– Ну, я… сорвал занятие. Не смог собраться, даже палочку нормально держать не мог. Профессор сказал, так ничего не выйдет... и отправил домой.
– С Флитвиком проблем не будет, – поспешил заверить Гарри. – Он это больше для перестраховки: в другой раз придешь – он уже и думать забудет. Вон, Фред с Джорджем его сколько раз доводили – и ничего. Он вообще не злопамятный. А дни плохие у всех бывают – тут тоже ничего страшного.
– Джейн говорила: не надо сегодня… Я зря не послушал. Надеялся, пронесет – ну, и с тобой увидимся поскорее… А на кладбище как накрыло – и все, с концами.
В первый миг Гарри решил, что ослышался, а затем понимание прошило морозной волной.
– На… кладбище?
– У отца годовщина сегодня. Мы с Джейн… ходили проведать.
Гарри с самого начала не мог избавиться от чувства, что упускает из внимания какую-то деталь, и все же не ожидал, что настолько важную. Он знал, что Ричи потерял отца, но подробностей они никогда не обсуждали, да и тема сама по себе казалась сродни тонкому-тонкому льду: один неверный, неточный шаг – и под ногами уже осколки. Слова не годились и значили слишком мало: кому, как не ему, было убедиться в этом наверняка. «Ты вылитый отец, Гарри», «У тебя глаза матери», «Какая трагедия!», «До чего жаль!» – раз за разом, солью на рану, вечным напоминанием о несбывшемся. Так что он сделал то, что сделал бы для него Ричи: молча притянул к себе и заключил в объятия.
И судя по тому, с какой готовностью чужие руки обвили его шею, решение это было единственно верным.
– Прости, – повторил Ричи, уткнувшись носом в его плечо. – Знаю, ты не так представлял свой выходной…
– Не думай об этом, – прошептал Гарри ему в волосы. – Я здесь для тебя. Вот как это работает. В обе стороны.
Ричи прерывисто вздохнул, биение его сердца ощущалось даже сквозь два слоя одежды.
– Спасибо, – с усилием выдавил он. – Просто… я стоял там и… так хотелось ему рассказать: про тебя, про нас. Он бы понял, он… всегда понимал. И верил, что я найду что ищу. И вот я нашел... а он теперь уже не узнает.
– А я верю, что это не конец, – задумчиво проговорил Гарри. – В смысле, раз у нас тут есть призраки, то и остальные… тоже не исчезают, верно? Просто они… где-то еще, – и прижался щекой к лохматой макушке. – Расскажи про него. Какой он был?
– Он был… боец. – В голосе Ричи зазвучала улыбка. – «Вижу цель – не вижу препятствий» – это про него. Приехал в Лондон с одним рюкзаком, а в итоге поднялся до су-шефа в «Ритце».
– Так вот кто тебя научил готовить!
– Готовить, на гитаре играть – да вообще всему. Он музыку обожал, ни дня без нее не мог. Меня и то назвали в честь композитора: мы вроде какие-то там потомки, черт-те какие, но он гордился, всегда поправлял фамилию – чтоб не Уогнер, а Вагнер, только так… Все бы отдал, лишь бы хоть раз еще услышать...
Низкий гул наполнил воздух, заставляя вздрогнуть от неожиданности. Ричи резко шарахнулся назад, едва не сшибив с Гарри очки и, похоже, решив, что сам замок таким образом откликается на его желание – как в случае с Выручай-комнатой, – но Гарри в прошлом провел здесь достаточно времени, чтобы сообразить, что означает этот звук. Ухватив Ричи за грудки, он толкнул его в угол и сам прыгнул за ним, заслоняя, – а в следующее мгновение туда, где они только что стояли, ударил поток воды, взметнувшийся над крайней кабинкой.
– Это что… – заикнулся Ричи, выглядывая у Гарри из-за плеча, но ответ уже взмыл к потолку – вполне однозначный и сердитый не на шутку.
– Ты!.. – взревела она, тыча пальцем в Гарри. Отблески настенных факелов плясали по ее призрачному силуэту, отчего создавалось впечатление, что она буквально пылает яростью. – И хватило же наглости!..
– Привет, Миртл, – кивнул он – не столько из вежливости, сколько из желания прояснить ситуацию для Ричи.
– «Привет, Миртл!» – передразнила та. – Что, и все? Все, что ты скажешь? – и с вызовом вскинула подбородок. – Ты обещал меня навещать, помнишь? Ладно, я не ждала, я знаю: вашим словам кнат цена… Но зажимать здесь свою подружку…
