Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гарри отправился изучать русский язык по совету Гермионы. Записался на курсы, а после недели занятий его отчислили. Гермиона спрашивает его:
- За что тебя выгнали?
- Эм... - начинает Гарри. - Я ведь на последнем уроке что-то не то сказал... Но ведь это должно быть правильно с точки зрения грамматики, наверное...
- А что ты сказал?
- "Я КЛАЛ СВОЙ ПРЕДМЕТ НА ВАШ ПРЕДМЕТ".

(с) Эс Джи

Список фандомов

Гарри Поттер[18336]
Оригинальные произведения[1182]
Шерлок Холмс[711]
Сверхъестественное[451]
Блич[260]
Звездный Путь[249]
Мерлин[226]
Робин Гуд[217]
Доктор Кто?[209]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[171]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[131]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2017[10]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[26]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[46]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[49]
Фандомная Битва - 2014[17]
I Believe - 2015[5]
Байки Жуткой Тыквы[1]
Следствие ведут...[0]



Немного статистики

На сайте:
- 12454 авторов
- 26876 фиков
- 8377 анекдотов
- 17254 перлов
- 640 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 24 К оглавлениюГлава 26 >>


  Фейри

   Глава 25
Майкрофт ждал чего-то подобного и в душе очень этого боялся.
Может, только этого и ничего другого.
Едва ли Фицрой стала бы намеренно вредить Шерлоку – эти двое как-то умудрялись сотрудничать друг с другом, не обращать внимания на внешность и личных тараканов, при этом даже умея развлекаться каждый в своем духе, поддерживать друг друга, но не быть ни друзьями, ни даже близкими знакомыми. Хотя Майкрофт был почти уверен – если бы женщине угрожала реальная опасность и рядом находился только Шерлок, он бы нашел способ защитить ее просто потому, что она сделала бы то же самое в любом случае.
Оба нестандартно мыслящие, оба же ненавидящие контроль, оба бунтари, хоть и по-своему, с сильными характерами и способностью думать сразу в нескольких направлениях, они могли бы стать отличными коллегами, как предполагал Майкрофт, вот только ни Шерлоку, ни Венди сотрудничество на более плотной основе было даром не нужно.
Но Шерринфорд и его тайны были опасны. Остров, где находились люди, давно уже переставшие быть людьми почти в буквальном смысле слова, был тем единственным, чего Майкрофт не мог дать Фицрой. Да и не хотел бы давать.
- Вынужден отказать, - стараясь держать лицо, произнес он, поняв, что проиграл.
Венди Фицрой могла получить что угодно даже без согласия второй стороны.
- Я не войду к Вашей сестре в клетку, - пообещала Фицрой. – Я даже близко к ней не подойду. По сути, мне нужно увидеть даже не ее, а Вас рядом с ней, так что, если есть видеонаблюдение, мне хватит и этого.
- Нет, - повторил Майкрофт.
- С разрешением или без, я высажусь на остров, - пожала плечами Фицрой. – И сделаю это с Вами, хотите Вы того или нет.
- Прикажете мне? – уточнил Холмс.
- Нет, - чуть улыбнулась Фицрой. – Просто сообщу Шерлоку, что есть новое интересное дело, куда его точно не пустят, как в тот же Баскервилль. Думаю, он угонит корабль, лодку или самолет, чтобы найти этот остров. Надеюсь, что он не в Бермудском треугольнике, - вздохнула она.
- Что именно Вы хотите увидеть или узнать? – почти сдался Майкрофт, поняв, что лучше уж сразу выбросить белый флаг, чем потом спасать Шерлока от него самого и от сестры, которую он не помнит.
- Вы содержите родную младшую сестру в заточении черт знает где в нечеловеческих условиях с ее детства, - напомнила она. – Вы еще спрашиваете, что мне нужно знать? Вас прежде всего. То, кто и что Вы есть на самом деле. На что способен человек, сделавший такое с родной сестрой, с той, кто многократно сильнее и опаснее нее? – понизила она голос. – Я не умнее, мистер Холмс, я просто опаснее. Может быть, Ваша сестра – восточный ветер, а я тогда астероид, устроивший вымирание динозавров. Я не уникум, телекинетики существовали и до меня, и будут после меня, но я же под защитой нечто из арки, носитель сырой энергии… Так что я просто хочу посмотреть на условия содержания Вашей сестры. Можете обмануть меня, перевезти ее хоть на райский остров и посадить на полянку с цветами – я вряд ли узнаю правду, но Вы не станете менять локации, что мне и нужно. Хочу увидеть кормят ли ее супом из тараканов, заставляют ли ходить на четвереньках, дают ли спать, пить, мыться и ходить в туалет не под себя, или обращаются, как с животным, морят голодом и бьют током.
Майкрофт облился холодным потом.
Конечно же, с Эвр обращались, как с человеком, никто никогда не морил ее ни голодом, ни жаждой, не держал на цепи и не колол наркотики, но она была крайне опасна, так что общение с ней было сведено до минимума. И даже он сам не хотел и не мог преодолеть страх перед ней, предпочитая только смотреть и слушать, но не подходить близко.
Эвр зачаровывала, как кобра перед броском.
Майкрофт не просто не хотел бы встречи Эвр и Венди, он даже не хотел думать о том, что было бы, если бы эти женщины встретились глаза в глаза.
Если бы Эвр победила в борьбе взглядов, мир получил бы крайне агрессивного телекинетика. Если бы победила Венди, Майкрофт точно лишился бы сестры, потому что бывший детектив полиции не стала бы церемониться с психопаткой и вполне могла бы сделать с ней то же, что с другим психопатом чуть ранее в Манчестере.
