Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

После того,как на Сказках насочиняли столько анекдотов про Северуса Снейпа,зельевара стали чаще спрашивать,не родственник ли он знаменитому разведчику...

Список фандомов

Гарри Поттер[18373]
Оригинальные произведения[1199]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[454]
Блич[260]
Звездный Путь[250]
Мерлин[226]
Робин Гуд[217]
Доктор Кто?[210]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[171]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[131]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[104]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[26]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[46]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[49]
Фандомная Битва - 2014[18]
I Believe - 2015[5]
Байки Жуткой Тыквы[1]
Следствие ведут...[0]



Немного статистики

На сайте:
- 12492 авторов
- 26838 фиков
- 8464 анекдотов
- 17421 перлов
- 646 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 8 К оглавлениюГлава 10 >>


  Всё началось с Тайной Комнаты

   Глава 9. Старый друг.
День не задался с самого утра. Расплатившись за проживание ранним утром, Гарри, поднимаясь по лестнице к своей комнате, услышал перепалку старших Уизли. Нового он не узнал ничего, кроме того, что если Артур ещё может его проинформировать о чём-то важном, то Молли будет оберегать его от шокирующих новостей до тех пор, пока его не похоронят.
Трижды перепроверив всё, что только можно, Гарри уселся на свою продавленную гостиничную кровать, и серьёзно задумался. Этот учебный год обещал быть даже более насыщенным, чем прошлый. Сбежавший крёстный, предатель Петтигрю, Том, который что-то замышляет, чем очень пугает Гарри. Поттер уже привык считать Тома кем-то вроде старшего брата, так что терять его не хотелось, особенно сейчас, когда он только начал понимать, что же, всё-таки, происходит в этом проклятом магическом мире, кто прав, а кто виноват, и особенно — что теперь делать. Том выглядел несколько усталым и очень, очень деловым. Со стороны казалось, что он собирается не вытащить Сириуса из тюрьмы и вернуть ему опекунство над Гарри, а вообще искоренить всё зло, несправедливость и двуличие в мире. Узнав Реддла получше, Гарри теперь понимал, как получилось так, что Том стал грозой всея Британии.
Имея целую кучу моральных принципов, свои, особенные понятия о добре, зле и достоинстве, а ещё очень целеустремлённый характер, Том просто пытался сделать всё по-своему, но, видимо, не учёл наличия достаточно сильных противников вроде Дамблдора. Всё смешалось в голове Гарри. Раньше было просто и понятно: Дамблдор — добро, Вольдеморт — зло, Хогвартс — хорошо, Дурсли — плохо. Мир вращался вокруг одного только Гарри, и других точек зрения не существовало вовсе. А теперь Дамблдор оказался не таким уж и святым. Если его действия относительно Гарри можно было оправдать какой-то высшей целью, то наплевательство по поводу Сириуса, просидевшего в таком жутком месте как Азкабан двенадцать драккловых лет, оправдать было невозможно. Хогвартс, который казался Гарри ожившей сказкой, оказался всего лишь обычным человеческим обществом, слегка недоразвитым и странным, потому как общество это состояло из детей. Конечно, он отличался от мира маглов, но отличие это состояло только в возможности дать противнику в лоб не кулаком, а отлевитированной книгой. Вольдеморт оказался не олицетворением вселенского зла, а всего лишь запутавшимся, очень талантливым и амбициозным мальчишкой, которому в жизни не довелось найти действительно хороших людей. О Дурслях и вовсе говорить было нечего — всего лишь обычные, в меру глупые и агрессивные люди, которые были вынуждены тринадцать лет делить свои сбережения, нервы и жилплощадь с проявлением ненавистного им волшебства. Гарри думал, что если бы его заставили содержать кого-то, кого он настолько ненавидит, то он вёл бы себя точь-в-точь как Дурсли. Всего лишь человеческая психология, ничего личного.
