Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гарри после ящика сливочного пива перешёл с Северусом на "ты". А Рон после того же ящика перешёл с Северусом на медовуху.

Список фандомов

Гарри Поттер[18569]
Оригинальные произведения[1253]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12794 авторов
- 26890 фиков
- 8695 анекдотов
- 17717 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 20 К оглавлениюГлава 22 >>


  Сыны Всевышнего

   Глава 21. Живая вода
Роман проснулся посреди ночи со странным ощущением тревоги. Внутри словно скрёбся кто-то тоненькими коготками: сердце неприятно замирало, и противный холодок полз по позвоночнику. Путаясь в одеяле, Роман торопливо выбрался из постели и рванул в комнату Бергера. Он почему-то не сомневался, что какая-то опасность угрожает именно злосчастному ботанику. У Романа хватило выдержки открыть дверь в его комнату без лишнего шума и также тихо затворить её за собой. Он постоял немного, привыкая к темноте и прислушиваясь: никаких подозрительных звуков, только собственное дыхание и грохот сердцебиения в ушах. Подкравшись на цыпочках к кровати, на которой должен был спать Кирилл, Роман вздрогнул, внезапно встретившись с ним глазами. Завернувшись в одеяло, Бергер забился в угол и глядел на него оттуда с непередаваемым выражением обречённости на лице.

Роман не придумал ничего умнее, как спросить:

– Ты чего?

Бергер не ответил. И в следующее мгновение Роман понял, почему: Кирилла трясло так, что зуб на зуб не попадал, и он вряд ли мог произнести хоть слово без риска прикусить себе язык.

– Тебе что-то приснилось? – Роман сел к Бергеру на постель и зачем-то пощупал его лоб. – М-да… – Выражение «покрылся холодным потом» можно было применить к Кириллу отнюдь не фигурально. Вытерев влажную ладонь о пододеяльник, Роман решительно обнял Бергера за плечи, и слегка встряхнул. – Вставай. Тебе надо умыться. Водички выпить…

Как был – в одеяле – Кирилл послушно побрёл за Романом. В ванной он со стоном закрылся локтем от резко вспыхнувшего яркого света, но покорно шагнул на шум бегущей в умывальнике воды. А в следующую секунду Кирилл едва не захлебнулся: Роман безжалостно сунул его голову под кран, предварительно позаботившись, чтобы вода была как можно холоднее. Он не отпускал Бергера по крайней мере минуту, пока тот в панике, но что удивительно – молча – задыхался и барахтался под ледяной водой. Когда Роман позволил ему, наконец, разогнуться, Кирилл был уже весь мокрый и дрожал теперь, похоже, от холода. Роман стоял с полотенцем наготове и тут же принялся энергично вытирать Бергеру волосы: не хватало ещё, чтобы это недоразумение простудилось. Мокрое насквозь одеяло было брошено на пол, а взъерошенный продрогший ботаник – за ручку отведён на кухню, где был заботливо укутан тёплым шерстяным пледом и получил чашку свежезаваренного крепкого чая и блюдечко с мёдом.

– Спасибо, – с благодарностью пролепетал Кирилл, когда чай был выпит, и его, наконец, немного отпустило.

– Так что это было? – требовательно спросил Роман.

Бергер, немного поколебавшись, выпростал левую руку из пледа и не слишком охотно протянул её Роману. Через всю ладонь шёл глубокий воспалённый разрез. Роман ахнул и метнулся к аптечке. Дрожащей от волнения рукой он вылил на рану чуть ли не весь флакон перекиси водорода. Шипя и пузырясь, окрасившаяся розовым жидкость полилась на стол.

– Бергер, только не говори, что ты ниндзя или секретный агент, выполняющий по ночам особо опасные задания! – в сердцах воскликнул он, осторожно залепляя порез широким листом бактерицидного пластыря.

– Что? – не понял Кирилл. – Н-нет. Твой патрон пытался меня убить, – устало пробормотал он.

– Кто?! – опешил Роман. – Руднев, что ли?!

– Почему Руднев? – растерялся Кирилл. – Нет. Твой …инфернальный босс – который Руднева терроризировал. До него он добраться теперь не может – там Панарин… А здесь я первую ночь один оказался. Он, как ты понимаешь, зол на меня…

– И он пытался тебя …зарезать?

– Условно говоря, да, – неохотно откликнулся Кирилл.

– Но ты, конечно же, не лыком шит… – почему-то разозлился Роман.

– У меня есть защита, – нахмурившись, лаконично ответил Бергер и отвернулся.

Роман не совсем понимал, что именно его так раздражает: явное нежелание Бергера откровенно говорить о происшедшем, собственное бессилие в этой ситуации (неизвестно что бы он делал, если бы пришёл чуть раньше), или просто пережитый стресс просился наружу.