Но дело было не только в Эвр. Шерринфорд содержал в себе тех, кто никогда не должен был быть узнанным. Тем более – самой Венди.
- Эвр взаперти, - признался он. – Не скажу, что у нее есть краски и карандаши, книги или телевизор, но…
«…с ней обращаются по-человечески», - хотелось бы ему добавить.
Но подобного он не произнес, понимая, как жалко это бы прозвучало.
Человек не должен был содержаться в таких условиях. Не в одиночке, не лишенным визитов родных, не погруженным только в свои мысли.
- Мне хватит дня, так что, думаю, удобно будет и завтра, - поняла его Фицрой. – Мне нужно попасть туда, мистер Холмс.
- Майкрофт, - попросил он. – Прошу Вас.
Фицрой в ответ только молча покачала головой, глядя ему в глаза.
- Нет, мистер Холмс, - произнесла она спустя какое-то время. – Больше нет. Что было – было прекрасно, могу сказать, что Вы правы, даже на коленях перед Вами было вполне комфортно, но… - она запнулась.
За эту паузу Майкрофт ощутил себя, как в аду. Он все же был мужчиной, перед ним была крайне привлекательная женщина, которую он хотел, желание к которой еле сдерживал, зная, что и она готова снова сойти с ума хоть посреди зала, но… если в деле будет участвовать Шерринфорд, Венди не простит, если Майкрофт воспользуется ей так подло. Она не заслуживала предательства, но, увы, остров сломал бы ее.
- Но? – переспросил он.
Она взглянула на его губы, опустила глаза вниз и снова подняла их, посмотрев в глаза.
- Чтобы Вы не забывали, с кем имеете дело, мистер Холмс, - произнесла она, не отрывая глаз от его лица, по которому начал расползаться яркий румянец.
Майкрофт вдруг ощутил в теле настоящий гормональный взрыв.
В брюках стало тесно, уши заполыхали от стыда, сердце забилось быстрее – Майкрофт в буквальном смысле сходил с ума от перевозбуждения, контролируемого женщиной. Можно было сбежать, можно было уехать, улететь, уплыть из страны, но он не сделал ни единого жеста, зная, что теперь, когда она изучила его тело, оно было в ее власти. И пусть эта власть дарила наслаждение, она же могла запросто вывернуть его тело наизнанку, рассыпать его на атомы, высушить, заставить захлебнуться кровью или взорваться.
Он и не мог бы пошевелиться, чувствуя, как все тело пронизывает какая-то энергия, сосредотачивается внизу живота, гладит по паху, втекает внутрь и мягко массирует изнутри.
Майкрофт, одновременно сгорая от стыда и желая продолжения, закусил губу и на миг прикрыл глаза, не в силах смотреть на женщину перед собой, фантомно чувствуя прикосновения ее губ к своей шее, к груди, к промежности, а потом…
- М-м-м! – выдохнул он, стиснув зубы до боли, когда тело прошила первая волна удовольствия, прошедшая волной от макушки до пяток. Он сжал кулаки и задрожал, запрокинув голову, зная, что женщина удержит его в любом случае и не позволит ему упасть. Впрочем, когда стало еще лучше, он даже забыл о том, что они оба в зале ресторана, что кругом люди, камеры, что кто угодно может увидеть этот позор, сделать какие-то выводы, потом разместить видео на Ютубе, унизить, опозорить… - М-м-мо-о-ох! – протяжно издал он стон чистого удовольствия, зажмурившись и тут же открыв глаза, глядя в глаза Фицрой. – Венди… - прошептал он, тяжело дыша и чувствуя, как нижнее белье становится влажным от спермы. – Зачем?
- Скорее, за что, - поправила она, грустно улыбнувшись, подняв руку к его щеке, но так и не прикоснувшись к ней. – Нужно было остановиться на самом интересном месте? – тихо уточнила она. – Причинить боль и бросить позориться, как это сделали Вы? Оставить мастурбировать в туалете, чтобы унять возбуждение? Или было бы лучше заставить Вас сделать это прямо здесь?
Майкрофт вдруг неожиданно вздрогнул… и понял, что они оба чинно сидят за своим столиком, что Фицрой всего лишь смотрит ему в глаза и даже не прикасается, что все это… иллюзия?
Он как можно более незаметно прикоснулся к себе и понял, что эрекция и влажность в брюках вполне реальны, что лицо горит от румянца тоже реально, что он только что прилюдно опустился до такой степени, что ниже уже некуда, что, наконец, Фицрой была права – ему было наплевать на людей вокруг, потому что еще никогда в жизни он не был так свободен на этот короткий миг.
- Простите меня, - еле выдохнул он, стараясь унять бешено бьющееся сердце.
- Это не наказание, мистер Холмс, не унижение, - чуть качнула головой Фицрой. – И тем более не месть. Это напоминание о том, с кем Вы имеете дело, а так же… - она сделала паузу, визуально изучив его лицо и встав, - десерт для меня, - продолжила она, обогнув столик и подойдя к Майкрофту, наклонившись к его уху. – Завтра уже Вы захотите найти себе телепата, чтобы забыть об этом стыде, - прошептала она, задев губами его шею, чем вызвала появление мурашек по всему его телу. – Но будь у меня меньше совести, я не стала бы портить здесь камеры слежения и отводить глаза людям.
Он поднял голову, задев ее губы своими, но не найдя сил даже встать.
- Мне не будет стыдно, Венди, - произнес он тихо. – Вы это знаете.
Он все-таки встал, не обращая внимания на неудобство в брюках и с достоинством застегнул пиджак.
- Тогда до завтра, мистер Холмс, - пожелала Фицрой, сдержанно улыбнувшись ему, после чего просто развернулась и вышла из ресторана.

