Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Кольцо

Автор: outside flo
Бета:Hrisanta, Аннабел
Рейтинг:R
Пейринг:Драко/Гарри, намек на еще одну пару
Жанр:Action/ Adventure
Отказ:все права принадлежат Дж. К. Роулинг, Дж. Р. Р. Толкиену и кого еще я там ограбила?
Аннотация:slash
кольцо всевластия найдено в Хогвартсе, Лонгботтом изобретает зелья и заклинания, раскрывается секрет всезнания Дамблдора, и наконец, самое удивительное: Драко Малфой с детства мечтал о дружбе с Гарри Поттером! Ну и чем все это кончится?
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Замерз
Выложен:до июля 2004 года (последнее обновление: 2004.02.15)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 0. Пролог

…Тяжелая дверь тихо отворилась, но казалось, в нее никто не вошел. Однако, спустя секунду она так-же тихо прикрылась. «Нечего ей торчать открытой, пока я буду искать…» - пронеслась мысль в голове Гарри Поттера. «Подумать только, я обыскиваю чужую спальню… вроде бы мне должно быть стыдно…» - он окинул комнату уже привыкшим к темноте взглядом. В густой темноте слизеринских подземелий было слышно лишь мирное посапывание студентов.
Внезапно внимание Гарри привлек слабый стон. Он судорожно оглянулся и тут только заметил, что полог одной из кроватей был неплотно задернут. Он подошел поближе…

Серебристые волосы разметались по подушке, на щеках легкий румянец, губы, с которых только что сорвался стон, слегка приоткрыты… Руки юноши вцепились в одеяло, судорожно сжимая кулаки, по-девичьи гибкое тело выгнулось дугой. «А-ах, Гарри…» - по его телу пробежала судорога и юноша обессилено вытянулся в постели. На лице блондина появилась нежная и мечтательная улыбка. Он сладко спал…
Гарри обнаружил, что стоит столбом посреди слизеринской спальни мальчиков, кулаки его были сжаты так, что на ладонях остались следы от ногтей. Он поспешил закрыть рот, хотя его никто не мог сейчас увидеть, даже если бы не спал. Ноги его не держали.

Пораженный до глубины души, он медленно развернулся и вышел из комнаты.
В то время как Гарри на автомате шел по коридорам и лестницам школы, перед глазами стояла все та же картина: красивые, четко очерченные губы, хватающие воздух и так нежно произносящие его имя, тонкие пальцы, вцепившиеся в одеяло… «А могли бы - в мою спину…» «Ну уж нет, это совсем лишнее!» Тонкое напряженное тело… «Представляю каковы на ощупь эти напряженные мышцы…» Тонкая шею, запрокинутая голова, губы, хватающие воздух… «Почему я стоял и смотрел?..»

Только большой опыт ночных вылазок помог Гарри добраться до гриффиндорской гостиной, не заблудившись. У Полной Дамы его перехватил Рон. «Ну что, как прошло? Нашел?» Гарри призвал все свое актерское мастерство, поспешно изобразив нормальное выражение лица. «Кто-то проснулся и… я... мне пришлось уйти… Рон, знаешь, я пожалуй пойду… душ приму … - на лице Рона появилось недоумение, и Гарри поспешно добавил:
- Ну, знаешь, после этих подземелий так и тянет помыться» - и изобразил на лице легкое отвращение. Помогло. Рон поверил и, пожелав удачи в этом нелегком деле, ушел в спальню.

«Какое счастье, что его желание спать пересилило любопытство - врать-то я не умею…» - думал Гарри, ложась спать после душа и… всего остального.

«Небось какая-нибудь слизеринка предпочитает спать без пижамы…» - устало подумал его лучший друг Рон, засыпая…



Глава 1. Маленький принц.

Маленький мальчик был очень красив. Он был бы похож на ангела, будь его волосы более золотистого оттенка. Но его родители был вполне довольны цветом его волос - ведь платина более ценный металл, чем золото, а у семьи Малфой должно быть все только самое ценное и дорогое.

К тому же у маленького мальчика было чудесное настроение - он знал наперед все, что ему предстоит в жизни, по крайней мере настолько, насколько ему хотелось. Он знал, что как только ему исполнится одиннадцать, ему купят такую же палочку, как у папы, а сейчас он бегал по саду со своей игрушечной палочкой, тыкая ей в цветы, бабочек, маму и все, что попадалось ему на пути, выкрикивая все известные ему и придуманные заклятия. Он знал - ему рассказывали - что он будет учиться в школе волшебников, и не в какой-нибудь, а в самой лучшей! Он знал, что стоит ему захотеть - что угодно - и домовые эльфы бросятся исполнять его желание, обгоняя друг друга. Он любил мороженое, бегать по саду и когда его мама брала его за руку и вела на прогулку. Это бывало не так уж часто.

Еще реже он видел отца - тот был вечно занят разными важными делами. Иногда он видел знакомых отца - большинство из них были неулыбчивы, даже угрюмы, но маленький Драко не боялся их потому что слышал, каким голосом говорил с ними его отец. Если он кого-то и боялся, то только самого отца…

Как и в большинстве богатых и знатных семей, в семье Малфой родители не занимались уходом и воспитанием маленьких детей. В основном мальчиком занималась прислуга. Она одевала и купала его, смотрела за ним на прогулках, передавала игрушки, купленные родителями и рассказывала сказки на ночь.

Однажды один из домовиков рассказал Драко историю о маленьком мальчике, который победил великого темного волшебника. Драко был очень впечатлен историей - ведь он сам был таким же маленьким мальчиком и спросил у матери, правда ли это. Та ответила, что да, был такой мальчик, звали его Гарри Поттер, и великий маг, Темный Лорд, напал на его родителей и убил их, а маленький мальчик выжил после страшного заклятия и чуть не погубил его. «Пожалуй, - сказала она - этот мальчик твой ровесник, а значит вы даже можете попасть в один класс». «Было бы здорово - подумал Драко - Наверное, в этом мальчике кроется огромная сила, раз он смог выжить после такого страшного заклятия… Да к тому же он еще и впитал силу великого мага, раз у того она иссякла… Мы с ним могла бы подружиться и стать великими волшебниками!» Драко вообще рос умным не по годам и молчаливым мальчиком. Была ли тому виной врожденная осторожность и недоверчивость Малфоев или строгое воспитание - неизвестно…

Лет в десять отец начал готовить Драко к школе, особенно к школьному обществу…
И если раньше тому не доставало осторожности в словах и рассудительности - то Люциус постарался вбить их в сына. «Мой сын должен вырасти настоящим Малфоем и не должен опозорить меня перед людьми» - таким был девиз его воспитания. Две вещи, которые никогда не делал Люциус Малфой - он не лишал ребенка еды и не бил его до синяков и ссадин. Чтобы Драко всегда выглядел хорошо, не был слишком худым, не смотрел голодными глазами и не ходил со следами побоев на лице и теле…




Глава 2. Великий Лонгботтом.

- … и тогда мы чуть не лопнули от смеха! Подумать только, да, Гарри? Гарри! Да что с тобой сегодня?! - Рон дернул Гарри за мантию - только тогда тот смог оторвать взгляд от слизеринского стола и обратить внимание на своих друзей.

- Я рассказываю Гермионе о той штуке, что Фред и Джордж устроили вчера в раздевалке после матча, помнишь? Гарри, да проснись уже!

Ничто не лезло Гарри в голову, ведь каждый раз, когда он видел своего однокурсника и (когда это было?) заклятого врага, Драко Малфоя, ему в голову лезли разные ненужные воспоминания… Вот и сейчас, за завтраком задумался… Размечтался, если можно так сказать…

В этот раз любопытству Рона не мешало желание спать и Гарри уже начал быстро соображать, что бы ответить на вопрос «На кого это ты так уставился за тем столом?», но на его счастье к друзьям подошел Невилл Лонгботтом, как всегда с растерянным лицом. Этот удивительно рассеянный мальчик и к пятнадцати годам не потерял привычку вечно что-нибудь забывать.
- Доброе утро, Гарри! Доброе утро, Рон, Гермиона! Вы не скажете, какой у нас первый урок? А то я расписание нечаянно сжег… - смущенно выпалил Невилл.
Гермиона полезла в сумку за расписанием, а Рон удивленно выпучил глаза - Как это ты умудрился?! Я думал, у нас только Симус… - он не закончил фразу, поймав взгляд Симуса.
- Я смахнул его под стол и попытался призвать… - начал он. Рон широко улыбнулся - И взорвал?
- Нет, отправил в камин…
Та часть гриффиндорского стола, что слышала это, не смогла сдержать смеха. Да и сам Невилл смущенно заулыбался и даже покраснел меньше обычного. Гермиона протянула ему свое расписание.
- Можешь оставить себе, только вычеркни дополнительные занятия. Эээ, лучше ручкой! А у меня еще одно есть …
Гарри, все еще улыбаясь, снова взглянул в сторону слизеринского стола. И тут же, как ему показалось, Малфой отвел от него взгляд и, попрощавшись с товарищами, направился к выходу.
- История магии, два урока… - донесся до него расстроенный голос Невилла, и уже немного испуганно - и сдвоенная алхимия…

Двумя днями раньше…

Тот день начинался обычно, даже скучновато. Зима выдалась морозной, и студенты бродили по коридорам совершенно замерзшие, предпочитая греться у каминов в своих гостиных, выходя только на уроки и в Большой Зал поесть. А на уроке совсем не думалось, чернила, хотя и заколдованные от мороза, отказывались писать, замерзшие руки тоже… Профессор МакГонагал уже начинала сердиться, стоя перед полусонным классом и пытаясь объяснить им особенности трансфигурации круглых предметов в прямоугольные, когда в класс ворвался профессор Флитвик и, пытаясь отдышаться, сообщил, что директор срочно (!!!) вызывает всех преподавателей в свой кабинет. Профессор МакГонагал строго взглянула на учеников, потом на Флитвика от чего тот поежился, велела всем сидеть тихо и не покидать помещение и быстрым шагом вышла из класса. Флитвик окинул взглядом ошарашенных студентов и посеменил следом.

Разумеется, стоило профессорам покинуть класс, поднялся страшный шум. Студенты принялись строить версии произошедшего, причем все одновременно, не слушая друг друга. Гарри Поттер и Рональд Уизли выдвигать своих версий не стали. Вместо этого они, незаметные посреди такого гама (никто уже не сидел на своем месте), выскользнули за дверь (ведь МакГонагал забыла пообещать снять баллы с любого, кто выйдет из класса) и тихо направились в сторону кабинета директора. Гарри часто бывал там и сразу вспомнил, что это недалеко от класса, где они находились.

Конечно же, они не собирались проникать в кабинет и подслушивать там. Они и сами точно не знали, что собираются делать. Удача улыбнулась им в лице профессора Стебль, чей голос они услышали из-за угла. Похоже, она и профессор Трюк последними подошли к директорскому кабинету - ведь им пришлось идти с улицы - и по дороге обсуждали то, что случилось. «…конечно, когда в школе находится артефакт, источник такой силы, мы все…» - продолжение фразы потерялось за дверьми кабинета. Гарри и Рон переглянулись. По законам жанра, сейчас тут должен был появится Снейп, профессор алхимии, и они оба предпочли убраться подальше.
В тот день урок трансфигурации так и не был продолжен - студенты просидели в классе до конца урока и ушли на обед. И впервые на памяти Гарри Поттера преподаватели на этот обед опоздали…

Разумеется, сразу же по возвращении в класс ребята рассказали об услышанном Гермионе, которая выслушала их с огромным интересом, но никаких предположений не высказала, а после обеда сразу помчалась в библиотеку. Увы, никаких ощутимых результатов это не принесло - сильных артефактов оказалось множество и многие из них были источниками силы. К тому же почти все они находились в различных музеях и хранилищах и серьезно охранялись.
- Мы можем узнать его по проявлению, если вы заметите что-нибудь необычное… Но надо чтобы владелец артефакта или тот у кого находится эта вещь как-то активизировал ее… Ну, скажем, капнул каплю своей крови или вроде того… Если заметите что-нибудь странное - сразу скажите мне!


Теперь неразлучная троица сидела на уроке истории магии, засыпая в тепле кабинета под монотонное бормотание профессора Бинса, и не знала что предпринять… Ничего странного в школе не происходило, если не считать того срочного совещания у Дамблдора и несколько ужесточившегося контроля за студентами. Даже гениальная, как казалось Рону, мысль обыскать спальню Слизерина ничего не дала. Гарри в задумчивости уставился на руки сидящего впереди Дина Томаса. «У него довольно тонкие и гибкие пальцы - пальцы художника… Но не такие совершенные, как…»
- Рон! А почему волшебники не носят кольца? Я что-то ни одного не видел, даже на девчонках…
Рон оживился, но стоило ему открыть рот, как его перебила Гермиона. Сегодня даже она была не в состоянии внимательно слушать и конспектировать историю.
- Кольца,особенно настоящие древние волшебные кольца, сделанные мастерами, могут искажать заклинания. Они могут изменять как смысл заклинаний, так и их направление, и даже обернуть твое заклятие против тебя - как металлические предметы притягивают молнию. Кроме того, некоторые кольца сами по себе являются источниками магии и могут передать свою силу тому кто их носит…
Тут Гермиона внезапно замолчала. Друзья потрясенно уставились друг на друга, по мере того, как до них медленно доходил смысл ее последних слов. «…являются источниками магии…» «…когда в школе находится источник такой силы…»
Из оцепенения их вывел только голос профессора Бинса, произнесший знакомую фамилию.
«Что?»- переспросил кто-то. Класс мгновенно вышел из спячки, настолько неожиданно прозвучало то, что сказал профессор.
- Пожалуйста, не перебивайте меня на полуслове, мне сложно так сосредоточиться, - заскрипел старый профессор - я же ясно сказал, что открытие девятого способа борьбы с василисковидными карликовыми драконами принадлежит Арчибальду Лонгботтому по прозвищу "Тридцать Три Несчастья", который нечаянно наложил на вышеупомянутого дракона чары Любовного Очарования, делающие его взгляд вместо смертельного порождающим любовь за что и получил незыблемое право для всех своих потомков быть принятыми на факультет Гриффиндор. Правда, чары Любовного Очарования вскоре были утеряны и пришлось придумывать десятый способ, который был открыт…
Вскоре класс снова погрузился в сон.



Глава 3. Зелье

В это самое время, в совершенно другой части школы еще один пятикурсник был погружен в раздумья. Драко Малфой удобрял колдовские росянки с таким сосредоточенным и угрюмым видом, что его неразлучные спутники Винсент Крэбб и Грегори Гойл не смели даже взглянуть на него. Именно под таким выражением лица Драко всегда скрывал самые приятные мысли - чтобы никто не осмелился прервать их. Глаза его внимательно следили за острыми зубами плотоядных растений, но мысли его были далеко…
…Яркий летний день, он и его грозный отец входят в лавку одежды на Диагон Аллее. «Здравствуйте, мистер Малфой! Добро пожаловать, мистер Малфой! Что Вам угодно?»,- привычный подобострастный тон и низкие поклоны. Маленький Драко смотрит на лицо отца и старается копировать его величественно-насмешливое выражение.
- Моему сыну нужна одежда для школы. Вот список - чуть более теплый взгляд на сына - Драко, я пойду за твоими учебниками. Жди меня здесь. Нам необходимо успеть разобраться со всем этим поскорее, чтобы успеть подготовиться к приему.

Да, его ждет прием по случаю дня рождения, который, правда, прошел неделю назад, и зачисления в Хогвартс, лучшую колдовскую школу Европы. Отец обещал представить его будущим одноклассникам - детям лучших и благороднейших колдовских семей, а также будущим учителям. Одного правда Драко уже знал - старого знакомого Люциуса, Северуса Снейпа. Снейп часто называл Драко умным мальчиком и говорил с ним всегда очень серьезно.

Так вот, у Драко было очень хорошее настроение, хотя отец не остался с ним выбирать мантию, но это даже хорошо, потому что он может не делать умное лицо и хорошенько все рассмотреть. Пока продавщица одежды мадам Малкин крутилась вокруг него, расправляя и подгоняя мантию, он смотрел в окно, разглядывая прохожих. Вот маленький перепуганный мальчик оглядывается по сторонам и направляется к магазину… Может быть, это его будущий одноклассник?
- Едешь учиться в Хогвартс? Ты пришел по адресу: у меня тут как раз еще один клиент к школе готовится.
Мальчик посмотрел на Драко своими ярко-зелеными напуганными глазами. Было в нем что-то, что притягивало…
- Привет! - приветливо сказал Драко, не забывая при этом сохранять невозмутимое выражение лица, - Тоже в Хогвартс?
- Да, - мальчик явно не был расположен к разговору. Но Драко все же решился еще на одну попытку. Он заговорил о гоночных метлах, ожидая, что сейчас эти зеленые глаза вспыхнут восторгом и уже через минуту новый знакомый будет рассказывать о своей любимой команде. Но нет, тот вел себя так, словно никогда не слышал о квиддиче, и вообще был чем-то страшно перепуган. Тогда Драко заговорил о факультетах. Уж об этом он обязан знать, если только не магл. Но на магла мальчик не был похож - Драко видел их пару раз, и они были совсем не такие… Скучные и глупые, думающие, что волшебство - это фокусы, которые показывают умелые фокусники, вытаскивающие кроликов из шляп и бумажные цветы из пустых коробок.
Но и тут мальчик не захотел поддержать тему…
Позже он узнал, кто это был. Мальчик, победивший великого Темного Лорда. Гарри Поттер. «Знал бы я заранее…», - расстроился Драко. Впрочем, скоро он уже ел мороженое, рассматривал свою новую палочку, листал учебники и забыл на время о странном напуганном мальчике с изумрудными глазами.