Только сейчас Гарри осознал, что слова Квиррела-Вольдеморта в конце первого курса имели какой-то смысл. Он сказал: «Добра и зла не существует; есть только сила, есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней». Гарри не был уверен, но, подумав немного над образом каждого знакомого ему человека, он мог бы сказать, что каждый из них борется за своё личное счастье, а моральные принципы болтаются где-то на задворках сознания, не особо мешая. Даже Рон сначала убивает сидящего на стене паука тапком, с истошными ругательствами, а уж потом с сомнением разглядывает мокрое пятно — всё-таки, паук был достаточно маленьким, чтобы не представлять угрозы, и размазывать его по стене было совершенно негуманно.
Как-то раз Том рассказывал о заседаниях Визенгамота в последние двадцать лет: серьёзные бородатые представители древних родов собираются в шикарном помещении, усаживаются в похожие на троны стулья и начинают с грустью качать головой, обсуждая низкий уровень образования, утерянные знания и забытые традиции. И ведь у них есть всё, чтобы изменить нынешнее положение дел — деньги, власть, всеобще признание, статус… Но они предпочитают сидеть, и за бокалом дорогого алкоголя обсуждать, насколько же всё плохо. Вот она — настоящая слабость. Лень, страх, робость, склонность ныть, вместо того, чтобы встать и делать. В результате, сирота-полукровка вылез к власти буквально по головам, не имея ни гроша, а благообразные старики остались сидеть в своих креслах, никак не улучшив ситуацию. Это и есть, говорил Том, вырождение древних семейств, которые должны быть примером для молодых. Они имеют всё, и им больше ничего не надо. В их глазах больше нет стремления к мастерству в своей отрасли магии, им плевать на будущее магического мира, ведь их дети имеют забитые золотом хранилища в Гринготтсе, а этого хватит для поддержания статуса.
Том говорил, в то время, когда он правил Британией через министерских марионеток, ему удалось немного улучшить качество преподавания в Хогвартсе. Он смог тягаться даже с Дамблдором, выпуская декреты об обязательном изучении астрономии, нумерологии и древних Рун, которые с восторгом встречали перепуганные родители обучающихся в Хогвартсе молодых магов. То, что на декретах была печать министерства, а не размашистая подпись Тёмного Лорда, внушало им уверенность в том, что Хогвартс в безопасности. И вовсе неважно, кому принадлежала идея улучшения качества образования — красноглазому маньяку или какому-нибудь седобородому Диггори, внезапно озаботившемуся тем, что его внуки не могут отличить руну Уруз от руны Одал.
Прокручивая в голове снова и снова всё то, что он знал о деятельности Вольдеморта и деятельности Дамблдора, Гарри всё больше утверждался во мнении, что люди любят свою власть не за то, что она делает, а за то, как её действия выглядят. И вовсе нельзя было сказать, что этот факт его радовал.
Только что теперь делать — оставалось непонятным. Гарри не знал, чего он хочет. Раньше он хотел отомстить Вольдеморту, не задумываясь, что будет потом, а сейчас его цель в жизни попросту исчезла. Гарри хотел семью — и она у него почти появилась, хотел иметь верных друзей — и они прямо сейчас спали в своих комнатах в этом же здании…
Дверь со скрипом открылась, и в комнату хозяйской походкой вошёл Живоглот. Собственнически оглядевшись по сторонам, рыжее чудовище килограммов десять массой вспрыгнуло Гарри на колени, напрочь отвлёкши его от тяжких раздумий более насущной проблемой — дырками от когтей в мягкой коже.