Она и сама не поняла, что на нее нашло. С чего бы ей вдруг так захотелось продемонстрировать ему свои способности на людях?
Усталость от всего? Раздражение на него? Гнев? Обида? Все сразу?
Не унижение – вот так распалить его чувства, вывернуть рычаг чувственности до упора и заставить его тело биться в оргазме, просто… просто она и не смогла бы бросить его на полпути, зная физиологию мужчины и то, что это было бы физически больно.
Эмоционально более сдержанный, чем младший брат, более холодный на публике, но более же раскрепощенный наедине с ней, Холмс получил лишь то, заслужил – не прилюдное унижение, а краткий миг свободы, давно забытый миг риска, сумасшествия, каплю наплевательского отношения ко всем и всему, то, чего ему так давно не хватало, что он тщательно подавлял и выжимал из себя по капле.
Он вряд ли сказал бы кому-либо о том, что чувствовал на самом деле, никогда не смог бы признаться в чувствах так, как это делали женщины. Холмс был политиком, на его плечах держалось благополучие семьи, брата, отчасти сестры и уж точно – всей страны. Может, он и не должен был вообще испытывать чувства к женщине, но Фицрой понимала его и знала, что это был за человек и на что он был способен.
Он жил привычками, а не желаниями. Он не смог бы надеть футболку или шорты даже в своем доме, не стал бы покупать на улице мороженое или кормить голубей, не завел бы домашнего питомца просто потому, что на что-то у него не хватало смелости, на что-то – времени, но большей частью – желания что-либо менять.
Действительно ледяной почти двадцать часов в сутки, не позволяющий ни одной живой душе видеть трещины в своей броне, хладнокровный, уверенный в себе, Холмс сделал себя таковым в глазах других, но были и те, кто знал его другим, кто вскоре узнал бы его другим и понял бы, что Майкрофт Холмс – просто человек и ничто больше. Человек со страхами, надеждами, пониманием, любовью и терпением.
Это узнали бы другие, Фицрой же была первой, кто заглянул под его бронированную шкуру и разогрел слой льда на его сердце. Но последней ей быть было не суждено.


Суббота началась в восемь утра, когда телефон сообщил о новой смс.
«Вертолет ждет у моего дома. МХ», - гласило сообщение.
- Смело, - заметила Фицрой, слезая с кровати и направляясь в душ.
Ей хватило часа сборов и около девяти утра ее машина уже остановилась у дома Холмса.
- Доброе утро, - поздоровался сам Холмс, выйдя к ней в неизменном костюме, элегантном пальто, шарфе и до блеска начищенных ботинках.
- Доброе утро, мистер Холмс, - ответила улыбкой Фицрой, оглядев его лицо и задержавшись на руках, затянутых в перчатки.
Холмс умел контролировать себя как никто другой, держал все эмоции внутри за сейфовыми дверями, но Фицрой могла читать его так же, как это делал Шерлок Холмс.
Не выспался – поздно лег. Много работы, ворочался в кровати, не мог уснуть. Нервная еле заметная дрожь пальцев выдает напряженное состояние и отчасти неуверенность в своих силах и контроле над ситуацией. Страх – чуть более сильное сжатие пальцев на рукоятке неизменного зонта. Бледный румянец на щеках – что бы он ни говорил, а стыд ему свойственен хотя бы перед одним человеком. Быстрое нервное облизывание губ кончиком языка – сон весьма фривольного содержания, один из тех, которые бывают в юности, которые он забыл, затолкал на дно своих чертогов памяти и запер, чтобы даже не вспоминать. Чуть напряженная легкая улыбка и холодный недоверчивый взгляд – ожидание чего угодно от своей спутницы как в полете до острова, так и на нем.
- Как прошел вчерашний день после нашей встречи? – любезно поинтересовалась она, когда Холмс жестом указал ей на задний двор, где ждал вертолет.
- Прекрасно, - коротко ответил Холмс с еще более любезной улыбкой в ответ. – Плодотворно.
- Совесть говорит мне о том, что так поступать с Вами было нельзя, - начала Фицрой, следуя рядом с ним, - но…
- Я понимаю, - напряженно заметил Холмс.
- А мисс Адлер правда установила на телефоне Шерлока пикантный звук для смс от нее? – вдруг спросила Фицрой.
Холмс чуть не запнулся, мгновенно представив телефон Фицрой с похожим звуком, но в его собственном исполнении.
- Шерлок сказал? – уточнил он.
- Нет, - ответила Фицрой. – Изучила его телефон, когда он недавно зашел рано утром пожелать мне приятного дня. Вот бы с ней хоть разок встретиться.
- Для чего, позвольте спросить? – насторожился Холмс.
- Не знаю, - пожала плечами Фицрой, кутаясь в куртку. – Чтобы научиться четко и ясно выражать свои желания по отношению к мужчине. «Хочу взять тебя на этом самом месте, пока ты дважды не попросишь пощады» или «Когда ты кончаешь – эти звуки бальзам для моих ушей», или же…
Холмс остановился и сглотнул, пытаясь унять забившееся сердце.
- Я понял.
- Правда? – без особой надежды уточнила Фицрой. – С какого же раза?
- Венди…
- Когда Вы уже перестанете меня бояться? Я не кусаюсь, в конце концов. То есть… но Вы же не возражали, так что это не считается.
- Как Вы заметили, Венди, Вы астероид, - покачал головой Холмс. – А вот я динозавр.
- В Вашем случае я пролечу мимо, не переживайте, - пообещала Фицрой, усмехнувшись. – Знаете, мир говорит, что англичане все чопорные, вещи в себе, слишком вежливые, слишком замкнутые в себе… Я англичанка, но, видимо, какая-то неправильная. Вы – да, английский джентльмен, знающий этикет, названия всех столовых приборов на банкете у королевы, соблюдающий пятичасовое чаепитие, разбирающийся в винах, послах, политических спорах…
- К чему Вы ведете? – заинтересовался Холмс.
- Вы странный, - снова пожала плечами Фицрой, оглядывая его лицо. – Или я странная даже для того, кем я являюсь с детства. Почему Вы вообще вышли со мной на контакт? Потому что Генри Фицрой просил? Потому что было любопытно, что такое живой эхолокатор? Потому что хотелось использовать эхолокацию и телекинетику вместе с носителем в своих нуждах?
- Все вместе, - не моргнув глазом, ответил Холмс. – Сначала все так и было.
- И что изменилось и когда?
Холмс молча подошел к ней ближе и наклонился к ней, но не поцеловал, а провел ладонью по ее лопатке.
- Когда понял, что Вы крайне опасны, но милосердны, - произнес он в ее губы. – Когда боль стала причиной для последующего удовольствия, - он тронул ее губы своими в мимолетном поцелуе и позволил себе загнать вину перед ней вглубь души, но быстро опомнился и отошел. – Вам нельзя лететь туда, - сказал он уверенно. И, перед тем, как она только открыла рот, чтобы спросить о причинах, продолжил: - Я ничего не менял, не отдавал приказа убрать ни одного человека, ни даже переместить кого-либо в другую камеру, но Вам нельзя лететь туда.
- Я не… - запнулась Фицрой, чуть нахмурившись. – Вы же понимаете, что теперь я точно туда полечу? Почему тогда говорите про это? Что там такого? Вы хотите, чтобы я сама обыскала остров и нашла то, что Вас так пугает?
- Не хочу усложнять наши взаимоотношения еще больше, - ответил Холмс. – Вы бы все узнали на месте, но я счел нужным предупредить о том, что обитатели Шерринфорда содержатся там только лишь потому, что никакая тюрьма не смогла бы их удержать. Им нет места среди людей.
- И Вашей сестре?
- В том числе и ей.
Фицрой отвела взгляд и покивала, больше не глядя на него.
- Я это учту, спасибо. Что бы ни случилось, что бы там я ни увидела, Вас я не обвиню.
Холмс позволил себе только глубоко вздохнуть, чувствуя, как душа внутри леденеет от предчувствия большой беды.
Да, нужно и можно было перевезти некоторых заключенных с острова, Фицрой бы даже никогда ни о чем не узнала, но… наверное, это был первый и единственный раз, когда хотелось играть по правилам, дать ей возможность увидеть весь этот кошмар самой, дать ей прочувствовать это место так же, как чувствовал его сам Холмс.
Обитель скорби, одиночества и ненужности, тюрьма, больница и убежище, место призраков прошлого, кошмара настоящего и ада будущего.


