Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Еще не узнавший о волшебном мире, недавно побитый кузеном и просто очень несчастный Гарри встретил дементора. Дементор упал в обморок первым.

Список фандомов

Гарри Поттер[18573]
Оригинальные произведения[1254]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[24]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[44]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12803 авторов
- 26189 фиков
- 8695 анекдотов
- 17713 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

 К оглавлениюГлава 2 >>


  Шесть лет от июля до дома

   Глава 1
Пролог

Когда ты маленький, можно смотреть на солнце. Закрыть глаза ладонями, и восторженно вглядываться в просвечивающее между пальцами алое. А потом ты взрослеешь, и это больше нихрена не работает. Взрослые не закрывают глаза ладонями, если только не плачут. А они редко плачут, даже если их нежные, мягкие душонки превращаются в жадные черные дыры.

Дин оперся на крыло Импалы и подставил лицо солнцу. Он на секунду плотно зажмурился, и детское, алое, все же просочилось. Вот только черные дыры — они такие, жрут свет, не оставляя ничего.

Мелькнул мимо пикап, подняв пыль; простучали по капоту Детки мелкие камушки. «Чтоб у тебя колеса отвалились», — мимолетно подумал Дин и тут же пожалел. Неведомый водитель оказался не в том месте, не в то время. И не в то настроение Дина Винчестера.

Бургер. Свежая, еще теплая булочка, большая мягкая котлета, хрустящий лучок. А это что? Салат? Нет, серьезно, салат? Зелень из фантазии Дин решительно выбросил. Он простонал сквозь зубы — все, до ручки дошел, если уж мерещилась жратва вместо горячей цыпочки — и впился взглядом в ворота. Трансформация реальности — еще одна штука, которая нихрена не работала. Сколько не повторяй мысленно: «Открывайтесь-открывайтесь-открывайтесь», — не дрогнут.

Можно, конечно, встать спиной к воротам и насладиться видом горных вершин, вон, парят над пятнадцатым шоссе. Посмотрите направо — Скалистые горы, больше трех тысяч миль с севера на юг. Красиво, да, будто застыли в воздухе, суки, и дела им нет до бренного человечества.

Черт, как же достала красота эта, до спазмов в желудке. Дин думал — забылось, прошло, ан нет, все так же тошнит. Сколько же Дин здесь времени провел, вот на этом самом месте? Много, слишком много. Вон та, здоровенная серая дура, Твин Пикс называется, Дин давно научился находить ее слету, хотя она ему нафиг не сдалась, но название — зашибись.

Нет, правда: кому нужны все эти красоты-высоты, если за спиной ничего, кроме муниципальной тюрьмы штата Юта? Посмотрите налево, ага. Шикарное местечко, спаянный конгломерат дерьма: дурацкие ворота, дурацкая смотровая башня, дурацкие облезлые корпуса за забором. А в корпусах — заключенные, женщины, мужчины подростки, вон тот зеленый барак — для буйных психов. Каждой твари по… помногу.

Сегодня на стоянке перед воротами аншлаг. Амнистия. И у Дина программа минимум — не смотреть на других ожидающих, они, заразы, так и норовят за взгляд уцепиться, подходят потом, рассказывают. Тут стоят семьями, и у каждой своё горе, и отчаяние, и надежда. Дину-то до этого что? Дин и сам — семья, вот такая маленькая, и об отчаянии и надежде все знает, рассказать?

Кто бы выслушал.

Если бы солнце не пригревало, Дин бы свалил — прошлой зимой намерзся на жизнь вперед, а то и на две. Снежные оборотни на Аляске постарались, каждая тварь норовила швырнуть его головой в сугроб, а кровь на белом алела, как солнце сквозь пальцы.

Брехня, никуда бы он не свалил. И под дождем стоял бы, и в снегу. Потому что Дину позвонил Бобби Сингер, а не отец. И можно часами себе уговаривать, что и не ждал иного. Видимо, ждал, потому что голос Бобби в трубке, рассказывающий новости, что-то сдвинул в сознании, и Дин разучился думать. Два дня гонки, три-четыре-пять штатов, много громкой музыки, ночевки в мотелях — два раза по три часа можно назвать ночевками? — быстрые перекусы и ни одного перетраха. Он только чувствовал и ощущал, а вот мысли из головы смыло напрочь.

И вот Дин здесь — ну и?

Закрытые ворота тюрьмы, расположенной в жопе мира.

Дин покопался в себе на предмет радости, которую должен бы испытывать. Не нашел. Нерадости, впрочем, не нашел тоже. Дин не чувствовал ничего.

— Сэм, Сэмми, — Дин покатал буквы на языке.

Нет, снова ничего.