***

«Хогвартс оказался для меня разочарованием куда большим, чем я мог себе представить. Я знал о нём практически всё, когда садился в поезд, потому что в Косом Переулке я озаботился правильной литературой. И в каждой книге описывались величие этого замка, сила Основателей, высокий уровень образования, качество преподавания и всё такое.
Но, во-первых, денег, которые Дамблдор дал мне на весь учебный год, было катастрофически мало. Я рассчитал свои расходы верно, и того, что мне можно было потратить на одежду, едва ли хватало на стандартный набор мантий из магазина подержанных вещей. Я ехал в Хогвартс голодным, потому что не хотел возвращаться в приют в последний день лета, злым, потому что никто не объяснил мне где находится платформа — не прочти я книгу по истории магии, я бы не смог найти вход — и очень сонным, потому что от волнения не спал всю ночь.
К слову, в то время в магической Британии назревала какая-то очередная стычка между разными слоями населения: богатые, но безродные маги изо всех сил пытались добиться не меньшего признания, чем древние семейства. И вся эта свора богатых людей всячески отыгрывалась на бедных, доказывая своё и так очевидное превосходство. Примерно с тех пор Слизерин и заработал себе репутацию темномагического факультета, а вовсе не во время первой войны, как все считают сейчас. Богачи без родословной очерняли своих оппонентов, аргументируя это тем, что древние семейства занимаются тёмной магией, а те, в ответ, тыкали безродных носом в их невежество в традициях. Большая часть магов поддерживала именно богатых, ведь превосходство древнейших и благороднейших всегда торчало всем остальным костью в горле. Так что на слизеринцев уже тогда косились неодобрительно, ведь большинство из них было именно из древних чистокровных семейств, а значит, в глазах общественности — поголовно тёмными магами. Я же об этой ситуации не знал и отчаянно хотел на Слизерин; как же, ведь Салазар тоже был змееустом!
В общем, когда в поезде два будущих первокурсника спросили у меня, на какой факультет я хочу, я ответил честно, за что заработал два неодобрительных взгляда и остался в одиночестве. Это не слишком расстроило меня, я просто достал очередную книгу и читал до самого прибытия в Хогвартс, в пустом купе. Ко мне никто не подсел, так что я так и не завёл друзей до распределения. Возможно, если бы они у меня появились тогда, я бы учился на Гриффиндоре и вся моя жизнь пошла бы иначе.
Когда мне на голову надели Шляпу — это сделал Дамблдор, противно сверкая своими очками и неодобрительно на меня поглядывая — мне казалось, что я весь бледный как мертвец и что весь зал смотрит только на меня. Не знаю, насчёт учеников, но преподаватели именно так и сделали — уткнулись в меня взглядами, словно на мне были узоры, перешёптывались, неодобрительно хмыкали… в общем, мне казалось, что весь мир против меня. Я не был готов к тому, что распределение будет проходить в Большом Зале перед всеми, я не был готов! Ещё с приюта я бешено боялся людей, особенно вышестоящих, всяких представителей власти и всех, кто имел право решать за меня. Но ещё я хорошо усвоил, что страх не может быть полезен, так что вместо того, чтобы бояться, я на них злился.
Могу представить, какое впечатление я произвёл на преподавателей тогда: поношенная мантия, злые глаза, тощий, как скелет, да ещё и нездоровая бледность кожи. Конечно, Шляпа сразу поняла, что я в родстве со Слизерином, о чём тут же мне и сказала. Я был ошарашен, так и не спросил у неё о своём отце или матери, ведь я тогда совсем ничего о них не знал. Она отправила меня на мой змеиный факультет сразу же, без колебаний, и мне казалось, что Дамблдор смотрел на меня с мрачным самодовольством. Как будто он только и ждал вердикта Шляпы, который подтвердил бы его мысли на мой счёт.