Полет был недолгим и прошел в молчании.
Холмс первым надел наушники, показал спутнице, как управляться с динамиками, отметил, что страх полетов у нее действительно прошел, но всерьез обеспокоился тем, что могло произойти, когда вертолет бы долетел до острова.
Он попробовал обратиться к ней, но она молча покачала головой и отвернулась к иллюминатору, безучастно глядя на однообразный пейзаж за ним.
Погода, в Лондоне довольно серая и безрадостная, над островом обещала быть еще гаже.

Когда вертолет сел на песчаный пляж и пилот заглушил двигатель, ни Холмс, ни Фицрой не поторопились выйти.
- Я не буду запрещать Вам доступ к тем объектам, какие Вам покажутся интересными, - сказал Холмс, сняв наушники и пригладив волосы, - но прошу Вас – будьте крайне осторожны.
- Боитесь, что меня могут сжевать каннибалы? – горько усмехнулась почему-то бледная Фицрой.
- Боюсь, что Вы их убьете, - честно признался Холмс. – Все люди на острове должны на нем и остаться. Никто и ничто не должно покинуть Шерринфорд.
- Можете мне довериться, мистер Холмс, - пообещала Фицрой, не глядя на него.
Холмс открыл дверь и первым покинул вертолет, Фицрой чуть замешкалась, но вышла со своей стороны и обошла аппарат, поняв, что увиденное ей точно настроения не улучшит.
Пляж был под контролем десяти мрачного вида молодчиков в черном с автоматами в руках, которые они сжимали так уверенно, что это не оставляло простора для воображения – при любой, даже малейшей опасности, эта охрана пустила бы оружие в ход без промедления.
Десять пар одинаково внимательных глаз буквально ощупали ее на предмет обнаружения хотя бы минимальной степени угрозы, но только двое нервно стиснули ствол в ладони, сжав губы.
- Мистер Холмс, - поздоровался единственный невооруженный человек впереди охраны.
- Губернатор, - ответил едва заметным кивком Холмс.
- С Вами… - осторожно попытался спросить человек, но встретил только высокомерное поднятие подбородка.
- Леди со мной, - перебил Холмс. – Без вопросов. А теперь прошу Вас.
Фицрой оглянулась на берег, на холодные воды и злые волны.
События, которые она видела недавно, должны были вот-вот произойти именно здесь, где приземлился их вертолет. Именно эти люди вскоре примут участие в истории, которую сама Фицрой не увидит. Дело решалось здесь и сейчас, буквально сейчас, дело будущего зависело теперь не от нее, а от слов младшей сестры человека, с которым она прилетела на остров.
Но ее миссия здесь была не в том, чтобы увидеть или услышать Эвр Холмс. Ее гнала сюда потребность увидеть то, что она успела мельком заметить в пещере анасази, пока была в контакте с Кейт Аззопарди. Не страж тогда передал ей видения будущего, а Кейт, соприкоснувшись с ней. Мертвый к тому времени медиум, ее сознание, подсознание, что-то еще смогла каким-то образом не просто открыться разуму тогда еще эхолокатора, но и в короткий миг обмена информацией смогла передать видения ближайшего будущего даже не о самой Фицрой, но о том, кто был ей крайне дорог.
Человек, которого «увидела» медиум, находился на острове, бесконечно мучился и ждал только освобождения, которое могла бы дать Фицрой. Только она, потому что больше было некому.
Может, Фицрой и не слишком верила в способность разума медиума, на момент контакта уже мертвого, предвидеть будущее, но если видение было правдивым, дальнейшие события тоже были предопределены.