– Что же он меня-то не навестил? – язвительно поинтересовался Роман.

– Не шути так, – поморщился Бергер. – Да и зачем ты ему сейчас нужен?

– То есть?! – опешил Роман.

– Радзинский надёжно тебя закрыл. Этой гадости пока до тебя не добраться.

Роман устало провёл ладонью по лицу.

– Вы все… Мне хочется перебить вас поодиночке! Почему никто не считает нужным ставить меня в известность о потенциальных угрозах? Всё равно каких – для меня, для тебя…

– Ты же не считаешь нужным спросить, хочу ли я провести в твоём обществе полтора месяца…

Это был удар ниже пояса. Роман аж задохнулся. Нечестно, Бергер. Неспортивно.

– Можешь хоть сейчас уезжать, – всё ещё сдерживая раздражение, гневно сверкнул он глазами.

– Спасибо. За разрешение, – прошептал Кирилл, прикусывая дрожащую губу.

– Вот только не надо слёз! – зло прикрикнул на него Роман, пытаясь скрыть охватившую его панику. – Бергер, слышишь, не смей рыдать в моём присутствии! – сдавленно проорал он. Но Кирилл уже всхлипнул и поспешно вскочил, намереваясь сбежать и предаться печали в одиночестве. Однако, запутавшись в пледе, он споткнулся и повалился прямо в объятия Романа.

– Ну что за манера такая: чуть что – сразу бежать! – возмутился Роман, без особых усилий подхватывая неуклюжего ботаника. – Чего ты ревёшь всё время, как девчонка? – Он посадил судорожно всхлипывающего Кирилла обратно на диванчик и поднял с пола плед. – Испугался, наверное? – запоздало посочувствовал он.

- Н-нет, - упрямо мотнул головой Кирилл. И Роман вдруг явственно ощутил, что Бергер говорит правду: нет в нём страха. Вообще. Он издалека задумчиво наблюдает за всем, что происходит здесь, на земле с его телом, и нисколько не беспокоится за исход событий. Как будто он этот фильм уже смотрел и точно знает, чем дело кончится.

Роман ощутил вдруг прилив – нет, не жалости – а самого горячего сочувствия. Настоящего со-чувствия. И Бергер сразу перестал быть чужим. Все его душевные движения неожиданно стали доступны Роману. Он даже дыхание затаил, боясь спугнуть нарождающееся …доверие?

Как так получилось? Но сомнений быть не могло: он мог просматривать Бергера, проникать в его сознание, читать его мысли и чувства. Понял ли это сам Бергер? Похоже, да. Вон как внимательно смотрит опухшими от слёз глазами. Такой несчастный. Сам себе не верит.

– У меня глаза слипаются, – говорит он устало. Ну, конечно – у него нет сил, сейчас с этим разбираться. Может, в этом всё дело: Бергер ослаблен и только благодаря этому Роман получил доступ к его сознанию?

– Хочешь, я лягу в твоей комнате? – сочувственно спрашивает Роман.

– Нет, – гордо всхлипывает Кирилл. – Это будет …странно.

– Меня это как-то мало волнует, – откровенно признаётся Роман.

– Всё равно – нет, – решительно отказывается Бергер. – Я возьму этот плед? А то моё одеяло…

– Конечно, о чём речь! Да и одеяло я тебе сейчас другое принесу.

– Не надо. Я вырублюсь прямо тут, если немедленно не окажусь в постели.

Роман помогает ему подняться, несёт за ним плед. Кирилл, и правда, движется как лунатик. Оказавшись в кровати, он немедленно закрывает глаза и сквозь сон бормочет:

– Открой, пожалуйста, шторы. А то – темно…

Роман укрывает Бергера пледом, отдёргивает гардины и стоит в нерешительности: может, надо всё же остаться?

– Иди, – еле слышно лопочет Кирилл.

Романа вдруг осеняет:

– Ты же можешь меня позвать, если что! Пообещай, что позовёшь, – требует он.

Кирилл кивает:

– Ладно. Только… слишком рано меня не буди… – и засыпает.

Роман уходит к себе и размышляет: почему он проснулся? Бергер его не звал – это точно. Значит, он уже тогда мог чувствовать, что происходит с Кириллом и потеря энергии тут ни при чём…

Ну почему вечно не у кого совета спросить?!!

Роман даже не заснул – не было никакого момента перехода в иное состояние сознания – просто с досадой махнул рукой и пошёл вдоль берега уже знакомой реки.

Вскоре до него донеслось блеяние овец, весёлые голоса пастухов, смех и плеск воды. Барашки, тесня друг друга, живой лавиной устремились к источнику влаги.

