Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Как-то мадам Помфри уехала и замещать ее оставили профессора Снейпа. Приходит к нему Рон:
- Профессор,помогите! Я перо проглотил!
- Держите мое! Следующий!

Список фандомов

Гарри Поттер[18573]
Оригинальные произведения[1254]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[24]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[44]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12803 авторов
- 26189 фиков
- 8695 анекдотов
- 17713 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 4 К оглавлениюГлава 6 >>


  Шесть лет от июля до дома

   Глава 5
Часть III

Тогда

Разнообразие человеческих и нечеловеческих проявлений, с которыми Дина Винчестера сталкивала жизнь, он для краткости именовал «дерьмом». А что? Самая суть. И если это дерьмо чему его и научило, так это прямому взгляду на мир. Что вижу и могу потрогать, то и существует. А что существует, то можно убить. Прирезать, пристрелить, сжечь. Способ предполагал варианты, результат — нет.

Так что ни в какую метафизическую херню Дин не верил. Зато эта, метафизическая, в Винчестера верила истово и благоговейно. И преследовала, сука. Вот как в том городе номер двести шестьдесят три. Ха, смешно, Дин даже не помнил, какого черта он там торчал, а комнату в мотеле помнил отлично. Еще бы, долго размышлял, что курил дизайнер, потом понял: дизайнер не курил — он кололся. Только в полном отрыве можно всерьез думать, что человек в здравом уме сумеет выжить в ярких черно-красно-белых стенах. Насыщенный алый, на который натыкался взгляд, выгнал Дина из номера, допинал до бара и заставил купить бутылку виски по запредельной цене. Да пофиг, кредитка все рано левая.

Вот так Дин ночь и провел: с бутылкой в руке, внимая бормочущему телевизору, уворачиваясь от бело-алых всплесков в глазах. После десятка глотков, чушь, которую вещал с экрана мужик в оранжевом, обрела некий философский смысл. «Да! — восторженно думал Дин. — Конечно, жизнь любого человека движется по спирали, конечно, ключевые события в ней повторяются, да, урок, да, обучение, да, выход на новый уровень осознания себя, да, детка, как это глубоко-о-о».

Утром херня вновь стала херней, Дин проспался и попытался ее из головы выкинуть. Не получилось — не иначе как из-за безумных стен спирали и уроки намертво вписались в память. Самое смешное началось после «так лучше для Сэма». Вдруг выплыло рыбой, приснилось детское: а ведь действительно — долбаная спираль. Были уже и «так лучше», и больница, и Сэм в ней. И отец, который хотел из этой больницы свалить, оставив там младшего сына. Урок? А что же еще? Одна разница: не то учитель был милосерднее, не то семилетний Дин оказался сильнее семнадцатилетнего. Тот раз их семья пережила.

Да, так они тупых придурков и воспитывают. Жизнь, мироздание, Господь — подчеркните подходящий вариант. По вере вашей.

Обычная история, из тех, которые гордые папаши любят рассказать на рождественских ужинах, церковных пикниках и барбекю во дворе соседей: «Эй, а мой-то старший свою первую цыпочку закадрил в семь лет!». Джон Винчестер подобным не страдал. И, ах да, у них не было ужинов, пикников и соседей. Последнее — определенно, к счастью. Так что воспоминания о детской влюбленности Дина Джон из головы выбросил. А вот сам Дин — помнил. Но никакого отношения к любви его внимание к Дженни Крамер не имело.

Они жили в соседнем номере: молодая женщина, ее муж и их трехлетняя дочь. Девочка часами играла во дворе мотеля — песочница и две качели легко превращались в королевство, а всякому королевству требовалась принцесса. Джон слабо улыбался, замечая, что Дин не спускает глаз с малышки. Мать Дженни все пыталась включить Дина в игры дочери, явно считая его хорошей компанией: оценила общение с младшим братом. А вот отец девочки отреагировал бурно. Обычно днями он на работе пропадал, а тут — принесло, вот и засек Дина за поленницей, когда тот рассматривал Дженни в отцовский бинокль.

Не, конечно, не стоило идти к Джону Винчестеру, называть Дина «маленьким извращенцем» и обещать поймать его и выпороть. А если уж пришел, не стоило так визжать. Впрочем, отца Дженни можно было понять. Страшно, наверное, когда твой сосед, эдакий вроде увалень-фермер, смотрит таким взглядом. Да и жесткие пальцы на плече — страшно. И тихий, обманчиво спокойный голос: «Только попробуй поднять на него руку». А хуже всего семилетний «извращенец», чистящий пистолет на кровати. Как тут не орать, а?