– Кхм. – Ричи выдвинулся вперед, отводя со лба челку. Макияжа на нем практически не осталось, и лицо без него смотрелось непривычно: по-особенному трогательным, уязвимым – но уж точно не женским, даже если до сих пор в полумраке было не разобрать.
– Ой. – Миртл парила над ними в онемении, беспомощно тараща глаза из-за стекол очков. – Мальчик.
Ричи с притворной сосредоточенностью оглядел себя снизу вверх: от носков кед до ворота рубашки, измятой в том месте, где ее комкали чужие пальцы.
– Вроде, – констатировал он после секундной паузы.
– Но… как же это?.. – совсем растерялась Миртл. – Так… разве можно? – И, не будь она полупрозрачной, Гарри поручился бы, что щеки ее залились краской.
– Я так понимаю, сексуальную революцию она не застала, – заговорщицким шепотом заключил Ричи. Потом расправил на себе рубашку и, приосанившись, помахал рукой, словно приветствовал не призрака, а обычную девочку из плоти и крови. – Эй, Миртл?.. Привет, я Ричи. Слушай, извини, что мы так ворвались…
– Ты меня знаешь? – насторожилась та, подлетая ближе.
– Ну, мы не знакомы, но мне… друзья рассказывали про тебя.
– Да ну? Он, что ли? – Миртл, подбоченившись, кивнула на Гарри.
– И он, и Джейн… Джейн Льюис, помнишь такую? Это моя подруга.
– Раскрашенная, как в кабаре, – скривилась Миртл. – Вечно таскалась со своими рыжими в ванную старост. Торчали там ночами напролет, хихикали, тискались – аж противно. – Лоб ее прочертила глубокая складка. – И что она сказала? Дай угадаю: Плакса Миртл? Уродка Миртл? Или что-нибудь новое?
Гарри подцепил Ричи за рукав, готовый уводить прочь, пока страдалица снова не окатила их волной из унитаза, однако Ричи жестом остановил его порыв.
– Вовсе нет, – отозвался он с невесть откуда взявшимся энтузиазмом. – По мне так ты здорово сделала, что осталась. Я имею в виду, Хогвартс – это ведь особенное место. Для всех нас. И стать его частью… это правда круто.
Миртл замерла, точно наткнувшись на невидимую преграду, и резко захлопнула рот. Очевидно, за все ее полвека в призрачной роли эта мысль ни разу ее не посещала. Впрочем, Гарри и сам ни за что не додумался бы оценить ее положение с такого ракурса, зато творческий подход Ричи, казалось, расцветил все новыми красками.
– Круто, – повторила она, будто пробуя слово на вкус, а затем сорвалась с места – и серебристым вихрем заметалась над их головами. – Круто!
– Ого, – с восхищением выдохнул Гарри, провожая ее взглядом, прежде чем вновь перевести его на Ричи, но тот только плечами повел в ответ.
Миртл спикировала вниз и зависла напротив, на высоте не больше каблука Джейн, как если бы тоже стояла на полу.
– Ты не такой, как они, – возвестила она, хлопая ресницами. – Я звала этого здесь жить, когда он умрет, – Гарри с трудом удержался от ухмылки, – но лучше ты приходи. Будем… частями вместе, – и, смущенно хихикнув, вновь взлетела под потолок, чтобы с разлету занырнуть в унитаз.
– Круто! – донеслось уже откуда-то из глубин.
– Да уж, – Ричи, наконец дав себе волю, затрясся от смеха, – еще как круто.
– Никогда не видел ее такой счастливой, – заметил Гарри. – Ты теперь ее герой на веки вечные. – Это должно было прозвучать как шутка, но неясное чувство гордости, шевельнувшееся где-то под ребрами, придало совсем другой тон, и Ричи, проницательный по натуре, уловил его без труда. Лицо его вспыхнуло румянцем.
– Да чего там, – пробормотал он, отводя глаза. – Погоди, она же не начнет меня по всем туалетам караулить, правда?
– По всем нет. Только в Хогвартсе.
– Тогда ладно. – Ричи со смешком закусил губу. – А то Сириус меня прибьет, если она у нас из слива выскочит.