– Шалом! – Приветственные объятия со всех сторон, одобрительные возгласы и ободряющие похлопывания. – Ты дошёл до реки! – Живой интерес, легкое вежливое удивление на лицах, недоверчивое цоканье языком.

– Я настолько безнадёжен, что это вызывает удивление? – обречённо спрашивает Роман, украдкой озираясь по сторонам в поисках величественной фигуры в белом. Но старец уже стоит рядом.

– Шалом алейха, – приветливо кивает он. – Ты звал меня?

– В общем, да… – теряется Роман.

– Хочешь поговорить о Ключе?

– Да! – горячо соглашается Роман. – Раньше я не мог проникнуть за его ментальную защиту, а теперь я ощущаю все его мысли и чувства как свои собственные! – торопливо выпаливает он.

– Что же в этом удивительного? – ласково усмехается старец. – Он сам тебе позволил. Привёл сюда и дал возможность погрузиться в эту воду.

– Погрузиться в воду… – бормочет Роман, задумчиво глядя на реку, к которой его теперь тянет, как магнитом.

– Можно сказать, что это его послание тебе, образ его Любви. Ты – вода, которая кипит. Её нельзя пить, ею нельзя умыться – только обжечься. А эта вода – живая. Она очищает, утоляет жажду, приносит удовольствие, в конце концов.

– Насчёт кипятка – это метафора – я понял, – по губам Романа змеится ядовитая улыбка.

– Это – метафора, да, – смеётся старец. – А это, – он указывает в сторону реки, – соответствие…

Они оба смеются – легко и радостно. Роман чувствует, как раздражение отпускает его – даже дышать становится легче. Они садятся под деревом – кажется, даже под тем же самым, которое днём выбрал Бергер – и долго молчат, наблюдая скольжение белых облаков в синем небе и их подёрнутое рябью отражение – в прозрачной воде.

– Как ты думаешь, откуда берутся мысли? – неторопливо поглаживая бороду, начинает старец.

– Я бы сказал – изнутри, если бы сам точно не видел, как они вторгаются в ментальное поле человека извне.

– Хорошо, – одобрительно кивает старец. – А ты замечал, что они отличаются друг от друга?

– В смысле – есть «плохие», а есть «хорошие»? – ухмыляется Роман.

– Ты не согласен? – с утрированным удивлением глядит на него старик.

Роман вздыхает с тоской.

– Ну, согласитесь, что это по-детски как-то. В действительности всё гораздо сложнее…

– В действительности всё гораздо проще, – настаивает старец. – Источника всего два. Ты принимаешь то, что исходит из одного и отбрасываешь то, что приходит из другого.

– Вы про первую ступень… – с досадой роняет Роман.

– Про неё. Ты должен принять решение. И следовать ему. Не будет усилий с твоей стороны – не будет результата.

– Да понял я, понял… – Роман поднимается и идёт к реке, на ходу сбрасывая одежду. Набрав в лёгкие побольше воздуха, он с головой погружается в прохладную ласковую воду. Он ныряет и резвится как рыба, потом ложится на спину и медленно дрейфует, позволяя течению нести себя в неизвестном направлении.

Уже никого нет на берегу, а Роман всё плещется в реке, как ребёнок. Разглядывает камушки на дне, приманивает маленьких серебристых рыбок, зарывается пальцами в золотистый песок. Совершенно неведомые прежде чувства теснятся в груди. Их так много и они такие яркие, что, кажется, сердце сейчас разорвётся от безумного восторга, от превосходящей всякую меру Любви ко всему сущему и от полноты бытия.

Вода поглощает Романа со всеми его тревогами и страхами. Она заполняет его чистым беспримесным счастьем, дарит ощущение ни чем ни сравнимой чистоты помыслов, кристальной ясности сознания и безмятежности духа. И всего этого много – слишком много, чтобы можно было здраво рассуждать о происходящем или попытаться остановиться.

В конце концов, у Романа не остаётся сил удерживать эту реальность во всех подробностях. Он чувствует, что засыпает, но это не волнует его и он погружается в сон с улыбкой, зная точно, что вернётся сюда не раз, чтобы задать свои вопросы и получить ответы – без слов – а, значит, наиболее полные, исчерпывающие и всеобъемлющие. Ответы, которые можно бесконечно анализировать, разбирать на составные части, любоваться нюансами и общим сочетанием парадоксальных смыслов. Ответы, которые можно просто вдыхать, впитывать, не пытаясь вникнуть в частности или понять, как они устроены. Потому что есть Источник, который щедро одаривает жаждущий дух знанием настолько полным и глубоким, насколько ты можешь вместить. И потому что есть Бергер, которого язык уже не поворачивается назвать равнодушным безликим словом «Ключ».