Унылую жизнь города Дрейпера разнообразили открытые выборы мэра. Один из кандидатов в череде предвыборных обещаний ляпнул что-то о ремонте аварийных корпусов старой тюрьмы. Правозащитники, конечно, кандидату в глотку сразу вцепились, обещал, мол, выполняй! Ради намечающегося ремонта тем, кто вел себя прилично, организовали амнистию, а тем, кто неприлично — перевод в другие тюрьмы. Сэм, видимо, был паинькой, поэтому сегодня выходил.

Если бы не крысиная грызня за власть, у Дина остался бы целый год, чтобы морально подготовиться. Впрочем, это снова вранье — есть вещи, к которым подготовиться нельзя, и мораль тут совсем не причем.

А утречко выдалось бодрое — разговор с директором тюрьмы, где твой брат провел три года, вставлял, как стопка текилы натощак. Огнем по нервам, а потом все пофиг. Кабинет с забранным в сетку большим панорамным окном выходил прямо на прогулочный двор, впрочем, Дин и раньше не сомневался, что до директорства в каталажке дослуживаются только долбаные психопаты. Вот из этого окна растерянной родне и выпала охрененная честь понаблюдать за напутственной речью того самого будущего мэра.

Дин лениво скользил взглядом по ровному ряду оранжевых комбинезонов. Комбинезоны не шевелились и, казалось, даже не дышали. Может, это очередные сверхъестественные твари, которые маскировки ради научились отращивать человеческие головы?

— Да, сэр! — складно рявкнули твари.

Неимоверно круто — говорящие головы. Вернее, орущие.

«Нехило их тут построили», — подумал Дин, перегоняя жвачку за другую щеку. Он поежился, мерз в тени, не то и правда холодом от стен несло, не то зимняя Аляска некстати вспомнилась и заиграла в крови.

Начальство все еще вещало. Комбинезоны все еще слушали. Ряд был ровный, только одна голова с коротким ежиком торчала — бывают же неудачники. С таким ростом парню в жизни пиздец, ни в какой толпе не спрячешься. Вот это — точно не Сэмми, сто процентов не он. Мелкий, он же мелкий, когда они в последний раз виделись, нос Сэма утыкался Дину в ключицу.

Шериф заткнулся — аллилуйя! — шеренга рассыпалась, родственников выгнали за ворота. И случилось это три часа назад. И где, где Динов вожделенный бургер?

Запищал сигнал, и Дин медленно открыл глаза.

Они выходили по одному, уже не комбинезоны — люди, в мятой, но разной одежде. Родня оживилась. Слезы и объятия — Дин поморщился, завести бы сейчас Детку и рвануть отсюда. О, шесть с гаком футов и каштановый ежик — обвел взглядом узкую боковую дорогу, выцепил Импалу и направился к Дину.

Малыш Сэмми. Вот это вот. Блядь.

Фотографии Сэма у Дина, конечно, имелись: где-то под оружием в багажнике завалялся милый семейный альбомчик. Дину понадобилось дохера времени и сил, чтобы старательно забыть о нем. Так что брат давно превратился в набор ощущений — мягкие пряди волос, ямочки на щеках, радостный, звенящий вопль «Дин!».

Вот этот вот звенеть «Дин» не собирался. Ни ямочек, ни длинных волос, ни теплого взгляда, Дин даже обиделся — Вселенная подсовывала ему какого-то ненастоящего мальчика.

Выглядел «мальчик» старше своих девятнадцати на пятак, на длинные потасканные пять лет.

— Привет, — пришлось откашляться, чтобы вытолкнуть слово.

— Привет, — спокойно ответил парень и тут же спросил: — Поехали?

— Ну, поехали, — Дин упал на водительское место.

Сэм закинул рюкзак на заднее сидение, а сам сел на пассажирское. Больше ни слова, а ведь хотя бы какое-то «куда едем?» должен же спросить? Не спросил, отвернулся к окну, только носом не ткнулся в стекло. Дин тоже не собирался с затылком разговаривать.

Какие, нахрен, разговоры, все и так плохо: Дин заметил, как задержались на дверце Импалы пальцы здоровенного не-брата — прижались, скользнули по черному боку. Погладили. Лучше бы не видел, тогда не тряслись бы руки, не хотелось бы вывалиться из машины и немного повыть в небо.

— К вечеру доберемся до мотеля, переночуем там, — бодро проинформировал Дин, когда мотор заурчал.

Парень, не оборачиваясь, кивнул.

И тут Дин спросил:

— Ну и каково это — убить человека?

Охуительная последовательность и ураганная деликатность Дина Винчестера. Хорошая фраза, как раз для начала легкой непринужденной беседы.