Конечно, семья Дженни в тот же день гостеприимный мотель покинула. Вот такая короткая и драматичная вышла у Дина Винчестера первая любовь.

Не то чтобы Джону не понравилась попытка Дина пообщаться с девочкой, но сын привлек к ним слишком много внимания, и именно это требовало очередного разговора об особенностях их жизни. Отличная речь пропала зря — Дин Джона не слушал, и единственной реакцией стала фраза:

— Дженни много говорит.

Джон нахмурился:

— Маленькие дети, они не умеют контролировать…

— Сэм не говорит, — коротко закончил Дин.

Раньше Дин этого не замечал, то есть — вообще. Он-то Сэмми понимал прекрасно: плач «я мокрый», отличался от взгляда «я хочу есть» и уж конечно совершенно не походил на улыбку «поиграй со мной». Никаких проблем, никаких поводов для волнений. А потом Дин увидел, как трехлетняя Мисси изводит мать разговорами, вопросами, бесконечным птичьим щебетом. Если бы Сэм такое творил, Дин бы рехнулся. «Если бы Сэм…». Вот Дин эту мысль и додумал. После его слов отец застыл с приоткрытым ртом, глядя на младшего сына странными глазами.

Отличная штука «Желтые страницы», их можно спереть в каждой телефонной будке и в них все можно найти. Благотворительную клинику — тоже. Маленькая проходная комната, женщина-врач в персиковом халате, множество потертых, но все еще годных игрушек и минимум лишних вопросов. Им повезло, костел созвал на мессу верующих, а неверующие в этом районе, видно, почти не селились. Никаких мамаш с вопящими детишками, только Сэм, Дин, папа и персиковая врач. Ну и на этом везение закончилось. Может из-за того, что они к мессе не ходили?

И что такого — Сэм не смог собрать пирамидку? Так и Дин тоже не смог. Сэм поглядел на Дина «хочу пить», и получил свою бутылочку с соком. Потом Дин нарисовал вампира, а Сэм — соляной круг. И еще они немного поиграли в догонялки, а что кабинет маленький — так даже интереснее, нужно уворачиваться от всех стоящих на полу штук. Через час их из кабинета выставили, Дин даже жалел. Они с Сэмом, наконец, нашли приличную игрушку — водяной пистолет. Хоть он и не стрелял без воды, зато отлично разбирался, что по меркам Дина ставило его выше любой дурацкой пирамидки. Один из пистолетов он даже вынес под рубашкой. Ага, он знал, что это называется воровством, и что папа не одобрит, если Дин попадется. Но ведь Дин не собирался попадаться.

Из кабинета врача Джон Винчестер вышел мрачный. Дин уже в мотеле нашел заключение, написанное отвратительным почерком. Понял мало, но кое-что дошло. По мнению врача, в том, что Сэм не говорил, виноваты отец и Дин. В основном, Дин, конечно. Потому что слишком хорошо Сэма понимал. Зачем мелкому говорить, если все его желания и так исполняются? Дину и Джону рекомендовали Сэма «не понимать».

Жизнь круто изменилась, Сэм орал, выкручивался, пытался добиться своего, а Джон делано спокойно повторял:

— Словами, Сэм, скажи, чего хочешь. «Хочу кубики», скажи, Сэмми «хочу кубики».

«Хочу кубики», — телом, взглядом, руками кричал Сэм Дину. На отца он уже даже и не смотрел, хватило парочки «не понимаю». А вот на Дина — смотрел.

— Я не понимаю, — строго говорил отец.

—Я не понимаю тебя, — тихо повторял невыносимое Дин.

Он понимал, понимал, понимал!

Хуже всего многочасовые мучения результата не приносили. Либо Джон, либо Дин сдавались и выполняли желание. Тогда на пару часов наступала тишина, пока Сэму не хотелось послушать сказку или посмотреть мультики.

— Папа, Сэм так сильно плачет! — Дин почти умирал, ему действительно казалось, что он умирает.

— Ты пока еще не понимаешь, но поверь — так лучше для Сэма, — ответил издерганный Джон.

— Да, сэр, — прошептал Дин.

Он верил, не мог не верить, если папа так говорит, значит, так лучше для Сэма. И он снова и снова отвечал «не понимаю» в ответ на отчаянный взгляд.