Они переглянулись, одновременно представляя картину: матерящийся Блэк, путаясь в шторе, пытается выбраться из ванны, пока Миртл с ее заевшим «Круто!» нарезает круги у светильника – и рухнули друг на друга в новом приступе хохота. А потом Ричи потянулся навстречу – или, быть может, Гарри сам потянулся к нему – и спустя миг они уже целовались как сумасшедшие, с каким-то совсем отчаянным упоением, без остатка растворяясь в ощущениях, в тепле объятий. Все еще ново, все еще мало, но чертовски необходимо: сбросить с себя весь груз, выпорхнуть, как из клетки, из кокона тревог и сомнений. Квиддич, экзамены, выпускной, даже дом двенадцать с его многочисленными обитателями – все это словно существовало где-то в другой, параллельной реальности, бесконечно далекой от них двоих; и тем тяжелее оказалось возвращаться обратно – туда, где прощание маячило на расстоянии коридора.
– Ну, значит, теперь на следующей неделе общий сбор? – уточнил Ричи, когда они уже брели в направлении вестибюля, изо всех сил оттягивая неизбежное. – Вы же сможете?..
«Разрешать-то в итоге стали чисто из-за вас», – вновь загремел в ушах голос Дина. Но ведь сработало, рассудил про себя Гарри. Какой теперь смысл сдавать назад?
– Надеюсь.
– Шен тоже будет в городе. – Ричи затеребил манжету на рукаве. – Зовет встретиться… сходить куда-нибудь.
– Шен – это кузина Джейни?
– Да, но… они не общаются больше, она звала только меня, так что… – Во взгляде его робкой искрой блеснула надежда. – Я подумал, может, мы с тобой… То есть, не обязательно как пара, можем ей не рассказывать, если не хочешь, а просто… погулять вместе. Если ты не против.
Гарри пожал плечами, не видя причин для отказа. Почему бы и нет: в конце концов, Ричи знал буквально все его окружение, тогда как сам столь во многом оставался загадкой, и было как минимум любопытно познакомиться с кем-то, имеющим важность лично для него. Да и чем не разнообразие: выбраться за пределы привычного Хогвартс-Гриммо, подальше от непрошеного, такого ненужного сейчас внимания и побыть один вечер не знаменитым Гарри Поттером, не героем, не кладезем чужих ожиданий, а просто… парнем Ричи?
Вот кем ему действительно хотелось быть.
– Не против. – И восторженный вздох Ричи убедил в этом окончательно. – Напиши ей, что мы придем. Вместе.
Потому что, черт возьми, это и правда происходит между ними, и крепнет день ото дня, а раз так, рано или поздно все равно придется признаться – и Сириусу, и Гермионе, и остальным; и тогда уже точно больше ничего не будет как раньше… Но Шеннон – не они, с ней – иначе, и если уж Ричи готов проверить ее дружбу на прочность – то Гарри тем более ничем не рискует. Так почему бы не попробовать?
– С кого-то же надо начинать, – отшутился он, за остротой скрывая смущение: Ричи смотрел так, будто целый мир получил от него в подарок.
– С кого-то из живых, ты хотел сказать? – тотчас последовала поправка, и в смехе, эхом рассыпавшемся по галерее, было все: и благодарность, и облегчение, и легкая нотка грусти.
Архитектор возник впереди слишком быстро, возвышаясь во весь свой исполинский рост. Из приоткрытых дверей Большого Зала тянуло ароматом жареного бекона, но Гарри не чувствовал аппетита, невзирая на то, что не ел с самого утра.
– Может, останешься?..
– Не сегодня, – Ричи с улыбкой мотнул головой. – У меня там свой стейк размораживается. Обещал Сириусу на ужин.
– Ты ведь знаешь, что не обязан, да? – Гарри обхватил его за плечи, приобнимая: со стороны – дежурное объятие двух друзей, но руки, зажатые между телами, сцепились на мгновение совсем не по-дружески. – Ну, готовить каждый день на всех. Если устал или настроения нет – они сами сделают, никаких проблем…
– Знаю, – подтвердил Ричи ему на ухо. – Но мне не сложно. Я… это люблю.
И Гарри теперь понимал почему.
На ужин он, как ни странно, все равно успел почти вовремя: студенты в большинстве своем еще рассаживались по местам, хотя его компания собралась уже в полном составе. Гермиона по обыкновению уткнулась в книгу, Симус потрясал перед Дином каким-то исчерканным листком, а Рон увлеченно пилил ножом ростбиф – однако друга все равно заметил первым и сдвинулся влево, чтобы тот мог устроиться рядом с ним.
– Ты чего так долго?
– Помогал Ричи. – Гарри не стал лукавить: это все равно ни у кого не вызывало подозрений. Впрочем, как и у него самого всего пару месяцев назад. – Как Хогсмид? – Он повернулся к Гермионе.