Этот, здоровый, тут же отреагировал.

— Невъебенно круто, — громко и четко ответил он.

Приятная встреча получилась. Теплая.

А спросить-то хотелось другое, вымученное, выбитое в мозгу: «Какого черта там произошло три долбанных года назад?»

***

Никуда они не доехали к вечеру, не с Диновой удачей.

Пятнадцатое шоссе перекрыла полиция — ловили парня, укравшего ребенка своей бывшей. Стоять в пробке в обществе молчаливого чужака, когда даже звук работающего мотора не разбавляет тишину — да ну нафиг такие развлечения. И Дин свернул на прилегающую дорогу. Плутали по пыльным перелескам часа полтора, когда стало ясно, что ни до какого мотеля они не доберутся. Дин уже думал, что придется ночевать на обочине, когда из надвигающихся сумерек вынырнул сарай. Ничего особенного, но все же крыша над головой и сено под жопу.

Устал Дин чертовски. Не физически, ему приходилось проводить за рулем гораздо больше времени. Молчание, шибавшее с пассажирского сидения, выматывало посильнее дороги, да еще ощущение, будто в Импале выросла стена — серая, холодная. Еще утром думалось — вот поговорят, наладят отношения. После трех часов поездки не хотелось ничего налаживать. Да, в общем, и нечего.

— Чувак, придется переночевать здесь, — легко бросил Дин.

«Чувак» пожал плечами. Десять слов за весь день, учитывая два «нет», которые подарил братишка в ответ на вопросы: «Тебе не нужно отлить?» и «Будешь бургер?». Просто праздник какой-то.

Сарай им попался старый, сквозь дырявую крышу виднелись вершины сосен, но сено сухо шуршало, спасибо за маленькие радости. Пара одеял в багажнике завалялась с незапамятных времен. Дин бросил одно попутчику, из второго быстро соорудил лежанку себе. Свернутая куртка под голову — и можно попытаться уснуть. Впрочем, и трудиться не пришлось: слушая, как возится этот здоровяк, устраиваясь футах в пяти от него, Дин отключился.

— Ди-и-и-и-ин!

Сэм летел вперед, раскинув руки.

Он впечатался в Дина всем телом, и тот покачнулся, мимолетно отметив, что братишку теперь не поднимешь одним движением, но все же подхватил, обнял крепко-крепко.

Исчезла ферма, Сонни, мальчишки, прилипшие к окнам. Мир свелся к теплу, вцепившимся в ворот рубашки пальцам Сэма, блестящим глазам, ямочкам на щеках. И звенящему голосу — братишка вываливал на Дина ворох новостей. Он частил, спеша выложить все, что произошло за два месяца, и казался младше своих десяти лет. А Дин прижимался лбом к шее Сэма и согревался внутри. Полчаса назад он всерьез хотел остаться у Сонни. Как он мог даже подумать о том, чтобы жить без вот этого?

— Мы ночевали на заброшенной ферме, и у нас была кошка и котята! Представляешь, Дин?

— Бобби вылил на пастора Джима ведро святой воды, Дин, я так ржал! Пастор умеет так ругаться!

— А знаешь, Дин, у кальмаров кровь голубая!

— Мисси Кац меня на танцы позвала, ну я ей чуть не навалял! Понимаешь, Дин, она такая девчонка!

— У Калеба новый шрам, прямо ну… на заднице, а что? Дин, он сам так сказал!

— Все твое оружие у меня в рюкзаке, я перечистил, Дин, правда!

— Я охотился на призрака, ну отвлекал, ну, почти охотился, я за Бобби проследил, а там призрак, ну вот он как у-у-у-у, а я как заору. А Бобби как рот открыл, но ничего не сказал! Это было круто, Дин!

— Я тебе нож, ну, купил, он в машине, пошли скорее, Дин, я покажу!

— Я рубашку твою порвал, прости, Дин, надел, ну случайно, а она порвалась. Я зашил, нормально, хоть и кетгутом!

— У меня грамота по математике, по математике, Дин!

Дину оставалось только вставлять «да», «ага», «ух ты» и наполняться подзабытым ощущением возвращения домой.

Сэм замолчал, будто выключили, и Дин впервые понял выражение «обрушилась тишина».

Брат сполз с рук, выскользнул из объятий и сделал шаг назад. Отстранился. Глаза Сэма казались темным и взрослыми.

— Не исчезай больше так надолго. Я не хочу без тебя, — негромко потребовал он. — Понимаешь, Дин? Дин…


— Дин…

Сквозь дырявую крышу сарая виднелись звезды, и Дин не сразу смог сообразить, какого хрена оборвался такой хороший сон.