Из мотеля пришлось съехать, постояльцы жаловались, и несколько дней они провели в трейлерном парке — там, ори, не ори, никто не почешется. В фургончике, который они сняли, пахло скисшим молоком и плесенью.

Потом отцу позвонил Джейкоб, и он уехал на охоту. Семилетний Дин принял это как должное. Восемнадцатилетний, вспоминая, никак не мог понять, как можно было оставить вот так двоих детей.

Сэмми немного расслабился, словно его успокоил уход отца, а потом и совсем затих, Дину тоже полегчало, и он уснул. И только когда проснулся глубокой ночью, понял, что Сэм очень горячий. Брат лежал слишком розовый, влажный, с закрытыми глазами, с тенями на щеках, и Дину пришлось бежать к смотрителю парка, чтобы тот вызвал парамедиков.

Вот интересно, название города Дин не помнил, а может и не знал никогда — тринадцатый? четырнадцатый? — а старшую сестру в больнице звали Кэндис. Толстенная черная грубая тетка. Устроила Дину совершенно ненужное обследование, обтекаемый диагноз и кровать в палате Сэма. Эй, а люди бывают добрыми просто так! Сюрприз.

Из всего сказанного врачами, Дин выцепил только одно — Сэм поправится, ничего страшного.

В той больнице Сэм и заговорил. Дин втайне мечтал, что первым словом брата станет его, Дина, имя. Но когда пришла медсестра, чтобы сделать очередной укол, мелкий упрямый засранец, свысока глядя в глаза брату, сказал:

— Норсульфазол.

Кэндис хотела уложить Дина в его койку, но он уперся, схватился за боковинки кровати Сэма. Ну и пусть норсульфазол, он все равно не уйдет. Сестра настаивала, и Дин вдруг подумал, что может так и правильно, лучше для Сэма, но тут братишка заверещал:

— Ди-и-ин! — и успокоился только когда Дин лег рядом.

— Тогда утку ему подаешь сам, меня не будить, — сурово сжала губы Кэндис и, дождавшись серьезного кивка, выплыла из палаты.

Посреди ночи Дин проснулся. Он посмотрел на раскинувшегося Сэма, взрослым жестом коснулся лба — уже не такой горячий. Этот норфсуль… чего там — помогал.

— Ди-и-ин, — протянул Сэм и уткнулся носом брату в ключицу.

Дин как-то понял, что именно это слово было правильным первым, а норсульфазол — только вредность.

— Дин, Дин, Дин, — твердил Сэм, улыбаясь, на месте переднего зуба была дырка, и Дин не удержался, потрогал ее пальцем.

Сэм засмеялся, вжался в Дина, отбирая и отдавая тепло.

Утром в больницу пришел отец, и вот уж с ним Кэндис не была доброй. Джон провел несколько раундов с призраком и не слишком хотел бороться с социальными службами, медсестрами, Сэмом. Ха! Это он не понимал, чего надо опасаться. Вернее, кого. Через час и дух, и соцработники, и даже Кэндис казались меньшим злом, по сравнению с упершимся Дином.

— Не поеду, — Дин глядел в окно, потому что смотреть на отца было немного страшно.

Он все понимал и о социальных службах, и о том, что они не могут долго находиться в больнице, потому что у них неправильная страховка, но уезжать отказывался.

Пытаться насильно вытащить сына за двери, было явно не умным выходом, и Джон смирился. Если в его голову и приходила мысль бросить обоих сыновей, Дин об этом не узнал никогда.

С помощью Бобби Сингера он что-то ловко выкрутил со страховкой, отбрехался в социальных службах: кажется, признал свой алкоголизм, слезно покаялся и пообещал пройти реабилитацию, только бы не отобрали детей.

Соцработник, глядя на еще не старого мужчину, такого запутавшегося бедолагу, кажется, вписала его в свои жизненные планы.

Сэм выздоравливал быстро, отец ходил каждый день на собрания анонимных алкоголиков, Дин проводил все время в палате брата: персонал больницы дружно закрыл глаза на такое нарушение распорядка.

А через неделю они сбежали. Давно остался позади город, названия которого Дин никогда не вспомнил, разговорчивая Дженни и добрая Кэндис, а в машине, в которой обычно лишь громко играла музыка, звенели детские голоса — Сэм и Дин разговаривали.