- Мистер Малфой, я очень благодарна вам за то что вы не только не болтали во время урока, но и удобрили целых пятнадцать росянок вместо положенных пяти, но боюсь вы можете опоздать на следующий урок. Драко очнулся оттого, что профессор Стебль положила ему руку на плечо. Урок был закончен, и уже несколько минут шла перемена. Его товарищи не решились отвлекать его и ушли, он был в теплице один.
- Благодарю - бросил он и поспешил на алхимию. Опоздать к Снейпу небезопасно даже для него. Тем более, что к пятому курсу они дошли до очень и очень опасных и сильных зелий. «Слава Мерлину, что я не такой неуклюжий, как Лонгботтом, и не опрокидываю на себя котлы»

Малфой проскользнул в класс, когда теоретическая часть урока уже началась, и профессор Снейп объяснял студентам, что и как им предстоит приготовить. Взгляд Драко привычно метнулся к Поттеру. Тот был задумчив и казалось совсем не слушал профессора. «Надеюсь, ты его и не слушаешь, и опять испортишь свое зелье» - злорадно подумал Малфой и тут же помимо своей воли добавил: «надеюсь, не сильно…»

- И помните, пожалуйста, что компоненты - Снейп обвел класс строгим взглядом. «Да что с ними такое сегодня? Даже хуже, чем обычно! Поттер совсем не слушает. Проклятый Лонгботтом тоже витает в облаках. Прекрасно, Невилл, не хватает только испортить мульти-транфигурационное зелье! Посмотрим в кого ты обратишься, когда твой котел опрокинется… Даже Малфой - и тот опоздал».

Профессор злясь все больше, продолжал:

- Компоненты и даже порядок их обработки подобраны таким образом, чтобы нейтрализовывать друг друга. Без заклинаний зелье работает лишь как слабое снотворное. Но стоит вам перепутать или недоложить что-то… - он опять обвел класс зловещим взглядом. Это будет хорошая проверка для них - Все компоненты обладают очень серьезной магической силой! Вы можете получить ЧТО УГОДНО.
- Поскольку зелье очень сложное, вы будете готовить его по трое на котел. Нет, Уизли и Поттер, вы вместе готовить не будете! Мисс Грэйнджер, ваши знания меня интересуют только от вас, а не в пересказе всего класса!
Снейп отправил Гермиону к двум слизеринкам, чтобы она и не подумала подсказывать. Рону дал в помощники Симуса Финнигана и Блэйз Забини и предупредил, что в случае порчи зелья баллы снимаются со всех троих, а Гарри определил к Невиллу. Не успел Гарри огорчиться, что уж у кого точно не спросишь подсказки, как к ним в компанию отправился… не кто иной как Драко Малфой.

Малфой и Поттер так старательно не смотрели друг на друга, что совершенно упустили из внимания тот факт, что Невилл Лонгботтом сделал со своей частью работы… Казалось, после того как он узнал о подвиге своего дальнего предка (на перемене все дружно хлопали его по плечам и дружески подтрунивали над его наследственной невезучестью), Невилл получил официальное одобрение своей неуклюжести и уже не стесняясь путал корень солодки с корнем асфоделя, порошок из рога единорога с колдовской солью, а под конец вообще смахнул со стола связку крапивы, собранной на кладбище в полнолуние… Гарри прослушал все объяснения и понятия не имел, что и в каком порядке класть. Малфой же опоздал и поэтому тоже имел об этом смутное представление. Он пытался вытянуть шею настолько, чтобы заглянуть в записи Лаванды Браун, стоящей за соседним котлом. Гарри уткнулся в свою тетрадь, делая вид, что там что-то есть. Никто не заметил, как Невилл ловко нырнул под стол за крапивой, подтолкнул котел, тот накренился, пошатался немного, словно размышляя, на кого пролиться, и опрокинулся ровно посередине между Гарри Поттером и Драко Малфоем.

В классе раздались три душераздирающих визга. Ошпаренный Малфой орал на грани ультразвука, Поттер закричал от неожиданности, Лаванда Браун просто испугалась. Она как раз оглянулась сказать Малфою, что делала записи не для него, когда все произошло. Невилл решил не вылезать из-под стола, наоборот попытался забиться подальше. Все остальные стояли пораженные, открыв рты и не двигаясь места.

Наконец, Лаванда пришла в себя. А может устала кричать, потому что она, замолкнув, тоже уставилась на мокрых мальчишек. В классе воцарилась тишина. Малфой сердито одернул мантию, смахивая с нее слизь непонятного цвета и заявил в полной тишине:

- Невилл, ты неисправимый придурок! Послышался слабый всплеск - Поттер рухнул в лужу зелья без сознания. И только когда весь класс ожил и бросился к лежащему на полу Поттеру, никто уже не обратил внимания на Малфоя, тихо осевшего на пол.



Глава 4. Кольца.

Все прошло на удивление гладко. Профессор Снейп выставил всех студентов из кабинета алхимии, примчавшаяся мадам Помфри быстро привела в чувство обоих пострадавших. Учитель алхимии собрался было приготовить противозелье, но извлеченный из-под стола Невилл на вопросы о том, что он успел положить и в каком порядке, только заикался и хватал воздух ртом как большая рыба - пришлось его тоже вести в лазарет и там отпаивать успокоительным. Когда все закончилось, и профессор Снейп вернулся в класс чтобы взять зелье для анализа состава, пол и котел сияли чистотой. От зелья не осталось ни капли. Мантия Малфоя тоже высохла совершенно.

С огромным сожалением мадам Помфри отпустила Гарри только к ужину. Малфою она выдала полплитки шоколада и отправила к себе, в подземелье. Вечером гриффиндорская троица сидела у камина, грелась и беседовала. Гермиона держала на коленях огромный том, рядом с ней стояла еще одна увесистая стопка. Рон где-то достал целую кучу магического лечебного шоколада - то ли у Помфри, то ли близнецы выпросили у эльфов - и сейчас запихивал его в Гарри, не забывая и про себя. Никто не знал, что с ним, и Гермиона именно сейчас пыталась это выяснить. Она задумчиво листала книгу о зельях, то и дело зачитывая отдельные фразы и строя догадки. Гарри, наевшись шоколада и устав за день, слушал ее краем уха. Если что-то и омрачало его настроение сейчас, то разве что настойчивые мысли об одном человеке…

Этот самый человек в тот момент сидел у окна одной нечасто посещаемой башни и смотрел в окно. Зимой рано темнело, и сейчас уже вовсю светила луна - ее холодный свет придавал замерзшему озеру таинственный вид. «Такой же таинственный, как ты… Такой же холодный, как твой взгляд, когда ты смотришь на меня…» На душе у него было пусто и печально, хотелось свернуться клубочком и тихо плакать.

…Весь поезд, казалось, говорил только об одном: знаменитый Гарри Поттер едет в школу! Гарри Поттер - с нами в одном поезде! Драко напустил на себя нарочито-безразличный вид. «Я не буду бегать и кричать как все эти. Я просто пойду и познакомлюсь с ним». Когда поезд тронулся, Драко выждал еще немного. Будь он обычным ребенком, он бы ерзал и подскакивал на сидении от нетерпения. Но он уже в одиннадцать лет умел владеть собой, как не каждый взрослый умеет. Так вот, Драко выждал немного и уже встал, чтобы идти в соседний вагон, но его спутники - Крэбб и Гойл - поднялись вместе с ним. Они познакомились на приеме в честь поступления Драко и теперь старались крутиться возле него. Очевидно, получили инструкции от родителей. Драко мысленно ругнулся. «Собираешься прогуляться?»- спросил один из них, тот что поуродливей, Гойл, кажется. «Да, - фирменная малфоевская ухмылка, - прогуляемся».

«Очень дружелюбно я смотрюсь с этими гориллами по бокам… Ну да ладно, увидит что я не от недостатка друзей ему дружбу предлагаю». Подходя к купе, Драко заметно занервничал. Он слегка дрожал под мантией и решил говорить, растягивая слова, чтобы голос не дрожал. «Сейчас я его увижу. Сейчас я увижу его». Казалось, сердце стучало громче колес.
И вот дверь распахнулась. На Драко уставились две пары глаз - незнакомые, карие и наглые, и уже знакомые, ярко-зеленые и немного напуганные. Сердце Драко ушло в пятки. Даже когда он впервые поднялся в воздух на метле, такого не было. Все слова вылетели у него из головы.
- Это правда? - услышал он свой голос. От волнения вышло немного дерзко, даже надменно, - По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер, - на этом имени голос его немного сорвался, - Значит это ты, верно?
- Верно, - он был, как и тогда в магазине, немногословен.

«Черт, я ему явно не понравился! Что бы сказать?»
Видел бы его сейчас отец - он бы заметил, что Драко Малфой дико нервничает. Но, слава Мерлину, здесь его никто так хорошо не знал.
- Это Крэбб, а это Гойл. А я Малфой. Драко Малфой.
Наглый рыжий мальчишка хмыкнул. «Ах так? Ну ты сейчас об этом пожалеешь! Кажется, отец говорил о твоей семье…»

- Мое имя тебе кажется смешным, не так ли? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Отец говорил мне, если видишь рыжего мальчишку в обносках своих братьев, значит он из семьи Уизли. Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче остальных. Я помогу тебе во всем разобраться, - и он протянул руку для рукопожатия. Гарри Поттер нахмурился и холодно бросил:

- Спасибо, но я думаю, что сам разберусь, с кем мне дружить.
Холод этих слов больно резанул по сердцу. «И это - герой волшебного мира?» Он разозлился куда больше, чем когда рыжий смеялся над его именем.
С тех пор, каждый раз, когда Поттер сердито или холодно смотрел на него, он вспоминал тот случай. А за спиной стояли товарищи-слизеринцы и от них так и веяло враждой к этому зеленоглазому мальчику. Все ждали от него остроумных уничижительных фраз. И он унижал и смеялся, а в душе его кипела злоба пополам с болью. Малфой не будет просить дружбы того, кто сам отказался от нее.

Драко сидел на подоконнике и смотрел на луну. Его волосы были почти такими же белыми как снег, а слезы на его щеках блестели, как звезды в ночном холодном небе.

Он просидел еще около часа, может двух. Наконец Драко решил, что довольно тут реветь. Еще Пивз увидит - позора не оберешься. Он слез с подоконника, чтобы идти спать и услышал как что-то звякнуло у его ног. Драко нагнулся и увидел ярко блестящее в лунном свете тонкое серебряное кольцо.

На следующее утро Гарри проснулся как обычно так поздно, что успевал только накинуть мантию, покидать книги и тетради в сумку и идти на завтрак. Он мимоходом взглянул в зеркало и, отметив что что-то в нем изменилось, спустился в гостиную.
- О, Гарри, ты сделал прическу! - воскликнула Гермиона.
Гарри потрогал волосы - обычные, разве что мягче немного стали.
- Ээ, да! Доброе утро, Гермиона!

За завтраком Дамблдор объявил, что все занятия после обеда отменены и студенты всех курсов приглашаются на каток. Зима выдалась необычайно холодной, и озеро заледенело – грех не воспользоваться таким случаем! После того как лед натерли укрепляющим зельем, на нем можно было кататься на коньках. Дамблдор хотел быть уверен в его прочности.

Занятия пролетели незаметно и после обеда, едва запихнув в себя пару ложек, юные волшебники толпой повалили на каток. У расчищенного спуска к озеру стояли Дамблдор и профессор Трюк со связкой коньков. Коньки намертво прилипали к ботинкам, едва их подносили к подошвам, зато по льду скользили идеально. Гарри, Рон и Гермиона бросились за коньками и выскользнули на лед. Гермиона умела кататься, научилась в детстве, да и Гарри не испытывал особых затруднений - на метле куда труднее удержаться, а вот Рону пришлось плохо. Друзьям пришлось держать его с двух сторон, чтобы он не падал. Несколько раз они оказывались на льду из-за столкновений с другими ребятами, но никого это не расстроило. Если кто и был недоволен неожиданным развлечением, так это Драко Малфой.
Он как раз стоял на берегу озера с кислой миной, когда Рон с размаху врезался в этот самый берег и уселся на снег.
- Магловские забавы, Уизли? - недовольно протянул слизеринец.
- О, твое слизеринское высочество никогда не соизволит испачкать свою задницу снегом! - весело парировал Рон.
- Спасибо, Уизли. Но я не привык к подобным, - он покосился на барахтающихся в снегу первокурсников, - развлечениям.

- Что-то остроумие изменяет Малфою, - весело заявил Рон, подкатывая к Гарри, стоящему посреди озера, - Небось он и кататься-то не умеет! А упасть на виду у всей школы боится!
- Зато тебе, Уизли, падать на виду у всей школы не впервой, - ехидно пропела стоявшая у них за спинами Пэнси Паркинсон и, оттолкнувшись, быстро поехала прочь. Рон бросился догонять ее, но тут же упал, оставив Гарри с мыслью о том, а что вообще делал тут Малфой, если кататься явно не собирался и к издевкам над гриффиндорцами был не готов. В задумчивости Гарри медленно заскользил по льду и на него тут же налетел Колин Криви.

«Ой, прости, Гарри!»- пискнул он и помчался дальше.

Внимание Гарри привлек металлический блеск - он нагнулся к самому льду и подобрал неизвестную вещь. На руке его лежало тонкое серебряное колечко. Несколькими днями раньше он бы решил, что это какая-нибудь ведьмочка потеряла и отдал Дамблдору. Теперь же он просто положил найденное кольцо в карман.

Вечером умываясь, Гарри опять взглянул на себя в зеркало и теперь уже ясно увидел, что нечто в его внешности изменилось. «О, Гарри, ты сделал прическу!» Волосы лежали так, словно их долго и старательно укладывали. Если бы Гарри смотрел телевизор чаще, чем пару раз в год, он бы сказал: «как в рекламе шампуня». Лицо тоже имело вполне рекламный вид - гладкое, без единого намека на подростковые прыщи или жирный блеск.

«Фу, рассматриваю себя тут как какой-нибудь Малфой…» - он даже улыбнулся такой мысли, но тут же нахмурился. Он же обещал себе не думать так много о Малфое.
И все же смотреть на него стало приятней. С этой приятной мыслью он и уснул.



Глава 5. Квиддич.

Следующим днем была суббота. Да, по субботам все ходят в Хогсмит, развлекаются, отдыхают… Но только не сборная Гриффиндора по квиддичу. Капитан команды, Рон Уизли, хотя и сам был не прочь прогуляться, решил, что более удачное время для тренировки придумать сложно - соперники будут в Хогсмите и не подумают подглядывать за их тактикой, а отсутствие занятий даст им полетать вволю.
Погода стояла хорошая, ветра почти не было, и вчерашний мороз немного спал. Только солнце резало глаза. Куда ни посмотри - оно сияло в небе и отражалось от ослепительно-белого снега. Гарри отрабатывал один особенно сложный прием, когда перед глазами его все поплыло, и ловцу Гриффиндора показалось на секунду, что он ослеп. Испугавшись, Гарри направил метлу резко вверх. «Хоть в землю не врежусь, а там разберусь», - мелькнула спасительная мысль. И тут его очки, не выдержав крутого виража, слетели с носа.
Гарри уже было запаниковал - приземлиться без очков… Он посмотрел вниз и удивленно заморгал - зрение было острым как никогда.
- Гарри, ты в порядке? Вот твои очки! - к приземлившемуся ловцу бежала Джинни Уизли, охотник сборной.
- Спасибо, Джинни, но я, кажется, вижу без них! - в голосе Гарри было не меньше удивления, чем на лице Джинни.

- О, Драко, тебе так гораздо лучше! Правда, очень идет, так естественно! - тараторила Пэнси Паркинсон, шагая рядом с Малфоем. Компания пятикурсников Слизерина направлялась в Хогсмит, а по дороге бурно обсуждала новую прическу Драко. Сам Драко был молчалив, у него не было настроения развлекать всех своими байками, но и расстроен он тоже не был. Скорее, он скучал. Не в том смысле, что ему было скучно, нет. Я говорю о том чувстве, которое было совершенно неподходящим для настоящего Малфоя, но все же он именно его и испытывал. Чтобы скрыть это, Малфой нацепил маску высокомерия и снисходительности и молча выслушивал комплименты.

А комплименты сегодня были заслуженные. С утра Малфой, как всегда, встал пораньше, чтобы как следует заняться своей внешностью, выбрать мантию для похода в Хогсмит и, конечно же, уложить волосы. Но взглянув на себя в зеркало, он обомлел. Как будто и не спал. Вернее, как будто дюжина парикмахеров готовила его к приему, и только что закончила свою работу. Волосы сами лежали идеально, без всякого геля, и только несколько прядей отделились от остальных, создавая особый шарм.
Но это было еще не все. Что-то произошло и с лицом Драко Малфоя. На щеках появился легкий румянец, а глаза блестели. «Такой вид, как будто только что со свидания», - усмехнулся он. Полюбовался на себя еще немного и отправился выбирать мантию. Вот уж действительно сложная задача - ведь все они идеально шли ему, так как были сшиты на заказ…

Уже стемнело, когда квиддичная команда Гриффиндора вошла в раздевалку, отдуваясь и стирая пот со лбов. Они летали целый день, без обеда, и, несмотря на мороз, им было жарко. Гарри чувствовал себя страшно голодным и усталым, но эта усталость была приятной. Когда пять дней в неделю ты вынужден напрягать мозги, приятно в виде исключения напрячь и мышцы. Он сорвал с себя форму, не доходя до душевой, и собирался освежиться холодным душем.
- Вау, Гарри, как это ты умудрился? - это Фред восхищенно уставился на него.
- Что?
- Ну, заживить все эти шрамы и синяки! Ты же только недавно падал с метлы, да и вообще столько травм получил за все время…
- Фред, перестань, ну зачем Гарри заживлять свои шрамы? Он же не девчонка какая-нибудь! - вступился Рон, включая душ, - Сами небось зажили! - прокричал он уже сквозь шум воды.
- Хм, а мои вот не заживают сами… И даже заклинаниями не убираются… - пробормотал Фред, поглядывая на Гарри. Тот пожал плечами и тоже отправился в душ.