Холмс раздал короткие указания губернатору и охране, приказал разрешить доступ своей спутнице в любое место, куда бы она ни захотела войти, распорядился не препятствовать ей ни в чем, а так же выполнять любое ее решение относительно присутствия с ней рядом у любого охраняемого объекта, каким бы тот ни был, и лишь коротко взглянул на саму Фицрой, хранившую молчание и почему-то не сводившую глаз с губернатора.
- А теперь, - продолжил Холмс, - я навещу Эвр.

Майкрофт мысленно содрогнулся от одной только мысли войти снова в клетку сестры. Ему и так еле удавалось проводить с ней хотя бы пять минут, но теперь все изменилось. Теперь с ним прилетела женщина, чья сила превосходила всю интеллектуальную мощь Эвр, женщина, разум которой был способен на что угодно во всех смыслах, человек, который мог безо всякой телепатии изменить разум другого человека, а телекинетика запросто могла превратить мозг в кашу.
Эвр обладала исключительным разумом, могла буквально подчинить себе любого человека, какого только видела, но Венди Фицрой не подчиняла, она стирала память, оперируя хирургически точно на самом мозге, а то, что она могла сделать с клеточной структурой, делало ее опаснейшим человеком в мире как в среде убийц, психопатов и каннибалов, так и в среде всех психокинетиков.
Знания о том, как устроен человек, дали этой женщине безграничную власть, и только четкие моральные принципы не давали ей в полной мере насладиться своими силами.
Если Эвр несла только смерть и разрушения, Венди была спасателем и доктором. Не милосердная, но мудрая, не мститель в маске и ярких тряпках, а обычный человек, наделенный необычным даром, применяющий его исключительно в мирных целях.
Эвр была напалмом, столбом, стеной яростного огня, Венди была солнечным штормом, не размениваясь по мелочам.
И если бы кто-то знал Майкрофта хотя бы близко к понятию «хорошо», он бы понял, почему у него дрожали колени задолго до прилета на остров.

- Ты пришел, - спокойно, даже равнодушно констатировала длинноволосая непричесанная женщина, сидя на полу и даже отвернувшись от стекла – единственной загородки, отделявшей пленницу от лифта и всех гостей. – Ты рано в этот раз, Майкрофт.
Фицрой сделала звук громче, слыша даже нервное дыхание вышедшего из лифта мужчины.
- В прошлый раз мы не договорили, - почти не дрогнув, произнес Майкрофт, встав в метре от стекла.
- В прошлый раз ты ушел, - еще спокойнее заметила женщина, мягко встав на ноги и подойдя ближе к стеклу, коснувшись его рукой. – Я снова плохо себя вела, братик? – спросила она, глядя на старшего брата.
Фицрой в офисе увеличила изображение, одновременно подмечая все детали.
Полное отсутствие даже намека на эмоции, способность помнить детали спустя какое-то время, вероятно, способности гипнотического влияния на разум собеседника, на каком бы расстоянии тот ни был.
- Хорошо, поэтому я и пришел, - ответил Майкрофт.
- Тогда что я получу в обмен за свое хорошее поведение? – Эвр подняла вторую руку и повторила жест, прикоснувшись к стеклу.
- Можем это обговорить, - предложил Майкрофт.
- Это не сделка, дорогой брат, - произнесла Эвр, - это подарок. Я хочу получать подарки, а не грызть брошенную мне кость.
- Хорошо, подарок, - поправил сам себя Майкрофт.
- А свой ты долго разворачивал? – неожиданно уточнила Эвр, оглядывая его цепким взглядом.
- Что ты имеешь в виду? – чуть нахмурился Майкрофт.
- Это была не твоя помощница, - продолжила Эвр. – Она тебя не привлекает, как и ты ее. Это другая женщина. Ты ведь привел ее сюда? – Майкрофт почти беспомощно моргнул. – Ты боишься меня? – не остановилась Эвр. – Ты боишься ее больше. Она лучше меня?
- Давай поговорим о подарке, - попытался перевести тему Майкрофт, чувствуя напряжение, как надвигающуюся на него волну. – Может быть…
- Ты увлечен ей, - как будто не услышала Эвр. – Но ты держишь ее на расстоянии. Как интересно! С чем это связано? Ты привел ко мне свою опасную подружку и не познакомишь нас? Я думала, тебе не нужны отношения. Это так скучно – привязанность, неравнодушие, забота. Эмоциональная составляющая человека, которая, по мнению большинства примитивных людей, отличает человека от животного, что в корне неверно, потому что на самом деле это просто инстинкты. Тобой, например, движет инстинкт спаривания, но не ради продолжения рода, а просто из-за желания быть с ней, с твоей подругой. Она же смотрит? Хочешь, я приглашу ее к нам? Я могу поговорить с ней всего пару минут – ты получишь совершенно новую подружку вместо прежней. И не надо будет ее менять.
Майкрофт на миг замер, но быстро пришел в себя.
- Она не придет, Эвр, - уверенно сказал он.
- Жаль, - Эвр даже не потрудилась изобразить на лице выражение грусти. – У тебя пока есть подружка. Я тоже хочу себе дружка. Ты же не будешь против?
- Ты знаешь, что сюда никто не войдет, - напомнил Майкрофт.
- Ты боишься за меня или за моего гостя? – фыркнула Эвр. – А если я пообещаю вести себя хорошо? Ты же сделаешь мне подарок?
Майкрофт колебался несколько секунд, но все же кивнул.
- Итак?
- Хочу увидеть, как он хорош, - заявила Эвр. – Он так увлечен Шерлоком, что мне показалось, он мог бы мне понравиться.
- Кто именно? – уточнил Майкрофт.
- Джим Мориарти, - улыбнулась Эвр. – Ты разве не понял, кого я имела в виду? На Рождество я хочу пять минут наедине с ним. Никаких камер, никаких сопровождающих, а если ты боишься за стекло, обыщи его лично, чтобы он не пронес очередной бриллиант, чтобы его разбить.
- Пять минут с Мориарти? – повторил Майкрофт, чувствуя, что голова начинает болеть от напряжения – время, в течение которого он мог находиться рядом с сестрой без опасности для самого себя, истекало. Все его ментальные тренировки уже голосили о том, что пора уходить, но он чуть замешкался.
- Даешь слово? – надавила Эвр. – Обещаю, ему понравится.
- Даю слово, - сдался Майкрофт, сделав шаг к лифту. – А теперь мне пора.
- Ты не удержишь свою подружку, - равнодушно уронила Эвр, тоже отступив от стекла и сев на пол. – Я могу, а ты нет. Тебе будет больно, братик, а когда это произойдет, ты снова придешь ко мне и мы поиграем вместе.
- До встречи, Эвр, - пожелал Майкрофт, зайдя в открывшийся лифт.