***

Проснулся Роман на рассвете. Ночью прошёл дождь, и теперь было свежо и тихо. Сонные капли изредка срывались с ветвей и звонко плюхались на мокрую траву, над которой невесомой периной парил туман. Смотреть на это великолепие из окна было недостаточно. Наспех одевшись, Роман спустился в сад и долго наслаждался безмолвием и интимностью словно для него одного замерших в тумане живых картин.

В душе его и в мыслях царила сейчас удивительная тишина, словно перекрыли бушевавший доселе кран с кипятком, который бурлил и обжигал всё внутри, или выключили, наконец, постоянно орущий радиоприёмник. Роман открыл для себя, что можно любоваться самыми обыденными вещами – вроде золотистых древесных волокон в толще влажных ступенек крыльца, а уж природа оказалась и вовсе неиссякаемым источником восторга. Никогда ещё так долго не добирался он до своей любимой скамейки под липами. Красота мира словно засасывала его, он замирал на каждом шагу и смотрел, смотрел, как загипнотизированный…

А затем вдруг брызнуло солнце. Это было такое дивное зрелище: бриллиантовая игра света в миллионах капель и вспыхнувший золотом и радужными пятнами туман, что Роман просто задохнулся от восторга. Он понял, что по лицу его текут слёзы, только когда внезапно оказавшийся рядом Радзинский бережно вытер своим платком его мокрые щёки.

– Ай да Шойфет! Ай да молодец! – улыбаясь, негромко пробасил он и принялся аккуратно собирать в огромном количестве прилипшие к одежде Романа разноцветные нитки. Он тщательно расправлял их и складывал вместе, зажимая до поры до времени в кулаке. – Подержи, – скомандовал он, когда все до единого волоконца были сняты с романова облачения. Нити оказались горячими – не обжигающими, просто горячими – и живыми: они пульсировали у него в руке, и от их биения покалывало током пальцы.

Дед начал сосредоточенно сплетать широкую узорчатую ленту. Работал он в этот раз неторопливо и Роман успел разглядеть, как из кончиков пальцев Радзинского вытекают радужные нити и свиваются вместе с романовыми в замысловатый орнамент. Лента в этот раз вышла очень длинной и достаточно широкой. Дед довольно хмыкнул и повязал её Роману на талии как пояс.

– Владей, – усмехаясь, сказал он.

– Катарсис? – радостно ухмыльнулся в ответ Роман.

– Соображаешь, Шойфет, – одобрительно хохотнул Радзинский и протянул Роману платок.

– Я скоро буду как Бергер… – Роман промокнул всё ещё мокрые глаза и высморкался.

– И что тебя смущает?

– Буду восторженно ахать при виде птичек и цветочков. Рыдать по любому поводу. Кошмар…

– Чувства – это не слабость, – наставительно сказал Радзинский. – Хотя подлинная эмоция вообще только одна – Любовь. Остальные эмоциональные вибрации только терзают человека как крысы, растаскивая его энергию. Настоящий мужчина – больше, чем мужчина. И настоящая женщина – больше, чем женщина. Чтобы стать человеком, необходимо соединить в себе мужские и женские качества в нужной пропорции. Нет ничего зазорного для мужчины в том, чтобы восхищаться или плакать. Так же как ум и решительность не портят женщину. Мужчина – это знание и мудрость. Женщина – любовь и стремление. Мужчина, в котором нет любви – просто примитивный самец, а женщина, которая не ищет мудрости – пустая кукла. А смысл существования человека любого пола – один – развитие. Постоянное возрастание духа. Расширение сознания. Интеграция всех планов бытия. Смысл жизни – один. Пути могут быть разные: у мужчин и у женщин. Но в любом случае, они не могут обойтись друг без друга.

– «Вайивра Элохим эт-хаадам… бара ото захар ункева бара отам»(1) – задумчиво процитировал Роман.

– Точно, Ромашка, – одобрительно кивнул Радзинский. – Цельное существо – только Человек. Порознь – каждый представляет свой пол – половину целого. Если не станет чем-то большим.

–Шефа удар бы хватил, – пробормотал Роман, со счастливым вздохом обхватывая деда руками. – Если бы он увидел, как я сопли тут распускаю…

– Ему сейчас точно не до этого, – весело заметил дед, обнимая его в ответ. Они постояли так немного. – Ну, мне пора, Ромашечка, – вздохнул Радзинский, целуя подростка в растрёпанную макушку. – Дел – невпроворот.

– А, давайте, я Вам помогу, – вдохновенно предложил вдруг Роман.

– Обязательно поможешь. Только чуть позже, – серьёзно заверил его дед. – Куда ж я без тебя? А сейчас у тебя главное дело – ты сам. Чем быстрее ты со своими проблемами разберёшься, тем скорее сможешь делу помочь.

– Какому делу? – не преминул поинтересоваться Роман.