— Дин… — снова глухо пробормотали рядом, и стало ясно — какого хрена.

Сэм подкатился совсем близко, под бок, и спал, размеренно дыша, прижимаясь лбом к плечу Дина. Впрочем, Дин и сам отличился: вцепился в рубашку Сэма, даже пальцы побелели, не то держал, не то держался. Все еще вплетенный сном в ту, давно ушедшую в прошлое, реальность, Дин чуть повернул голову и коснулся губами колкого ежика волос.

— Дин… — снова тихо позвал Сэм.

И Дин вдруг очнулся, пришел в себя. Он медленно разжал пальцы и встал. Не разбудить не получилось: Сэм вскинулся, сел, моргая и потирая ладонью лоб.

Дин подхватил куртку и рванул к машине.

—Дин, — негромко прозвучало спиной.

— Поеду жратвы куплю, — ну да, это побег, а кто б не сбежал от такого?

Плечо там, где к нему прижимался лоб, горело.

Дин вернулся к рассвету. А ведь не хотел. Он просидел почти час в баре, глядя на стопку текилы. Хорошо было бы надраться, подраться, угодить в полицейский участок и забить на сарай и ждущего Сэма.

Так и не выпил, бросил деньги на стойку и поехал обратно, смутно надеясь, что здоровяк сам догадается и свалит. Вот приедет Дин, а там — никого. Хорошо-то как. Никаких проблем. Никакого многочасового молчания и стены между пассажирским и водительским сидениями.

Вроде-как-Сэм сидел на крыльце, внимательно рассматривая утренний розовеющий горизонт, и держал в руке сигарету, прогоревшую почти до фильтра. Похоже, не только не курил, но и не шевелился — слишком длинным был столбик пепла. Дин бросил на ступеньку пакет с пончиками: скрипнули доски, упал пепел. Брат медленно поднял голову.

— Доброе утро? — почему-то вместо приветствия у Дина получился вопрос.

Наверное, потому что хотелось спросить: «Ты спал?», «Хоть немного отдохнул?», «Ты вообще в порядке?».

— Доброе, — ответил Сэм и отвернулся.

Дин вошел в сарай, начал вытряхивать и сворачивать одеяла — Сэмово было такое же холодное, как и его собственное, значит, больше не ложился.

Когда Дин открыл багажник, брат заговорил.

— Это был перевертыш, — спокойно сказал он.

— Ч-что?

— Я убил. Перевертыша, — уточнил Сэм.

Пакет с едой все так же лежал на ступеньке, а Сэм все так же смотрел, как встает солнце.

— Я читал дело. Это был подросток, почти мальчик, — а вот у Дина спокойного голоса не получилось, звоном прорвалось напряжение.

— Когда я его убил, он выглядел, как мальчик, ага, — кивнул Сэм.

Три года назад Дин не только прочитал дело, он видел фотографии. Да черт побери! Он на подобное дерьмо в жизни насмотрелся — не пересчитать, но то — никак не хотело забываться, стояло перед глазами. Алое — брызги и лужи, стальной кухонный нож, и тело, исполосованное, искромсанное. Перевертыш? Стальным ножом? Ха. Смешно.

Дин промолчал и очень постарался, чтобы на его лице никаких сомнений не отразилось. Да только Сэм понял, поймал несказанное «я-тебе-не-верю». Он поднялся со ступеньки, затоптал окурок:

— Ладно, замяли. Отолью и поедем, — и глянул прямо на Дина.

Долбанная мелодрама. Солнце как раз выползло, плеснуло парню в лицо, сузился зрачок. Заиграли на дне прозрачного серо-голубого золотые пятнышки — нереальный, невозможный цвет. Глаза Сэма, никогда и ни у кого больше Дин таких не видел. Вот как теперь спрятаться за «здоровяком», «парнем», «этим»? Сэм, мелкий, братишка, Сэмми.

Дин стоял возле машины, как сутки назад подставляя лицо солнцу, рассматривая рыжие осенние кроны деревьев.

— И что мы с этим будем делать, Детка? — пробормотал он, погладив черный бок.


Часть I

Тогда

Вырыженный осенью городок, в котором они застряли на шесть с половиной недель осенью 1994 года, никак не назывался. Ну, то есть, Дин понимал, что городов без названий не бывает, и наверняка, местные жители гордо произносили «Сольвейшен», «Инносенс» или «Грейтнесс». Но в списке у Дина в голове, городишко числился под номером сорок два, и от восьми предыдущих отличался только первой школьной красоткой Корой Мильтон, и вендиго, шалящим в местных лесах. Губы Коры пахли вишней, а вендиго Дина чуть не убил — вот и все, что помнилось о номере сорок два.