Я был счастлив ровно до тех пор, пока не дошёл до своего стола. Никто не поздравлял меня так, как поздравляли других слизеринцев. Никто не рассказывал мне о том, как устроена жизнь в школе, что нужно делать, а чего делать не стоит. Они просто посмотрели на меня, эти мои новые одноклассники, смерили этим презрительным взглядом с ног до головы, и продолжили смотреть на распределение. Я сразу же понял, в чём дело — моя одежда в сравнении с их одеяниями была просто тряпьем. И это было тем, что задело меня больше всего: даже здесь, в моей ожившей сказке, люди судили меня по моей одежде. Даже не по внешности, ведь среди слизеринцев некоторые выглядели так, словно у них все магические существа в роду затесались. Они судили по качеству тряпок, надетых на тело. Я был уверен, что при сильном желании смогу даже одной беспалочковой магией нагнуть всех своих одногодок и заставить делать то, что я хочу, но никто не спрашивал меня о моих умениях. Они просто сделали выводы.
Я злился на них только в первый день. Всё же, я был слишком очарован этой сказкой, этим волшебством, творящимся вокруг. После обшарпанных стен приюта — красивые спальни с зеленоватым светом, после грязных окон — цветные витражи, после опостылевшей овсянки — восхитительный пир, и даже моя поношенная мантия была куда лучше сиротской робы. Я твёрдо решил, что докажу всем, что я не пустое место, что я достоин их признания. Я думал, что заработаю денег на хорошую одежду и новые учебники, даже буду воровать, лишь бы эта прекрасная сказка началась для меня в полной мере. Я отчаянно завидовал хаффлпаффцам, которые обнимались на каждой перемене и делились едой, я завидовал рейвенкловцам, которые могли по-дружески обсуждать науку, гриффиндорцам, которые хоть и были пустоголовыми раздолбаями, но за своих в стычках стояли горой. Но больше всего я завидовал более успешным слизеринцам. Тем, которые выглядели достойно, вели себя достойно, и всегда действовали сообща. В гостиной не было перепалок, никто не ссорился на повышенных тонах. Слизеринцы с самого детства были обучены манерам, и свои раздоры решали тихо, незаметно, почти что шёпотом.
Со мной никто не говорил ни в первый день, ни во второй, ни потом. Да, меня могли вежливо попросить передать соль, или спросить о домашнем задании, но… ничего похожего на дружбу. Совершенно. Я словно был отделён стеной от своих однокурсников. Другие факультеты не общались со мной из-за зелёной нашивки на мантии, а свои же не обращали внимания из-за бедности. Огромная стена, сквозь которую никого не видно и не слышно; я учился как проклятый, я показывал лучшие результаты на курсе, профессора хвалили меня без умолку и ставили всем в пример. Но если в Рейвенкло это было достаточным условием для того, чтобы тебя приняли, то в Слизерине ты должен был родиться идеальным и богатым. Им не позволял общаться со мной статус, общественное мнение и собственное желание самоутвердиться.
Моя нечеловеческая успеваемость ещё больше отдалила меня от моих однокурсников. Они смотрели на меня косо, потому что это им полагалось быть лучшими во всём, а не безродному сироте. Конечно, они были не приютскими детьми, у которых ума хватает только на травлю. С детства им втолковывали, что если кто-то лучше тебя, то ты обязан работать усерднее, чтобы этого кого-то обогнать, ведь ты наследник своего Рода, потому должен стремиться его прославить и быть лучшим во всём. И они работали. Любой слизеринец, который учился со мной, мог бы уделать в знаниях даже лучшего рейвенкловца того же курса — настолько они пытались быть лучше меня. Но у меня, видать, и правда были какие-то особенные таланты, никто так и не смог быть лучше меня ни в одном предмете. Учителя не могли нахвалиться на первый курс Слизерина, нам пророчили великое будущее и Мерлин знает что ещё. Только всё это заставляло первый курс Слизерина относиться ко мне как к неприятности, а не как к возможному другу.