Дни шли, и друзьям пришлось признать, что Гарри хорошеет день ото дня. Они стали вспоминать, когда это началось - выходило, что в тот день, когда Невилл облил Гарри и Малфоя зельем собственного изобретения.
- Что ж, Невилл, можешь начинать массовое производство зелья, его будут покупать бутылками! «Секрет красоты Лонгботтома»! - советовали близнецы Уизли, а Невилл краснел и бормотал что-то насчет неизвестного состава. Гермиона не разделяла всеобщих восторгов и напоминала, что действие зелья еще не до конца понятно. «Кто знает, что случится с Гарри завтра». Рон беспечно отмахивался и восхищался приобретенной Гарри способностью читать мелкий почерк с расстояния двух метров, что было очень полезно на некоторых уроках. Кроме этого, зелье давало возможность запоминать наизусть целые главы книг, едва прочитав их. Когда выяснилось последнее, даже Гермиона начала настойчиво расспрашивать Невилла о составе.
- Гарри, надеюсь, твои квиддичные способности также улучшились, ведь у нас через неделю матч со Слизерином - решающий в году! - говорил Рон на тренировках. Хотя ему и так не к чему было придраться - команда играла отлично.
- Это не даст нам никакого преимущества, ведь Малфоя тоже облили зельем, - возражал Гарри.
- Глупости, он же не изменился! - сердился Рон, назначая все новые дополнительные тренировки.
Гарри не был с ним согласен, но возражать не хотел. Если он и считает Малфоя красивым, пусть даже и по вине зелья, то лучше не делиться этим мнением с Роном. Хотя, тут следует признать, что Малфой и без зелья был очень даже недурен собой… И Гарри опять предался воспоминаниям…

В день матча Гарри с утра было дурно. Впрочем, он никогда не ел накануне игры, особенно решающей, а часто и не спал, так что на плохое самочувствие он не обратил никакого внимания. «Поднимусь в воздух, и все как рукой снимет!» За завтраком он взглянул на Малфоя. Тот, видимо, тоже нервничал из-за игры - был бледен больше обычного и ничего не ел. Малфой поднял глаза на Гарри. Что-то странное было в его взгляде. Непривычное. «Выкинуть его из головы. Подумаю об этом позже, после того, как обыграю его», - сказал себе Гарри и, отпив глоток тыквенного сока, отправился на стадион.

Традиционная речь перед матчем. Близнецы шутят, передразнивая брата. Рон хмурится. Джинни бледна - волнуется. Гарри было не по себе.
И вот они вышли на поле. «Капитаны, пожмите друг другу руки». Рон пожимает руку огромному слизеринцу. «Мы ждем честной игры от каждого из вас!»
Действительно, как только Гарри оказался в воздухе, ему стало легко и хорошо. Лишние мысли наконец вылетели из головы, и он взмыл над стадионом, высматривая снитч.

Игра шла полным ходом. Гарри поглядывал то вниз, то на другого ловца - не видит ли тот заветный золотой мяч? Именно он первым заметил, как Малфой покачнулся и соскользнул с метлы, теряя сознание. Одновременно он увидел золотую вспышку у самой земли. Пару мгновений Гарри сомневался, а затем бросился наперерез падающему Малфою. И поймал бы его, если бы на полпути сам не начал терять сознание. В глазах все расплывалось, руки разжались сами собой, отпуская древко метлы. Последнее, что Гарри ощутил, прежде чем нырнуть в темноту, было биение маленького крылатого мяча под ним. Он упал точно на снитч.



Глава 6. Сладкие сны.

Драко открыл глаза. Он принялся вспоминать, что с ним произошло. Он играл в квиддич, а потом упал с метлы… А потом проснулся от чьего-то стона. Малфой огляделся и увидел, что лежит на больничной койке, в школьном лазарете, а на соседней кровати лежит Гарри Поттер.

Гарри опять приснился этот сон. Ему часто снилась та его ночная вылазка в слизеринское подземелье, причем каждый раз она заканчивалась по-разному. Приснилась и на этот раз. Вот он вошел в комнату и огляделся. Услышал стон Малфоя и подошел к его кровати. Только на этот раз он подошел совсем близко. Губы Драко были соблазнительно приоткрыты, он тяжело дышал. Гарри присел на край кровати и нагнулся над ним. Слизеринец тихо застонал, и Гарри, не в силах удержаться, прильнул к его губам. Вначале он лишь робко касался губами губ Малфоя, но затем осмелел и, обхватив его лицо руками, стал увлеченно целовать его. Драко выгнулся навстречу ему, его руки скользнули к застежке мантии Гарри, ловко скинули ее, и забрались под свитер Поттера. Через секунду Гарри уже лежал на слизеринце, и они увлеченно целовались. Теперь он и вправду мог чувствовать, каково наощупь это напряженное тонкое тело… Чертовски соблазнительное тело! Одной рукой Драко поглаживал спину Гарри под свитером, а другой обнимал его талию, прижимая бедра Гарри к своим. Гарри почувствовал, что никогда еще не был так возбужден. «О, Драко!» - не удержавшись, простонал мальчик, прижимаясь еще сильнее…

… Поттер явно видел сон. И явно очень хороший. Достаточно было посмотреть на его лицо. «Как ты прекрасен, когда спишь…» Малфой прогнал дикую мысль сейчас же подойти и поцеловать Гарри. Ага, чтобы он проснулся и поднял крик. И рассказал всей школе о Малфое-извращенце, пристающем к спящим мальчикам в больничном крыле.
Гарри шевельнулся и застонал: «О, Драко…» Малфой понял, что больше не может вот так лежать и смотреть. «Кажется, он не против… А, будь что будет!» - он тихо выскользнул из-под одеяла…

- Гарри, - нежный шепот. Гриффиндорец открыл глаза и увидел склоненное к нему лицо. Прекрасное, ангельское лицо. Белокурые пряди касались его лица, а губы, которые он только что целовал во сне, были в сантиметре от его собственных.
- Гарри, - еле слышный шепот, почти выдох обжег его губы. Поттер быстро обвил руками шею блондина и резко притянул его к себе, впиваясь в его губы страстным поцелуем. Малфой ответил на поцелуй, забрался на постель с ногами и тут же прижался к нему всем телом. Мысли улетучились из его головы, только желание целовать и гладить Гарри всецело владело Драко. Поттер оторвался от его губ, чтобы поцеловать в шею, и еще раз, и еще… Он чувствовал, как руки Драко касаются полоски кожи между пижамной рубашкой и штанами - и от этого касания, и от того, как слизеринец нежно обнимал его, Гарри бросало в жар. Сделав над собой последнее усилие, Поттер сдвинулся немного к краю кровати, привлекая к себе Малфоя и накрыл его одеялом. Руки Гарри забрались под пижаму Драко, скользнули вдоль позвоночника по шелковой коже. Малфой в ответ тихонько вздохнул, сдерживая стон, и сильнее прижался к Гарри, запуская руки ему в штаны. «Драко», - застонал он, прижимаясь еще теснее. «Гарри», - прошептал в ответ блондин, делая движение бедрами. На этот раз застонали оба. «Ах, боже мой», - выдохнул Гарри. Возбуждение становилось уже невыносимым, остановиться было невозможно. Внезапно Гарри почувствовал, что ему что-то очень мешает. Одежда. Зачем им одежда? Он решительно потянул вниз резинку пижамных штанов Малфоя, тот немного отодвинулся чтобы тут же прижаться еще крепче и так же решительно сдернул штаны с Гарри. Прикосновение тела к телу, кожи к коже возбуждало еще сильнее. Он хотел застонать, но Драко не оставил ему такой возможности, закрывая его рот поцелуем. Его пальцы вцепились в спину Гарри, совсем как тогда - в одеяло, а тот, в свою очередь, прижал к себе Малфоя. Наверное, если бы на них сейчас напал Волдеморт - они и тогда не смогли бы оторваться друг от друга. Они страстно целовались, кусая губы друг друга, а их тела, плотно прижатые друг к другу, двигались в бешеном темпе, подчиняясь древнему инстинкту. «Еще чуть-чуть, еще немного… Я больше не могу… Больше не могу!» Наслаждение накатывало волнами, пока не переполнило их, и наконец они оба закричали, выгибаясь дугой и впиваясь ногтями в спины друг друга. И одновременно упали на кровать обессиленные. Гарри, тяжело дыша, взглянул на Драко. Тот так же тяжело дышал, щеки его были покрыты непривычным румянцем, глаза горели. Он счастливо улыбался. Никогда еще Гарри Поттер не видел ничего более прекрасного. «Драко…» - прошептал он. «Гарри…»
Гарри собирался сказать слизеринцу, как он прекрасен, но дикая усталость навалилась на него, и он успел только нежно обнять Драко перед тем как уснуть. «Гарри, я люблю тебя…» - тихо прошептал блондин, устраиваясь в теплых объятиях, и тоже уснул, не переставая счастливо улыбаться.

Утром Малфой, как обычно, проснулся рано и решил не открывать глаза, пока не вспомнит, где находится. Так, в кровати он был явно не один. Внезапно Драко вспомнил все произошедшее ночью в мельчайших подробностях. Он открыл глаза, отчаянно желая, чтобы это оказалось сном. Рядом мирно спал Гарри Поттер, нежно обнимая Драко. Губы его были искусаны. «Мной…» - мрачно добавил Малфой. А несколько часов назад этот мальчик кричал и стонал его имя. А еще через несколько часов будет весело рассказывать об этом своему рыжему Уизли…
Воспоминание о Уизли как всегда испортило Малфою настроение. Он живо представил себе ухмылку рыжего наглого оборванца и помрачнел еще больше.
«Черт!
А что, если это окажется сном? Отлично, пусть Поттер думает, что это был сон! Прекрасный сон. Эротический - в пятнадцать лет бывает».
Довольный своей мыслью, Малфой решил перебираться на другую кровать. Он с сожалением выбрался из объятий крепко спящего Поттера и сразу замерз. «Кажется, вчера пол не был таким холодным!» Драко отдернул босую ногу от пола. Посмотрел еще раз на Гарри. «Все-таки он прекрасен, когда спит… Ну и когда бодрствует, тоже… Особенно в некоторых ситуациях…»
Малфой нагнулся, чтобы поцеловать гриффиндорца напоследок. И тут же испугался. «А если проснется?» Некоторое время он колебался, а потом быстро чмокнул Гарри, невесомо коснувшись его губ, решительно вылез из кровати и перебежал к своей.
Кровать была ужасно холодной, ведь всю ночь она пустовала. Малфой уже почти пожалел о своем решении. Он свернулся клубочком на кровати, но и это не помогло ему согреться. К тому же спать совершенно не хотелось. Он еще раз взглянул на Поттера - тот улыбался чему-то во сне.
«Глупо…»
«Нет, глупо было бы остаться! Ты хочешь, чтобы тебя опять променяли на рыжего наглеца?»
«С ним тепло…»
«Тем холоднее будет, когда он уйдет!»
Драко посмотрел на часы на стене - в Большом Зале сейчас идет завтрак… Он поискал взглядом свои вещи, но не увидел их и уставился в окно. Оставалось только согреваться приятными воспоминаниями. Мечтать Малфой себе не позволял.



Глава 7. О ком стонет Гарри по ночам?

Яркое солнце уже вовсю светило в окна, когда мадам Помфри вошла в лазарет и разбудила Гарри.
- О, Малфой, вы уже проснулись! Поттер, вставайте! Утро давно настало!
Она тронула Гарри за плечо и, убедившись, что он в порядке, продолжала:
- Я думаю, вы оба вполне здоровы и можете идти на занятия. Сейчас они уже начались, так что пойдете на следующий урок. Эльфы принесут вам вашу одежду и завтрак.
Гарри открыл глаза и снова удивился, что не нужно беспокоиться об очках - никак не мог привыкнуть. Он посмотрел на потолок, соображая, где находится и как сюда попал. Из раздумий его выдернул знакомый надменный голос.
- Что, Поттер, опять не усидел на метле? Очевидно, прирожденный ловец - это тот, кто выживает, падая с любой высоты, и снова лезет на метлу.
Конечно. Малфой. Они упали с метел. Точно! И еще он поймал снитч! И снова видел тот самый сон. Только закончился он куда лучше, чем все предыдущие варианты…
Эти мысли пронеслись в его голове мгновенно, и он повернулся к соседу по больничной палате. Драко Малфой сидел на кровати, одетый в пижаму, сидевшую на нем, как и любая другая одежда, совершенно безупречно. Его светлые волосы были слегка растрепаны, что выглядело бы трогательно, если бы фирменная слизеринская ухмылка не нарушала впечатление. И еще он выглядел немного замерзшим… Гарри почувствовал смутное желание согреть юношу, желательно в своих объятиях, но тут же совладал со своими чувствами. С той ночи, когда гриффиндорец пробрался в слизеринские подземелья, прошло немало времени, и он привык отгонять подобные странные мысли и желания. Вот только со снами он ничего не мог поделать… Гарри оставалось надеяться, что он не разговаривает во сне.

«Похоже, у Поттера не возникло никаких подозрений. Отлично», - холодно сказал себе Малфой. Чем больше он смотрел на бывшего заклятого врага, тем сильнее жалел о своем решении, и тем жестче давил в себе желание срочно залезть к нему под одеяло, обнять покрепче и не отпускать как можно дольше. А потом, отпустив, вернуться при первой возможности. И всегда знать, что есть к кому возвращаться, что его ждут. Но он снова и снова напоминал себе о знаменитой слизеринской осторожности, и в крайнем случае воскрешал в памяти сцену пятилетней давности: он, протягивающий руку, и Гарри, холодно отвечающий ему, и рыжий оборванец, хихикающий в углу купе.
Вот и сейчас он спокойно смотрел на Драко, не отвечая на его насмешку. Что-то незнакомое светилось в зеленых глазах. Некоторое время они смотрели друг на друга, не отрываясь, а затем Малфой отвел глаза. Очень кстати появился домашний эльф с подносом. Можно было начинать завтракать.
«Малфой как будто чем-то напуган или обеспокоен… Чем, интересно? А вдруг он слышал как я говорил или даже - о нет! - стонал во сне?! Нет, тогда он бы стал высмеивать это, а не падение с метлы. А ведь он и сам свалился, причем первый! Ну да ладно, это вина зелья, он тут ни при чем. А почему, собственно?» Гарри не смог ответить себе, откуда он узнал про зелье. Просто знал. Быстро позавтракав, он так же быстро оделся и побежал рассказывать обо всем друзьям. С Малфоем он решил не прощаться, тем более, что тот был поглощен созерцанием своей прически в зеркале.

Уже сидя на уроке заклинаний, Гарри отметил еще одну интересную вещь - он никогда не помнил своих снов, во всяком случае в деталях, а сегодняшний запомнил. Во сне часто какие-то моменты пропускаются, одни люди превращаются в других, но в этом сне все было логично и последовательно, и он помнил малейшую деталь. Звуки, ощущения, запахи, вкусы… Так подробно он помнил только сны о Темном Лорде, когда он просыпался от страшной боли в шраме и страха. Мысль об эротических снах с участием Волдеморта его развеселила, и он ткнул в бок Рона.
- Рон! - зашептал Гарри, сдерживая смех, - Что бы ты сказал, если бы твой друг оказался геем?
Рон шутливо отодвинулся, изображая панический страх. Зато с большим энтузиазмом к ним придвинулся Симус: - О, так вот о ком ты так сладко стонешь по ночам!
- Я стону по ночам? - Гарри приобрел пунцовый оттенок.
- И еще как! - в голове Симуса слышалась неприкрытая зависть, - Так, что нас всех будишь! Так кто это?
Гарри повернулся к Рону и встретил его вопрошающий взгляд.
- Что? Гарри стонет по ночам? - это Гермиона оторвалась от интереснейшего рассказа Флитвика о взрывных чарах и повернулась к друзьям, - А шрам не болит?
- Нет, Гермиона, он НЕ ТАК стонет! - пояснил Симус, широко улыбаясь. Казалось, он был на седьмом небе от счастья за друга.
- Впрочем, это не исключает участие в его снах Сама-Знаешь-Кого, - развеселился Рон.
- Да нет, Рон, ему наверняка снится профессор Снейп и он подвывает от страха, - возразила Гермиона с таким серьезным лицом, что Гарри чуть не засмеялся в голос.
«Да нет, - подумал он, - всего лишь Драко Малфой…»
Он обернулся проверить, много ли студентов прислушиваются к их разговору, и поймал задумчивый взгляд Невилла Лонгботтома.

Настало время обеда, а Гарри, сидя за гриффиндорским столом, все думал о том, что может знать Невилл, и, разумеется, о том, кто сидел за другим столом прямо напротив него. Есть он особо не хотел, так как завтракал позже обычного. Увидев Невилла, как обычно, опаздывающего на обед, Гарри решительно встал из-за стола и направился к нему.
- Невилл, - начал он.
- Гарри, я, может быть, плохой волшебник, - голос Невилл немного дрожал, - но я очень чутко сплю. И слух у меня неплохой.
- Невилл… - на этот раз почти умоляюще произнес он.
- И секреты я хранить умею. Не бойся, что я выдам тебя. Есть вещи, более достойные опасения.
На секунду Гарри показалось, что перед ним - сам Дамблдор под Всеэссенцией, но тут же Невилл споткнулся о чью-то ногу, и наваждение рассеялось.
Он рассеянно проводил глазами однокурсника, затем перевел взгляд на Малфоя. Тот что-то высокомерно объяснял Пэнси Паркинсон, смотревшей на него глазами преданной болонки. На Гарри он не смотрел.
Гриффиндорец молча стоял в дверях, дожидаясь своих товарищей, а в голове его тем временем бродили совсем не гриффиндорские мысли. Он злился. Более того, он ревновал. «Значит по ночам ты мечтаешь обо мне, а днем строишь глазки этой слизеринской…» Додумать он не успел, так как подошел Рон и стал пересказывать ему пропущенный им, но страшно забавный, по мнению Рона, разговор.
«Сегодня ночью я возьму свою мантию-невидимку и пойду в подземелье. Просто взгляну на него. Только загляну в его спальню и назад. Я же должен узнать, он все еще видит меня во сне или тот раз был единственный?» - Гарри быстро придумал оправдание для своего ночного похода. Все-таки не зря Шляпа хотела отправить его в Слизерин.