Вот такое у них как-то случилось «так лучше для Сэма».

А последствия, да никаких. Ну лет до десяти Сэм половину своего трепа сопровождал фразой: «Понимаешь, Дин?» и в глаза заглядывал, ища подтверждения — его понимают. А Дину снился запах скисшего молока и плесени. Херня, мелочевка.

Теперешнего «лучше для Сэма» хватило на полгода. Вместе получалось десять месяцев, восемь дней и тринадцать часов. Плюс те пять часов, что Дин возле школы проторчал.

После того вечера, когда он стоял на коленях в чертовом нигде, не в силах даже взвыть, все изменилось. Дин пытался привыкнуть: вернулся к отцу, попробовал жить их новой жизнью на двоих. Если подумать, не жизнь, а сплошное, мать-перемать, исполнение желаний. Дину же хотелось, чтобы Сэм с отцом не ссорились? О-па, получи, на блюдечке с каемочкой. И по ночам спать хотелось спокойно, чтобы мелкий метаниями своими не будил. Ну вот, Динно, выспись, наконец! Хотел, чтобы сразу на свидание валить, а не за братом? Подано. Вали. Все телки мира — твои.

Что это ты, а? Ах, не ра-а-ад? Зажрался ты, Дин Винчестер.

Методика донесения простых истин у мироздания отработанная, только хардкор, только фигурная резка по телу или душе. Зато запоминается отлично — бойся, мол, Дин, своих желаний.

Хотел свободы — ну вот она, жри ложками, полная ебаная свобода.

Катались по стране, ночевали в мотелях, иногда задерживались на пару дней у Бобби Сингера или в «Баре у дороги» у Элен.

Место Сэма не заполнялось и не заживало, болело пустотой, и каждый диван в мире оказывался слишком просторным. Дин снова терпел, терпел, терпел, сколько мог, а когда терпение кончилось, бросился Сэма искать.

Сверхъестественные твари не знали жалости и сочувствия. Социальная система точно относилась к тварям — умным, жестоким, насмешливым.

Дину понадобилось две недели, чтобы добраться до нужного штата и напасть на след брата: три семьи за неполных пять месяцев совершенно не походили на «так лучше для Сэма». А потом мелкий исчез. Сбежал, и, по привитой уже Винчестеровской жизнью привычке, сменил имя, растворился в одном из тысяч крохотных городков.

Бардак в компьютерах социальной службы, показался Дину идеальным порядком, когда он вломился в офис, и получил возможность покопаться в бумажных копиях. Четыре часа в ворохе папок, среди мелькающих фрагментов чужих жизней, осколков судеб, и что? Ноль. Зиро. Найн. Ни-че-го.

Разве что пополнение в коллекции монстров. Вот бы описать их в отцовском дневнике: и ту тварь, тушившую о дочь сигареты, и того, насиловавшего сына и ту, по пьяни плеснувшую в малыша кипятком.

Кроме сюжетов для ярких кошмаров, Дин ничего не получил — брата он не нашел.

Пару дней последив за офисом, Дин познакомился с Кэсси. Хорошая девчонка, молодая совсем, не выгоревшая. Обычная, не красотка и не уродина. Пара бокалов вина в баре, фирменная улыбка и пожалуйста: Дин получил девушку и очередной жизненный урок, из тех, которые росписью по душе.

Кэсси иногда звонили домой. «Он только ребенок, нельзя с ним так! За что?», — орала она, прижимая трубку к плечу. Дин потом сцеловывал с ее щек злые слезы. Через две недели ему хотелось одного — сбежать, потому что слишком захотелось остаться. Вот в этом месте мысль и тормозила. Останется. Притащит в жизнь Кэсси еще несколько сортов монстров. Расскажет правду о возрасте, колледже, семье. И?

Кэсси поняла все сама.

— Выкладывай, что тебе нужно, — таких разговоров после секса у Дина еще не бывало.

— Кэсси… — собственный голос звучал беспомощно.

— Да ладно, Дерек, я, может, не сразу поняла, но все же врубилась. Слишком ты идеален, не бывает таких, и уж точно не для меня. Так выкладывай, что тебе нужно?

Выложил, что уж. На следующий день получил хук справа и записку с адресом.

Так закончилась история любви Дина Винчестера. А он, дурачок, даже не сразу и понял. Только через пару недель дошло: это ж она и была, та самая, первая.