В сорок втором им достался кусочек нормальной жизни. Честно? Скучно.

Их записали в местную школу, мелкий вгрызся в учебу, за неделю нагнал программу, написал пару тестов и, по крайней мере, два сочинения. Молодчинка, что скажешь?

А Дин за неделю соблазнил Кору Мильтон, переспал с ней и потом изменил с ее старшей сестрой. Мудак, чем крыть?

В общем, братья жили полной жизнью, которая становилась еще насыщеннее вечерами — они с отцом шатались по местным лесам вдоль Джордан-ривер, выслеживали вендиго. Последний раз туристы в этих местах исчезали восемь лет назад и, согласно каким-то сложным отцовским расчетам, у вендиго приближалось время обеда. Джон надеялся найти логово до того как зверушка выползет на запах свежей человечинки. Но долгая жизнь научила тварь осторожности, и свою уютную норку она спрятала хорошо. Они обследовали уже с десяток пещер и заброшенных шахт, когда на пороге их мотельного номера нарисовался Калеб.

— Вот блядь, — тарелку с овсянкой Дин на стол перед Сэмом почти бросил.

Посудина чуть не раскололась, уткнувшийся в книгу Сэм выплыл из своего прекрасного далека и вопросительно поглядел на брата.

— Калеб, — прошипел Дин.

Других объяснений не понадобилось, брови Сэма тревожно поднялись — имени вполне доставало для оценивания глубины жопы, в которой они оказались.

В Сэмовы пять лет они жили у Калеба почти четыре месяца — Дин до сих пор стонал от восторга, когда вспоминал, как Калеб готовит. Они отъелись, Сэм научился читать, а Дин — спать без пистолета под подушкой. Но это в обычной жизни. Милейший мужик на охоте превращался в долбаного контрол фрика, и пытался всеми командовать, даже Джоном Винчестером. Смертельный номер, откровенно говоря. Сэм и Дин уже пару раз попадали на охоту с Калебом и Джоном, вернее — между. Дин боялся, что очередной твари не на кого будет нападать: старшие охотники сами друг друга грохнут, и все тут.

Так что вендиго внезапно получил шанс на долгую беспечную жизнь, а Дин обзавелся плохими предчувствиями.

Да еще что-то творилось с мелким: всегда рассудительный и склонный решать дела словами, а не кулаками, в этом году Сэм чуть ли не сам провоцировал драки. Дина поведение братишки озадачило настолько, что он даже поговорил с отцом. Джон помаялся, пробурчал про подростковый возраст, обнадежил — «пройдет» и хлопнул Дина по плечу. Тот вежливо покивал и слинял. То, что отец называл «подростковым возрастом», у Сэма началось еще в прошлом году. Дин тогда решил, что тычинки и пестики можно доверить школе, а сам научил мелкого целоваться, заставил дважды натянуть презерватив на банан и объяснил, как дрочить тихо. Младший алел, но науку впитывал. Может, и рановато — из презервативов Сэм с одноклассниками в прошлой школе водяных бомб наделал. Но кто предупрежден…

Нынешняя ненормальная задиристость Сэма к возрасту отношения не имела, Дин это нутром чуял. Но тут случились сестренки Мильтон, Дин с головой окунулся в латиноамериканские страсти, вечерами внимания требовал вендиго, а ночами адски хотелось спать. И Дин закрутился. Он привычно заботился о Сэме, контролируя базовые потребности — еда, учеба, одежда, тренировки — почти забыв о странностях поведения. Да и надеялся, что Сэм скажет — раньше всегда говорил.

В прошлый вторник Сэм подрался со старшеклассником. Старшекласснику Дин не сочувствовал — сам ведь полез, да и Сэм поосторожничал: парень не попал в больницу, а от потянутого запястья и фингала под глазом еще никто не умирал. Но неделю отработок Сэму назначили.

Тогда Дин Сэма отмазал.

Кора называла Дина конфеткой. Он бесился, но где уж тут особо возразишь, ведь собственную рожу в зеркале не зачеркнешь. Сладкий мальчик, одна штука — губки, реснички, веснушки прилагаются. Однажды, разглядывая все это дерьмо, Дин решил — какого черта? Если дано, надо пользоваться. Вот на Сэмовой училке мисс Троттер — попробовал, клюнула, отпустила Сэма под ответственность такого приятного, вежливого и симпатичного старшего брата.

Но в понедельник Сэм подрался снова, а Дин понимал, что два раза подряд глазки-реснички не сработают. Тем более, мисс Троттер наверняка уже много чего рассказали о Дине Винчестере.

— Ди-и-ин, — ныл Сэм.