Вечером Гарри пришлось долго ждать, когда ребята уснут. Они же горели желанием послушать как Гарри стонет во сне, и, в свою очередь, ждали когда уснет он. Это могло бы продолжаться до бесконечности, и он решился одеть мантию прямо в спальне и уйти оттуда уже невидимым.
Поттер медленно вылез из-под одеяла, стараясь не шуметь, еще тише вытащил припрятанную под матрасом мантию, стараясь действовать быстро. В комнате было абсолютно темно, так что он мог не бояться, что кто-то увидит движущийся сам по себе полог кровати. Гарри тихонько выбрался из кровати, путаясь в длинной мантии. Хотя с тех пор как он получил ее, он заметно вырос, мантия все же оставалась ему немного велика. В полной темноте его рука скользнула по поверхности тумбочки, и он машинально сунул в карман то, что попало ему в руку.
И только тут до него дошло, почему в комнате было настолько темно. Дверь в комнату была закрыта. Он мог бы ее открыть, но привлек бы внимание ребят, увлеченно изображавших глубокий сон.
«Черт. Невилл! Хоть ты помоги мне! Ты единственный кому я могу доверять! Но как мне попросить тебя?»
В темноте что-то зашелестело. Дверь открылась и Гарри увидел Лонгботтома, сонно шествующего в туалет. Поттер поспешил проскользнуть за ним.

Он быстро шел по коридорам, которые знал уже наощупь, и в голове у него вертелась куча вопросов. Было ли совпадением то, что Невилл решил выйти именно в тот момент? Почему ТОТ сон кажется ему таким ярким, словно все было наяву, и он отлично помнит вкус губ Малфоя? Почему вообще он вечно влипает в неприятности - падает с метлы, попадает под зелье Лонгботтома? И вообще, что он сжимает в руке? Мальчик вынул руку из кармана и раскрыл ладонь - на ладони его, поблескивая от лунного света, лежало кольцо.

Гарри решил подумать обо всем этом завтра, а пока сосредоточиться на том, чтобы не заблудиться и, самое главное, не привлечь Филча, его кошку Миссис Норрис или Пивза. Первые минут пять он шел, вглядываясь в темноту, но вся школа крепко спала, и скоро его мысли снова вернулись к многочисленным вопросам, к которым прибавилась еще и загадка кольца.
Он как раз перебирал в уме все известные ему кольца-артефакты, когда произошло неизбежное - у самого входа в гостиную Слизерина, в одном из самых темных коридоров подземелья, Гарри врезался в кого-то…
Мозг распознал знакомый запах прежде чем глаза успели различить лицо в полутьме коридора. Малфой тоже сразу узнал, в кого врезался, задумавшись.
- Поттер!
Он поспешил состроить обычную презрительную гримасу.
- И что ты забыл в нашем подземелии? Может, решил зайти в гости?
«Именно, Малфой. Драко…»
Гарри молчал. При столкновении капюшон его мантии слетел и лицо стало видно. Впрочем, в полутьме это было почти бесполезно. Он смотрел на Малфоя, отмечая несоответствие выражения его серебристых глаз наглой ухмылке. Малфой тоже замолчал, уставившись в глаза Гарри.
«Я выжил после Авады Волдеморта, дрался один на один с василиском, отгонял дементоров, обманывал хвосторогу… Так почему же мне сейчас так страшно?»
Сердце стучало так громко, что было странно, как его еще никто не услышал. Мальчики стояли, застыв, друг напротив друга, даже не дыша. Малфой тихонько вздохнул, переводя дух, и это вывело Гарри из ступора. Он мысленно послал все свои страхи куда подальше, решительно шагнул к Драко и, схватив его для верности за мантию, прижался губами к его губам. Гарри ожидал, что сейчас он будет вырываться, даст ему по лицу, убежит или позовет Филча - что угодно, но только нежные руки легли ему на плечи и не менее нежные губы раскрылись навстречу поцелую.

Прошло, наверно, несколько веков, прежде чем Драко мягко отстранился и посмотрел ему в лицо. Гарри тут же сгреб его в объятия, прижав к себе так крепко, что рисковал раздавить, будь Малфой более хрупким.
- Гарри, - нежно шепнул знакомый и, вместе с тем, такой непривычный голос, - нам, наверно, не стоит целоваться посреди коридора…
Гарри счастливо улыбнулся.
- Да, конечно. Я знаю один класс…

Позже он узнал, а тогда и не подумал, как им удалось добраться до класса незамеченными. О соблюдении тишины они в тот момент думали меньше всего. Гарри и Драко ввалились в класс, Гарри захлопнул дверь, на минуту оторвавшись от слизеринца, на полном автомате пробормотал слова какого-то заклинания и вернулся к прерванному занятию.
Обе мантии скоро оказались на полу, а на них оказались Малфой с Поттером. Гарри сунул руки под свитер слизеринца - тот был одет по всей форме, ну по крайней мере, до того как они столкнулись, и это напомнило ему о чем-то знакомом. Юноша решил, что сейчас не совсем подходящее время, чтобы думать… о чем-либо, и тут же совсем освободил блондина от свитера. Он полюбовался немного на полураздетого Малфоя - зрелище того действительно стоило - и затем решил попробовать его на вкус. От прикосновений горячих губ к своей груди Драко застонал и откинул голову, совсем как тогда, во сне. Гарри обнял его за талию и стал покрывать его грудь и живот поцелуями, словно стараясь не пропустить ни одного сантиметра шелковой кожи. Гриффиндорец уже расстегнул пояс его брюк и вдруг оробел, вспомнив о полном отсутствии опыта.
- Гарри, - выдохнул Малфой, - пожалуйста…
«Ладно, будь что будет», - и он расстегнул брюки Драко, стягивая их.
- Гарри… - застонал Драко чуть громче, не в силах больше терпеть. Гарри нерешительно провел языком по его возбужденному члену снизу вверх, чувствуя, как он напрягается еще больше. Стоны Малфоя сводили его с ума. Это было даже лучше, чем если бы ему самому было так хорошо… Гарри осторожно обхватил губами головку, но Драко двинулся навстречу, и он стал действовать уже смелее. На малейшее движение его языка или губ Малфой отзывался умопомрачительно сладкими стонами, с каждым разом все громче, и это возбуждало Гарри до головокружения. Наконец блондин вскрикнул, кончая. Его тело выгнулось, а затем бессильно растянулось на смятых мантиях.
Гарри лег рядом с ним и нежно чмокнул его в губы. Малфой никак не мог отдышаться.
- Гарри, - прошептал он, тяжело дыша. Он явно хотел что-то добавить, но вдруг передумал. Лицо его озарилось хулиганской улыбкой, - а я думал, ты девственник.
- А я и есть, - ответил Поттер с гриффиндорской честностью.
- Надо же… - прошептал Малфой с оттенком восхищения. Гриффиндорец улыбнулся и нежно обнял его, прижимая к себе.
- А я видел тебя во сне, - шепнул он ласково.
- Гарри…
- Мм?
Малфой отстранился и посмотрел в лицо Гарри.
- Это был не сон…



Глава 8. Практическая история магии.

Нельзя сказать, что Гарри мечтал о ком-нибудь, кто будет любить его, кто будет нежно обнимать его, лежа рядом. Нет, скорее, он никогда об этом не думал. Но сейчас он был абсолютно счастлив.
Гарри и Драко лежали, обнявшись, в пустом классе на мантиях, сброшенных в спешке на пол, и болтали ни о чем.
- А знаешь, Поттер, тебе гораздо лучше без этих уродских очков! - фирменная малфоевская острота сглажена непривычной нежностью в голосе.
- Хм, а тебе - без этого мерзкого геля на волосах.
Разговор был прерван поцелуем, а затем снова продолжился.
- Так что же ты делал в нашем подземелии, Поттер?
- Кажется, еще недавно я был Гарри…
- Ладно, Гарри…
- А ты что делал среди ночи одетый в коридоре?
- Хм, ты предпочел бы меня раздетого в коридоре?
Гари рассмеялся, окидывая взглядом все еще полураздетого Малфоя - тот натянул брюки, но свитер одевать не стал.
- Нет, правда.
- Ну, я гулял.
- Ночью? По школе?
- А что, ты думал, только ты можешь гулять ночами по школе? Мне не спалось. И сидеть в обществе Крэбба и Гойла в гостиной не хотелось. Ну, а ты?
- А я шел на тебя посмотреть.
Малфой заглянул в глаза Гарри, пытаясь понять, смеется ли тот над ним.
- Правда, - подтвердил Гарри и снова поцеловал Драко.
- Хм, и часто ты так… любуешься на спящих мальчиков? - спросил Малфой, как только обрел возможность говорить.
- Да! Каждый день! Особенно на Крэбба с Гойлом! - развеселился Гарри.

- Слушай, а что это ты говорил, когда мы вошли сюда?
- Я что-то еще говорил?!
- Да, ты закрыл дверь и произнес какое-то заклинание.
- А, ну я наложил защиту на дверь, чтобы Филч не засек, и еще Завесу Тишины.
- У тебя же не было палочки!
Гарри уставился на Малфоя. Перед глазами у него возникла его палочка, лежащая на тумбочке. Уходя, он ее не взял, зато… Гарри сунул руку в карман - кольцо было все еще там.
- Наверное, дело в нем… - и он показал Малфою кольцо. Лицо у того вытянулось - вот Рон бы посмеялся! - он вынул из кармана такое же кольцо и показал его Гарри.
Поттер переводил взгляд с одного кольца на другое - они были совершенно идентичны и даже блестели одинаково.
- Смотри, серебро так не блестит, - со знанием дела заметил Малфой.
- Да, похоже, это тот самый артефакт… - начал Гарри.
- … источник силы, о котором говорил Дамблдор! - закончил за него Малфой.
- Откуда ты…
- Думаешь, ты один пошел за учителем в тот день?
- Нет, но…
- Невероятно! Это ведь Кольца-Близнецы, - продолжал восхищаться Малфой.
- А что они делают? - наконец вклинился в его речь Гарри.
- Они хранят невероятную силу… Я мало знаю о них, знаю только, что если их соединить, случится что-то страшное…
Кольца задрожали и стали притягиваться друг к другу, как магниты. Малфой поспешно убрал свое в карман.
- Значит, с ним можно колдовать без палочки, - слизеринец был крайне заинтересован открывшимися возможностями.
- Ага, и похоже, внушать мысли…
Драко встал и, вытянув правую руку, повелительно произнес: «Люмос!»
В классе стало светло. Казалось, свет льется из ладони и кончиков пальцев Малфоя. Это было необыкновенно красиво. Гарри встал рядом и, направив ладонь, как палочку, на Малфоя, произнес: «Нокс!» Свет погас, как будто выключили лампочку. «Люмос!» - упрямо повторил Драко. «Нокс!» - свет опять погас. Он поднес руку вплотную к руке Гарри, и на этот раз оба заклинания прозвучали одновременно. Шарик света заметался между ладонями и пропал.
- Ты сильнее, - с легкой обидой в голосе сказал Малфой. Гарри улыбнулся и обнял свободной рукой Драко.
- Просто мое заклинание было главнее, - произнес он еле слышно, и его дыхание коснулось губ Малфоя. Из головы Драко моментально вылетели заклинания и волшебные кольца, он прижался всем телом к Гарри, а губами - к его губам.

- Уже светает. Хорошо бы нам расходиться по спальням.
- Мм?
- Нас может застукать кто-нибудь из преподавателей, - говорил Гарри профессорским тоном, не отпуская тем не менее Малфоя, - и наказать, - добавил он, когда слизеринец, не слушая его, начал целовать его шею. Малфой недовольно взглянул на него.
- Но ведь завтра ты придешь?

Гарри вдруг осознал необычность ситуации: он провел ночь с Малфоем и сейчас пообещает ему еще одну. На ангельском лице появилось недоверчивое выражение, серебристые глаза смотрели почти умоляюще. «В конце концов, что мне мешает?» - подумал Гарри и решительно ответил:
- Конечно!
Драко счастливо улыбнулся и крепко обнял Гарри.

Они оделись и накинули мантию-невидимку («так вот как ты ходил по замку ночами столько лет и никто тебя не заметил!»), Гарри тихонько произнес заклинание, отпирающее дверь, и ребята, тревожно оглядываясь, вышли в коридор.
Было раннее утро. Коридоры замка были еще сумрачны и совершенно пусты. Казалось, спят даже привидения и Пивз.
Мальчики дошли до развилки, где им предстояло расстаться. Они поцеловались на прощание (все равно под мантией никто не увидит) и Гарри отправился вверх по лестнице в башню Гриффиндора, а Драко - вниз, в подземелье.
Гарри шепнул Полной Даме пароль и тихо вошел в гостиную. Он был так необходимостью соблюдать тишину, что поначалу даже не заметил сидящего в кресле человека.
- Так-так, и где же тебя носило всю ночь? - спросил страшно довольный Симус Финниган.
Гарри судорожно придумывал ответ, когда раздался еще один голос - на этот раз Дина Томаса:
- А вернее, с кем?

- Мы всю ночь ждали, когда ты, наконец, будешь стонать. А вдруг ты назвал бы имя?
«Обязательно назвал бы», - подумал Гарри.

Гриффиндорцы сидели в Большом Зале за завтраком, и Дин рассказывал Гарри, что произошло прошедшей ночью. Его долго пытали тогда, в гостиной, но каким-то образом ему удалось избежать ответа на интересующий всех вопрос. Ребята решили, что ложиться спать на час просто глупо, и Гарри предложил отправиться на завтрак. Теперь они сидели в Большом Зале почти одни: Симус, Дин и Гарри, и пока Дин говорил, у Гарри был шанс не отвечать на расспросы. Ответить ему было нечего.
- Потом Рон захрапел, он у нас любитель поспать, ну а Невилл вообще не участвовал, и мы остались вдвоем на посту. Лежим мы, значит, и слышим - че-то тихо стало. Ну, Симус предложил посмотреть, спишь ты там или нет? Я говорю: сам проверяй, раз так хочешь, а я от Гарри в нос получить не хочу.
Гари улыбнулся и бросил быстрый взгляд на дверь, а затем окинул взглядом зал. Никого кроме пары сонных хаффлпафцев и неизменно довольного директора с парой учителей.
- Ну вот, он встал, подошел к твоей кровати, смотрит - а она пустая! Тогда мы поняли, что ты решил снами не ограничиваться, и пошли тебя ждать в гостиную.
Симус закивал, подтверждая, что все так и было. Рот у него был забит овсянкой с джемом.
- Так Рон не знает? - спросил Гарри, бросая еще один взгляд в сторону слизеринского стола. Стол был пуст.
- Нет, мы будили его, но он сказал чтобы мы убирались, и мы отстали. А вот и он!
Гарри охватила паника. В дверях Большого Зала появился веселый выспавшийся Рон. Увидев товарищей, он улыбнулся и быстрым шагом направился к ним.
- Ээ… Давайте не будем говорить Рону! Он обидится, если я не скажу ему… Привет, Рон!
- Конечно, он обиделся бы, если бы ты не сказал ему «Привет, Рон», - сказал Дин в веселом предвкушении.
На лице Рона отразилось недоумение и Симус чуть не подавился овсянкой от смеха.
- Ронни, ты знаешь, а Гарри ночью не стонал! - продолжал веселиться Дин, - по крайней мере, в своей спальне.
Лицо Гарри сделалось одного цвета с флагом его факультета. В этот момент, очень кстати, в зал вошел Драко Малфой в окружении своей свиты.
- То есть? - спросил Рон, садясь за стол и накладывая себе в тарелку все, что видел на столе.
Гарри заставил себя оторвать взгляд от Малфоя.
- Он вообще не ночевал в спальне. Пришел под утро, - пояснил Симус, прежде чем снова набить рот овсянкой.
- А мы гадали, кто ему снится! - сказал Дин. На лице у него было написано: «Ладно, Гарри, ты здорово нас одурачил, а теперь рассказывай, кто это был!»
Гарри украдкой взглянул на Малфоя. Рассказать? Да его разорвут на маленькие кусочки и вывесят на Северной Башне, а потом то же сделают с Малфоем. В этот момент Драко взглянул на него и хитро улыбнулся, как улыбаются тому, с кем у тебя есть общая тайна. Секунду спустя на ангельском лице снова появилось высокомерное выражение.
- Я не могу вам всего рассказать, но это связано с тем, о чем мы с тобой говорили, - таинственно сказал Гарри, повернувшись к Рону.
Дин и Симус навострили уши. Ладно, подумал Гарри, надо и им рассказать.
- Вот оно, - сказал он, показывая ладонь, на которой лежало тонкое кольцо.
- Ух ты, как мерцает! Сразу видно, что не простое, - восхитился Рон. Мальчишки смотрели на кольцо, не отрывая глаз. Гарри испугался: вдруг притягивать всеобщие взгляды - одно из свойств кольца, и убрал его в карман от лишних глаз. Он принялся рассказывать о том, что они с Роном подслушали в коридоре у кабинета директора, и о том, где и как он нашел кольцо. Опасная тема его ночного отсутствия была забыта.