– Хорошо, – ровно ответила та, переворачивая страницу. – Правда, было бы лучше, если бы вы тут без меня не затеяли саботаж.
– Диверсию! – влез Симус. – А вот у нас главный Дин-версант! – и шутливо потрепал Дина за щеку.
– Но… ты ведь с нами? – Гарри с настойчивостью заглянул подруге в глаза.
Гермиона со вздохом вложила в книгу закладку.
– А что, разве когда-то не была? – парировала она, вздергивая бровь.
– Добрый вечер! – Раскатистый голос Дамблдора разрезал застольный гул, как нож масло, и все головы в едином порыве повернулись к преподавательскому столу. Директор бодрым движением поднялся с кресла и хлопнул в ладоши, привлекая внимание. На крючковатом носу знакомо сверкнули очки-половинки.
– Прошу прощения, что отвлекаю от трапезы, – он виновато развел руками, – уверяю, много времени я не отниму, но у нас с коллегами есть для вас небольшое объявление.
– Что – опять? – Симус скорчил гримасу. – Да сколько можно…
– Как вам уже хорошо известно, Министерство магии в настоящий момент нацелено на новый курс…
Гарри украдкой покосился на Дина: тот сжал челюсти так, что на скулах проступили желваки.
– … и смею заметить, что изменения эти в равной степени касаются каждого из нас. – Директор повысил тон, и слизеринский стол, зашумевший было в протесте, замолчал, как под заклятием немоты. – Думаю, что не ошибусь, если предположу, что мы стоим на пороге нового времени, времени, в котором решающее слово будет за вами. И мне отрадно видеть, что некоторые из вас уже готовы его озвучить. Но лишь единицы способны указать на просчеты в самой системе. В частности, в системе нашей с вами школы.
По залу пронесся взволнованный шепот, на лицах, обращенных к Дамблдору, читались растерянность и недоумение.
– Мистер Дин Томас, – провозгласил директор, и тот застыл на скамье, словно в лучах прожекторов. – За ваш ответственный подход к вопросу социального неравенства я награждаю Гриффиндор двадцатью очками.
– Э-э, чего? – Дин в упор уставился на Гарри, как если бы ни на йоту не сомневался, что происходящее – его рук дело. – Какого хрена происходит?
– Томас, следите за языком! – прикрикнула на него профессор Макгонагалл, но Гарри успел уловить на ее губах тень улыбки.
– Но, полагаю, вас куда больше обрадует тот факт, – Дамблдор выдержал торжественную паузу, – что в этом году мы, с поддержки Министерства Магии, в день вашего выпускного бала откроем двери для всех, кого вы пожелаете пригласить.
Взрыв: пожалуй, только так можно было бы в полной мере описать эффект, произведенный этой новостью. Гарри, как в замедленной съемке, наблюдал, как Рон с Симусом трясут Дина, совершенно обескураженного; как смеется в восхищении Гермиона, а Малфой с дружками, белые от гнева, пробираются к выходу. Вокруг кричали, свистели, спорили; кто-то из когтевранцев позволил себе совсем уж крепкое выражение, и профессор Флитвик, побагровев до корней волос, наказал свой факультет на десять баллов.
– Для всех? – переспросил Джастин Финч-Флетчли, сложив ладони рупором. – Даже для маггловских?..
– Никаких ограничений, – подтвердил Дамблдор. – Ваши деканы будут ждать от вас списки гостей. До конца месяца, если не затруднит… Да, мистер Томас?
– Им потом сотрут память? – Дин, казалось, все еще не верил до конца. – Или как это вообще… А секретность?..
– Все организационные моменты для вас прояснят деканы при личной беседе, но даю слово: ни один гость не пострадает… и, надеюсь, не уйдет недовольным. – Гарри готов был поклясться, что директор ухмыльнулся в бороду. – Что ж, а теперь, с вашего позволения, давайте вернемся к ужину!
Под какофонию звуков, в центре суматохи, переплюнувшей, кажется, даже объявление о Турнире Трех Волшебников, Дин, к которому со всех доступных сторон тянулись руки, медленно осушил кубок с яблочным соком и оторопело поглядел на друзей.
– Энни меня убьет, – выдавил он со смешком. – Ей же теперь и правда придется сюда ехать…