Фицрой закрыла глаза и потерла переносицу пальцами.
Сестра Холмсов и правда была неординарной личностью.
Психопаткой с умением подчинять разумы людей. Социально опасной террористкой.
Гипнотизером? Провидицей?
Фицрой так же молча положила пульт от монитора на стол и отошла подальше.
Пяти минут хватило, чтобы понять, что ей ничего не изменить в своей жизни. Что должно будет случиться - случится. И если Эвр Холмс попросила свидание с Мориарти на Рождество, случится это даже раньше того отрезка времени, который Фицрой видела в пещере анасази.
Это просто судьба или предопределенность – делать свою работу и делать ее хорошо.
- Покажите мне всех заключенных, - попросила она у губернатора.
- Да, мэм, - с готовностью отозвался он, принявшись выводить на монитор окошки онлайн-трансляции из всех камер строения.
Люди внутри камер спали, бесновались, выли, бросались на заградительные стекла всем телом, даже просто лежали на полу – совершенно разные люди, в принципе, нелюди, если их держали, как опасных животных, но одно окно привлекло внимание Фицрой.
Судя по размерам это был целый отсек, довольно большая камера с таким же скудным набором меблировки, как и в камере Эвр Холмс, но странным было то, что камера находилась за тремя видами заграждения, причем среднюю можно было увидеть только тогда, когда тонкие проволочки, в пространство между которыми не пролез бы и палец, окутывало еле заметное голубоватое сияние тока высокого напряжения. Судя по тому, что заграждений было три – очень высокого.
Еще страннее было наличие массивного ошейника на шее заключенного. Фицрой была готова поклясться, что в ошейник была вмонтировала взрывчатка – иначе в нем не было смысла даже со встроенным тазером.
- Какой это уровень? – спросила она губернатора.
- Нижний Третий, - ответил тот, неодобрительно поджав губы. – К этому проход без вооруженной охраны категорически запрещен, мэм.
- Отлично, - решила Фицрой. – Охрана мне не нужна. Оформите мне допуск до этой камеры.
- Но, мэм! – попытался возразить губернатор.
- Вы слышали распоряжение мистера Холмса, - напомнила она спокойно и уверенно. – Выполняйте.
- Есть, мэм, - сдался он, отдав приказ своим людям. – Мэм, - обратился он к ней спустя пару минут, - Вы не будете возражать против блютус-гарнитуры для связи?
- Не буду. А теперь, если Вы готовы, мне нужно встретиться с тем человеком.
Мужчина лишь сдержанно кивнул.

Как и всегда после посещения сестры, у Майкрофта подкашивались ноги и болела голова, так что резкий голос губернатора в блютус вызвал новый приступ.
- Мистер Холмс, Ваша спутница пожелала осмотреть камеру двадцать один без сопровождения.
Майкрофт остановился посреди коридора, закрыл глаза и потер вспотевший лоб.
И дернуло же ее лезть именно туда! И дернуло его дать ей проход куда угодно!
- Задействуйте все вспомогательные камеры слежения, - произнес он в микрофон. – Все до единой, потому что главные вероятнее всего выйдут из строя.
- Есть, сэр, но…
- Выполняйте.
Шерринфорд должен был стать не только лечебницей и тюрьмой, но и сейфом как раз для таких объектов, как двадцать первый.
Крайне опасный своей непредсказуемостью, неизученностью и даже в какой-то степени иномирностью, двадцать первый был вторым объектом после Эвр Холмс, которого ни в коем случае нельзя было выпускать за пределы камеры, не говоря уже о пределах острова. Этот объект мог уничтожить любого человека – крайне сильный, сверхагрессивный, чрезвычайно умный, нацеленный только на выживание любой ценой, он искал малейшую щель в системе охраны, царапину на стекле, выбоину в камне – что угодно, чтобы сделать из этого оружие. И если величайшей тайной для Шерлока была Эвр, главной тайной для Венди Фицрой был объект двадцать один, на которого даже ток высокого напряжения действовал как стимулятор, лишь усиливая агрессию и желание убивать все живое.
Сам Майкрофт не мог даже смотреть на него, потому что даже в его голове не укладывалось то, ради чего нужно было создавать такое существо.
Баскервилль, возможно, сохранил бы объект лучше, чем Шерринфорд, но оставлять двадцать первого в месте, полном животных, препаратов, вакцин и в какой-то степени ему подобных созданий было равно открытому курятнику для голодной лисы.
И к такому решила направиться женщина, чьи способности тоже были изучены довольно слабо.
Но одно Майкрофт понял почти наверняка – Фицрой чувствовала его даже на расстоянии. Перед ней были все камеры острова, но она выбрала эту даже не видя самого пленника.