Дин дожидался Сэма у школы пять часов, из культурной программы только херовый тако и драгдилер, принявший Дина за конкурента. Так что, когда Сэм показался, Дин уже и подкрепился, и размялся.

Дин зацепился взглядом за зеленый ирокез и кинулся догонять — слишком знакомым движением мальчишка закинул на спину рюкзак.

—Ты во что себя превратил? — в спину спросил Дин.

Хорошая реакция? А, черт, да как посмотреть. Может и хорошая — отточенная, быстрая, мелкий прямо перетек в боевую стойку. Только херово от этого стало — не должен Сэм так пугаться простого человеческого голоса.

Кроме ирокеза, у Сэма обнаружились выкрашенные в черный ногти и синяк в пол лица. Дин так и не сказав «привет» ощупал кончиками пальцев скулу: порядок, не сломано.

— Ну и кто тебя? — спросил он.

— Так, — мрачно ответил Сэм. — Подрался.

Потом уткнулся лицом Дину в грудь:

— Ну и где ты так долго был? — глухо пробормотал он в куртку.

— Я теперь здесь, — нет у Дина другого ответа. — Прости, мелкий. Валим?

— Ага. Валим, — ответил Сэм.

На потрепанный жизнью Додж Дарт Сэм смотрел скептически, но Дин повел бровью, и брат бухнулся на пассажирское сидение. Не Импалу же было брать? А так — хорошая машинка, надежная, неприметная, багажник вместительный. Только сейчас, закидывая к своим вещам рюкзак Сэма, Дин вдруг понял, что, кажется, не собирался возвращаться — он забрал из отцовской машины все свои шмотки, до последней футболки.

Они шатались по стране недели две, двенадцать дней, точнее. Дин мог и до минуты сказать, но кому оно надо, кроме него самого? Мотели, кафешки, подработки — даже не бильярд: Дин разгружал траки. Они нигде не застревали больше, чем на три дня. Ехали, наматывая мили на колеса. Сэм захотел посмотреть Бостон, и они поехали через Массачусетс. На сто девяносто пятом шоссе в районе Дартмута им встретился полустертый указатель «Линкольн-парк».

Парк не работал лет десять, потрепанный, как сами аттракционы, сторож гонял Сэма с Дином два дня. Они не уезжали, упрямо ночевали в машине — у Дина уже спину ломило — жрали всякое дерьмо, покупая его на ближайших заправках. На третий день старик сдался и пустил их на горки, Сэм в это чудовище с громким названием «Комета» влюбился.

От ржавого разгонного механизма отваливались запчасти, деревянное полотно, на котором лежали рельсы, местами рассохлось, местами сгнило, и лезть туда было чистым безумием. Но Дин поставил на рельсы красный вагончик, смотритель опустил тормоза, и Сэм с Дином свалились в самую глубокую в мире яму. А потом поднялись почти к солнцу.

С горок их и сняли. Даже удивительно, что им удалось не попадаться так долго. Наверное, и получилось-то потому, что Дин не захватил полицейский сканер, и не знал, что их ищут по всему штату. Очередная банальность — их не поймали, потому что они не бежали.

Почти минута славы — четыре полицейские машины, сирены, мигалки, мегафоны. Хер знает, кого копы ожидали, наверное, маньяка-педофила и его истерзанную жертву. А получили двух мальчишек. Вымазанный в шоколаде Сэм, ничего в тот момент не понял. А Дин сразу поднял руки, чтобы не пристрелили ненароком. Ну, сядет, и что? За эти двенадцать дней — не такая уж высокая плата, Сэм, вон, навещать будет.

Приятно быть наивным. Сидеть бы Дину до второго пришествия, да отец и Дикон вытащили, вернее, Дикон, от отца только телефонный звонок и потребовался. Хорошо, что вытащил, хрен знает, что бы с Дином сделала тюрьма, слишком уж он не умел прогибаться. Вот его и не гнули — ломали.

Примерно тогда, когда Дикон, ругаясь, вытирал кровь с лица Дина, Джона подстрелили в Калифорнии вампиры. Отец хромал еще пару месяцев, и Дин предсказуемо чувствовал себя последним засранцем — не прикрыл.

Но в целом обошлось. Вот только охотиться вместе стало труднее. Хотя нет, не охотиться. Когда до твари один удар или выстрел, Джон и Дин сплавлялись в единое целое. А вот жить… Попытку удержать семью вне охоты они честно сделали. Как-то попробовали возродить традицию совместных субботних вечеров. В мотельном номере ни дивана, ни попкорна, только телевизор, и «Назад в будущее-2». Дин ржал, Джон улыбался.