Он вошел в Большой Зал и сразу увидел Поттера. Он всегда искал его глазам, входя в столовую, а сейчас Поттер и компания к тому же были почти единственные в пустом зале. И рыжий тут. Если Поттер ему расскажет - все пропало… Это станет темой месяца для шуток: влюбленный Драко Малфой…
Он внимательно следил за тем, что происходило за гриффиндорским столом, слушая краем уха болтовню Пэнси Паркинсон. Ребята, кажется, друзья Поттера, что-то говорили. Похоже, задавали ему вопросы, судя по беспомощному виду Гарри. Вот он посмотрел на Малфоя. Драко ободряюще улыбнулся ему. Еще раз посмотрел. «Дурак, ведь выдашь себя!» Драко привык скрывать свои чувства, и сейчас в отчаянии ждал, когда друзья Поттера все поймут. Нет, похоже, не видят очевидного. Неужели он не может соврать? «Скажи им про кольцо, сразу поведутся!» Чем больше Драко нервничал, тем высокомернее становилось его лицо.
- Драко, ты меня слушаешь?
За тем столом оживленно заговорили, Гарри полез в карман.
«Слава Мерлину!»
- Да, Пэнси, прости, я отвлекся немного, - Малфой ухмыльнулся, давая понять, что его отвлекли приятные мысли. Пэнси засияла и затараторила вдвое быстрее. Драко было весело: Поттер ничего не сказал друзьям, и к тому же обещал сегодня снова прийти. «Ночной сон отменяется, - весело подумал Малфой, - Ну ничего, для этого есть история магии».



Глава 9. Кольцо Власти.

И следующим вечером Гарри накинул мантию-невидимку, захватил кольцо и снова отправился в подземелье. Пользуясь тем, что его не было видно, он постоял немного, любуясь необычной картиной: Драко ждал его, изо всех сил делая вид, что просто здесь гуляет. Никто не смог бы по его лицу понять, как он волнуется - боится, что Поттер не придет. Но Гарри каким-то образом точно знал это. Полюбовавшись немного, он подошел к Малфою и обнял его, закрывая своей мантией. Теперь в полутемном коридоре не было видно ни одного человека, и только еле слышный шепот указывал на чье-то присутствие …

И понеслись со скоростью гоночной метлы счастливые дни. Днем Гарри и Драко демонстративно осыпали друг друга проклятиями, а вечера, а часто и ночи, проводили вместе. Они прятались в пустых классах, в чуланах, в потайных ходах и комнатах, башнях и подземельях.

- Как это здорово - быть с тобой, - сказал как-то Гарри, уютно устраиваясь в объятиях Малфоя.
- Понятия не имею, каково это - быть со мной. Мне не у кого спросить, - спокойно ответил Драко. Гарри пораженно уставился на него, но промолчал. А по школе ходили слухи о многочисленных связях Малфоя. «Вероятно, никто не был интересен ему. Если бы был кто, уж он-то смог бы заполучить кого угодно!» - сделал вывод Гарри.

- И почему ты все школьные годы устраивал нам неприятности?
Драко на секунду представил, как рассказывает Гарри о своей обиде и ревности, о вечной вражде рода Малфой с родом Уизли, о необходимости держать марку перед слизеринцами, этой стаей акул, готовых сожрать своего, почуяв его слабость… Нет, ни за что! Он усмехнулся.
- Хм, ну надо же было как-то развлекаться.
- О, как ты, должно быть, скучаешь по тем временам, - улыбнулся Гарри.
- Вовсе нет, я же могу днем оскорблять тебя, как прежде.
- И я тоже, - радостно ответил Гарри, - но сейчас это тебе с рук не сойдет! - и он сделал шутливо-грозное лицо.
Это была веселая игра, пока что - просто игра.

Однажды вечером, когда Гарри и его соседи по спальне готовились ко сну, в комнату робко постучали. «Да, кто там?» - крикнул Гарри, снимая покрывало с кровати. Дверь приоткрылась и в комнату заглянула Гермиона.
- Гарри, можно тебя на минутку?
Он вышел на лестницу и Гермиона протянула ему кольцо. В тот день, когда он рассказал о нем Рону, Симусу и Дину, они все вместе рассказали все Гермионе.
- Ты уронил его в гостиной.
- Должно быть выпало из кармана, - пробормотал Гарри, - Спасибо, Гермиона!
- Тебе следует повнимательнее смотреть за ним. А то попадет еще не в те руки. Если это и в самом деле источник большой силы…
- Да уж, на пальце будет сохраннее… - и Гарри уже собрался надеть его. Кольцо замерцало ярче, словно радуясь такому решению.
- НЕТ! - Гермиона схватила его за руку - А вдруг оно оторвет тебе руку? Или убьет? Или превратит в кого-нибудь? С древними кольцами шутки плохи! Знаешь, сколько таких вот ужасов я прочла, пока искала информацию о кольцах-артефактах, особенно древних! Чем древнее, тем кровожаднее были маги, как мне теперь кажется…
Гарри стало совестно. Он-то знал название и кое-какие свойства этого кольца и если бы сказал об этом Гермионе, она бы наверняка тут же перечислила остальные свойства, а также историю кольца и все, что о нем было написано в книгах. Может, рассказать ей? Но тогда и про Малфоя придется сказать…
На следующий день Гарри решился. Он долго выбирал момент и наконец подошел к подруге, когда она сидела за книгами в гостиной.
- Гермиона, - начал он, и девушка подняла глаза от «Особенностей психологии магов подросткового возраста»,
- Ты читала что-нибудь о Кольцах-Близнецах?
- Да, конечно. Многое. С этими кольцами связана куча легенд и домыслов… А что? Ты думаешь, твое кольцо - одно из них?
- Ну…
- Тогда где-то поблизости должно быть и второе, они притягивают друг друга. Так, у меня где-то тут было про них выписано… - она начала рыться в обрывках и свитках пергамента, разбросанных по столу.
- Итак, Кольца-Близнецы были изготовлены… ого! в 11 веке… так, это неважно… являются половинками Великого Кольца Власти. Оно дает власть над всем магическим миром! Так же, как само Кольцо Власти, любое из Близнецов не может быть снято… гм… с живого человека. Видишь, а если бы ты его надел! Близнецы тянутся друг к другу, даже будучи удалены на много миль, используя для этого любые средства… Дают своему владельцу неведомую силу… так, ну тут еще всякие пророчества и легенды… Так с чего ты взял, что у тебя именно оно?
- Мм… Малфой сказал… У него второе, - сообщил Гарри таким тоном, словно говорил о дожде за окном.
- Малфой?! - поразилась Гермиона, но тут же спросила о другом: - Он что, его носит? А почему я не видела?
- Нет, на пальце нет. Он мне его показывал…
- Малфой показывал тебе кольцо?!
Гарри вспомнил полуголого Драко, вынимающего кольцо из кармана, и почувствовал, как на его щеках проступает румянец.
- Ну, мы с ним…
- Что? Вы с ним что? Общаетесь? Дружите? А может быть, встречаетесь?
Гарри покраснел так, что стал сливаться с убранной в цветах Гриффиндора гостиной.
- В последнее время ты стал сам не свой, - продолжала Гермиона, - Я же вижу. Ты бродишь где-то по ночам, а возвращаешься страшно довольный, постоянно витаешь в облаках, иногда уставишься на кого-то… Я же не слепая, Гарри! Единственное, чего я не понимаю - кто или что в этом виновато? Зелье Невилла, кольца, притягивающие своих владельцев или… или это все тут вообще ни при чем?
Гарри пораженно молчал.
- Ладно, - заключила Гермиона, - мы сейчас не об этом говорим. На, читай, - она протянула Гарри кусок пергамента с обтрепанными краями.
«… Надевши кольцо на палец станет он Хранителем Кольца и будет биться за него, защищая свою жизнь ибо отнять кольцо можно только с жизнью. Противостоять же силе Великого Кольца Власти может лишь душа чистая и невинная и сердце горячее и отважное…»
- Что-то я мало чего понял… А что это?
- Страница из «Забытых Пророчеств и Легенд»
- Ясно. Книга для легкого чтения?
- Да нет… Там бред сплошной, я бы для себя читать не стала…
- А зачем тогда ты туда полезла? Знала, что это за кольцо? - Гарри расстроился, выходит, зря он рассказал про Малфоя.
- Догадывалась… Смотря на тебя… Знаешь, я даже залезла в психологию, думала, там найду объяснение твоему поведению, а параллельно искала среди эффектов зелий и артефактов. Я такую кучу книг перерыла, - вдруг пожаловалась Гермиона. До этого ее тон был поучительным, - Пришлось даже воспользоваться Искателем.
- А что это?
- Искатель? Вот, - она показала странного вида кулон, висевший у нее на шее на цепочке. Гарри сразу вспомнился Хроноворот. Да уж, Гермиона просто так никаких кулонов носить не станет.
В середину кулона был вставлен черный гладкий камень размером в четверть ладони, а вокруг него по старому потемневшему серебру шел затейливый орнамент из рун и завитушек.
- Он ищет любое слово в книге. Смотри.
Гермиона закрыла книгу, которую читала, приложила кулон плоской стороной к обложке и произнесла: «Экзисто влюбленность». Черный камень поменял цвет, став прозрачно-голубым. Она подняла кулон за цепочку, и как только он оказался на достаточном расстоянии от книги, та раскрылась сама собой и листы стали перелистываться, словно от ветра. Все происходило очень быстро, и спустя несколько секунд после произнесения заклинания книга замерла, раскрывшись точно на той странице, где лежала закладка.
- Ну вот, видел? Я как раз начала этот параграф когда ты подошел.
- А где ты взяла этот Искатель? У профессора Макгонагал?
- Почему? Нет, я его купила. Правда потом профессор все же забрала его, чтобы проверить, все-таки из такого источника, мало ли…
- А из какого? - полюбопытствовал Гарри.
- Ну, - Гермиона замялась, - Это дорогая вещь… В общем, на распродаже конфискованных артефактов…
Гарри онемел от удивления. И это Гермиона, всегда советовавшая им с Роном быть поосторожнее?!
- Я как увидела его, сразу поняла, что это очень облегчит мне учебу! Представляешь, не надо перерывать горы книг в поисках! А потом, я же попросила проверить его! Мы проверили и на скрытые и явные чары, и по каталогу свойств артефактов, и даже в легендах и пророчествах…
- Прочитала весь этот, как ты говоришь, бред? - посочувствовал Гарри.
- Да нет, сразу нашла «Экзисто Искателем»… - беспечно пожала плечами Гермиона.
- Что? Ты пользовалась непроверенным артефактом?! Гермиона, ты меня поражаешь!
Гермиона расплылась в улыбке, словно Гарри похвалил ее прическу или цвет глаз.
- Спасибо за помощь, Гермиона… И… Пожалуйста, не говори Рону…
Гермиона кивнула, и Гарри направился в спальню, собираясь найти подходящую цепочку и повесить на нее кольцо. Не хватало еще потерять… такое.
А Гермиона снова уткнулась в книгу по психологии, а из головы у нее не желала уходить сцена, увиденная в больничном крыле, когда она встала пораньше, чтобы навестить Гарри еще до того, как мадам Помфри проснется и запретит посещения. Сцена, в общем-то, довольно красивая: два симпатичных юноши, черноволосый и платиновый блондин, спят, крепко обнявшись под одним одеялом.



Глава 10. Ссора.

- Так ты знал, что его нельзя надевать?
- Я много читал о магических кольцах. Разумеется, Поттер, я бы не стал надевать кольцо, не будучи уверенным в том, что оно не оторвет мне руку.
Они сидели на полу пустой маленькой комнатки. В узкое окошко проникал тонкий луч лунного света и от него помещение казалось еще более холодным. Драко устроился на расстеленной мантии, защищавшей его от холода каменных плит, прижавшись спиной к стене, а Гарри расположился у него на коленях. Он положил голову на плечо блондина и вертел в руках малфоевское кольцо, висевшее у того на шее на изящной и должно быть довольно дорогой цепочке. Точно такое же было и у Гарри, только пришлось убрать его в карман, чтобы… избежать возможного прикосновения…
Когда Гарри обнял Драко, в знак приветствия, он вдруг почувствовал, как кольцо у его груди накалилось. Теперь он носил его на шнурке на шее, под одеждой. Так что пришлось убрать от греха подальше. Теперь-то Гарри знал к чему стремятся кольца, когда тянутся друг к другу, словно магнитики. К тому чтобы составить Великое Кольцо Власти, жуткую вещь, которая поработит весь магический мир, как сплошной, вечный Империус. Гарри поспешил пересказать Малфою все, что узнал от Гермионы.

Юный слизеринец сидел, прислонившись к стене одной из потайных комнаток Хогвартса и отчетливо чувствовал холод этой самой стены, и тепло свернувшегося клубочком Гарри в его объятиях, и приятную тяжесть его головы на плече, чувствовал, как мягкие волосы Гарри свисая, касаются его груди, и как нежность, запретная для носящего фамилию Малфой, заполняет его сердце. За этот миг можно было не жалея отдать долгие годы одиночества среди толпы фальшивых друзей вместе с фамильным имением и состоянием.
- Да, это все очень любопытно, что ты рассказал. И угадай, кто бы с удовольствием заполучил эту милую безделушку?
- Ну ясно кто, - Поттер вздохнул, - старый знакомый… Ну почему мне вечно попадает в руки то, что ему приглянулось?
- Ты сам ему бы приглянулся больше всего, - Малфой тоже вздохнул, - Давай не будем об этом!

Он повернулся к Гарри и убрал челку с его лица. Гарри тут же потянулся навстречу и нежно коснулся губами губ Малфоя. Мягкие губы раскрылись, впуская его, и нежно начавшийся поцелуй стал страстным. Неуловимое движение - и Поттер сел на колени Малфоя верхом, прижимаясь к нему и крепко обнимая. Он тихо застонал, когда руки Драко так же крепко сжали его, обнимая талию, и его стон утонул в поцелуе. Руки прошлись по спине вверх, затем вниз, вдоль позвоночника, едва касаясь гладкой кожи кончиками пальцев, добрались до резинки пижамных штанов и нырнули внутрь. Сквозь тонкую ткань Гарри почувствовал твердый горячий член Малфоя точно между своих ягодиц, в то время как его собственный, не менее напряженный, упирался Драко в живот. Поттер заерзал, не зная, то ли прижаться к Малфою, то ли отодвинуться, и того это явно еще больше возбудило, судя по тому, как он прижал к себе Гарри, отрываясь от его губ и издавая стон.
- Гарри… Гарри, солнышко… - прошептал он, теряя остатки рассудка.
Гарри все-таки прижался, хотя еще сильнее прижаться было трудно, и они сползли на пол. Ноги Гарри все еще обнимали Драко, а тот стал стягивать с Поттера штаны. В конце концов Гарри поддался, вытягивая ноги, дал штанам покинуть тело и вернулся в прежнее положение. Непонятно как, если учесть, что руки у обоих были заняты объятиями и ласками, но скоро и Малфой лишился штанов. Прикосновение кожи к коже окончательно сводило с ума.
- Малфой… - выдохнул Гарри и чуть не вскрикнул, когда рука Драко коснулась его члена и стала ласкать его. Казалось, лучше и быть не может. Тут же он почувствовал прикосновение совсем в другом месте. Но как можно бояться или смущаться в такой момент? Гарри едва не перестал дышать - так ему было хорошо. Палец Малфоя проник внутрь, и ему показалось, что наслаждение раздвоилось. Гарри двинул бедрами, судорожно вдыхая, и его ягодицы опять прижались к члену Малфоя, и тот застонал. «Все! Больше не могу!» Драко схватил бедра Гарри и резко вошел в него. Крик от внезапной боли перешел в стон удовольствия. Они перекатились так, что Малфой оказался сверху.
- Драко! Пожалуйста!
Малфой крепко прижался к Гарри, целуя его, и начал двигаться. Что-то звериное проснулось в нем и он забыл, как целовать нежно. Он кусал губы Гарри до крови, кусал его шею, оставляя следы, а тот кусал его в ответ, и их стоны сливались в один, пока хватало дыхания стонать. А потом дыхание кончилось, кончились мысли, слова, и не осталось ничего, кроме необходимости двигаться и звериного рычания и жара чужого тела рядом. Еще чуть-чуть. Еще. Немного. И - взрыв где-то внутри. Два крика, слившиеся в один. И тишина.
Медленно вернулось сознание. Громко стучали два сердца рядом. Малфой все еще лежал на Поттере, тяжело дыша. Они оба тяжело дышали и никак не могли отдышаться. Руки Гарри все еще лежали на спине Драко. Его ногти оставили царапины на белоснежной коже.
Малфой с трудом поднял голову и поцеловал Гарри в губы. Даже улыбаться сил не было.
- Драко… это… было… что-то… - задыхаясь, сказал тот.
Малфой взглянул в любимые зеленые глаза и снова опустил голову на плечо Поттера, проваливаясь в сон.

В полутемном коридоре небольшая тень отделилась от стены. Тревожно оглядываясь, она шмыгнула по коридору и скрылась за углом. В косом лунном луче мелькнули рыжие волосы.