Дверь лифта открылась на нужном этаже, Фицрой вышла в короткий коридор, буквально ощетинившийся камерами слежения и чем-то, сильно смахивающим на ловушки в каких-нибудь древних захоронениях – в стенах были многочисленные небольшого диаметра отверстия, на потолке и в полу - узкие прорези на ширину коридора, чем-то похожие на углубления с острыми лезвиями. Это место было параноидально защищено от чего-то, явно несущего большую угрозу, чем даже Эвр Холмс.
- Как это работает? – спросила она у первого попавшегося охранника, что стоял у лифта с автоматом в руках и смотрел четко перед собой, на дверь в камеру.
- Если в течение двух секунд после открытия двери камеры объект не будет опознан, сработает автоматика, мэм, - ответил тот. – После этого блок автоматически будет закрыт, лифт заблокирован и все живое в коридоре будет уничтожено.
- А отключается это тогда как? – Фицрой приподняла брови, слушая его и оглядывая коридор.
- С браслета, мэм, - охранник даже не шевельнулся, не отрывая глаз от двери камеры, но Фицрой и не были нужны его телодвижения.
Одного взгляда хватило, чтобы увидеть на его запястье широкий черный браслет без опознавательных знаков, но с небольшой плоской кнопкой, прикрытой защитным стеклом, явно хрупким, именно таким, чтобы его можно было разбить о стену, но крепким, чтобы не нажать случайно.
Впрочем, как подумала Фицрой, случайностей в этом блоке быть и не могло.
Второй охранник, сидевший у самой двери камеры за ноутбуком, тоже носил на себе браслет, как и третий, занимавший позицию на единственном свободном от всех отверстий в полу, стенах и потолке участке коридора.
Тройная защита снаружи, тройная – внутри.
- Вы получили приказ не вмешиваться? – спросила Фицрой.
- Да, мэм! – практически в голос ответили все трое.
- Ни при каких обстоятельствах не входить внутрь.
- Есть, мэм!
Фицрой оглядела всех трех – прекрасно обученные солдаты, в каком-то смысле головорезы, рисковые парни, готовые получать деньги за немалый риск умереть на посту. Впрочем, остров кишмя кишел такими же горячими головами, преданными Англии, деньгам и каким-то своим устоям и моралям.
Она тронула блютус в ухе.
- Меня слышно?
- Слышно, мэм, - ответил губернатор.
- Вы обследовали человека в камере? – спросила Фицрой.
- Э… да, мэм, - через секунду запинки услышала она неуверенный ответ.
- Результаты обследований есть?
- Да, мэм, но…
- Перешлите их сюда, хочу на них взглянуть.
- Да, мэм, но…
- Что еще? Вас что-то не устраивает?
На том конце связи повисла пауза.
- Нет, мэм, - более уверенно ответил губернатор спустя несколько секунд белого шума. – Все данные отправлены.
- Мэм, получены файлы, - обратился к ней охранник за компьютером. – Желаете посмотреть их на большом экране?
- А он здесь есть? – она огляделась.
- Да, мэм, - охранник нажал пару кнопок на ноутбуке, и на стене открылась ниша с огромной плазменной панелью.
- Мне нужны прежде всего результаты КТ, МРТ, а потом все остальное включая зубную карту и исследование ДНК, если есть, - приказала Фицрой, уже через миг разглядывая объемные яркие снимки и записи.
Может, ей и не терпелось войти в клетку зверя, но сперва нужно было узнать, с чем ей пришлось бы встретиться.
И результаты не обнадеживали – она знала узника, узнала его по кадрам с камер слежения, но все анализы говорили о том, что он больше не был тем, кого она хотела бы видеть рядом.
- Можете прислать результаты КТ и МРТ Эвр Холмс? – обратилась она к губернатору через блютус.
- Да, мэм, - ответил тот.
- Мэм, получены новые файлы, - сообщил охранник.
- Выводите, - распорядилась она, разглядывая и эти снимки и видео.
Эвр ее не интересовала почти ни в какой степени. Психопатка, нестабильная психика, склонность к насилию, неумение сопереживать, неумение чувствовать, нежелание и неумение даже пытаться понять… но не совсем по классическим учебникам. Видели ли доктора и Майкрофт Холмс то, что видела Фицрой, она даже знать не хотела, но выводы сделала.
- Хочу сказать, что заключенный не покинет камеру, - произнесла она, кивком разрешив спрятать панель. – Ни при каких условиях, - добавила она.
- Мэм? – коротко спросил ее человек за компьютером.
- Отключите систему охраны, - попросила она. – Не хочу, чтобы меня приняли за мишень, когда я выйду. Я не буду задерживаться на прохождение осмотра или по любой иной причине. Я хочу просто покинуть этот блок сразу же, но если меня кто-либо остановит… Вы не захотите узнать, что произойдет. Отключите боевой режим, джентльмены. Снимите защиту в камере, отключите ток и уберите два заграждения.
- Мэм! – еще короче возмутился охранник.
- Выполнять, - тихо и спокойно приказала Фицрой, взглянув на него. – Господин губернатор, - она снова тронула блютус.
- Да? – полуиспуганно-полунастороженно спросил он.
- Мистер Холмс рядом с Вами?
- Эм… да, мэм.
- Вы слышали мой приказ Вашим людям?
- Я? Да, мэм.
- Можете спросить у Вашего начальства, что Вам делать и отдать ли приказ Вашим людям на подчинение мне. А если Вам будет и любопытно, спросите у мистера Холмса о последствиях неподчинения мне. Уберите из блока всю охрану, выключите защиту камеры и защиту в камере.
- Но, мэм, Вы не представляете!..
- Я не спрашиваю разрешения.
- Я… - губернатор снова запнулся, но через секунду сдался. – Да, мэм.
Все трое охранников одновременно прислушались к приказав в свои переговорники, опустили оружие и отошли к лифту.
Система защиты выключилась, коридор на миг погрузился в полумрак, после чего свет снова вспыхнул, но окрасил помещение красным.
Когда лифт забрал всю охрану, Фицрой беспрепятственно открыла дверь в камеру и взглянула на человека за единственной оставшейся прозрачной стеной.