— Сэмми, глянь на этого мудака, — вдруг сквозь смех выдавил Дин.

И замолчал. Отец подхватил со стола ключи от машины и дверью напоследок хлопнул — от души так, кусок штукатурки отвалился. Дин смотрел на развеселый рок-н-рол в школьном зале и плакал.

С того вечера их все сильнее начало разводить по разным дорогам. Из города в город они переезжали в двух машинах. Отец купил и привел в порядок Шевроле Сьерра Гранде семьдесят восьмого года, а Импалу Дину отдал. Ругал за каждый скол, но сам за руль больше не садился. Они заселялись в один мотельный номер, но освоили высокое искусство не находиться в нем одновременно. Дин словно чуял, где отец, и старался оказаться подальше, так же как когда-то Сэм. Кинуть шмотки, обсудить прошлую или будущую охоту, свалить в бар, подцепить красотку. Кинуть шмотки, заштопать очередную дыру в теле, завалить в бар, подцепить девочку. Есть цыпочка — будет и ночевка.

Джон виртуозно делал вид, что ничего не замечает. Пока однажды, в «Баре у дороги», не поглядел в дуло винтовки. Да, у Элен были претензии: Дин — пьян был, не соображал он нихера! — попытался подкатить к Джо.

Апофеоз — Джон решил провести воспитательную работу. Длинной лекции не получилось, Дин приподнял бровь и поглядел весело и удивленно. Правда, смешно: «Сынок, ты уже взрослый, давай поговорим о сексе», «Конечно, папа, что тебе рассказать?». Как девчонки под Дином кричат? Или как они рыдают, когда Дин их бросает? Что рассказать, а, папа?

— Никогда не думал, что мой сын станет таким козлом, — презрительно поморщился Джон.

— Не везет тебе с сыновьями, — легко кивнул Дин. — Ах, да. С сыном.

Джон заорал, последнее время ему все сложнее давалась сдержанность, а может перестал считать ее необходимостью.

— Об этом не смей! Сэм — и моя боль! Но тогда нужно было решать, и я принял решение, ведь он мой сын, в конце концов!

Да, вот об этом бы лучше не сметь Джону. Дин даже глаза закрыл, вспомнилась и бледная рука, сползающаяся с каталки, и синяк тот на всю щеку, и вымазанные шоколадом губы.

— Ну, разве что «в конце концов», — негромко произнес он. — Во всех иных отношениях, Сэм — мой. Был моим, моим и останется.

Джон никогда раньше не бил Дина, а вот захотел попробовать. Поздно, папа, раньше надо было лет на десять. Что выросло, то выросло.

А в «Бар у дороги» Дин вернулся, взял за ствол винтовку и приставил ее дулом к груди, глядя прямо Элен в глаза. Вечером они напились вдвоем, хотя, может, напился только Дин. Потому что помнилось, как Элен укладывала его на диван и все гладила по голове, как маленького.

Из машины отца даже забирать ничего не пришлось, вещи Дина давно уже ездили в Импале.

Через пару месяцев к Элен прибился Эш, появился, как появлялись бродячие коты. Парень со странной прической задерживался с каждым днем все дольше, пока не оказалось, что он живет в задней комнате. Совершенный придурок и абсолютный гений, Эш зачистил базы, убрав из них все упоминания об аресте Дина. Снова стать Винчестером было даже приятно.

Казалось бы, имея под боком крутого хакера, Сэма можно было найти одним щелчком мыши. Нифига. Мелкий тоже учился. Он ускорился, приемные семьи менялись в каком-то запредельном темпе, даже странно, что Сэма все еще пытались куда-то пристроить. В семействе Картеров в Сиэтле реактивный Сэм провел два дня. Его привезли во временный дом, на следующий день братишка приложил нового папочку головой о стену, угнал машину и испарился. Протек между пальцами и исчез теперь как-то очень основательно. Дину почти исполнилось девятнадцать, когда у Эша появились новости.

Телефонный номер семейства Вилсон, в котором уже почти год жил приемыш Генри Бонем, Дин запомнил сразу. А позвонил только через час, и этот час он провел очень плодотворно: сидел на полу номера и смотрел на телефон.

