Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

О нелегкой доле оруженосцев

Автор: Lana Valter, Shiae Serpent
Бета:Кон
Рейтинг:NC-17
Пейринг:Робин Гуд/Гай Гисборн, намек на Алан Э'Дейл/Мач
Жанр:Humor, Romance
Отказ:Все, кроме самого написанного безобразия, принадлежит авторам канона )
Аннотация:О ссорах, примирениях и способах согреться.
Написано для команды Робин Гуда на Фандомную Битву 2014
Комментарии:1. К тексту есть иллюстрация авторства Диты ) http://i.imgur.com/SMzb0gx.jpg
2. Есть аудиоверсия текста, читает Lynx_by. Здесь можно слушать http://pleer.com/tracks/12258520ezfV, а здесь скачать https://yadi.sk/d/3yfH45RKbBRUF. Длительность начитки 10:46 мин; вес 10 Mb

Размещение запрещено в любом виде.
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2014-11-25 15:23:02 (последнее обновление: 2014.11.20 02:32:44)
  просмотреть/оставить комментарии
— У-и-и-и!
— Кровь Христова и груди Богородицы!
— У-и-и-и!
— Да заткнешься ты, проклятая тварь!
Алан, только-только задремавший, попытался не обращать внимания на шум, но тут по нему промчался поросенок, за которым кто-то гнался. И если поросенок умудрился просто потоптаться, то человек споткнулся о зарывшегося в сено Алана и рухнул сверху, отдавливая то, что еще не успело отдавить шустрое жаркое с острыми копытцами.
— Ах ты скотина поганая!
— Сам такой, — буркнул Алан и выбрался из-под навалившегося сверху тела, которое при ближайшем рассмотрении оказалось Мачем. — И ты, и хозяин твой обожаемый.
— На своего посмотри, предатель! Робин меня хоть в сарай ночевать не выгоняет.
— Ну да, он тебя поросят по этим сараям красть отправляет!
— Неправда, я сам!
— Вот и я сам, — тяжело вздохнул Алан.
— Достал? — почти участливо осведомился Мач.
— Достал. Настроение у него плохое, а по шее кто получает? Алан! Я что, виноват что он свои горести в кувшине топит? И что по пьяни не соображает. Ты бы видел, какую девицу он вчера приволок, по ночи привидится, топором не отмахаешься. Еще и орал на всю округу, что правильная женщина должна быть бородатой. А утром что? "Алан, ты куда смотрел?!" — передразнил он, закрыл лицо ладонью и скорбно покачал головой. — Нет бы спасибо сказать, что я эту девицу поутру выпроводил огородами, чтобы соседи не увидели!
— Понимаю, — Мач порылся во втором мешке и выудил пузатую оплетенную бутыль. — Думаешь, мне легче? Робин вон третьего дня тоже... того. А потом разнес обоз из аббатства и к послушнику домогался, при этом на всю округу вещал, что спасет прекрасную леди и еще всякое... некуртуазное.
— Спас?
— И спас, и уговорил! А поутру по всему лесу от того послушника удирал, а тот за ним, почитай, голышом носился и распятием огреть норовил. Потому как на трезвую голову Робин что додумался спросить? "А где леди?"
— Третьего дня, говоришь? — Алан поскреб в затылке и перехватил у Мача бутыль. — Как же, слышал. Шериф тогда еще лично к аббату ездил, разбираться. Ну и я с Гаем тоже. Два бочонка церковного кагора разбирались. Причем половину Гай изволил в одно ры... лицо уговорить. А после ему Робин померещился, и он за ним гонялся. Трапезную разнес, двум монахам челюсть своротил, телегу во дворе в щепки порубил. А после, прости Господи, в колодец наблевал.
— Подумаешь, колодец. Не отлучили же. А вот когда Робина с неделю назад в замок понесло!..
— Помню я, как его понесло, — Алан скривился. — Непонятно, какого дьявола. Ведь за три дня до этого были, утащили все что, не прибито!
— Обиделся он, — мрачно ответил Мач. — Вейзи же прием устраивал. А Робин граф, самому королю родня. И его не пригласили! Тем паче вино закончилось, ну, то, которое мы вместе с казной прихватили.
— Вот едва закончилось, так и обиделся, думаю? А спальню Вейзи зачем подожгли? И фейерверк в нужник бросили?
— У Робина спроси, — развел руками Мач. — А фейерверк хорошо взорвался, Джак постаралась.
— Она постаралась, а в замке два коридора дерьмом залило! Не думал, что наша стража столько срет! Только я пристроился в уголке, вина себе налил. Гай в кои-то веки не орет, с аббатисой заезжей общается, а тут вы... И дерьмо по коридору!
— Ну, так вышло.
— Эх! — Алан махнул рукой. — Ладно бы это только. Так нет же, Гай разозлился. Решил вас найти и проучить. По ночи! В лесу! Хорошо хоть флягу с собой захватить догадался, чтобы греться. Так мы всю ночь по лесу шлялись. С воплями: "Выходи, Гуд, бить буду!"
— Ну да! Два раза через лагерь прошли и не заметили! Робин уже думал выйти и сам побить, но того... выход не нашел из хижины.
— Н-да...
— Правильно говорят: пьянство — зло.
— Да не пьянство, а недоёб.
— Так ты знаешь?
— Знаю.
— Угу...
Некоторое время оруженосцы молча передавали друг другу бутыль. За стенами сарая завывало, из щелей тянуло холодом.
— А с чего они вообще начали-то? — нарушил молчание Алан.
