45 минут вне времени

Автор: Viradosh
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Пейринг:Северус Снейп, Лили Поттер-мл.
Жанр:Drama, General
Отказ:Мои только тараканы
Аннотация:1 часть. Сорок пять минут без прикосновений, слов и взглядов. Сорок пять странных минут молчания и ненавистного обоим запаха горячего шоколада. Сорок пять минут смысла в этой гребанной жизни.

2 часть. Горячий шоколад варить больше не нужно.
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2013-09-30 12:13:33
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1. 45 минут

Она всегда появляется ровно в девять пятнадцать вечера. Идет за уже готовой кружкой горячего шоколада. Крепко сжимая ее двумя замерзшими ладошками, садится в жесткое, продавленное кресло. Медленно пьет ненавистный напиток все эти сорок пять минут. И всегда смотрит на него - наблюдает. Думает о чем-то своем, светлом, а по губам блуждает неизменная, едва заметная улыбка.
Он никогда не обращает внимания на ее приход. Но ровно в девять часов вечера начинает готовить горячий шоколад, от запаха которого его тошнит с детства. Он никогда не смотрит на нее. Пожалуй, он может сказать, что ненавидит ее лицо. Оно неправильное. И глядеть в него совсем-совсем не хочется; он уверен - даже в лицо смерти смотреть проще. Ведь это жутко – наблюдая за знакомыми губами, теми самыми, к которым некогда так жаждал прикоснуться, за копной рыжих волос, той, которой так часто любовался в детстве, поднимать взгляд и видеть незеленые чужие глаза.
Сорок пять минут – последние крохи смысла в этой гребанной жизни.
Почему? Зачем? Эти вопросы абсолютно не нужны. Нет смысла их задавать, ведь все так привычно и правильно: кружка горячего шоколада, родное старое кресло и тишина - звенящая, пустая, но совсем не холодная. Как это произошло? С чего началось? И эти вопросы не имеют смысла. Главное – это то, что здесь и сейчас: молчание да ненавистный приторный запах горячего шоколада.
Пятикурсница и старый профессор? Нет – два человека, проводившие вместе сорок пять минут. Остальное – ерунда. Остальное – неважно, ведь так?..
«Придуманный мир из сорока пяти минут», - устало хмыкает про себя профессор Снейп.

Она не врывалась в его жизнь, а просто зашла не постучавшись. А почему не получилось ее выгнать – один Мерлин знает. Но и это неважно, ведь на часах - без одной минуты десять. Она сейчас положит пустую кружку на пол, встанет с кресла и выйдет из его хогвартских комнат, тихонько притворив за собою дверь. И если бы не чашка из-под горячего шоколада, убедить себя в том, что это не сон, было бы невероятно сложно.

Самое простое, потому что привычное, - не проводить ее взглядом.
Самое сложное – преодолеть желание дотронуться на прощание до ее маленькой ладошки. Но ведь он всегда его преодолевает, ведь так?..

... Ладошка оказывается на ощупь мягкой и нежной. И отпускать ее не хочется еще сильнее, чем не смотреть в глаза обладательнице этих рук. Но Северус не просто смотрит в них - впивается взглядом в светло-карие глаза, желая перестать надеяться, уяснить – не зеленые, не зеленые, не зеленые! Не зеленые – это же так просто...
Но от этого становится больно. И это чувство настолько цепкое, острое и сухое, что Северус сдается и опускает взгляд на губы девушки.
Фундамент их мира сорока пяти минут дает трещину.
Поцелуй выходит отчаянным, жадным, кружащим голову настолько, что остановиться нет возможности. Лили отвечает с не меньшим желанием, но Северус отчего-то уверен, что в ее ответе – упрек. Она прикусывает его тонкие губы со злостью, не дает его языку завладеть своим ртом; ей больно, и она хочет причинить боль ему – за то, что он рушит их простой и ставший таким привычным мир. Воздух у Снейпа закачивается, голова кружится, в ней постоянно взрываются тысячи мелких огоньков, до того ярких, что слепнут глаза. Еще что-то незнакомое бежит по его венам, и это что-то настолько горячее, что Северус впервые за долгие годы чувствует себя живым.
Но им пора открывать глаза и взглянуть на реальность. А делать этого не хочется, ведь они оба знают, что именно увидят – развалины, руины созданного ими мира сорока пяти минут.
Исчез отвратительный запах горячего шоколада, молчание нарушено тяжелым, прерывистым дыханием. И от понимания того, что все разрушено и ничего не исправить, хочется как в детстве – заткнуть пальцами уши и бормотать: «Этого не было, этого не было!».
Но это было, и забыть получится вряд ли.
Северус думает, что эта сосущая пустота внутри не стоит нескольких мгновений бурления гормонов. И до безумия хочется что-то сказать, что-то такое, что заставило бы ее прийти и завтра, и послезавтра, и... Но таких слов нет.
Разрушать всегда легче, чем строить, ведь так?
Лили Луна Поттер наклоняется, поднимает кружку с пола и вместе с ней, не оборачиваясь, молча выходит из комнат Снейпа.
И не только из комнат.
И даже легилименция тут не нужна, чтобы понять – горячий шоколад варить больше не нужно.


Глава 2. Вне времени

Он не может смотреть на часы, когда они показывают девять пятнадцать вечера. Не может не думать о том, что он потерял, когда натыкается взглядом на цифру сорок пять. И конечно, Северус не может не высмеивать себя за это.
На уроках он игнорирует Лили, но осторожно следит – не смотрит ли она на него. Нет, не смотрит; не бросает ни единого взгляда на профессора, полностью уходит в работу. Хотя зелья у Лили стали получатся хуже и на «превосходно» уже не тянут. И это, надо признать, немного радует.
По вечерам, сидя с книгой в жестком продавленном кресле, Северус не может сосредоточиться: ощущение, что что-то не так, сбивает с толку. Он пытается убедить себя, что вскоре все наладится, что он просто человек привычки. Привык сидеть в этом время с Лили и пить мерзкий горячий шоколад, привык погружаться в молчаливый мирок сорока пяти минут. Но это пройдет, обязательно.

