Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Бытовая сцена

Автор: AyaKudo
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Пейринг:ДУ/ШХ
Жанр:Drama, Humor, Romance
Отказ:персонажи принадлежат их правообладателям.
Цикл:Страницы из тетради [1]
Фандом:Шерлок Холмс
Аннотация:неудачный день.
Комментарии:Первая зарисовка из цикла "Страницы из тетради".
Посвящается Яношу и Максу Фальку.
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2010-06-18 17:57:23 (последнее обновление: 2010.06.18 17:57:27)
  просмотреть/оставить комментарии
Сложно сказать, что бесило Холмса сильнее - то, что он заперт в собственной спальне, или осознание, что доктор по-прежнему сидит у камина в гостиной, перелистывая свои заметки.

Он возлагал большие надежды на этот вечер. Какие надежды он возлагал! Он многое успел. Разобрал три несложных случая - домашнее воровство, шантаж, детские страхи и суеверия.(Холмсу не очень нравятся случаи, которые он разгадывает, не выкурив и половины трубки, но именно они в основном обеспечивают их с Ватсоном безбедное существование; впрочем, об этом широкой публике неизвестно - доктор не делает записей о таких делах). Отпустил миссис Хадсон на выходные к родственнице в деревню, вежливо выслушав её рекомендации по обращению с домашней утварью - забивать себе голову такой чепухой он, разумеется, не стал. Сочинил новую мелодию, которая теперь не выходила у него из головы. Он даже отыскал бутылку отличного вина - когда-то ему подарил её благодарный клиент, а потом она случайно потерялась где-то в спальне.

К тому моменту, когда Ватсон вернулся домой от тяжело больной пациентки, с которой провёл несколько часов, Холмса снедало нетерпение. Он с трудом выждал, пока доктор снимет лишнюю одежду, вымоет руки и сядет в кресло (от ужина он отказался, сославшись на усталость). Как только доктор расслабился достаточно (примерно на полбокала вина и одну трубку), Холмс начал ходить по гостиной кругами. Усидеть на месте ему было не по силам. Он ходил, периодически поглядывая на невозмутимого доктора; напевал что-то себе под нос, вдруг начал говорить о последних лондонских происшествиях, потом почесал в затылке и уселся на корточки перед грудой вещей, сваленных в кучу в углу комнаты. Это были его вещи - те, до которых доктор ещё не добрался, чтобы их убрать. Холмс всегда придерживался принципа, что лучший порядок - это когда всё нужное на виду; но длительное совместное проживание с Ватсоном внесло в его понимание порядка некоторые коррективы. Они условились на том, что в гостиной может быть только одна КУЧА (когда Ватсон произносил это слово, у него возмущенно топорщились усы), и та должна быть вне пределов видимости. Холмс послушно начал складывать вещи в углу, но куча росла, и постепенно он начал забывать, что же находилось там изначально. Теперь он внимательно разглядывал содержимое, пытаясь отыскать что-нибудь, что сможет натолкнуть доктора на мысль: пора перебираться из гостиной в спальню, желательно - в спальню Шерлока, предпочтительно - одновременно. Ничего подходящего в куче не оказалось, Холмс встал, разочарованно поцокав языком, и тут у него потемнело перед глазами.

- Что с вами? - сонливость мгновенно покинула Ватсона; он собрался, поднимаясь из кресла, и оказался рядом - достаточно близко, чтобы поддержать.

- Ничего такого, что стоило бы пристального внимания, - безмятежно ответил Холмс, чувствуя, как волна нехорошей тошноты отступает.

- Когда вы в последний раз ели?
Холмс ненавидел подобные расспросы, потому что они вели к чему угодно, только не к сексу; к тому же он и сам толком не помнил, когда в последний раз что-нибудь ел.

- Какое это имеет значение? - он улыбнулся, соблазнительно посмотрев на доктора из-под полуопущенных ресниц. Тот дрогнул, но не сдался.

- А спали? Холмс, вы выглядите больным.

- Поиграете со мной в доктора? - поднял бровь Шерлок, отчаянно и упрямо держа на лице маску уверенности в собственных силах. На самом деле уверенности было немного - он хорошо знал этот заботливый тон и пронизывающий взгляд. Когда Ватсон начинал воспринимать его как своего неизлечимого пациента, можно было отринуть надежды.