- Сэр, но Вы сказали… - губернатор обернулся на хмурившемуся и напряженно кусавшему свой кулак Холмсу.
- Он не покинет стен своей камеры, можете ей поверить, - ответил Холмс, глядя только на монитор.
- Вы уверены? – уточнил губернатор. – Вы же знаете…
- Я знаю ее, - кивнул Холмс на изображение, где женщина медленно, но не из-за опасения за свою жизнь, а из-за неверия своим глазам, вошла в камеру.
Холмс помнил особенность этой женщины – она осматривала помещение всегда, в любой ситуации, но в этой ее волновал только человек за стеклом и ничто больше.
- Мне сказали, что ты погиб, - услышал Холмс ее голос, полный боли.

Он не изменился.
В какой-то мере даже стал еще красивее, чем когда они были вместе. Ошейник, как бы это ни звучало возмутительно, на удивление шел так же, как шли и армейские жетоны, и жабо, которое она однажды видела на нем на костюмированной вечеринке в Хэллоуин.
Мужчина с самой красивой светлой улыбкой в мире, с роскошной гривой волнистых волос, выразительными глазами в окружении пушистых ресниц, человек, которого она искренне любила, внешне почти не изменился с их последнего момента встречи. В этом и была проблема – он не изменился.
- Мне сказали, что ты погиб, - пробормотала она, даже не зная, услышит ли он ее или нет. Голос просто сел, сердце заполошно забилось не только от близости человека, но и от обычного чувства страха. – Я год не могла спать спокойно, винила себя, хотела разнести мир к чертовой матери, чтобы вернуть тебя.
Она подошла к стеклу ближе, но остановилась в паре шагов, глядя на мужчину, который буравил ее немигающим взглядом и молчал, пока она была у самой двери, но стоило ей приблизиться, он резко ударил кулаком в стекло, разбив костяшки и, медленно подняв руку, продемонстрировал ей быстро затягивающиеся раны на коже и в буквальном смысле слова исчезновение капель крови на ее поверхности, как будто кровь просто впиталась обратно в кожу.
- Как видишь, я жив, - произнес он, когда рука за считанные секунды восстановилась.
Голос, ничуть не изменившийся, такой же мягкий, как будто бархат и мед, резанул по сердцу Фицрой.
- Генри, - едва смогла она пошевелить губами, выдохнув имя мужа.


просмотреть/оставить комментарии [4]
<< Глава 24 К оглавлениюГлава 26 >>
июль 2018  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

июнь 2018  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

...календарь 2004-2018...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2018.07.17 21:47:39
Дамблдор [0] (Гарри Поттер)


2018.07.17 17:52:46
Потомки великих. Слепая Вера [12] (Гарри Поттер)


2018.07.17 14:06:39
Янтарное море [3] (Гарри Поттер)


2018.07.16 19:30:38
Поезд в Средиземье [2] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.07.16 14:56:27
И это все о них [2] (Мстители)


2018.07.13 11:17:06
Исповедь темного волшебника [2] (Гарри Поттер, Сверхъестественное)


2018.07.12 23:20:32
Отвергнутый рай [13] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.07.12 09:37:17
Harry Potter and the Battle of Wills (Гарри Поттер и битва желаний) [3] (Гарри Поттер)


2018.07.12 09:36:47
Camerado [7] (Гарри Поттер)


2018.07.12 07:12:33
Слишком много Поттеров [38] (Гарри Поттер)


2018.07.09 01:34:24
Фейри [4] (Шерлок Холмс)


2018.07.07 13:49:20
Обреченные быть [7] (Гарри Поттер)


2018.07.07 11:56:38
Десять сыновей Морлы [45] (Оригинальные произведения)


2018.07.02 20:59:43
Один из нас [0] (Гарри Поттер)


2018.07.02 20:07:11
Научи меня жить [2] ()


2018.07.01 20:13:41
Глюки. Возвращение [237] (Оригинальные произведения)


2018.06.30 00:32:55
Мордорские истории [2] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.06.29 08:47:31
Другой Гарри и доппельгёнгер [12] (Гарри Поттер)


2018.06.24 17:50:38
Список [8] ()


2018.06.19 22:27:57
Vale et me ama! [0] (Оригинальные произведения)


2018.06.19 20:32:59
Обретшие будущее [18] (Гарри Поттер)


2018.06.19 19:05:58
Змееносцы [6] (Гарри Поттер)


2018.06.19 15:11:39
Гарри Поттер и Сундук [4] (Гарри Поттер, Плоский мир)


2018.06.17 09:37:02
Выворотень [2] ()


2018.06.16 10:42:31
69 оттенков красно-фиолетового [0] (Мстители)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2018, by KAGERO ©.