- Почему так светло?! Мерлин, сколько времени?!
- Не знаю, но подъем мы пропустили и завтрак, похоже, тоже. Да чего ты так суетишься?
- Черт возьми, Поттер! Посмотри на что похожа моя мантия!
- Очищающее заклинание знаешь? Или подсказать?
- Но палочка-то в спальне!
- Мы, кажется, уже выяснили, что ты можешь обойтись без нее.
- Ладно.
Недовольный всклокоченный Малфой метался по комнате, пытаясь одновременно одеться и очистить мантию от недвусмысленного вида белых пятен. Лохматый Поттер сидел на полу в пижаме и спокойно наблюдал за ним. Наконец он встал и поймал Драко в свои объятия.
- Поттер, мы опоздаем на занятия!
- Ты говоришь как Гермиона, - улыбнулся Гарри.
- Да, и вообще, уже день, так что мы враги! - возмутился Драко, но не стал сопротивляться нежному поцелую заклятого врага.
- Скоро каникулы, Драко, - нежно сказал Гарри, когда поцелуй закончился, - Ты уедешь домой или останешься?
Малфой хитро улыбнулся.
- Я подумаю… Ну все, хватит уже! Пошли!
Гарри неохотно отпустил его и поднял с пола мантию-невидимку.
- Я выйду так. Еще не хватало принародно появиться из воздуха, когда все знают о твоей мантии.
Малфой пригладил волосы, одернул мантию и вышел, оставив дверь открытой. Сразу же за ним вышел Поттер. Слизеринец оглянулся, проверяя коридор на наличие знакомых, и направился быстрым твердым шагом в сторону подземелий. Гарри прикрыл дверь потайной комнаты и поспешил в другую сторону.

- Малфой, где ты был всю ночь?
- Не твое дело, Гойл.

- Драко, а что это у тебя за следы вот тут?
- Покусала злая мантикора, Забини.

- Мистер Малфой, почему у вас такой уставший вид?
- Читал допоздна, профессор Снейп.

- Гарри, только не говори, что выходил в туалет пять минут назад!
- Гарри, где ты шлялся? Мог бы нам сказать, интересно же!
- О, а что это у тебя за пятна вот тут, на шее?
- Это называется засосы, Рон. Пора бы знать в пятнадцать лет-то!

- Черт, у меня в глазах все расплывается!
- Не волнуйся, Гарри. Стой смирно. Оптикус Зоркус! Так лучше?
- О, спасибо огромное, Гермиона! Что бы я без тебя делал?
- Только смотри, это временные чары. Лучше тебе на перемене сходить за очками!

Большой зал. Почтовый филин делает круг над залом и садится на стол рядом с хозяином. Белокурый юноша отвязывает от его лапы письмо и угощает печеньем из тарелки сидящего рядом здоровяка. Читает письмо. На лице мальчика появляется счастливая улыбка. Он поднимает глаза на черноволосого парня, сидящего за другим столом, а затем бросает быстрый взгляд на дверь. Тот улыбается в ответ и еле заметно кивает.

Гарри сказал друзьям, что забыл учебник по трансфигурации в спальне, и что сам быстренько сбегает за ним, пока Макгонагал обедает. Он вышел из зала и стал дожидаться, когда Малфой выйдет и скажет то, ради чего велел подождать его. Скорее всего, получил вести из дома, и судя по радостной улыбке, ему не терпится сказать, что он остается на каникулы в школе. Подумать только, пустая слизеринская спальня и они вдвоем! Да весь Хогвартс в их распоряжении! Для них одних! И походы в Хогсмит вдвоем! Гарри вернул в реальность тонкий голосок, зовущий его.
- Гарри!
«О, нет!» Джинни Уизли выбежала из зала, явно торопясь догнать его, пока он один.
- Что?
Джинни смутилась от такого неприветливого тона. Впрочем, она всегда смущалась, говоря с Гарри Поттером.
- Я… Просто… Хотела сказать тебе кое-что… Ну… Наедине…
- Хорошо, Джинни, я тебя слушаю.
Джинни уставилась в пол, смущенно комкая край мантии, а затем всхлипнула и внезапно бросилась к Гарри и прижалась плотно сомкнутыми губами к его губам и так же резко отстранилась. Гарри пораженно смотрел на нее, не зная как реагировать. Секунду они стояли, уставившись друг на друга, а затем щеки Джинни залила густая краска, они развернулась и бросилась прочь. Гарри медленно повернулся к двери. В дверях, картинно сложив руки на груди и ядовито ухмыляясь, стоял Драко Малфой.



Глава 11. Слизерин.

- Слушай, я понял почему слизеринцы все такие уроды! Они просто вырождаются, они же… - Рон взглянул на Гарри и осекся - у того был совершенно убитый вид.
Тогда он и Малфой стояли в холле, уставившись друг на друга, и молчали. Гарри не знал, что сказать. Малфой ухмылялся, но его глаза предательски блестели.
- Драко, ты идешь? - это кто-то из слизеринцев окликнул его, выходя из зала.
- Да, я сейчас, - резко бросил Малфой, развернулся, так что его мантия взметнулась как у профессора Снейпа, и быстрым стремительным шагом направился в коридор, ведущий в подземелья. Гарри бросился за ним, не обращая внимания на удивленные взгляды со всех сторон. Ему пришлось бегом догонять Малфоя, так быстро тот шел, но когда между ними оставалось два шага, слизеринец резко развернулся, и Гарри чуть не влетел в него.
- Что тебе надо от меня, Поттер? Хватит ходить за мной! - чтобы не сорваться на крик, он шипел, снова совсем как профессор Снейп.
- Драко…
Лицо Малфоя окаменело, только в глазах кипела ярость и… слезы?
- Для тебя я Малфой, Поттер. Не смей пачкать мое имя о свои грязные губы.
Позже Гарри придумал тысячу вариантов ответа, включая не содержащие слов, но тогда… ему нечего было сказать. В глазах все расплывалось, словно он забыл очки. Тон, с которым была сказана фраза, поразил его настолько, что он даже не стал вникать в содержание, однако позже осознал и его.
Смутно он помнил, как его догнала Гермиона, как она говорила что-то, спрашивала, трясла за плечи, а он только мотал головой и никак не мог остановить слезы.
- Черт, Рон, надо его к Помфри! И чтобы никто не видел… ну, его лицо… понимаешь?
На удивление Гермионы, Рон не стал ни о чем расспрашивать, они подхватили Гарри под руки и повели в медпункт, объясняя всем интересующимся, что он пострадал от Рыдательного Заклятия.
Все это ему рассказывали позже, он не помнил, как прятала глаза Джинни, встретив троицу в коридоре, как Помфри вливала в него успокоительное зелье и заставляла есть шоколад.

Уже к Предсказаниям Гарри был в относительном порядке, если можно считать нормальным состояние, когда человек не улыбается, говорит короткими фразами и на вопросы не по учебе отвечает лишь убийственными взглядами. Впрочем, Трелони такая неразговорчивость вполне устроила.

«Дорогой отец! Сообщаю тебе, что мои планы изменились, и я не останусь в школе на каникулы. Пожалуйста, позволь мне приехать домой»
Драко аккуратно поставил точку, перечитал письмо и, скомкав, швырнул под стол, к остальным. Почтовый филин сидел на краю стола, удивленно наблюдая за его действиями. «Чушь!» Драко со злостью отбросил перо. «Чертов Поттер! Проклятые Уизли! Вся эта чертова рыжая семейка!»
- Драко?
«Вот черт!»
- Да, Пэнси?
- Давай встретимся во время каникул? Мои родители с удовольствием приняли бы тебя погостить в нашем замке!
От приторности ее тона Малфоя передернуло.
- Я остаюсь в школе на Рождество.
- Оо… - она на минуту задумалась, - Тогда я тоже останусь! Вот только напишу родителям!
«О нет…»

- Да ты посмотри на нее, вылитая мопсиха! - сделал вторую попытку Рон.
Гарри посмотрел в указанном направлении. По коридору шествовал Малфой, а на его локте повисла - иначе не скажешь - Пэнси Паркинсон. Она что-то быстро говорила, заглядывая в лицо своему спутнику. Драко не смотрел на нее, задумавшись о чем-то.
- Да уж скорее болонка, - отозвался Гарри, обрадовав Рона хоть какой-то реакцией.
- Точно! А эта Миллисента Булстрод, точно как бык для корриды, да?
Гарри смотрел на белокурого слизеринца, не в силах оторваться. Тот медленно пригладил и без того безупречные волосы и скользнул взглядом по гриффиндорцам. Холодные серые глаза встретились с грустными ярко-зелеными. На лице Малфоя появилась фирменная ухмылка, как в замедленной съемке. Гарри нахмурился. В глазах Малфоя на мгновение мелькнула даже не грусть, а настоящая боль. Звуки стихли, как в кино, и так же как Малфой не слушал Пэнси, Гарри перестал слышать Рона. Всего на секунду. В сердце больно закололо, и он первым отвел взгляд. Ощущение нереальности исчезло.

Гарри никогда не мог ответить себе на вопрос: почему они вместе? Почему он и Малфой так ведут себя, что их заставляет? Конечно, он помнил ту ночь, когда обнаружил, что его заклятый враг видит его во сне, более того, в эротическом сне, но ведь он никак не мог проверить, не был ли тот сон случайностью. И когда он думал об этом, в памяти всплывали слова Гермионы о зелье и кольцах. В конце концов он остановился на мысли, что Невилл сварил особое приворотное зелье, которое заставляет влюбиться тех, кого касается. «Это всего лишь зелье, а действие зелий не вечно». Но теперь ему было очень тяжело… «Может быть, на Малфоя оно уже не действует?»

Угнетенное настроение Гарри заметили и близнецы Уизли. Вечером после занятий, когда весь факультет собрался в гостиной, как всегда, Фред (а может, Джордж?) сунул Гарри в руку хлопушку. Он послушно дернул за ниточку, хлопушка громко взорвалась и в руке Гарри оказался маленький белый хорек. Хорек с ужасом пискнул, глядя на Гарри, и растворился в воздухе. Мальчик кисло посмотрел на Фреда (Джорджа?), и снова опустил глаза. Близнецы переглянулись и Фред опустил руку на плечо Гарри.
- Может поделишься с нами, а?
Джордж присел рядом и добавил:
- Скажи нам, кто тебя обидел, и мы подсыплем ему Червечайного порошка в чай.
«Сказать им? А что, они вроде никогда не выказывали ненависти к Малфою… Да к кому они вообще выказывали ненависть?» Гарри улыбнулся мысли о миролюбии близнецов Уизли - все знали их порой смертельно опасные шутки - и кивнул им.
Он огляделся и, не желая привлекать к себе внимание палочкой, неуловимым движением руки навел вокруг них Чары Незначительности - теперь никто не станет прислушиваться к разговору - и стал рассказывать. Вначале Гарри хотел только описать ситуацию в двух словах, но он так устал все скрывать, и ему так захотелось выплеснуть свои эмоции, что он рассказал близнецам все. Ну почти все. Без подробностей. Почему-то ему казалось, что Фред и Джордж не осудят его интерес к лицу своего пола, но все же подробности он предпочел оставить при себе.

- Гарри, а ты знаешь, эта Чоу Чанг, ну которая тебе так нравилась в прошлом году, - при этих словах Гарри поморщился, - она встречается с одним парнем из Рэйвенкло, я слышал они даже… то самое… вроде бы его зовут Вилли или Билли, как-то так…
- О, Чанг нравятся деревенские имена!
- В смысле?
- Ну, Гарри, Вилли, Билли…
- Что-то мне не нравится твой сарказм, Гарри… Уж очень знакомо звучит. А что ты имеешь против своего имени?
- Ну вот ты - Рональд Уизли. Или твоя сестра - Вирджиния Уизли. Гермиона. Фредерик.
Рон поморщился.
- Фу, не люблю когда меня называют Рональд. Мама меня так зовет, когда собирается ругать.
- А меня мама никак не зовет и не ругает.
Рон замолчал, опустив глаза.
- Прости.
- Да ничего. Просто я хочу сказать, Рон, ты бы ценил свою маму хотя бы за то, что она у тебя есть.
Они как раз проходили мимо поворота в подземелья, когда оттуда неожиданно появилась Гермиона.
- Герм, а разве библиотека не в другой стороне? - удивленно спросил Рон.
- И тебе привет, Рон, - холодно ответила Гермиона, - Я помогала профессору Снейпу расшифровывать зелье Невилла. Приходится перебирать всевозможные комбинации двадцати компонентов, притом, в зависимости от порядка их добавления и температуры…
- А, ну нам все ясно! - перебил Рон. Гермиона и Гарри сердито взглянули на него.

«Поттер опять ходит в очках. И опять лохматый. Вывод: зелье перестало действовать. Зелье перестало действовать - и он уже целуется с этой рыжей заразой. Черт! А ведь я знал… Еще тогда, в первую ночь в больничном крыле я говорил себе… Поздравляю, мистер Малфой, вас опять променяли на Уизли. Только на этот раз это девчонка. О, как это мило, Малфой, ты беседуешь сам с собой? Ты начал сходить с ума. Определенно рехнулся. Не-ет, это не Уизли зараза, это Поттер - болезнь, от которой не вылечишься. Он захватывает душу и сердце, он проникает в самую сердцевину, я весь отравлен Поттером изнутри… Чертов Поттер! Ненавижу!» - белокурый юноша сжал зубы и со злостью ударил кулаком по каменной стене.
- Эй, Драко! Чего ты там сидишь злишься - иди лучше сюда! У нас тут отличное средство от злости, последняя ночь перед отъездом как-никак! - высокий темноволосый парень протягивал ему стакан с дымящейся жидкостью.
- О, вы научились варить Каннабисовое зелье? - губы сами сложились в привычную ухмылку.
- На этом факультете нет маглов и сквибов, Драко.
Это было сказано с некоторой угрозой, но тут же выражение лица юноши стало снова приветливым.
«А, к черту все. Напьюсь вместе со всеми и устроим оргию. Да и кроме того, никто ничего не вспомнил завтра, - Малфой с сомнением посмотрел на Пэнси, и та подобострастно улыбнулась, - И это даже к лучшему…»

Он улыбнулся и направился к камину гостиной Слизерина, в огне которого поддерживалось кипение Каннабисового зелья.



Глава 12. Веселье по-гриффиндорски.

- Из моего факультета пожелали остаться в школе на каникулы 6 человек: Фред Уизли, Джордж Уизли, Рональд Уизли, Вирджиния Уизли, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер.
- У меня двое. Малфой и Паркинсон.
- Из факультета Рэйвенкло пожелали…
Списки учеников, которые будут встречать Рождество и Новый Год в Хогвартсе, сданы директору.

- Привет, Гарри! Ты… это, приходи посмотреть… на ёлки… то есть пихты… ну, короче, приходи… там… в Большом Зале… наряжаем… я выбирал в лесу…
- Конечно, Хагрид!

Замок наряжался к празднику. Прощальный вечер накануне отъезда большинства студентов близнецы Уизли отметили запуском комнатных фейерверков, взрывами бомб-вонючек в коридоре у слизеринского подземелья и раздачей конфет всем желающим. Особенно они веселились, когда у этих самых желающих стали вырастать рога, хвосты и ослиные уши. Братья забрались на стол и громко продекламировали знаменитый анекдот о рогах, хвостах и копытах у студентов. Гарри посмеялся вместе со всеми, а потом не выдержал и подошел к Фреду и Джорджу с вопросом:
- А где копыта-то?
- Тс-с, Гарри, - загадочно зашептал Фред, - мы еще не придумали, как сделать копыта.
- К тому же, - тоном ученого добавил Джордж, - если мы наколдуем кому-нибудь копыта, их ведь потом придется отбросить.
И близнецы, довольные своей шуткой, удалились, но только затем, чтобы вскоре вернуться с целым ящиком усладэля.
- Мы его немного усовершенствовали, - заявил Фред.
- Но мы не мастера варить алкозелья! – предупредил Джордж.
Гарри решил, что ему, в общем-то, все равно и присоединился к храбрецам, рискнувшим попробовать. Похоже, близнецы превратили сливочное пиво в сливочный ликер.
- Глаз крысы, струна арфы, пусть Уизлиэль превратится в водку!
Гари внимательнее взглянул на бутылку в своих руках. На этикетке было ясно написано: «Уизлиэль». Симус Финниган колдовал над своей кружкой и кружкой сидящей рядом Лаванды Браун. Гарри с удивлением отметил, что жидкость в их кружках начала бледнеть и постепенно стала совершенно прозрачной.
Если бы декан Макгонагал зашла сейчас в гостиную своего факультета, ее бы, наверное, хватил удар. Рон и Дин Томас затеяли жаркий спор о преимуществах квиддича перед футболом, и, кажется, спор готов был перейти в драку. «Стоп, а где Гермиона? Неужели пошла спать?» Гарри сидел в углу, потягивая Уизлиэль, и грустно смотрел на Симуса, увлеченно целовавшего сидящую у него на коленях Лаванду. Они явно не соображали, где находятся и что делают. «Что здесь делаю я?» - вздохнул Гарри. И тут его не вполне трезвую голову посетила мысль сходить в подземелье. Настроение сразу улучшилось. Он поднялся на ноги и обнаружил, что стоит на них не очень-то твердо. Но разве это помеха для настоящего гриффиндорца? Шатаясь, Гарри прошел как можно незаметнее мимо дерущихся Рона с Дином, милующихся Лаванды с Симусом, запускающих фейерверки близнецов Уизли, танцующих на столе стриптиз шестикурсниц, и направился в спальню за мантией-невидимкой.

Не очень-то это легкое занятие – ходить по движущимся лестницам с исчезающими ступеньками, когда ты еле стоишь на ногах. Но не зря же Гарри пять лет бродил ночами по школе! И вот он уже стоял перед входом в подземелье. Со стороны слизеринской гостиной доносилась музыка, крики и малопонятные звуки. Гарри нерешительно сделал несколько шагов в темноту. «Вот тут была одна из наших потайных комнат…» Он приложил руку к холодной каменной стене. И тут из-за стены донесся стон. Гарри вскинул голову так резко, что капюшон его мантии чуть было не слетел. Этот голос он узнал бы из тысячи!
Он развернулся и направился обратно в башню.

Парочка в одной из соседних комнат, вздрогнув, прервала поцелуй.
- Малфой, - констатировал мужской голос.
- Даже завесу Тишины наложить не может, - презрительно фыркнул женский.
- Или не в состоянии, - встревоженно добавил мужской, - что же они там устроили, Мерлин их заколдуй?
Она вздохнула и отстранилась. Он покачал головой, вглядываясь в темноту, и прижал ее к себе.
- Нет, не пойду. Ну их к черту, - он улыбнулся и поцеловал ее.
Хогвартс праздновал.