— «Ди-и-ин», — отвлечь Сэма было до смешного легко, передразнить и готово — братишка уже не думал о тотальной несправедливости мира, а адресно ненавидел старшего брата.

Губы в нитку, в глазах искры скачут — злой, злой Сэмми. Только плечи все портили — приподнятые, напряженные. Обижен, расстроен и, пожалуй, напуган. Но чем же, а?

— Ты лучше скажи — какого ты в кедах, холодно же? Кроссовки где?

— Порвались, — ох как быстро выражение лица поменялось, Сэм тоже учился пользоваться тем, что ему дала природа — например, умильным, просящим взглядом. Щен, длинноногий, немного неловкий щенок. Ага, а у Дина — иммунитет, вот так вот. Ну, почти иммунитет.

— А сказать? — рявкнул Дин. — Под кроватью оставил? Зашью вечером.

— Обойдусь, — Сэм совсем надулся, но уходить не спешил.

Дин протянул руку и накрутил на палец длинную прядку выбившуюся из-за уха Сэма:

— Подстригу, — делая большие глаза, прошептал Дин. — Ночью обрею налысо. Оброс совсем.

— А вот и нет! — Сэм дернул головой, освобождаясь.

Цели у разговора не было. Это было потребностью — стоять рядом и говорить о неважном, если уж то, что действительно волнует, не выговаривается. На крыльце замаячила мисс Троттер, и Сэм шепнул:

— Побегу. Ей такого о тебе наговорили, сейчас опять тупые вопросы задавать будет, — и мелкий потрусил к крыльцу.

Дин, теребя зубами сухую травинку, глядел вслед, в напряженную, прямую спину.

— Эй, сучка! Веди себя прилично, — получилось громко, звонко, народ на школьном дворе даже жевать перестал.

Насрать на всеобщее внимание, потому что Сэм обернулся и улыбнулся Дину, как умел только он — ярко, будто всем телом; расслабились, наконец, плечи.

— За собой следи, придурок! — кажется, на школьном дворе теперь уже и дышать перестали, не то что работать челюстями.

Дин развернулся и пошел прочь, не удостаивая никого взглядом — он главный школьный фрик или погулять вышел? Но вот чем напуган братишка — об этом стоило подумать. Только не удалось, в комнату мотеля ввалились Джон и Калеб — они, наконец, отследили вендиго. Пришлось спешно собирать сумку: катализатор, горелка, пара пистолетов, нож — на всякий случай, на вендиго не действовал огнестрел и сталь. Только огонь.

Школьная отработка теперь радовала, Дин считал, что для охоты на вендиго Сэм маловат. Но мнения Дина никто не спрашивал. А так — хорошо обошлось. Почти.

Дин и рад был бы кого-то обвинить, да что уж тут — облажался сам. Они стояли в защитном круге третий час, Калеб и Джон тихо переговаривались, а Дин не то задремал, не то на пару секунд выпал из реальности. Устал смертельно от этой нормальной, блядь, жизни, с рыдающей Корой, недовольными учителями и скрывающим что-то важное Сэмом. Когда Дина качнуло, он рефлекторно шагнул и оказался за пределами контура. Ну что сказать? Не спи на посту, солдат. Вендиго вот не спал. Сильные лапы перехватили Дина поперек груди, а по его лицу захлестали ветки. Смысл слова «смертельно» из переносного стремительно превращался в буквальный.

— Дин! — заорал сзади Джон…

Пещеры Дин ненавидел — грязно, воняет, и хрен знает, сколько земли и камней над головой. О, еще гора черепов в углу. Мило. Останки Дину, впрочем, нравились гораздо больше нелепой, худой, но сильной твари. Длинные пальцы скользили по рукам Дина — кожа вендиго была сухой и горячей, а из горла рвалось какое-то почти кошачье мурлыканье. Монстр Дина тщательно обнюхал, прикрывая от наслаждения глаза. Дина тут же вывернуло.

А потом вендиго подвесил добычу к потолку: давным-давно переставший принадлежать к человеческому роду, зверь сохранил подобие чувства юмора — крайне специфического. Дин висел в центре пещеры так, что вздернутые руки почти касались потолка, а носки — пола пещеры. Казалось, что стоит немного постараться, и ему удастся уцепиться пальцами за свисающие корни деревьев, подтянуться, развязать узел на запястьях. Или какое-нибудь ловкое движение позволит увереннее встать на пол, и хоть на мгновение снять тяжесть с болящих рук. Но надежда оказывалась напрасной, и Дин висел, вытянувшись в струну, чувствуя, как вгрызается в кожу веревка.