— Кажется, с визита тех рыцарей, из ордена. Проезжали почти три седмицы назад.
— Помню. Командор ихний в шахматы хорошо играет.
— С чего ты взял?
— Ну, они с Гаем играли, пока тот в замке гостил. И на охоту вместе ездили.
— Вот-вот, а потом Робин стал злой как черт.
— А Гай с одной охоты с фингалом явился.
— А потом Робин опять заключенных освобождал. Точнее как — мы освобождали, а за ним твой погнался. Уж неясно, догнал или нет. Ты же там был?
— Был. Догнал. Поначалу так друг друга честили, что будь это правдой, с ними бы распоследняя портовая шлюха здороваться побрезговала. Дальше кулаками махали. Гай Робина заломал, ну и... — Алан кашлянул. — В общем, когда Гай его мордой в стол и штаны сдирать начал, я от греха в коридор, караулить... Но он тогда не церемонился.
— Да помню. Робин после прихрамывал и совсем бешеный был. А потом в лагерь довольный явился, коня приволок и доспехи.
— А Гай тогда с речки в одном исподнем вернулся и через всю деревню прошел на потеху крестьянам. Ну и понеслось...
— Может, помирятся? Совсем ведь житья не стало.
Мач допил вино и отшвырнул пустую бутыль.
— Может, — Алан проводил опустевшую посудину тоскливым взглядом и поежился от холода. — Меня вот Гай сегодня из поместья выставил. Велел ночевать, где угодно, и носа в дом не казать. А вина больше нету?
— Нету. — Мач тоже поежился. По сараю гуляли сквозняки, да и дверь он прикрыл не слишком плотно.
— В поместье тепло, — печально протянул Алан. — А мы тут сиди и думай, как согреться. И выпить нечего.
— Точно, — согласился Мач. — Может, сходим?
— В поместье? Но Гай велел...
— Гай наверняка занят. Мы осторожненько. Туда и обратно.
— Ну, давай.
До поместья было рукой подать, так что вскоре бравые собутыльники уже стояли у входа и прислушивались. В доме было темно и тихо, даже окно спальни Гая не светилось. Мач и Алан, то и дело останавливаясь, пробрались внутрь и огляделись.
— Пошли?
— Только ни звука, — Алан бочком просочился в помещение. Мач на цыпочках крался следом. Сквозь узкую щель под дверью из охотничьего зала пробивался отблеск огня от камина. — Ключ от погреба у Дагласа, но в зале всегда держат несколько бутылок. Прямо около двери поставец.
— Ага, помню.
— Ну, раз... два...
Алан взялся за ручку, вдохнул, потянул створку и... они с Мачем ошеломленно застыли.
В широком кресле расположился Робин в одних расстегнутых штанах, а обнаженный Гай, оседлав его и упираясь коленями в сиденье, размеренно поднимался и опускался. На мокрой от пота коже обоих играли блики пламени. От двери было видно во всех подробностях, как внушительный член, блестящий от масла, то погружается в крепкий поджарый зад, то почти выходит из него, чтобы в следующий миг снова скрыться внутри. Руки Робина лежали на бедрах Гая, поддерживая и задавая ритм. Когда тот насаживался на него, он поддавал навстречу, но не слишком быстро.
— Да сильнее же! — простонал Гай, так цепляясь за плечи Робина, что синяки были обеспечены. — Дай уже кончить...
Он опустил одну руку вниз, но Робин перехватил ее и вернул на прежнее место, выдохнув сквозь зубы:
— Нет... Извинения пока не приняты... полностью...
Алан и Мач, пунцовые, как вареные раки, и с отвисшими челюстями, переглянулись. Не дыша, Мач протянул руку, снял с поставца бутыль и сунул за пазуху. И он, и Алан старались не смотреть в сторону кресла, но глаза невольно так и скашивались туда. Мач зажмурился. Правда, слышно все равно было все.
— Робин, пожалуйста... — Гай снова застонал в голос. Алан видел, как по его телу от напряжения проходит дрожь. Робин запустил руку Гаю в волосы и, притянув к себе, поцеловал. После чего сжал, наконец, его член. Судя по тому, что теперь стонали оба, и непрерывно, финал был близок.
— Бежим! — прошептал Алан, пятясь. Мач, все еще жмурясь, выбрался в темный коридор.
Едва оказавшись за порогом, Алан затворил дверь, ухватил Мача за шиворот и потащил за собой. Тот открыл глаза уже на улице, резко выдохнул, и они рванули к сараю с такой скоростью, что могли претендовать на первый приз на осенних скачках.
— Уф! — Облегченно выдохнул Мач, падая на сено. — Чудом не попались.
— Да они сейчас и шерифа не заметили бы, вздумай он открыть дверь с ноги и орать так, чтобы в Йорке слышали, — усмехнулся Алан.
— Твоя правда, — Мач вспомнил творившееся в зале и порадовался, что в сарае темно, так как его щеки и уши снова заалели.
— Вино-то взял?
— Одну бутылку. А ты?
— А я ни одной.
— Больше я туда не пойду! — замотал головой Мач.
— Мне тоже жить охота. Но одной нам на ночь мало, — Алан задумчиво посмотрел на него. — Так может, по-другому согреемся?
— Это как?
— Вот так! — он протянул руку и накрыл ладонью пах Мача. — А что, им можно, почему нам нельзя?

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"