— Ди-и-ин, — длинно выдохнул в трубку Сэм, Генри, нет, все же Сэм. — Думал, больше не услышу тебя. Думал, ты забыл. Думал, не хочешь.

— Кончай нести херню, — оборвал Дин. — Поедешь со мной? Не так, как тогда. Я работу найду, ты школу закончишь. Проживем как-то, перекантуемся. Потом ты уже взрослый будешь, и никто не сможет тебя…

Дин приготовился убеждать, доказывать, просить, черт знает, к чему он готовился.

— Завтра, — не дав Дину закончить фразу, быстро ответил Сэм.— Мне кое с кем попрощаться надо. Завтра. Завтра, Дин. Утром. Дин?

— А? — Дин крепко потер лицо.

— Не хватало. Так не хватало. Понимаешь, Дин?

— Я… Понимаю, Сэм.

«Завтра» не случилось — Сэм не пришел, а голос в трубке был чужим, далеким и холодным.

— Я тут подумал — оставь меня в покое, а? Я в колледж хочу, с тобой не выйдет. И девушка у меня. Своя жизнь.

Дин не почувствовал ничего. Он завис где-то и когда-то, Сэм стерся из его жизни, как ластиком провели, и Дин удивленно осматривался. Он три дня пил, потом с неделю болтался по Виргинии, завис в Роаноке, влюбился на всю жизнь, позволил местному футболисту отбить девушку, поймал этого мудака, хотел отпиздить, да сдержался, только разок по роже съездил. В конце концов, мудак-то не виноват, что Сэм…

Что — Сэм? Недостаточно любил Дина? Боялся будущего с Дином?

Можно ли его винить, Дин и сам не любил Дина, а уж будущее в компании этого Дина представлялось полным дерьмом.

Осознав, что у него постепенно, но как-то очень определенно едет крыша, Дин схватился за нечто привычное. А что для Винчестера привычнее охоты?

В поисках дела Дин заглянул к Бобби. Ага, мимо проезжал из Виргинии в Мичиган и заехал в Су-Фоллз, Южная Дакота, бывает. Сердобольный Бобби осмотрел морду Дина и сунул в руку тонкую желтую папку.

Ничего сложного, сумасшедшая ведьма. Бывают такие люди, невезучие от рождения, вот и эта такой была. Семейка у нее — все потомственные колдуны и ведьмаки, а она сама — простая тетка, без амбиций, только и хотела в жизни — мужа, семью, детей. И до сорока пяти держалась, не лезла в магию. А потом муж, дочь и двое внуков погибли в автокатастрофе, тоже — как ластиком. Вот тогда-то она и припомнила, что есть такое семейное дело, которое может помочь отомстить. Водителем, винновым в аварии, ведьма не ограничилась, проредила семью несчастного ублюдка. Тут Бобби на нее и вышел.

Город, в который приехал Дин, дышал страхом. А ведьма даже не пряталась, сидела на веранде в кресле качалке, поглаживала большого рыжего кота — спокойная, отрешенная.

Обманула она Дина этой отрешенностью. Подумалось ему, что устала тетка, хочет закончить все, обрести покой. А она хотела выжить, как и все твари. Оказалась ловкой сукой, подобралась и вогнала в грудь нож. За мгновение до отвратительного звука, с которым лезвие вошло в тело, Дин услышал голос Сэма: «Цугцванг, папа! Я отклонился влево», и отклонился влево, не думая, не анализируя. Так что можно сказать: Сэм спас Дину жизнь. Смешно, Дин, с торчащим из груди ножом, умудрился и ведьму пристрелить, и добраться до Импалы. Мотор дурил третий день, но сейчас, когда приперло, завелся с полоборота:

— Спасибо, Детка, — шепнул Дин и, слабея, направил машину к шоссе.

Через пять минут он вывалился на асфальт перед приемным покоем. Молоденький интерн провинциального госпиталя не сразу поверил, решил, что это такая развеселая шутка. Дин доказал: с виноватой улыбкой выдернул нож и удивленно смотрел, как быстро расплывается пятно по рубашке.

На этом везение закончилось — Дин чуть не умер дважды за неделю, сначала от потери крови, потом от инфекции. О том насколько все фигово он догадался по спокойствию медиков, часто его навещавших. Идиот бы не понял, что дело труба, когда измотанная сменами медсестра начинает улыбаться еще за дверью твоей палаты.