Первым, что увидел Гарри Поттер, открыв глаза, был потолок гриффиндорской гостиной. А первым чувством была головная боль. Да, факультет Гриффиндор сейчас смотрелся вовсе не так отважно, как обычно. Студенты спали вповалку прямо на полу в самых разнообразных позах. Рон свернулся калачиком в кресле, а поскольку он был явно великоват для этого спального места, его голова лежала на левом подлокотнике, а нога свешивалась с правого. Он был похож сейчас на рыжего драчливого кота. Дин Томас тоже был тут, он сладко спал на полу, устроившись головой вместо подушки на… не видно, на ком. Симуса нигде не было видно. Единственным бодрым и веселым человеком в гостиной была Гермиона. Она помешивала какое-то зелье, кипевшее на огне камина, и окидывала комнату взглядом, явно ожидая, когда кто-нибудь проснется. Сам Гарри, очевидно, заснул в мантии-невидимке, и ему чудовищно повезло, что никто из в дупель пьяных гриффиндорцев не наступил на него. Сделав над собой огромное усилие, он стащил капюшон и поднял голову.
- О, Гарри! С добрым утром! – радостно поприветствовала его Гермиона, зачерпывая стаканом зелье. Она протянула стакан Гарри.
- Выпей это.
Гарри с сомнением посмотрел на нее, затем на стакан с бурой жидкостью в ее руке.
- Это антипохмельное. Пей, давай, - она сунула ему в руку стакан, и он выпил. Зелье было куда лучше на вкус, чем на вид: кисленькое и освежающее. Он почувствовал, как боль и дурнота быстро покидают его, и настроение автоматически улучшилось.
«Вроде бы я должен расстраиваться… Из-за чего? Не помню. Что-то вчера было…». Вспоминалось лишь чувство разочарования, обиды и одиночества, и героический поход по лестницам.
Гарри выкинул эти мысли из головы и решил просто радоваться новому дню и отсутствию головной боли.
- Я как увидела вас, так сразу поняла, что надо его варить. Вообще-то я предвидела такую возможность и поэтому заранее запаслась ингредиентами, - радостно вещала Гермиона, глядя, как ее зелье великолепно подействовало.
- Гарри, если ты последишь за зельем, я пойду, посмотрю, как там народ в спальнях.
- Давай лучше я, - предложил Гарри. Гермиона налила два полных стакана, и он осторожно, стараясь не пролить ни капли, понес их в спальни, решив начать со своей собственной.
- Ой, погоди, я с тебя мантию сниму. А то парящие в воздухе стаканы и голова спросонья напугают их до смерти.
Она быстро отцепила от Гарри мантию, и он двинулся дальше, между телами спящих, вверх по винтовой лестнице, отворил дверь… «Странно, кому вчера пришла мысль ее закрывать?» Глазам его предстала замечательная картина. Из пяти кроватей в спальне четыре пустовали. На пятой же, вообще-то односпальной кровати Симуса, лежал сам Симус. Справа к нему прижималась Лаванда Браун. Слева, почти скинув одеяло, лежала Парвати Патил. Взгляд Гарри невольно скользнул вниз – пол устилали вещи всех троих. Посреди комнаты валялась непонятно чья палочка, а немного в стороне от нее – бутылка из-под Уизлиэля. Теперь надпись на ней гласила: «Усладэль». Парвати вздохнула во сне и перевернулась на бок, отчего одеяло сползло с нее еще больше, открывая взору очаровательную попку. Гарри подцепил дверь ногой и прикрыл ее, прежде чем вернуться в гостиную.
- Все спят, - сказал он Гермионе, возвращая стаканы, которые она тут же вылила обратно в котел.
- Ясно. Знаешь, это зелье хорошо пить горячим.

- Малфой!! Хоть бы антипохмельного зелья сварил!
- Отвали, Крэбб, я тебе не домовой эльф! Давай лучше собирайся, скоро поезд уходит, а ты, вместо того чтобы собирать вещи, пьянствовал.
- Блин, Драко, но у меня башка болит!
- Прекрати, у тебя там нечему болеть!
Малфой был крайне раздражен, по большей части из-за того, что проснулся наутро рядом с Пэнси Паркинсон. Конечно, он ничего не помнил, ведь Каннабисовое зелье отбивает память начисто, но его яркое воображение сводило на нет это преимущество. Кстати, похмелья это зелье не вызывало, но мало кто из слизеринцев под его действием отказал себе в паре-тройке глотков (а может литров?) чего-нибудь крепкого. Малфой, как выяснилось, отказал. Голова у него не болела, но при мысли о том, чем они могли вчера заниматься с мопсоподобной Пэнси, тошнило хуже, чем от похмелья.




Глава 13. Признание.

Поезд с учениками уехал в Лондон, и начались обычные хогвартские рождественские каникулы. В школе осталось не так уж мало народу – в Хаффлпаффе, например, целых 10 человек.
Гермиона Грейнджер целыми днями пропадала то в библиотеке, то в подземельях, помогая расшифровывать зелье Лонгботтома. Она с горящими глазами говорила, что это может стать великим научным открытием, и вновь убегала по делам.
Фред и Джордж Уизли опять занялись изобретениями, а по вечерам развлекали всех собравшихся у камина в гостиной своими байками.
Рон Уизли вслух строил планы издевательств над Малфоем, пытаясь воспользоваться тем, что его телохранители отсутствовали. Гарри то и дело приходилось его отвлекать, переводя разговор на другие темы.
Джинни Уизли тоже не скучала, быстро найдя общий язык со сверстниками из Хаффлпаффа и Рэйвенкло. Пару раз она даже проводила вечера в их гостиной, несмотря на то, что в гостиные факультетов посторонние традиционно не были вхожи.

«Мой светлый принц. Воплощенная красота…» Гарри сидел, не притрагиваясь к еде, и смотрел на слизеринский стол. Там было всего два человека, от одного из них Гарри не мог отвести глаз, другую же он от души желал удушить прямо сейчас. Она опять что-то тараторила, светясь всей своей собачьей мордочкой и не замечая, что собеседник ее не слушает. «Мерлин, как он может терпеть ее целыми днями?»

Он думал об этом и вечером, когда после ужина гриффиндорская компания поднялась в башню и приготовилась слушать Байки Близнецов. Слово «близнецы» вызывало у Гарри свои ассоциации, и он прижал руку к груди, нащупывая кольцо сквозь одежду. Оно отозвалось, чуть потеплев на секунду. «Как живое», - подумал Гарри. Ему просто нестерпимо захотелось в подземелье.
Он окинул взглядом гостиную. Близнецы, перебивая друг друга, вещали перед Джинни, Роном и несколькими хаффлпаффцами, которых Джинни притащила с собой.
«Кажется, им не до меня», - решил Гарри и проскользнул в свою спальню за мантией-невидимкой. «Используй ее правильно», - вспомнилось ему, и он почувствовал укол совести. «Я только постою у подземелий и вернусь», - решил Гарри и отправился в путь.

Вспомнил. Гарри стоял у входа в подземелья. Стоило ему увидеть это место снова, как в памяти всплыл праздничный вечер, когда он напился, спустился сюда и услышал стон Малфоя из потайной комнаты. Сейчас тут стояла мертвая тишина.

Малфой оттягивал момент возвращения в гостиную, как мог. Пэнси доставала его уже не первый день, пытаясь воспользоваться тем, что они остались одни во всем слизеринском подземелье, если не считать владений Снейпа. Ее не смущали ни насмешки, ни прямые отказы.
Странно, но в этот раз в гостиной ее не было видно. Погруженный в свои мысли, Драко открыл дверь своей родной спальни (все-таки 5 лет тут прожил) и застыл на пороге. «О, Мерлин!» Вы когда-нибудь видели мопса в коротенькой кружевной ночной сорочке? Нет? Лучше вам этого и не видеть! А если этот мопс еще и призывно улыбается, лежа на вашей кровати в соблазнительной позе…
Малфой вышел из оцепенения лишь затем, чтобы сказать: «Я пойду, погуляю». Холод в его голосе приближался к абсолютному нулю. «И ведь эту сволочь ничто не остановит». Как и обещал, Драко отправился бродить по коридорам. Впрочем, это не имело никакого отношения к обещанию. Просто ему, как это часто бывало, хотелось побыть одному.
Он шел и шел, скользя рукой по холодной каменной стене, глядя в темноту невидящим взглядом, не думая ни о чем конкретном. И чем дальше он заходил, тем сильнее его захлестывало чувство одиночества и полной бесполезности своего существования. В конце концов, он, сам того не замечая, сел на пол и заплакал.

Тихие шаги. Чуть заметное тепло от кольца. В полутьме - знакомое до боли лицо. Только блестят зеленые глаза.
Тихие всхлипы и чье-то дыхание в темном коридоре. Несколько шагов. Его светлый принц. Белые волосы упали на лицо, но не могут скрыть блестящие от слез серые глаза.
- Драко, - произнес Гарри шепотом, боясь нарушить давящую тишину подземелий. Малфой поднял на него глаза. Так и есть, он плакал. Сердце Поттера защемило от жалости, нежности и… любви.
- Мне так плохо без тебя, - пожаловался Гарри. Малфой опять опустил голову. Гарри почувствовал, что ему очень нужно сказать хоть что-то.
- Я знаю, что это все дурацкое зелье, но все равно, я не могу так. Я… Я не могу без тебя! Я не могу смотреть издалека и…
- Зелье расшифровали, - тихо сказал Малфой, не поднимая головы.
- Откуда ты знаешь? – от удивления Гарри спросил совсем не то, что хотел.
- Видел состав на столе Снейпа.

- Вера и верность! – послышалось из коридора, и в гостиную влетела Гермиона Грейнджер. Она задыхалась, словно пробежала бегом от самых подземелий до верха гриффиндорской башни.
- Я… была… - стала объяснять она, пытаясь отдышаться.
- В библиотеке, - закончил Рон.
- В подземелье, - одновременно с ним сказал Фред.
- Помогала профессору Снейпу расшифровывать зелье, - добавил Джордж.
Гермиона посмотрела на них с удивлением, все еще тяжело дыша, а затем сказала:
- Зелье расшифровано.
- Да? И что там? – в один голос закричали все трое Уизли. Похоже, привычка повышать голос под влиянием сильных эмоций была их семейным достоянием.
- Ну, толченые зубы дракона… - начала было Гермиона.
- Да нет, - раздраженно перебил Рон, - Как оно действует?

- Оно действительно улучшает внешность, исправляет недостатки немагического происхождения вроде плохого зрения, шрамов или прыщей. Побочные эффекты: повышенная чувствительность и обмороки. Но там нет ни капли приворотного средства, Поттер, - Малфой поднял глаза на Гарри. Некоторое время тот молча смотрел на него, осознавая услышанное. А затем опустился рядом на пол и крепко обнял слизеринца.
- Какой же я дурак, Драко! Я думал… - и он уткнулся в плечо Малфоя.
Некоторое время они сидели так, пока Драко не осознал, что Гарри дрожит.
- Тебе холодно? Ну конечно, сейчас зима, а твоя мантия-невидимка совсем тонкая! – он взмахнул рукой, призывая из спальни свой шарф, - Зачем ты ходишь в ней без капюшона?
- Да в нем дышать невозможно, и потом, кто меня здесь увидит? – оправдывался Гарри, пока Малфой бережно обматывал его шею шарфом.
- Тебе так идут слизеринские цвета. Зеленые полоски как раз под цвет твоих глаз.
- А серебряные – под цвет твоих. Знаешь, Шляпа хотела отправить меня в Слизерин.
- Так вот почему она так долго тянула, - улыбнулся Драко.
Гарри уставился на него в удивлении.
- Ты помнишь мое распределение?!
- Конечно. На тебя вся школа глазела. А я какую-то секунду даже не сомневался, что она сейчас крикнет: «Слизерин!», и ты сядешь за стол рядом со мной, и мы станем лучшими друзьями.
Тут только до Драко дошло, что он сказал. Но ему было уже все равно. Он только крепче прижал к себе Поттера, завернутого в слизеринский шарф, бледного, но счастливого. Черная отросшая челка спадала ему на лицо, закрывая один глаз, что придавало ему немного бесшабашный вид, особенно удачно дополненный счастливой улыбкой. «Обожаю», - словно неоновая вывеска зажглась в голове Драко, и он поцеловал эти улыбающиеся, такие любимые губы, мгновенно ответившие на поцелуй.

- А, кстати, где Гарри?
Рон растерянно посмотрел на старших братьев.
- Он только недавно был тут…
- Полагаю, - серьезно сказал Джордж, - он там, откуда ты только что прибежала.
Гермиона, растерявшись на мгновение, понимающе кивнула.
- Так, я тут чего-то явно не понимаю! – рассердился Рон. Его с детства бесило, когда у старших братьев были секреты от него.
- Побежал узнавать у профессора насчет зелья, - быстро соврала Гермиона.
К старшекурсникам подошла Джинни вместе со всеми своими товарищами, лишив их возможности обсудить эту тему, и скоро сеанс Баек Близнецов был продолжен.

- Я так расстроился тогда, когда ты предпочел мне этого рыжего… Уизли.
- Сожалею, но Рон – мой друг! Конечно, он многого не понимает…
- О, большую часть школьной программы!
- …но он был первым, не считая Хагрида, кто по-дружески отнесся ко мне в волшебном мире, да и не в волшебном тоже, а ты тогда начал оскорблять их обоих…
- Я был ребенком, который говорит так, как его научили, - вздохнул Малфой, гладя волосы Гарри, - Да и Крэбб с Гойлом были там…
- И я был ребенком и потому не смог бы понять всего этого…
- Глупо вышло…
- Да, ужасно глупо…
- Да еще этот рыжий вечно ко мне лезет. Готов поставить мешок галлеонов, что его главная мечта – сделать из меня отбивную, и это занимает все его мысли, если таковые…
- Драко… Он мой друг… Я бы не хотел, чтобы близкие мне люди ненавидели друг друга…
При этих словах сердце Драко забилось чаще, и он даже не стал ничего говорить по поводу родовой вражды Уизли и Малфоев.
- Я с ним поговорю. Но и ты его не цепляй.
- Мир, дружба, жвачка? – съязвил Драко. Гарри не обратил никакого внимания на его тон.
- А может, прямо сейчас все расскажем? А? – он поднял голову с малфоевского плеча, словно собираясь немедленно сорваться с места и бежать в башню.
- А может не надо...?
- У тебя будут неприятности с отцом? – Гарри заглянул Драко в глаза.
- Нет... С отцом я все улажу, дело не в этом… А, хотя ладно! Пошли! – Малфой решительно вскочил на ноги, Гарри последовал его примеру.

Портретный проем открылся. Что-то, невидимое для тех, кто был в гостиной, проскользнуло внутрь.
- О, Гарри, наконец-то! – воскликнула Гермиона, сидящая в кресле с книгой.
Мягкое одеяние упало на пол, и посреди гостиной возникли двое подростков: одного из них здесь явно ждали, другой же стоял чуть позади первого, дерзко глядя на присутствующих и сжимая руку своего спутника, не то ища поддержки, не то стремясь показать свою принадлежность к нему. Он явно не ожидал увидеть здесь еще и хаффлпаффскую малышню. Картину довершал зелено-серебристый шарф все еще намотанный на шею гриффиндорца.
Гарри сжал руку Малфоя в ответ. Все уставились на них в полной тишине. Первым пришел в себя Рон.
- Гарри, что этот хорек здесь делает? – спросил он, непроизвольно сжимая кулаки.
Малфой ухмыльнулся. Ну, разумеется, чего же еще ждать от рыжего долговязого придурка?
Гарри Поттер был само спокойствие.
- Да, Рон, очень хорошо, что ты спросил. Я как раз хотел вам всем сказать одну вещь, - он обвел взглядом гостиную, - этот человек, - Гарри обернулся к Драко. Тот немного побледнел, - отныне со мной.
Рон открыл рот, собираясь что-то сказать, но Поттер продолжил с нажимом:
- И НИКТО из вас не смеет оскорблять его в моем присутствии! Впрочем, и у меня за спиной тоже.
Глаза Джинни сделались похожими на голубые блюдца. Рон густо покраснел и сжал кулаки еще сильнее. Зато близнецы и Гермиона не выглядели удивленными.
- Вы что, знали?! И ничего мне не сказали?! – зашипел Рон на братьев и подругу. Гермиона невозмутимо пожала плечами.
- Мы узнали одновременно с тобой, Рон. Просто нас не шокируют однополые отношения, - и она демонстративно уткнулась в книгу.
- Добро пожаловать на наш вечер, Малфой, - так же невозмутимо сказал Фред, но руку для приветствия протягивать не стал. - Так на чем я остановился?




Глава 14. Веселые каникулы

Вечер прошел довольно мирно, если не считать убийственных взглядов, которые Рон бросал на Гарри, обнимающего Драко за плечи. Скоро отправились спать хаффлпаффцы, а Джинни пошла их провожать.
«Интересно, как Филч еще не поймал никого из нас?» – думал Гарри, с улыбкой представляя себе завхоза, пьянствующего вместе со своей тощей кошкой в честь окончания учебной четверти.
- Вряд ли твой Рон будет счастлив, если я останусь ночевать тут, - прошептал Драко в ухо Гарри, едва не касаясь его губами, - так что спокойной ночи…
- Возьми мою мантию, - предложил гриффиндорец, - завтра отдашь.
- Ладно, - сказал Драко после секунды размышлений.
Они вышли через портретный проем, и стоило ему закрыться, как Малфой прижал Гарри к стене. Полная Дама тактично отвернулась. Слизеринец легко коснулся губ своего любовника и отстранился. Гарри потянулся к нему.
- Спокойной ночи, Гарри, - едва слышный шепот. Горячее дыхание на губах.
Малфой неосмотрительно отпустил руки гриффиндорца, и тот мгновенно притянул его к себе, обнимая за шею и зарываясь пальцами в шелковые светлые волосы.
- Спокойной ночи, Драко, - сказал Гарри минут через пятнадцать, когда они, оба взъерошенные, тяжело дыша, оторвались друг от друга.
- Ага… Спокойной… - выдавил Малфой, улыбаясь и пытаясь отдышаться. Гарри завернул его в мантию-невидимку и еще раз чмокнул, прежде чем накинуть капюшон.
- До завтра.
Он постоял еще немного, пока тихие шаги не затихли где-то внизу, и со вздохом вернулся в гостиную, подмигнув Полной Даме, которая покраснела в ответ.