- Идите в спальню, вам нужен отдых, - безоговорочно постановил доктор. Холмс фыркнул, пожал плечами, уворачиваясь от совершенно ненужного сейчас беспокойства. Он засунул руки в карманы и пошёл в спальню. Спорить было бессмысленно, какой-то чудовищно неудачный день, и зачем только вино искал... Холмс остановился на пороге. Его терзало желание обернуться и попросить: "Идём со мной". Но досада на нечуткость друга, который своей показной заботой о его благополучии только что глубоко задел его чувство собственного достоинства, перевесила - Холмс перешагнул через порог и захлопнул дверь комнаты за собой. Он сел на край кровати и грустно посмотрел на дверь.

Разумеется, Ватсон был прав. Он действительно очень плохо спал последние ночи; стал рассеянным, быстро уставал. Занятие любовью сейчас отняло бы много сил, но Холмс готов был их отдать, ему необходимо было их отдать, чтобы почувствовать, что он не один. Гораздо лучше показать свою заботу Ватсон бы смог, трахни он его прямо на этом диване в гостиной! - мрачно думал Холмс, косясь на соблазнительно открытое окно. Сбежать бы отсюда... и не возвращаться уже никогда.

- Даже не думайте лезть через окно. В таком состоянии вы сломаете себе шею, - предупредил его Ватсон из-за двери. О, эта его способность читать на расстоянии мысли просто убивала! Холмс подскочил на кровати, начал мерять шагами комнату, запустив пальцы в волосы. Безнадёжная, гнетущая тишина из-за двери ничего не говорила - доктор, может, давно ушёл к себе спать, забыв погасить свет. Неслышно переступая по скрипучим половицам, Холмс подобрался к двери, потянул на себя ручку... дверь была заперта. Ватсон его здесь запер. Ну это уже ни в какие ворота...

- Вы спятили? - раздражённо поинтересовался он, для пущей убедительности постучав ногой в дверь. - Хотите, чтобы я её вынес?

- Хочу, чтобы вы отдохнули, - невозмутимо ответил Ватсон (по крайней мере, спать он ещё не ушёл).
Холмс глубоко вздохнул, оценивая свои шансы, и вынужден был вернуться в постель. Он мрачно разделся, постепенно из злости впадая в состояние отчаяния. Забравшись под одеяло, он некоторое время смотрел из окна на крышу дома напротив. Смеркалось быстро; очертания дома постепенно размывались, в комнату изредка врывался свежий весенний ветер, взмётывая листки бумаги и клочья пыли на полу. Холмс смотрел уставшими глазами в темноту, жалея о том, что Ватсон, при всем его, казалось бы, искреннем участии, умудрился прозевать. Холмс не мог отдохнуть, будучи запертым в спальне в одиночку. Он в принципе не мог спать без Ватсона; все его проблемы со сном были связаны с частыми отсутствиями доктора - эта клятая старуха, к которой он таскался, никак не желала помирать! Но не говорить же об этом. Это прозвучало бы так... жалко.

Спустя какое-то время дверь приоткрылась. Ватсон - нелепая белая фигура в ночной рубашке - прошёл в комнату, держа в руке свечу, молча закрыл за собой дверь. Поставив свечу на полку и откинув одеяло, он присел рядом на кровать.
Холмс, окончательно измотавший себя за то время, которое провёл в одиночестве, поднял на него безнадёжно уставший взгляд.

- Ну вот что вы пришли сейчас? - без особого интереса спросил он. - Мне сейчас уже не надо.

- Я закончил рассказ и пришёл спать. Это, между прочим, и моя кровать, - спокойно ответил доктор, задувая свечу.
Холмс хмыкнул. Прохладная ладонь легла на его живот - жест собственнический, лишённый сейчас всякого эротизма, послала дорожку мурашек по разгорячённой коже; слова "моя кровать" только добавили моменту остроты.

- Вы меня когда-нибудь прикончите, - констатировал Холмс, закрывая глаза и прижимаясь ближе.

- Вы с этим прекрасно справитесь сами, - заметил Ватсон, бережно коснувшись губами его плеча. - Спи, мой ангел. Крылатый мальчик мой, несущий бремя часов, что нам отсчитывают время...*
*У.Шекспир, Сонет 126, перевод С.Маршака.

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"