И это продолжалось годы и годы, хотя на самом деле Джон с Калебом ввалились в пещеру часа через два. Вендиго красиво и быстро сгорел: охотники сработали слажено — Джон плеснул бензина, а Калеб поджег газовую горелку и направил на тварь.

А потом отец осторожно разрезал веревку и снял Дина, принимая на себя вес сына.

— Ранен? — коротко спросил он.

— Вроде нет, — Дин едва шевелил языком.

Джон освободил запястья, слегка помассировал кисти, ощупал руки, ноги, провел ладонью по голове — Дин так и не понял: проверял, нет ли ран или погладил.

Отец помог Дину подняться, перекинул его руку через свое плечо и повел к дороге. Движение немного помогло, и минут через десять Дин отстранился:

— Сам, — пробормотал он.

Джон тут же отпустил его:

— Ну, давай.

Калеб остался разгребать вендигово добро, а отец повез Дина в мотель.

— Ты должен вернуться, — негромко сказал Дин, когда они подъезжали. — Мне кажется, я что-то слышал, там стонали. Может, еще люди есть.

Джон пристально поглядел на него в зеркало заднего вида и молча кивнул. Он даже не стал выходить из машины — убедился, что Дин добрался до двери номера и дал по газам.

А вот у Дина случилась проблема — никак не получалось нажать на ручку, не слушались пальцы. Он уже подумывал долбануть в дверь ногой, когда она открылась — Сэм почуял Дина.

Ну вот, и в зеркало смотреться не надо — по лицу Сэма ясно читалось, что брат выглядит как дерьмо.

— Не ранен. Устал и все. Отец в порядке, поехал заканчивать дело, — коротко отчитался Дин.

До собственной кровати он не дошел, упал на ближайшую — Сэма, подушка пахла мятным шампунем.

— Дин, — прозвучал над головой голос брата.

— Я помню о кроссовках, Сэм. Позже, ладно? И ужин приготовлю потом, — ворочать языком еще как-то получалось, а вот открыть глаза — нет.

А ведь ничего такого — лишь болели мышцы, саднила содранная веревкой кожа на запястьях и огнем горели кисти.

— Кроссовки… — как-то странно это прозвучало, словно Сэм злился.

Дину вдруг стало удобнее лежать, но он даже не сразу понял, что происходит, только через минуту дошло — Сэм снимал с него обувь.

— Оставь, — проворчал Дин.

Сэм только шумно задышал, но не отстал, снял и кроссовки, и носки, и джинсы, сильно размял ступни.

— Да брось ты! — у Дина даже голос от такого прорезался, глаза вот не открылись, нет, и отстраниться не получилось.

Не бросил. По горящему лицу и кистям прошлось влажное, прохладное полотенце, и Дин даже застонал, настолько полегчало.

— Больно? — испугался Сэм.

— Нет, хорошо, — честно ответил Дин.

Сэм промыл и перевязал запястья.

— Вот, будешь теперь выглядеть как неудавшийся суицидник, — голос Сэма звенел, плохой признак.

— Завтра в порядке буду, — неловко утешил Дин.

Он странно ощущал реальность — уносило даже не в сон, в какой-то бред, растягивалось и сжималось время, а кровать, казалось, качалась.

Звякнула тарелка.

— Поешь, Дин — проговорил Сэм.

Дин приоткрыл глаза — ура, получилось! — на прикроватной тумбочке стояли тарелка макарон с сыром и стакан молока.

— Ты приготовил ужин? — может, Дин еще и головой стукнулся и теперь у него галлюцинации?

— Ну, не бином Ньютона, — вытянул губы в злую нитку Сэм. — С макаронами могу справиться даже я.

— Будто ты знаешь, что такое… этот… Ньютона, — съязвил Дин и попытался привстать.

Есть не хотелось, но Сэм приготовил ужин, и Дин сожрет эти макароны в любом случае.

— Вообще-то знаю, — поднял бровь Сэм. Потом добавил потише: — Ну, читал. Не очень понял только.

Сэм поднес ложку к губам Дина и тут же положил ее на тарелку:

—Ладно-ладно, — Сэм поднял руки. — Сам так сам.

Понятливый братишка, даже орать не пришлось, одного взгляда хватило, но Дин-то уж постарался вложить в него все. Руки еще тряслись, но орудовать ложкой удавалось. Ну, почти. Дин держал ложку, а Сэм поддерживал руку Дина. Но ведь все равно — сам, правда?

После еды снова развезло: не то чтобы хотелось спать, не получалось шевелиться. Сэм убрал посуду, пошуршал на кухоньке, потом пришел и положил Дину руку на лоб.

— У тебя жар.

— Не-а, реакция на травму. Ибупрофен там, на кухне в шкафчике, дай две таблетки и не парься, — вяло проговорил Дин.