– Важному, – подмигнул Радзинский, ещё раз погладил его по голове и пошёл к калитке.

Роман ринулся было за ним, но за поворотом уже никого не было.

Утро всё ещё было прекрасным, но Роман теперь словно выпал из общего ликования: ему было хорошо и спокойно, но как-то …пусто. Он побрёл в дом, вспомнив, что ещё не завтракал и впервые сознательно не стал варить себе кофе – не хотелось…


1 «И сотворил Бог человека… сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» – (древнеевр.). Быт. 1, 27.



***

– Проснулся, наконец? – бодро поприветствовал приятеля Роман, едва заслышав его шаги на лестнице. И сразу отложил в сторону книгу. – Садись, я за тобой поухаживаю.

Он подвинул заспанному вялому Бергеру стул, обмахнул стол салфеткой, налил ему чаю. Поставив перед ним нарезанный сыр и ветчину, он услышал слабое:

– Вообще-то сегодня постный день…

– И что же мне с тобой делать? – озадачился было Роман. Но довольно быстро нашёлся: разыскал в шкафчике мармелад и печенье, а на плите – горячую ещё сковородку, на которой аппетитно дымилась жареная картошка с грибами – ведь, сказать по совести, было уже время обеда, и Лидия Вениаминовна расстаралась заранее, не зная, когда мальчики имеют привычку вставать с постели.

Понаблюдав, как апатично Кирилл ковыряется вилкой в тарелке, Роман присел рядом, пощупал ему лоб, потом взял пораненную ночью руку и перевернул ладошкой вверх.

– Мне кажется, пластырь надо снять, – он вопросительно взглянул на измученного ночными приключениями ботаника. Тот равнодушно пожал плечами. Роман понял, что инициатива полностью отдана ему.

Под пластырем оказался только тоненький, как ниточка, розовый шрам, идущий через всю ладонь.

– Аверин тебя навещал? – усмехнулся Роман. Кирилл согласно кивнул. – Кипарисом пахнет… – Он вдруг, по какому-то наитию, решительно забрал у Бергера вилку и принялся настойчиво его кормить. – Ну, давай: за папу, за маму, за меня, опять за меня, ещё раз за меня, снова за меня…

Когда Кирилл начал слишком активно сопротивляться и отворачиваться, он, как заправская нянька, вытер его губы салфеткой, подождал, пока тот выпьет чай, и повёл его в сад.

– Смотри, Коко, какой чудесный гамак, – радушно вещал он. И тут же прибавлял заботливо, – Ложись, я тебя покачаю. – Но Кирилл отрицательно помотал головой. – Нет? В таком случае могу предложить шезлонг, – не сдавался Роман. Он был сегодня на редкость терпелив и великодушен. – Тебе на солнышко его поставить или в тень? Опять нет? – Роман со вздохом опустил руки.

Кирилл тем временем прошёлся между деревьев, оглаживая их шершавую кору, выбрал старую сосну и сел под ней прямо на землю, прислонившись спиной к нагретому солнцем стволу. Руки он положил ладонями на траву и замер, прикрыв глаза.

Роману пришлось сесть с ним рядом.

– Скажи, Коко… – деликатно кашлянул он через некоторое время, успев понять, что Бергер явно не здесь. И даже совершенно ясно – где. Но отправляться туда за ним Роману отчего-то сейчас не хотелось.

– Не называй меня этим дурацким именем, – монотонно проговорил Кирилл, не открывая глаз.

– Ну, уж не-ет, – мстительно протянул Роман. – Если я – Шойфет, то ты – Коко.

– По-моему, это уменьшительное от «Николай», – вежливо парировал Бергер.

– Меня это не волнует, – заверил его Роман.

– Я смотрел этот фильм(2). Там всё, кажется, плохо кончилось. Для всех «Коко»…

– Бергер, не упрямься, а не то я придумаю тебе имечко похлеще!

– А с чего ты вообще вдруг взялся придумывать мне прозвище? – Бергер приоткрыл на мгновение один ярко-голубой глаз.

– О-о! Ты зришь прямо в корень, Бергер! Я тут раскопал этимологию твоего имени и понял, что мне не улыбается, обращаясь к тебе, всё время называть тебя «Господин». Греки, вообще-то к Богу обращаются: «Кирие, элеисон»(3)… А я значит буду: «Как дела, Кир», «Увидимся, Кир», «Чего изволите, Кир»…

Бергер наконец-то искреннее развеселился. Блеснув белозубой улыбкой, он предположил:

– А, может, так и задумано?

– Кем задумано, солнышко? – зловеще поинтересовался Роман.

Всё ещё не открывая глаз, Кирилл указал пальцем наверх:

– Там…

Роман вдохнул поглубже, с трудом удерживаясь от желания слегка расцарапать ботанику его ангельскую физиономию.