Первое, что я выучил, когда начал пользоваться библиотекой — дюжину заклинаний для нападения и защиты уровня курса эдак четвёртого. Для меня было невыносимым ходить по школе и ощущать себя безоружным рядом с магами, от которых уже не защитишься огнём из ладоней. Спустя несколько перепалок с гриффиндорцами, которые решили, будто смеют меня тыкать носом в факт моей бедности и сиротства, во время которых я вырастил оным гриффиндорцам руки на лице, меня стали не игнорировать, а опасаться. На других факультетах. На моём меня стали невольно уважать. В основном — старшие курсы, которые уже научились судить не по внешнему виду, а по деяниям. Как-то я увидел, как староста Слизерина заступился за второкурсника и вместо снятия баллов обезоружил нападавшего гриффиндорца, сказав что-то вроде «слизеринцы едины перед внешней угрозой». И я понял, что если хочу завоевать доверие учеников Слизерина, я должен сделать что-то более значимое, чем копание в библиотеке с утра до ночи. Понял, что должен быть не просто выше их, а должен сделать так, чтобы им было не стыдно это признать, несмотря на мой внешний вид. Я должен быть кем-то вроде идейного лидера, который будет нести в себе все ценности Слизерина, принадлежностью к которому многие из них так гордятся.
И у меня это получилось. Я стал защищать тех, кто слабее меня, если они были со Слизерина. Я помогал советом — сначала сам, ненавязчиво, потом ко мне начали обращаться. Я подавал идеи в работе в группе, старался выглядеть не очень угрюмо и отчаянно пытался понять, чем же так отличаюсь от богатых наследников чистокровных семей, которые отказывались строить со мной приятельские взаимоотношения. Всё-таки я был обычным ребёнком тогда, мне хотелось смеяться над шутками, вместе учить уроки и играть в плюй-камни, но вместо этого меня обходили стороной и за первый семестр не сказали ни слова.
За весь первый курс у меня так и не появилось ни одного друга. Ничто, даже мой «поразительный ум», как говорил Слагхорн, и сила не могли заставить моих однокурсников со мной общаться. Просто потому, что им было хорошо и без меня, просто потому, что они уже сделали обо мне выводы, и потому, что на моём фоне они выглядели бы тупицами. Да и я уже не смог бы назвать никого из них другом, потому что понял одну вещь: все они не отличались от меня ничем кроме наличия семьи и денег. Вообще. Совершенно ничем.
Но это различие, которое даже не было их заслугой, они считали достаточной причиной, чтобы относиться ко мне как к дорожной пыли. Я к концу первого курса мог бы их убить тридцатью разными способами, и в половине я даже не использовал бы палочку. Но они почему-то считали, что красивые шмотки ставят их выше меня. И этого я не мог ни понять, ни простить. Я считал это наивысшей глупостью, мерзостью и лицемерием — кичиться тем, для чего сам не сделал ничего. Я не мог смотреть без отвращения на своих однокурсников и на многих старшекурсников, чьи презрительные взгляды я ловил на себе. С моего первого курса я понял, что я могу поставить их на колени, или даже в более интересную позу, но никто из них никогда не станет мне тем настоящим другом, которого мне так не хватало всё детство. Просто потому, что стоит мне потерять всё — и я потеряю и своих «друзей». Лучше быть одному, чем иметь таких друзей — так я решил. И мне до сих пор кажется, что я был абсолютно прав»