Северус редко ошибается, и этот раз – не исключение. Больше ему не чудится везде приторный запах горячего шоколада, и он уже не замирает, увидев в учебнике цифру «45». Только вот игнорировать Лили он перестать не может.
Иногда Северус невольно задумывается: что, если она вернется? Его комнаты вновь наполнятся мерзким запахом шоколада, а тишина потеплеет и не будет такой холодной. Ради последнего можно и потерпеть мерзкий напиток.
Нет, резко обрывает себя Северус, она не вернется. И хорошо, потому что он не знает, как взглянуть ей в глаза.
Да, кивает самому себе Северус, хорошо, что она не вернется.
Подумай он об этом на мгновенье дольше, обязательно поймал бы себя на лжи. Но Северус не копается в своих мыслях, он идет в лабораторию и разводит под котлом огонь.
Резкий стук прерывает работу над зельем. Стук повторяется, но теперь он тихий, совсем неуверенный. Северус бросает взгляд на часы: половина девятого. Это не она, конечно же. Глупо было даже допустить такую мысль.
Он снимает котел с огня, подходит к двери и открывает ее. И тут же замирает – лицо ничего не выражает, но в глазах мелькает испуг.
У порога стоит Лили, скорее радостная, чем смущенная, и протягивает ему большую коробку – набор для приготовления горячего шоколада.
– Добрый вечер, сэр, – улыбается она.
Северус принимает коробку и вертит ее в руках.
– Ненавижу горячий шоколад, – резко произносит он.
Он переводит взгляд на Лили и замечает ее удивление.
– Но вы же его постоянно варите! – восклицает она.
Северус прочищает горло и раздумывает над следующей фразой.
– Это... для гостей, – он не хочет акцентировать внимание на том, что ради нее варил ненавистный напиток.
Лили внезапно сгибается, держась за живот. Северус подумывает спросить, что случилось, но слышит яркий громкий смех. Он не может понять его причину и просто ждет.
Лили выпрямляется, делает глубокий вдох и искрящимися глазами смотрит на Северуса.
– Меньше горячего шоколада я люблю только кофе, – объясняет она, сдерживая улыбку.
– А кофе ты... – вскидывает брови Северус.
– Ненавижу.
Северус пораженно хмыкает и отправляет коробку в мусорное ведро.
– Почему мы его постоянно пили? – спрашивает он, скрещивая на груди руки.
Он использует строгий тон, каким разговаривает с провинившимися учениками, но Лили это не смущает.
– Я думала, его любите вы, – говорит она.
– Я думал, его любишь ты, – вторит ей Северус.
Лили широко улыбается. И ее глаза – карие, не зеленые – внезапно уже не кажутся неправильными.
– Глупо получилось, – признает Северус.
Лили хитро смотрит на него и склоняет набок голову.
– А чай у вас есть? – прищурившись, интересуется она.
– Чай – есть, – подтверждает Северус. – Но я занят зельями.
– А я на что? – фыркает Лили. – Одна из лучших в параллели, между прочим!
– В последнее время я бы так не сказал, – серьезно говорит Северус, подходя к уже остывшему котлу.
Лили становится рядом с ним, бегло смотрит в рецепт и берет нож для нарезки ингредиентов.
– Я знаю, результаты у меня стали хуже, – вздыхает она. – А мне все-таки Зельеварение сдавать. Можно, я буду с вами заниматься?
Северус отворачивается к шкафам, потому что не в силах скрыть улыбку.
– Думаю, ты можешь помогать мне с зельями для больничного крыла, – задумчиво говорит он.
– А чай после занятий будет? – лукаво улыбается Лили.
Северус нарочито хмурится и произносит строгим тоном:
– Одна порция. И даже без сахара. И только если не напортачишь с зельями.
Лили тихонько смеется, опустив голову. Северус достает ингредиенты, разводит огонь под котлом, и они принимаются за бодроперцовое зелье.

В комнатах профессора по вечерам больше нет уютной тишины, зато есть Лили, которая только и делает, что болтает. И что удивительно: Северус разговаривает не меньше. Однако себе он твердит, что терпит Лили исключительно потому, что она помогает ему с зельями для мадам Помфри.
Ложь бессовестная, но совсем безобидная.
И посиделки за чаем больше не втиснуты в строгие рамки сорока пяти минут, они находятся вне времени. Иногда Лили остается лишь на пятнадцать минут – как раз хватает на то, чтобы рассказать о прошедшем дне и торопливо выпить горячий чай, постоянно обжигаясь. А иногда разговоры затягиваются на несколько часов.
– На выходных Брэд пригласил меня в Хогсмид, так вот, в магазине... – рассказывает Лили и внезапно осекается.
И смотрит на Северуса слегка испуганно. Она боится, что ее свидание может его задеть. Боится не потому, что не хочет причинять боль, а потому, что это значило бы... Но Северус улыбается одними глазами и кивает – мол, продолжай, мне интересно.
И Лили продолжает историю, но думает только о волне облегчения, которая затопила ее. Теперь действительно все в порядке, больше не будет сложностей и неправильных чувств.
Чай заканчивается, и Северус встает, чтобы приготовить новую порцию. Доставая под болтовню Лили заварку, он понимает, что горячий шоколад действительно варить больше не нужно.
Но кому он нужен – этот приторный густой напиток, – когда есть чай: черный и крепкий для Северуса, зеленый с бергамотом для Лили.


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"