– Ну, если так задумано, то пусть меня об этом оповестят. Оттуда. Коко.

Широко улыбаясь, Кирилл открыл, наконец, глаза и радостно оглядел Романа с ног до головы.

– А жалко, что тебе от маминой внешности только глаза достались, – неожиданно посетовал он.

– А тебе чего бы ещё хотелось? – подозрительно прищурился Роман.

– Было бы здорово, если бы волосы у тебя тоже, как у неё, были – чёрные и кудрявые…

– Ага. И сразу тогда нашивку на рукав: звезда Давида и надпись «Júde».

– Да тогда и нашивки было бы не надо!.. – звонко захохотал Кирилл.

– Спасибо, дорогой. Мне вполне хватает папиного носа, – сдержанно поблагодарил Роман.

– Гулять сегодня пойдём? – безо всякого перехода спросил вдруг Бергер.

– Как скажешь, Коко, – развёл руками Роман, как будто собираясь обнять развесёлого ботаника.

– Значит, пойдём, – обрадовался Кирилл. – Давай, прямо сейчас? А?

– Не ожидал от тебя такой прыти, – Роман скептически поджал губы. – Ещё полчаса назад вид у тебя был довольно квёлый… Ну, пойдём. – Он поднялся и помог встать Кириллу.

Через пару минут они уже шагали по дороге к озеру.

Бергер был в отличном настроении. Он скакал на одной ножке, размахивал руками, что-то даже пел. Роман терпел и смирялся, напоминая себе, что счастливый и радостный ботаник – в тысячу раз лучше, чем унылый, капризный и больной. Ему безумно хотелось задать Кириллу один вопрос, но он боялся испортить ему настроение, поэтому молча шёл рядом и вздыхал.

– Ну, спрашивай уже, – не выдержал Кирилл, останавливаясь.

– Что? – растерялся внезапно вырванный из задумчивости Роман.

– Задавай свой дурацкий вопрос, – терпеливо пояснил Кирилл.

– Почему это он дурацкий? – искренне обиделся Роман.

– Потому что и без вопросов нормальному человеку ясно, что заставляет людей помогать друг другу.

– Помогать? Бергер, то, что ты сделал в своей прошлой… нашей прошлой жизни, явно называется каким-то другим словом, а не банальным «помогать»… И мне непонятно, почему ты это сделал. Что тобой двигало?

– А тебе не приходило в голову заглянуть глубже? – рассеянно глядя куда-то мимо Романа, поинтересовался Кирилл.

– В каком смысле «глубже»?

– Глубже в прошлое, глубже в себя…

– Та-ак… Опять мне что-то важное не досказали…

– А почему кто-то постоянно должен носом тебя тыкать – что тебе делать? Ты сам-то – отчего не поинтересуешься?

– Поинтересуешься чем? Все чего-то от меня хотят, но толком не объясняют – что!!!

– Да проблема не в этом!

– А в чём же, интересно?

– В том, что сам ты хочешь совершенно другого. И если просто предоставить тебя самому себе, ты с завидной активностью двинешься по проторённой дорожке и в два счёта обставишь Руднева с его кровавыми ритуалами. И тебя не надо будет подгонять. Ты живенько всё раскопаешь, всё освоишь, во всём разберёшься!

– Ну, так может, не надо мне мешать?!! – в бешенстве рявкнул Роман.

– Мешать?.. – губы Кирилла искривились в явном намёке на приближающиеся слёзы. – Я не собираюсь тебе …мешать… – Бергер развернулся и, низко опустив голову, быстро пошёл назад, к дому.

– Стоять!!! – гаркнул Роман ему вслед. Кирилл только ускорил шаг. – Бергер!!! Да что же это такое?!! – он догнал спотыкающегося ботаника, развернул к себе. Лицо Кирилла было вполне ожидаемо залито слезами. – Прекрати реветь! – в ярости прошипел Роман, но от этого слёзы из глаз Бергера полились ещё обильнее и он уже начал судорожно всхлипывать – совсем, как ночью. Роман скрипнул зубами и с чувством отвесил Бергеру пару хлёстких пощёчин. Тот испуганно распахнул глаза и замер, хватая ртом воздух.

Роману отчего-то вдруг стало так стыдно и так жалко несчастного ботаника – даже сердце заныло.