Полотенце, еда и таблетки — это хорошо, но совсем полегчало, когда прогнулся матрас, и Сэм устроился рядом — одни углы и кости, но теплый, а Дина немного морозило.

Определение счастья по Дину Винчестеру — Сэм, тепло, не так уж и болит.

— Я ему скажу, — лежащая на груди Дина рука Сэма сжалась в кулак.

— Не надо, — Дин по одному разогнул пальцы брата, пока кулак вновь не превратился в детскую ладошку.

— Как он мог сейчас уехать? Иногда я его ненавижу, — теплое дыхание Сэма запуталось в волосах над ухом Дина, и от этого страшные слова казались не такими уж страшными.

— Сэмми, он же старается, старается быть тебе хорошим отцом, — устало сказал Дин.

Ему хотелось еще чуть-чуть подержаться за «Сэм-тепло-не больно».

— Мне? Да разве ж я… Мне ж и не... У меня есть… — ни одной договоренной до конца фразы. Что-то умненький братишка подрастерял красноречие, но Дин, как в упражнении по грамматике, расставил по местам недостающие слова. Стало еще теплее. И Сэм.

— Да ведь и у меня есть, — Дин сказал, точно зная, что брат тоже поставит правильные слова на правильные места. — Только не ссорьтесь сегодня, ладно? — для того, чтобы встать между отцом и братом, нужно в принципе встать, а Дин подозревал, что не сможет.

— Не будем, — Сэм потерся носом о плечо Дина.

Им сейчас не одиннадцать и пятнадцать. Им по сто лет, никак не меньше, и они все знают об этом сраном мире.

Дин заснул и проснулся лишь однажды, когда вернулся Джон — разбудил не шум, Сэм встал, стало холодно.

— Папа, макароны в кастрюле, поешь, — ломко прошептал на кухоньке Сэм.

— Спасибо, — отец послушался этого шепота и спросил совсем тихо. — Дин как?

—Лучше, — Сэм был лаконичен донельзя. — Нашли кого-то?

—Да, двоих, — Джон тоже не стал распинаться. — Сэм…

— Пойду спать, — оборвал Сэм, ведомый императивом, заданным Дином: сегодня не ссориться.

Если сразу лечь, возможно, обещание удастся выполнить.

— Да, сын, — усталость не только в голосе, даже в слабом стуке вилки о тарелку.

Тепло вернулось, и Дин соскользнул в иную, яркую реальность. Там синее небо, Кора с вишневыми губами, ничего не болит и смеется Сэм. Да, это о номере сорок два Дин Винчестер тоже, пожалуй, вспомнит.

просмотреть/оставить комментарии [2]
 К оглавлениюГлава 2 >>
февраль 2023  

январь 2023  

...календарь 2004-2023...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2023.02.06 09:54:40
И по хлебным крошкам мы придем домой [4] (Шерлок Холмс)


2023.02.05 21:00:22
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2023.02.01 16:16:22
Моральное равенство [0] (Гарри Поттер)


2023.01.20 19:53:36
После дождичка в четверг [6] ()


2023.01.15 17:26:41
Змеиные кожи [1] (Гарри Поттер)


2023.01.10 17:37:54
Blestemul lui Dracula 3: capcana pentru Dragan [5] (Ван Хельсинг)


2023.01.10 09:47:46
У семи нянек, или Чем бы дитя ни тешилось! [2] (Гарри Поттер)


2023.01.09 12:42:39
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2023.01.05 19:02:58
Соседка [2] ()


2023.01.05 19:01:28
Танец Чёрной Луны [8] (Гарри Поттер)


2023.01.04 01:12:51
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2022.12.03 19:13:46
Драбблы по Дюма [2] (Произведения Александра Дюма)


2022.12.03 18:21:37
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2022.12.02 11:52:35
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.12.02 10:24:26
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.11.27 19:57:05
Цепи Гименея [3] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.11.25 22:52:23
Наследники Гекаты [15] (Гарри Поттер)


2022.11.25 20:06:56
Последняя надежда [5] (Гарри Поттер)


2022.11.19 23:09:23
Гарри Снейп и Алекс Поттер: решающая битва. [0] (Гарри Поттер)


2022.11.15 20:16:44
Глюки. Возвращение [242] (Оригинальные произведения)


2022.10.05 19:45:39
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2022.09.28 13:18:39
Отвергнутый рай [38] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2022.09.27 15:20:38
письма из пламени [0] (Оригинальные произведения)


2022.09.26 01:49:17
Выбор Жизни [7] (Евангелион, Научная фантастика)


2022.09.10 23:28:23
Nos Célébrations [0] (Благие знамения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2023, by KAGERO ©.