- Я не понимаю, как он может общаться с этим слизняком!
- Рон, успокойся. Каждый имеет право на личную жизнь.
- Но он же слизеринец!
Гермиона немного покраснела. Рон в ярости носился по гостиной, махая кулаками, крича и то и дело вцепляясь себе в волосы.
- Ну и что, Рон, слизеринцы - не люди что ли? – смущенно спросила она, перестав притворяться, будто читает книгу. За последние два часа она не перевернула ни страницы.
- Нет!!! – заорал Рон во весь голос, и Гермиона поблагодарила себя за вовремя наложенную Завесу Тишины.
- Они гнусные выродки! Да этот… этот хорек доставал нас все школьные годы!
- О чем спор? – спросил радостный Гарри, заходя в гостиную.
- Черт возьми, Гарри, как ты мог?!! – завопил Рон уже явно в истерике.
- Силентио, - спокойно сказал Гарри. Улыбка сошла с его лица, а в голосе появился металл, - а теперь послушай меня, Рон. Ты мой друг. С Малфоем я встречаюсь. И вы не будете друг друга доводить, потому что мне бы крайне не хотелось делать выбор между вами двумя. Спокойной ночи всем, - закончил он произнесенную тоном МакГонагал речь и отправился в спальню.
- Прости, Рон, но я думаю, лучше будет расколдовать тебя завтра утром, - холодно заявила Гермиона, закрывая книгу, и тоже направилась в спальню.

- Мистер Уизли, сегодня Сочельник. Почему вы так грустны?
- Я… не знаю, сэр. Просто плохое настроение.
- Не всегда все идет так, как нам хочется, мистер Уизли, - очки-половинки загадочно сверкают, - и не всегда мы сами знаем, что для нас лучше.

Полдня Рон не разговаривал с Гарри и Гермионой, обидевшись на заклинание немоты, но за обедом сел рядом с ними. Друзья приветливо поздоровались с ним, как ни в чем не бывало. Заканчивать ссору без взаимных извинений было проще.
- Пойдемте сегодня в Хогсмид? – спросил Гарри, наполняя свою тарелку.
- Ой, боюсь я не смогу, - расстроилась Гермиона.
- Ты же уже расшифровала зелье, - удивленно произнес Рон, у которого еще все дрожало внутри в ожидании грубого ответа. Но этого не произошло.
- Да, но это – не единственное, чем я могу помочь… учителям, - замялась Гермиона, - Да и потом, вы что, забыли, что в этом году мы должны сдавать СОВ?
- О боже, Гермиона, через полгода! Целых полгода! – воскликнул Рон.
- Правда, Герм, один день ничего не решит, - согласился Гарри, - к тому же я не сомневаюсь, что ты сдашь экзамены, даже если не будешь готовиться, - улыбнулся он. Рон горячо закивал, стараясь умилостивить Гермиону.
- Ну… ладно. Я только… скажу, что ухожу… В общем, после обеда пойдем, - немного смущенно проговорила Гермиона, бросая взгляд в сторону учительского стола. Рон был так рад, что она не сердится на него, что даже не заметил этого.
- Отлично, тогда через полчаса после обеда собираемся в холле, все четверо! – весело заключил Гарри.
- Четверо? – настроение Рона сразу ухудшилось.
- Четверо, - подтвердил Гарри, и Драко Малфою, сидящему в другом конце зала, досталось сразу два взгляда: один сердитый и один ласковый и извиняющийся. Гермиона закатила глаза, но ничего не сказала.

- Солнце мое, пойдешь со мной в Хогсмид?
- О, скажи так еще раз, и я пойду хоть на край света!
- Всего лишь в Хогсмид, солнце мое, - Гарри счастливо улыбался, обнимая Драко за талию.
- Пойдем. Заодно купим тебе новые очки, мой парень не может ходить в такой рухляди.
- Как ты сказал?
- Я сказал, что твои очки вот-вот развалятся.
- Нет, раньше.
- Сказал, что ты - мой парень, - Малфой нежно чмокнул Гарри в губы.
- Или лучше - «мой любовник»? – спросил он, изображая глубокую задумчивость.
Гриффиндорец очаровательно покраснел. Драко рассмеялся, сжимая его в объятиях.
- Сейчас пойдем?
- Нет, мы встречаемся в холле через 15 минут, все четверо.
- Что? Ой, извини Гарри, я вспомнил, у меня очень важные дела, мне нужно в библиотеку, - нахмурившись, Малфой выбрался из поттеровских объятий, но тот схватил его за край мантии.
- Драко! – Гарри укоризненно смотрел на него, - мы же вроде договорились? Прошу тебя!
Слизеринец вздохнул. Ему действительно хотелось сходить в Хогсмид с Гарри, да и показывать себя трусом перед его друзьями он не собирался.
- Ладно, - внезапно он хитро улыбнулся, - но когда вернутся слизеринцы, ты у меня получишь.
- О, я умираю от страха, - подхватил его улыбку Гарри и, поцеловав Драко на прощание, напомнил: - Через 15 минут в холле.

- … про один ингредиент было написано, что он также входит в Зелье Всеведения. Я стала спрашивать, что это за зелье, но он ответил: «Мисс Грейнджер, займитесь делом». Я пыталась искать это зелье в справочниках, но его нигде нет.
- И не удивительно. Зелье Всеведения – это очень сложное зелье. Оно позволяет знать все. Я читал в «Мастере Зелий», это такой журнал, - Малфой посмотрел на своих спутников. Они вчетвером шли по главной улице Хогсмида. Гарри держал за руку Драко, на его носу красовались новые очки в тонкой золотой оправе.
- У него есть некоторые особенности. Если его выпьет не очень сильный волшебник, оно убьет его. Станет ядом. Но даже если ты не отравишься зельем, Мерлин знает, выдержишь ли ты груз всезнания, не рехнешься ли, и не потеряешь ли память. Для этого надо быть очень сильным человеком, - Малфой усмехнулся, - так что непонятно, для кого вообще некий С.С., пожелавший остаться неизвестным, изобрел его. А в книгах его нет, потому что изобретение довольно новое, и состав никому, кроме автора, неизвестен.
Гермиона пораженно уставилась на Драко.
- Но в записях профессора Снейпа…
Договорить ей не дали близнецы Уизли, появившиеся из дверей магазина Зонко.
- О, привет всей компании! Непривычно видеть вас вместе. Малфой, дружище, угощайся! – один из близнецов протянул Драко конфету в яркой обертке. Малфой, наслышанный о шутках Уизли, подозрительно осмотрел ее со всех сторон и сунул в карман. Впрочем, он оказался не так уж неправ, потому что секунду спустя из его кармана полезли белые черви. Близнецы чуть не свалились в снег от хохота, пока Гарри помогал Драко отчистить карман от маленьких червячков.
- Если бы ты ее съел, ничего бы не было! – сквозь смех проговорил Фред.
- Что-то я в этом сильно сомневаюсь, - проворчал Рон, наблюдавший за манипуляциями Гарри и Малфоя. На помощь им пришла Гермиона, произнеся очищающее заклинание.
Прогулку продолжили вшестером, и разговор о Зелье Всеведения был на время оставлен. Впрочем, Гермиона Грейнджер не была бы собой, если бы, вернувшись в замок, не понеслась немедленно в библиотеку - требовать подшивку «Мастера Зелий» за последние 10 лет.




Глава 15. Угрозы, провокации и прочие прелести школьной жизни.

- Где ты, черт побери, шляешься? Завтра утром все возвращаются с каникул! Ты каждому из них хочешь объяснять, где тебя носит по ночам?! – сонный растрепанный Рон распинался перед не менее сонным Гарри, только что вернувшимся в башню.
- Ладно, Рон, пошли есть, а? – он зевнул и прошел мимо друга в спальню, чтобы одеть мантию.

- Чего ты так ухмыляешься?
- Да так, вспомнилось кое-что…

Накануне вечером, вместо прощания Малфой предложил пойти к нему в спальню.
- Теперь она моя личная – на время каникул – и куда удобнее подсобки, - и он улыбнулся своей очаровательно-хитрой улыбкой.
- А как же эта слизеринка, которая…
- Пэнси? Да плевать на Пэнси! Буду я спрашивать ее мнение! – и Драко, решительно взяв Гарри за руку, направился к лестнице, ведущей в подземелья. Гарри ничего не оставалось, как последовать за ним, тем более что желания сопротивляться у него не было.
На подходе к слизеринской гостиной его охватила совсем не гриффиндорская робость.
- А… Давай ты сначала зайдешь и посмотришь, там ли она?
- Не неси чушь, Поттер! Пошли!
В глазах Малфоя сверкала решимость. «Эй, кто из нас гриффиндорец?» - весело подумал Гарри. Когда они вошли в гостиную, Поттер понял причину такой смелости, увидев изумленное лицо Пэнси и мстительную ухмылку Малфоя.
- Привет, Пэнси! – бодро произнес Гарри, вкладывая в голос всю имеющуюся в данный момент наглость. Ошалевшая Пэнси не успела ничего ответить, потому что Малфой уже утащил Поттера в свою спальню. Стоило двери закрыться, как Гарри оказался прижат к ней горячим и ужасно соблазнительным телом Малфоя. Вся робость тут же вылетела у него из головы.
- Ну, и как мы её? – самодовольно спросил Драко после жаркого пятиминутного поцелуя.

Они вошли в зал, и Гарри получил солнечную улыбку со стороны слизеринского стола. Очевидно, змеюка Пэнси еще спала, и Малфой завтракал в полном одиночестве. Из-за стола Хаффлпаффа на Гарри мельком взглянули несколько младшекурсников – он отметил, что ученики этого факультета чем-то неуловимо схожи между собой – но особо засматриваться на него они не стали. К тому, что в их школе учится знаменитый Гарри Поттер, они уже привыкли, а о том, что он встречается с Малфоем, он им открыто не говорил. Гарри обернулся к Рону.
- Я на секунду, ладно?
Рон скорчил недовольную физиономию, но ничего не сказал.
Гарри пересек столовую и подошел к Малфою.
- Посиди с нами, Драко!
- Уж лучше вы к нам, - попытался отшутиться слизеринец.
- Да ладно тебе, я же сказал всем… Пошли!
- О, под твоей защитой мне нечего бояться, Поттер! – привычный тон, должно быть, придавал ему храбрости. Гарри краем глаза заметил какое-то шевеление со стороны учительского стола. Он обернулся и поймал недовольный взгляд Снейпа. «Похоже, он думает, что мы ссоримся. Надо завязывать, а то еще подойдет…»
- Драко. Пожалуйста.
Опять то же чувство. Боязнь? Нет, осторожность. Малфою стало не по себе при мысли о завтраке за гриффиндорским столом, как ему было не по себе в их гостиной и во время прогулки в Хогсмид. Но ссориться с Гарри тоже не хотелось. А если он сейчас повернется и уйдет – как Драко будет потом смотреть ему в глаза? Малфой вдохнул поглубже и решился:
- О’кей. Раз уж ты так просишь.
Он поднялся из-за стола и, следуя на полшага позади Поттера, подошел к вражескому столу.

Было странно завтракать в компании Рона, Гермионы, Фреда с Джорджем и Драко. Близнецы вели себя подчеркнуто вежливо, Рон старался не поднимать глаз и молчать. Гермиона вела себя, как обычно – просмотрела газету, бросила пару тревожных взглядов в сторону учителей, а затем стала быстро закидывать в себя еду. Драко был каменно спокоен. И именно это, насколько его знал Гарри, указывало на нешуточное волнение. Вести светские беседы в такой обстановке было непросто. Джинни и вовсе отсела подальше, словно опасаясь Малфоя. Впрочем, он на нее не смотрел. Его взгляд перемещался с тарелки на Гарри и обратно, не считая того, что он вежливо обращал взор к тому, кто хоть что-нибудь произносил, да еще перехватил очередной взгляд
Гермионы на учительский стол и усмехнулся.
В конце концов, беседа скисла, и Гарри сам был уже не рад, что пригласил Малфоя за свой стол. Тишину нарушила Гермиона, которая допила свой сок и, бросив: «Я в подземелья», убежала. Малфой усмехнулся еще раз. Гарри с сомнением посмотрел на него и получил в ответ очаровательную улыбку. «Отвлекающий прием». Но, тем не менее, он сработал.

- Гарри, я вообще не понимаю тебя в последнее время! Зачем тебе понадобилось звать этого…
- Рон!
- …Малфоя за наш стол? И какого черта ты носишь этот шарф? Он тебе его насовсем подарил, что ли? Надеюсь, ты не будешь расхаживать в слизеринском, - слово просвистело, как плевок ядом, - шарфе в учебное время?
- Конечно, он не будет! Правда, Гарри?
- Хм… А что такого… У него таких штук пять ещё, не меньше… Ну ладно, ладно, я не буду ходить в нем в учебное время!...
- Которое, кстати, начнется уже послезавтра!
- … Разве только на квиддич…
- Гарри!

- Завтра сюда съедутся Гриффиндор и Слизерин в полном составе… Надо решать, что и кому мы расскажем. Я не думаю, что это действительно такая уж хорошая идея – ставить в известность всю школу.
- Надо же, и это мне говорит гриффиндорец!
- Драко, это серьезно.
- Ладно. Значит, кто знает наверняка?
- Гермиона, близнецы, Рон…
- Пэнси.
- Всё?
- Вроде... Но Пэнс молчать не станет… Хотя, если ее…
- Нет-нет, мы не можем запугивать полшколы ради…
- А кто говорит о запугивании?
- Боже, не делай такое лицо, мне уже страшно!
- О, Поттер, ты можешь звать меня просто «мой господин».
- Драко! Мы ведь серьезный вопрос собирались… Эй!
- Мм? Никаких серьезных вопросов… до утра…
- Но ведь утром уже… мм… Драко…

Звонкие голоса наполнили гостиную Гриффиндора. Студенты делились впечатлениями от каникул. Гарри проснулся оттого, что на его кровать с разбегу плюхнулся Симус Финниган, веселый и жаждущий общения.
- Привет! Ты даже не представляешь, что я тебе расскажу!
- Симус!... Я сплю! – он попытался завернуться в одеяло с головой и досмотреть сон, но было поздно – сон уже улетучился, отогнанный бодрым возгласом счастливого Финнигана.
- А-а! Весело провел каникулы! – с пониманием сказал Симус, оборачиваясь к Рону за подтверждением. Тот слегка покраснел. Гарри сел на кровати, нашарил на тумбочке очки и одел их.
- Ну, раз уж разбудил, пошли завтракать, за едой всё расскажешь.
Симус радостно закивал и направился в гостиную - поведать свою невероятную историю кому-нибудь еще.

- Я поговорил с Гермионой, - мрачно изрек Рон, одеваясь.
- И поэтому ты такой невыспавшийся? – улыбнулся Гарри, обувая ботинки.
- Ну, в общем, да. Я сказал ей, что она мне нравится, - еще мрачнее продолжал Рон, - и она сказала, что я ей тоже нравлюсь…
- Ну, так… - радостно начал Гарри.
- …как друг. Но не больше. И извинилась.
- Н-да, - Гарри не знал, что сказать, - Ну… бывает…
Рон угрюмо взглянул на него и молча вышел из комнаты. Гарри вздохнул и отправился вслед за ним. «Ну что ж тут поделаешь, если у меня все хорошо, а Рону так не везёт…?»

- По школе ходят странные слухи, Малфой…
- Да, будто бы ты… спутался с Поттером!
- Не скажешь, к чему бы это?
- Что за фигня, а, Малфой?
Драко, холодно ухмыляясь, стоял в окружении недовольных сокурсников. Лица слизеринцев не предвещали ничего хорошего: на одних читалась злость, на других - удивление, на третьих ясно проступало отвращение.
- Моя фамилия - МАЛФОЙ, Крэбб. Если я что-то делаю, значит, у меня есть на то причины. И запомни - Малфои никому не отчитываются в причинах своих поступков.
Крэбб нахмурился, но не ответил.
- А сейчас, вы позволите мне отправиться в столовую? – с насмешкой спросил Драко, подчеркивая надменным взглядом всю абсурдность того, что Он спрашивает у них разрешения. Подростки расступились, и неторопливым шагом он направился к двери.
Уже у самого выхода Малфой поймал злобный взгляд Пэнси, все это время сидевшей в углу, и услышал тихий шепот, предназначавшийся только ему: «Не ссорься со мной, Малфой…». Он ответил ей взглядом a-la: «Я – Великий Малфой, а вы все - ничтожества», и удалился.

- Гарри, надеюсь, ты не забыл, что мы в этом году сдаем СОВ?
- Чёррт!...

- Драко, ты помнишь, что мы в этом году, а точнее - через несколько месяцев, сдаем СОВ?
- Естественно, помню, Поттер! А ты только узнал?
- Похоже, пора браться за учебу… Мерлин, как я сдам зелья?
- Ну, во-первых, экзамены будет принимать комиссия из Министерства, а не школьные учителя. И, во-вторых, я могу тебе помочь.
- Помочь? Ты – мне? А что, давай! Когда начнем занятия?
- Прямо сейчас. Пошли.





"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"