просмотреть/оставить комментарии [32]
<< Глава 68 К оглавлению 
июнь 2022  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

май 2022  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2022.06.26 18:01:18
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2022.06.26 10:41:10
После дождичка в четверг [3] ()


2022.06.25 22:34:06
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2022.06.24 19:20:20
От меня к тебе [10] (Гарри Поттер)


2022.06.24 15:14:30
Отвергнутый рай [31] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2022.06.24 13:49:37
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2022.06.23 08:48:41
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2022.05.28 22:43:46
Танец Чёрной Луны [7] (Гарри Поттер)


2022.05.28 13:12:54
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2022.05.23 22:34:39
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.05.19 00:12:27
Капля на лезвии ножа [3] (Гарри Поттер)


2022.05.16 13:43:22
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.05.14 07:36:45
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2022.05.13 23:06:19
Вы весь дрожите, Поттер [6] (Гарри Поттер)


2022.05.07 01:12:32
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


2022.04.19 02:45:11
И по хлебным крошкам мы придем домой [1] (Шерлок Холмс)


2022.04.10 08:14:25
Смерти нет [4] (Гарри Поттер)


2022.04.09 15:17:37
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2022.04.05 01:36:25
Обреченные быть [9] (Гарри Поттер)


2022.03.20 23:22:39
Raven [26] (Гарри Поттер)


2022.02.25 04:16:29
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2022.02.20 22:38:58
Леди и Бродяга [6] (Гарри Поттер)


2022.02.12 19:01:45
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.02.11 19:58:25
Глюки. Возвращение [241] (Оригинальные произведения)


2022.02.03 22:54:07
Квартет судьбы [16] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.