***

— О чём вы с папой разговаривали? — спросил Рон, поочерёдно открывая каждую дверь купе, чтобы удостовериться, что оно занято. Поезд набирал скорость. Они успели вскочить в последний момент, и теперь пытались найти хоть одно свободное купе, где можно было бы расположиться.
— Он предупреждал меня о том, что Блек за мной охотится, — фыркнул Гарри, левитируя перед собой ещё и багаж Рона и Гермионы, помимо своего.
— И мама его не убила? — сделал Уизли большие глаза. — Поверить не могу. Мама так за тебя беспокоится, особенно после того, как мы с близнецами забрали тебя перед нашим вторым курсом. Ты же был тогда совсем как скелет! Вот она с тех пор считает, что тебе не нужно рассказывать ничего шокирующего, а нужно бегать вокруг тебя с веерами и…
— Ничего подобного, Рон, — перебила его Гермиона. — Просто твоя мама думает о том, как бы Гарри сам не отправился искать Блека, правда Гарри?
— Ну конечно, Гермиона, зачем же мне его искать? — фыркнул Гарри. Все трое засмеялись, переглянувшись. Они договорились не разговаривать напрямую о Сириусе, если не будут точно уверены, что их не подслушивают.
— О, вот здесь, кажется, свободно! — обрадовался Рон, сунув голову в очередное купе. — А, нет, занято… Что это за старый пень?
На нижней полке, накрытый латанным-перелатанным плащом, спал человек. Русые волосы были тронуты сединой, вокруг глаз залегли морщины, впалые щёки придавали ему вид больной и несчастный. Да и сама поза человека, скрутившегося едва ли не в калачик, не придавала ему солидности. Больше всего человек походил на интеллигентного бродягу.
— Рон! — возмутилась Гермиона, мгновенно переходя на шёпот. — Это не старый пень, на его чемодане написано, что это Р. Дж. Люпин… Ой.
— Кто?! — насторожились Гарри и Рон. О том, кто именно был четвёртым из Мародёров, им было преотлично известно. Гарри вообще знал всю историю обучения анимагии из первых уст — Сириус долго сокрушался, что его друг поверил в его виновность и ни разу не навестил его за двенадцать лет.
— Наверное, новый преподаватель, — тут же сориентировалась Гермиона, взглядами показывая друзьям, чтобы они ей подыграли и не выдали своего знания.
— М-да, побила же его жизнь, — бестактно ляпнул Рон, за что заработал два красноречивых взгляда. — В смысле, ему сейчас только преподавать. Помрёт же, небось, на второй неделе, собачья ведь работа.
— Рональд Уизли, ты бестактный хам! — взъярилась Гермиона шёпотом, выталкивая его из купе. — Не будем мешать преподавателю, поищем другое купе.
Гарри молча вышел вслед за друзьями, бросив последний взгляд на оборотня. На душе ему вдруг стало паршиво.

просмотреть/оставить комментарии [37]
<< Глава 8 К оглавлениюГлава 10 >>
декабрь 2018  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

ноябрь 2018  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

...календарь 2004-2018...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2018.12.16 20:24:50
Заметки в дорожной пыли [1] (Оригинальные произведения)


2018.12.16 08:34:38
Не забывай меня [7] (Гарри Поттер)


2018.12.15 18:17:12
Raven [24] (Гарри Поттер)


2018.12.12 18:11:02
Янтарное море [6] (Гарри Поттер)


2018.12.09 21:32:12
Чай с мелиссой и медом [0] (Эквилибриум)


2018.12.08 21:38:36
Фейри [4] (Шерлок Холмс)


2018.12.07 16:40:05
Рау [0] ()


2018.12.06 12:21:51
Истории о [0] (Сверхъестественное)


2018.12.06 03:48:43
Вынужденное обязательство [3] (Гарри Поттер)


2018.12.04 14:54:24
The curse of Dracula-2: the incident in London... [11] (Ван Хельсинг)


2018.12.03 21:02:52
Змееносцы [9] (Гарри Поттер)


2018.12.03 10:21:27
Ноль Овна. Астрологический роман [2] (Оригинальные произведения)


2018.12.02 20:49:42
Браслет [5] (Гарри Поттер)


2018.11.26 16:30:40
Охотники [1] (Песнь Льда и Огня, Сверхъестественное)


2018.11.24 20:38:50
Игра вне правил [28] (Гарри Поттер)


2018.11.22 01:17:16
Амулет синигами [113] (Потомки тьмы)


2018.11.20 22:34:54
От Иларии до Вияма. Часть вторая [14] (Оригинальные произведения)


2018.11.20 18:49:34
Слизеринские истории [140] (Гарри Поттер)


2018.11.20 17:57:47
Солнце над пропастью [106] (Гарри Поттер)


2018.11.20 02:50:05
Путешествие в Гардарику [1] (Оригинальные произведения)


2018.11.18 08:54:46
Издержки воспитания [14] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина, Робин Гуд)


2018.11.12 02:41:05
Поттервирши [15] (Гарри Поттер)


2018.11.06 08:03:45
Сыграй Цисси для меня [0] ()


2018.11.05 15:29:28
Быть Северусом Снейпом [235] (Гарри Поттер)


2018.11.05 15:21:33
The Waters and the Wild [5] (Торчвуд)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2018, by KAGERO ©.