– Я сдаюсь, – неожиданно для самого себя выпалил он. – Каюсь: мне отчего-то казалось, что раз ты Ключ, значит, тобою можно пользоваться. Нужно только разобраться – как. Мне тебя никогда не понять – я уже убедился. Поэтому: сдаюсь на твою милость, Кир. Надеюсь, ты точно знаешь, что делаешь… Можешь быть уверен: я буду исполнительным и послушным. Потому что у меня нет выхода. Во всяком случае, я его не вижу. Не убивать же тебя в самом деле!.. Поэтому – поступаю в полное твоё распоряжение… Успокоился? – как можно дружелюбнее спросил Роман. – Тогда пойдём. – Он крепко взял Бергера за руку и не спеша повёл прежним маршрутом – к озеру. Кирилл всё ещё всхлипывал, но слёз больше не было. Он покорно брёл за Романом, который время от времени косился на него, каждый раз испытывая при этом жгучее желание побиться головой об стенку. Или как-нибудь ещё наказать себя. И тогда Роман сгоряча пообещал себе, что больше никогда не обидит Кирилла. И никому не позволит. Хай Адонай(4)! Ещё бы не сорваться…


2 Имеется в виду французский фильм с Жан-Полем Бельмондо в главной роли, который в советском прокате назывался «Частный детектив».
3 «Господи, помилуй» – греч.
4 «Жив Господь!» – (древнеевр.); часто встречающаяся в Библии клятва.



***

Когда они дошли, наконец, до озера, Бергер уже еле волочил ноги. Роман отчётливо ощущал его усталость, поэтому очень удивился, когда почувствовал, что открывшийся перед ними вид мгновенно заставил Кирилла забыть обо всём на свете.

– Как красиво! – ахнул он и, отпустив романову руку, пошёл к воде, словно зачарованный.

Покрытые бронзовым загаром стройные сосны сбегали с крутого обрыва к золотистой песчаной полоске пляжа. Озеро лежало перед ними, как драгоценность: золото, лазурь, тёмная зелень хвои и красноватые пятна сосновых стволов – идеальное сочетание.

Сегодня здесь было пустынно. День был не то чтобы пасмурный, но на солнце периодически набегали плотные белые облака и тогда резкий ветер морщил идеально ровную водную гладь. К тому же ночью прошёл дождь. Очевидно, что вода в озере сегодня должна быть холодной.

Роман усмехнулся и, стянув футболку, толкнул Бергера плечом:

– Раздевайся.

– Ты что? – поразился Кирилл, с недоумением уставившись на него. – Хо-холодно же!.. – и он выразительно поёжился.

– Лечить тебя будем, – ласково пояснил Роман. – Раздевайся. – И, не дожидаясь ответа, расстегнул на бергеровой рубашке несколько верхних пуговиц и ловко стянул её через голову.

– В смысле – лечить? – насторожился Кирилл, послушно расстёгивая джинсы.

– Стабилизировать твой эмоциональный фон. Гармонизировать витальную энергию… – Голос Романа звучал расслабляющее ровно, а его чёрные глаза гипнотически бесстрастно глядели на Бергера, не отрываясь и даже не моргая.

– Хо-хорошо… – Бергер запрыгал на одной ноге, стаскивая обувь. – А с чего ты взял, что это поможет?

– Читал, – коротко ответил Роман.

– Вот так вот: просто где-то прочитал и сразу на живых людях пробовать?! – возмутился Кирилл.

– Обычно я на себе испытываю. Всегда получалось… – Роман с вежливой улыбкой продолжал настойчиво теснить Бергера к воде. – Ты только сразу заходи, – предупредил он. – Тогда будет не холодно, – и вдруг толкнул доверчивого ботаника прямо на глубину.

Кирилл не успел даже завопить от ужаса, потому что сразу захлебнулся и пошёл ко дну. Роман подоспел как раз вовремя, чтобы поддержать его и насладиться произведённым эффектом: глаза у Бергера округлились до размера кофейных блюдечек.

– Тихо-тихо-тихо, – успокаивающе пробормотал он, снова гипнотизируя его взглядом. – Ложись на спину, – шепнул он. – Обещаю, что буду крепко тебя держать. – И желчно добавил, – И учти: я всё чувствую. Например, что ты мне не доверяешь…

– Расслабишься тут, – проворчал Кирилл, закрывая глаза. – Ну, что теперь?

– Теперь, Кирюша, позволь воде унести все твои переживания… Ты чувствуешь, как они утекают? – Роман, удерживая Кирилла на вытянутых руках, слегка покачивал его, как ребёнка. – Зелёный свет видишь?

– Вижу.

– Отпусти его. Пусть течёт свободно. А ещё лучше – сделай, чтобы он стал золотистым, потом - белым.

– И всё ты врёшь, Шойфет, – не открывая глаз, пробормотал Кирилл. – Не мог ты такого нигде прочитать…

– Какая разница, – ухмыльнулся Роман. – Прочитал, не прочитал… Я точно знаю, что слёзы тебя ослабляют. И я буду окунать тебя в холодную проточную воду до тех пор, пока ты не станешь непрошибаемым, как Далай-лама. Так что в твоих же интересах достичь нужного эффекта за максимально короткое время.