Дин позвонил отцу. В ворохе общих фраз, вываленных Дином на автоответчик, определенно было «врачи говорят, что все не очень хорошо». Хотелось, блядь, хотелось, чтобы сидел возле кровати, руку на лоб положил. Чтобы ругался. Чтобы привез Сэма. Страшно подыхать в одиночестве.

Джон не приехал.

Бобби, которому Дин отправил на пейджер короткое сообщение «ведьму замочил, все ок», появился в дверях палаты через три дня, похудевший и бледный, доказывая, какая херня все это кровное родство.

Через недельку врачи перестали улыбаться и начали осторожно интересоваться страховкой, и Дин понял — худшее позади. Бобби усадил его в кресло, довез до Импалы, помог забраться на заднее сиденье, и они свалили в закат.

В доме Сингера пахло книжной пылью. Дин аккуратно, по стеночке ползал из комнаты в сортир и душ, через десяток дней доковылял до кухни, через двадцать — нашел на свалке вполне приличную Эль Камино семьдесят второго года, слабость у Винчестеров к Шевроле. Через полтора месяца уже выбирал, в какой цвет ее покрасить.

Выжил.

Вот тогда и заметил, что Бобби наматывает вокруг него круги, не решаясь о чем-то рассказать. Сначала думал — отец, оказалось — Сэм. То сообщение от Дина — вы меня угробите, идиоты! — пришло, когда Бобби хрипло ругался, читая краткую выжимку из дела Сэма.

Девушка. Собака. Колледж.

Непредумышленное убийство. Суд. Четыре года в муниципальной тюрьме штата Юта.

Что, Сэмми, не сложилось?

Какую-то минуту Дин даже злорадствовал. А через три дня торчал с Деткой на обочине пятнадцатого шоссе, пялясь на прекрасную Твин Пикс — Сэм отказался от свидания.

Вот, собственно, и все. Дальше жизнь как-то наладилась. От ведьмы на память остался шрам-осьминог — розовая клякса под левым соском. Бывало, побаливало сердце, да Дин забил. Он охотился, говорил с отцом по телефону, к Бобби приезжал, в баре у Элен пил, с Джо научился свободно шутить, иногда даже смотрел в глаза, позволил Эшу подобрать себе приличный ноутбук.

И каждые несколько месяцев катался поглядеть на Скалистые горы и получить свой отказ.

Любая история как-то заканчивается. Эта — вот так.

просмотреть/оставить комментарии [2]
<< Глава 4 К оглавлениюГлава 6 >>
февраль 2023  

январь 2023  

...календарь 2004-2023...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2023.02.06 09:54:40
И по хлебным крошкам мы придем домой [4] (Шерлок Холмс)


2023.02.05 21:00:22
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2023.02.01 16:16:22
Моральное равенство [0] (Гарри Поттер)


2023.01.20 19:53:36
После дождичка в четверг [6] ()


2023.01.15 17:26:41
Змеиные кожи [1] (Гарри Поттер)


2023.01.10 17:37:54
Blestemul lui Dracula 3: capcana pentru Dragan [5] (Ван Хельсинг)


2023.01.10 09:47:46
У семи нянек, или Чем бы дитя ни тешилось! [2] (Гарри Поттер)


2023.01.09 12:42:39
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2023.01.05 19:02:58
Соседка [2] ()


2023.01.05 19:01:28
Танец Чёрной Луны [8] (Гарри Поттер)


2023.01.04 01:12:51
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2022.12.03 19:13:46
Драбблы по Дюма [2] (Произведения Александра Дюма)


2022.12.03 18:21:37
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2022.12.02 11:52:35
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.12.02 10:24:26
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.11.27 19:57:05
Цепи Гименея [3] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.11.25 22:52:23
Наследники Гекаты [15] (Гарри Поттер)


2022.11.25 20:06:56
Последняя надежда [5] (Гарри Поттер)


2022.11.19 23:09:23
Гарри Снейп и Алекс Поттер: решающая битва. [0] (Гарри Поттер)


2022.11.15 20:16:44
Глюки. Возвращение [242] (Оригинальные произведения)


2022.10.05 19:45:39
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2022.09.28 13:18:39
Отвергнутый рай [38] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2022.09.27 15:20:38
письма из пламени [0] (Оригинальные произведения)


2022.09.26 01:49:17
Выбор Жизни [7] (Евангелион, Научная фантастика)


2022.09.10 23:28:23
Nos Célébrations [0] (Благие знамения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2023, by KAGERO ©.