– Того же эффекта можно достичь и менее шокирующим способом, – Кирилл немедленно ухватился за спасительную мысль и даже забарахтался, пытаясь освободиться. Но Роман строго шикнул на него и Бергер покорно затих.

– Дыхание?

– Вот именно.

– Так отчего ж ты не воспользуешься таким чудесным методом? Или ты не считаешь свою слезливость проблемой? Вижу, что попал в точку…

– А ты меня не расстраивай, – умиротворённо проговорил Кирилл. Он определённо умел впадать в сомнамбулическое состояние – через пару секунд он совершенно отключился и очень удивился, обнаружив себя стоящим на мелководье.

– Одевайся – замёрзнешь. – Видно было, что Роман от души развлекается, наблюдая за выпавшим из реальности товарищем.

– Здорово, Шойфет! – радостно защебетал Кирилл, потянувшись за рубашкой. – Может, ты будешь мне сказки на ночь рассказывать? – возбуждённо тараторил он, сражаясь с непослушными пуговицами.

– Я только страшные знаю, – насмешливо покосился на него Роман.

– Фу, какой же ты вредный! Вот я бы ради тебя расстарался – разучил бы парочку радужных волшебных историй...

– У тебя что – бессонница?

– Я бы так не сказал… – замялся Кирилл.

– Ну, колись уже, – благодушно прищурился Роман. Он с сомнением поглядел на мокрые волосы Бергера, потом бросил взгляд на свою футболку, которую держал в руках и со вздохом «сопливый ботаник – двойное зло» тщательно вытер кириллову шевелюру. – В следующий раз надо будет полотенце не забыть. Вечно с тобой: сплошные авралы и импровизации…

– А с тобой всё так предсказуемо: сплошная рутина, – съязвил Кирилл, с трудом натягивая джинсы прямо на мокрые плавки. – Б-р-р, мне уже хочется переодеться!

Обуваться Бергер не стал – направился к дому босиком.

– Так что там с твоими снами? – напомнил Роман.

– Честно говоря, язык не поворачивается называть их снами, – вздохнул Кирилл. – Я так устаю иногда… Если бы можно было хоть изредка отключаться, как сейчас, я был бы счастлив! Я чувствую себя так, будто заново родился. Правда, Шойфет! Я так тебе благодарен!

– Вот видишь – уже благодарен, а упирался…

С мокрой футболкой на плече Роман шагал – по примеру Бергера – босиком. Переборов свою патологическую брезгливость, он с наслаждением загребал тёплую пыль босыми ступнями и чувствовал себя отчего-то невероятно счастливым. «Может, мы с Бергером теперь, как сообщающиеся сосуды?» – подумалось с лёгким оттенком тревоги. «Похоже на то», – подсказал здравый смысл. Однако Роман предпочёл не развивать эту идею: когда не знаешь наверняка – оно как-то спокойнее…

просмотреть/оставить комментарии [3]
<< Глава 20 К оглавлениюГлава 22 >>
сентябрь 2022  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

август 2022  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2022.09.28 13:18:39
Отвергнутый рай [38] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2022.09.27 15:20:38
письма из пламени [0] (Оригинальные произведения)


2022.09.27 10:42:47
Танец Чёрной Луны [7] (Гарри Поттер)


2022.09.26 01:49:17
Выбор Жизни [7] (Евангелион, Научная фантастика)


2022.09.23 19:23:55
После дождичка в четверг [5] ()


2022.09.22 18:49:51
Соседка [2] ()


2022.09.10 23:28:23
Nos Célébrations [0] (Благие знамения)


2022.09.06 15:09:41
И по хлебным крошкам мы придем домой [3] (Шерлок Холмс)


2022.09.02 00:00:53
Последняя надежда [5] (Гарри Поттер)


2022.08.28 22:32:15
Моя странная школа [5] (Оригинальные произведения)


2022.08.25 16:02:06
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2022.08.16 22:09:41
Змеиные кожи [1] (Гарри Поттер)


2022.08.08 18:58:19
Глюки. Возвращение [242] (Оригинальные произведения)


2022.08.08 12:50:30
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2022.08.07 19:51:08
Вы весь дрожите, Поттер [7] (Гарри Поттер)


2022.07.24 22:31:16
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2022.07.02 08:10:00
Let all be [38] (Гарри Поттер)


2022.06.24 19:20:20
От меня к тебе [10] (Гарри Поттер)


2022.06.23 08:48:41
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2022.05.28 13:12:54
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2022.05.23 22:34:39
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.05.19 00:12:27
Капля на лезвии ножа [3] (Гарри Поттер)


2022.05.16 13:43:22
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.05.14 07:36:45
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2022.05.07 01:12:32
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.